Live. Die. Repeat

Проснувшись тем утром, Эрвин притянул Леви к себе для долгого нежного поцелуя. Он собирался провести этот день с человеком, которого любил, без страданий для них обоих. Он мог позволить себе один выходной. Один день, чтобы восстановиться и собрать душевные силы. Было непросто уговорить Леви остаться в их комнате и не заставлять их обоих идти работать. Насколько знал Леви, вчера у них был обычный день, а сегодня, шестого, им предстояло завершить планы экспедиции на следующий день. Для Леви решение Эрвина внезапно отказаться от всего этого и потратить целый день в их комнате, желательно в постели, казалось возникшим из ниоткуда. Как ни странно, уговорить Леви на ленивый день было гораздо сложнее, чем убедить его в существовании манипулирующего временем титана. Но Эрвин преуспел, пообещав позже заняться работой, и они провели большую часть дня в удобных объятиях друг друга, разговаривая, расслабляясь, немного подремывая (в случае Эрвина) и занимаясь любовью. Это было похоже на абсолютный рай посреди ада, в котором жил Эрвин. Он намеренно не упоминал Леви о происходящем, но было очевидно, что Леви чувствовал: что-то истощило его. — Леви… — тихо произнес Эрвин. Они лежали на кровати тем вечером, Леви свернулся калачиком рядом с ним, положив руку на грудь Эрвина и переплетя с ним ноги. Эрвином овладело потребность, и он размышлял, подходящий ли сейчас момент. Это определенно было не лучшее время, особенно учитывая, что Леви не вспомнит об этом после следующего перезапуска, но тем не менее он чувствовал, что должен это сделать. Эрвин переплел пальцы с пальцами Леви и посмотрел на него, его глаза были полны тепла. — Выйдешь за меня? Голова Леви резко поднялась от неожиданного вопроса. Естественно, он был удивлен предложением. Если бы Эрвин планировал это, он, возможно, произнес бы речь о том, как много для него значит Леви, но он не был уверен, что это действительно необходимо. Леви и так все знал. Им не нужно было большое заранее спланированное предложение, чтобы показать это. Для них было бы чудом вообще получить возможность осесть и провести церемонию. Глаза Леви были слегка расширены и наполнены смесью шока и изумления, пока он всматривался в глаза Эрвина, прежде чем кивнуть и тихо ответить: — Да. В Эрвине расцвела радость, и он притянул Леви к себе для страстного поцелуя. Остаток вечера они провели, продолжая свой маленький кусочек рая, и обещание Эрвина поработать было забыто. Когда он снова проснулся шестого числа, Эрвин почувствовал себя более готовым к тому, что должно было произойти. У них получится, должен же быть способ. Он начал снова, отклоняясь от маршрута, которым следовал до встречи с четырьмя титанами. Это означало немного более долгий путь и больше неудачных попыток прорваться, но в конце концов у него получится. После того первого предложения Эрвин снова и снова стал предлагать Леви выйти за него.

***

Они пробивались сквозь поле боя, и Эрвин не мог не думать о том, как грациозно выглядел Леви, уничтожая окружающих титанов. Леви приземлился на своего коня, и Эрвин подозвал его к себе. Он крепко и быстро поцеловал его и крикнул над шумом сражения покрытому кровью и переполненному адреналином Леви: — Выйдешь за меня? — Да! — без малейших раздумий ответил Леви, прежде чем оторваться от него, чтобы увернуться от руки титана.

***

— Я люблю тебя — это были последние слова, которые услышал Эрвин, прежде чем Леви умер у него на руках, а битва вокруг них все еще бушевала. Едва проснувшись, он выпалил свой вопрос, разум все еще застрявший в моменте, который только что для него закончился. Это немного удивило Леви, ведь он даже не заметил, что Эрвин проснулся, но, оправившись от неожиданности, он тепло улыбнулся. — Ты это серьезно, или тебе просто приснилось? — спросил Леви, откладывая книгу и наклоняясь, чтобы поцеловать Эрвина. — Я серьезно. Выходи за меня? — Эрвин обвил руками Леви, чтобы прижать его ближе. — Хорошо, — ответил Леви с тихим смешком и еще одним поцелуем.

***

Оба они оказались прижаты к земле. У обоих были сломаны ноги, не было никакой возможности двигаться, пока титаны неспешно приближались, чтобы добить их. Эрвин в отчаянии потянулся к Леви, крепко переплетая пальцы и встречаясь с ним взглядом. Леви не колеблясь ответил на выкрикнутой вопрос Эрвина. — Да! — крикнул он в ответ, когда большая тень накрыла их. — Обещай мне, Эрвин, когда мы наконец выберемся отсюда, ты спросишь снова. Я всегда скажу «да». — торопливо добавил Леви прежде, чем время обнулилось.

***

В конце концов, у них получилось. Маршрут, который им нужно было запомнить, становился все сложнее, но они справились. Все трое остались живы и невредимы, выбравшись на открытую местность, и только это и имело значение. Они помчались к лесу, не оглядываясь. И продвинулись довольно глубоко, прежде чем столкнулись с очередным титаном. Казалось, это был всего лишь обычный аномальный, и Ханджи быстро с ним расправилась. По мере продвижения вглубь они начали встречать все больше и больше титанов, и, хотя они могли справиться с ними на земле, в итоге они решили оставить лошадей, предпочтя дополнительную безопасность верхушек деревьев. Растущее количество титанов вокруг должно было означать, что они приближаются к цели. Следующие несколько титанов едва не стали для них роковыми, и Эрвин уже думал, что придется перезапускать день снова, но они справились, отделались лишь парой легких ранений. У Ханджи и Эрвина было несколько кровоточащих ран, а Леви слишком сильно приземлился на одну ногу, но это не замедлило их настолько, чтобы что-то изменить. Он очень не хотел останавливаться, когда они были так близки к цели, но также осознавал, что если они убьют титана Времени и остановят перезапуск после чьей-либо смерти, обратного пути уже не будет. Они зашли дальше, чем когда-либо, и не собирались останавливаться. Когда они наткнулись на трех титанов, сгруппированных вместе, они поняли, что должны быть очень близко. Титаны их не заметили, так что они прокрались мимо, оставаясь незамеченными и держась выше в кронах деревьев. Был шанс, что титан Времени может перезапустить время, если увидит их приближение, так что нужно было быть осторожными. Им удалось миновать трех титанов и выйти на деревья вокруг поляны. На поляне сидел необычный титан. Он был полностью лишен волос и покрыт голыми мышцами. Титан сидел на земле со скрещенными ногами, почти как в медитации, за исключением того, что его глаза не были закрыты. У него вообще не было глаз. Это должен был быть тот самый. В один из многих разов, когда он объяснял Ханджи свое видение, она предположила, что, возможно, титан может видеть через других титанов, и именно поэтому в его видении не было особых ощущений, связанных с ним, пока он не почувствовал потребность в перезапуске. Это открытие придавало еще больше смысла тому, почему титан Времени не участвовал в самой битве. У него не было выбора, кроме как наблюдать через других. Если внезапная атака и сработает, то у них был только один шанс. Они рассредоточились, намереваясь атаковать одновременно с разных направлений, чтобы увеличить свои шансы. Если Ханджи была права, и титан Времени не мог видеть сам, а только через глаза других титанов, у них было бы огромное преимущество, но если нет, у них все равно было бы больше шансов, если бы они напали все сразу. В глубине души его обуревало тревожное предчувствие, но конец был близок, и он не хотел останавливаться сейчас. Эрвину казалось, что он едва дышит, пока они двигались. Он знал, что на самом деле дышит нормально, но ощущал, будто все замерло и одновременно движется слишком быстро. Это был тот самый момент. Это был их шанс. Они должны были его использовать. Руки титана начали двигаться, как только он почувствовал, как тросы впиваются в его кожу. Но он был слишком медленным. Без зрения все, что он мог делать, это угадывать, где они находятся, и им удавалось уворачиваться от приближающихся рук, пока они неслись к нему. Однако им не удалось избежать Бронированного и Колоссального в их человеческих формах. Сменники врезались в них, отрезав Ханджи и Леви и оттеснив их дальше к деревьям, оставив Эрвина наедине с титаном Времени. Он должен был догадаться, что если титан не видит, у него должны быть охранники поблизости. Он попал прямо в ловушку. В какой-то момент во время перезапусков они, должно быть, поняли, что Эрвин пытается добраться до него, и устроили засаду. Они не знали, что его снова научили сражаться, так что было логично, что они оставили его, попытавшись разобраться с Леви и Ханджи. Это была их ошибка. Отвлечение, вызванное двумя сменниками, дало титану Времени шанс прикрыть руками свою шею. Эрвин приземлился и начал рубить пальцы, пытаясь одновременно следить за другими неожиданностями и доверяя Ханджи и Леви. В один момент он атаковал титана, а в следующий острая боль пронзила его руку — один из сменников пролетел мимо на снаряжении, оставив в руке Эрвина шприц, прежде чем скрыться в деревьях. Эрвин тут же выдернул шприц, но мгновенно почувствовал его дезориентирующее действие. Он не знал, что ему вкололи, но знал, что это плохо. Что-то было не так, и вскоре он понял, что именно. Он чувствовал внутри пустоту, которой раньше не было. Теперь он понимал, что какая-то часть его чувствовала связь с титаном Времени, и то, что ему вкололи, разорвало эту связь. Он не знал как, но знал, что это именно то, что он чувствовал. Его смерть больше не перезапустит день. Это был их последний шанс. Если они провалятся сейчас, другого шанса у них не будет. Если они умрут сейчас, возврата не будет. Но они не могли остановиться. Не сейчас. Они наконец-то здесь, и у них больше никогда не будет такого шанса. Раздался треск, подобный грому, и сердце Эрвина ушло в пятки, когда местность заполнил пар. Беглый взгляд вокруг подтвердил, что и Бронированный, и Колоссальный превратились в свои титаньи формы. Два титана, Леви и Ханджи, сражаясь, скрылись глубже в деревьях, оставив Эрвина одного. Эрвин снова обратил внимание на титана Времени, удвоил усилия и принялся рубить, медленно пробиваясь сквозь его пальцы к затылку. Эрвин не колеблясь вонзил клинок глубоко, рассекая мышцы. Кровь хлынула на него, покрывая и прожигая плоть, но он игнорировал это, полностью сосредоточившись на том, ради чего они пришли сюда. Титан Времени издал рев и начал падать, Эрвин отпрыгнул. Не было никаких сомнений, что ему удалось убить титана, когда тот начал рассыпаться. Однако насладиться маленькой победой не было времени — гигантская бронированная рука уже летела в его сторону. Эрвину вовремя удалось отлететь на своем снаряжении и забраться на дерево. Он пытался игнорировать тяжесть на душе. Он не знал, кто сражался с Бронированным — Леви или Ханджи, — но знал, что ни один из них не позволил бы ему уйти по своей воле. Вокруг никого не было, кроме него и Бронированного титана. Это могло означать только то, что он разобрался с тем, кто с ним сражался. Секунды спустя в поле зрения влетела Ханджи, пытаясь одолеть Бронированного титана одновременно уворачиваясь от атаки преследовавшего ее Колоссального. Леви. Где Леви? Эрвин до крови закусил губу и нырнул обратно в бой. Он отложил эмоции на потом и сосредоточился на текущей задаче. Он должен был попытаться вытащить Ханджи оттуда. Они выполнили свою миссию, и шансов одолеть обоих титанов в одиночку сейчас было ничтожно мало. Эрвин окликнул Ханджи, приказав отступать вместе с ним. Он видел, как она попыталась выполнить приказ и пробиться к нему. Он также видел, как она ошиблась в уклонении и попала в кулак Бронированного титана, отбросивший ее прямо в дерево с тошнотворным хрустом. Она рухнула на землю, и Эрвину стало дурно. Он сжал кулак на рукояти клинка так сильно, что кожа побелела и проступила кровь, пытаясь заставить себя не чувствовать свое разбитое сердце. Он потерял Ханджи, и обратного пути не было. Эрвин хотел забрать ее нашивку — привычка, перенятая им у Леви, который хоронил их с небольшими почестями — но Бронированный титан уже заметил его и двигался в его сторону. Эрвину нужно было найти Леви. Он должен был узнать, что с ним случилось. Он не мог уйти, не зная наверняка. Внутренний голос уже подсказывал ему, что это будет его самый страшный кошмар, но он должен был убедиться. — Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, — повторял Эрвин, не зная и не заботясь о том, вслух ли это или в его голове. Часть него отчаянно желала найти Леви живым, но внутреннее чутье подсказывало, что этого не случится. Эрвин промчался сквозь деревья на своем снаряжении, прежде чем застыть на ветке и уставиться на другую поляну впереди. Он не шевелился, слыша, как титаны с грохотом продираются сквозь деревья, преследуя его, или как останавливаются позади него, зловеще выжидая, чтобы атаковать. Все, что волновало Эрвина — это тело, висящее на дереве прямо напротив него через поляну. Нижняя половина Леви болталась с ветки, зацепившись снаряжением за бедра, в то время как остальная часть была вмята в залитое кровью дерево позади. Леви ушел навсегда, а Эрвина даже не было рядом, когда это произошло. Титаны все еще ждали позади Эрвина, словно им было любопытно, что он сделает дальше. Эрвин должен был продолжать. Он знал это. Он знал, что солдаты у стены все еще нуждаются в нем, и он не может позволить жертве Леви и Ханджи быть напрасной, позволив себя убить. Он знал, что и Ханджи, и Леви кричали бы на него, приказывая продолжать, если бы знали, что он колеблется сейчас. Но их больше не было. Эрвин спрыгнул с ветки и направился к изуродованному телу. У него не было шанса забрать нашивку Ханджи, но черт возьми, он не уйдет, пока у него еще есть возможность забрать что-то от Леви. Ему удалось добраться до нашивки и оторвать ее, стиснув зубы, когда кровь Леви покрыла ткань. Этот вид навсегда врежется в его память. Ничто не заставит его забыть. Бронированный титан двинулся с места. Он не собирался позволять Эрвину сбежать. Он двигался быстро, несясь к дереву, за которое цеплялся Эрвин, и проламывая его насквозь. Эрвин вовремя увернулся и рванул прочь сквозь деревья. Он летел так быстро, как только мог, горько радуясь, что так много тренировался сражаться и использовать снаряжение с Леви во всех тех перезапусках. Это время тренировок определенно не прошло даром. Шансов добраться до стены в одиночку было ничтожно мало. Он понимал, но это не означало, что он не попытается. Пока у него была сила перезапускать дни, сдаться и позволить себе умереть было вариантом, но сейчас это было не так. Дело было даже не в его собственной жизни. Все, чего он хотел — это вернуться к стене, защитить людей и обеспечить Леви и Ханджи заслуженное уважение. Посмертно. Но этому не суждено было случиться. Женская особь появилась перед ним и сжала его в кулаке. У Эрвина едва хватило времени мельком удивиться, как, черт возьми, она освободилась, прежде чем кулак сжался, выбивая из него жизнь.