Не слишком плохо использовать станд на своём друге, ведь так?

Солнечные лучи разогревали всё, до чего дотрагивались. Даже весной утро в субтропическом климате чувствовалось жарким, поэтому не проснуться от дотошных прикосновений солнца было невозможно. Аббаккио в полудреме подумал о том, что ещё пять минут, и вообще стоило задвинуть занавески вчера. Но вчера он вернулся поздно, ведь... Его мокрые губы на холодной коже, тёмные волосы за аккуратным ухом, полуоткрытый рот, в который так бессовестно врывался его язык... От этих воспоминаний Аббаккио резко открыл глаза и подорвался на кровати. Он очень надеялся, что это его сон, что в реальности он так не поступил бы, не призвал бы свой станд, чтобы буквально облизать Буччеллати, но нет, это было по-настоящему. Его член оттягивал спальное бельё, требуя внимания, и Аббаккио, чувствуя, как кровь прилила к его щекам, закусил губу и запустил руку в трусы. Дрочить на своего друга, облик которого принял его же станд... А вдруг, это всё и вовсе дело вражеской способности?! Кто-то навязал ему мысли о Буччеллати и решил медленно свести его с ума. Леоне усмехнулся своим мыслям. Конечно, возможно, что это вражеский станд, но он на самом деле допускал возможность влюбиться в Бруно. Ведь тот был не только красивым и чертовски горячим, но и прекрасным человеком: решительным, добрым, справедливым, заботливым, и ещё много чего. Можно даже сказать, что именно Буччеллати спас его жизнь. Если бы Бруно не вытащил его из того самоуничтожающего состояния после смерти напарника, кто знает, возможно, труп Аббаккио сейчас покачивался бы на верёвке в каком-нибудь лесу. Влюбиться в Бруно Буччеллати... Было бы отстойно на самом деле. Ведь Бруно - мужчина, как и сам Аббаккио. Но если так подумать, Леоне уже давно не испытывал подобных трепетных чувств к кому-то, и даже будь это безответно, любить кого-то - это прекрасно, это даёт силы двигаться дальше и придаёт жизни какой-то смысл. И если бы Буччеллати стал его смыслом жизни, что ж, это не особо отличалось бы от того, как он живёт сейчас. Думая об этом он гладил себя. Что ж, Бруно, извини, но тебе придется быть объектом моих сексуальных фантазий ещё какое-то время, - усмехнулся Аббаккио, и, сомкнув пальцы на члене, стал двигаться быстрее, думая о вчерашней ночи, о том, какой же Бруно красивый, и как бы он хотел вместо своей руки сейчас чувствовать его руку. Покончив с утренними приготовлениями, которые занимали добрых сорок минут: душ, сушка волос, уход за кожей и прочие вещи, Аббаккио надел свой привычный наряд и спустился на первый этаж. Переступив порог кухни он почувствовал приятный запах жаренного бекона: Буччеллати готовил, пока остальные бездельничали. Триш листала какой-то журнал о моде, Фуго ловил нужную частоту на радио, Миста развлекал пистолзов. Джорно занимался нарезкой овощей. Аббаккио почувствовал, как раздражение моментально накрыло его при виде Джованны, помогающего Бруно. Нет, было прекрасно, просто чертовски замечательно, что кто-то не оставил Бруно одного разбираться с домашней волокитой, но Джорно будто пытался угодить Буччеллати, ведь и вчера он вместе с Наранчей помогал Бруно с готовкой ужина. Возможно, он просто такой человек, - подумал Аббаккио, приветственно всем махнув и присев за стол. Но было что-то в уверенном взгляде Джованны, которым он смотрел только на Бруно... Леоне закатил глаза и подпёр голову рукой, не желая вдумываться в происходящее. Фуго наконец-то словил неапольскую линию и Леоне принялся слушать новости. Он уставился на туфли Бруно, и машинально проводил его ноги взглядом, когда тот двигался по кухне. - В целом готово, - через пару минут объявил Буччеллати. Он цокнул: - Неужели нельзя было засервировать стол, пока мы с Джорно были заняты? Аббаккио почувствовал себя неловко, Триш выглядела абсолютно безразличной, даже взгляд не подняла, а Миста тут же отправил пистолзов доставать тарелки, вилки и ножи. - Схожу разбужу Наранчу, - буркнул Аббаккио, и направился к выходу. Буччеллати перевёл на него взгляд, но Леоне сделал вид, что он не заметил этого и поспешил ретироваться. Он осознал, что за всё утро так и не посмотрел в лицо Бруно, хотя без проблем рассматривал всех остальных. Аббаккио направился в комнату Наранчи и приготовился таскать Гиргу за ноги. Тот спал как убитый, а Леоне не впервой было его будить. После завтрака Леоне вызвался поехать за покупками для Триш. Потакать балованной девке не хотелось, но всё лучше, чем оставаться в доме под пристальным взглядом Бруно, который, Леоне заметил, всё чаще касался его лица. Краем взгляда Аббаккио замечал, как брови Буччеллати вопросительно выгибались, но позже тот всё же отводил взгляд и болтал с кем-то другим, так ничего ему и не сказав. Что ж, тем лучше. Но Леоне уже честно раздражала эта неспособность действовать свободно. Он решил, что вечером поболтает с Бруно, тогда-то точно будет невозможно не посмотреть ему в глаза, и таким образом удасться побороть это нелепое стеснение, сковывающее его весь день. Только нужно придумать, о чём говорить... Аббаккио сжимал руль, игнорируя болтовню Мисты, и ужасался своим мыслям. Как это он не знает, о чём поговорить? Они с Бруно знакомы уже больше двух лет, они уже общались практически обо всём на свете... До Леоне начинало доходить, в чём дело. Он вспомнил, как читал один английский исторический роман, хотя не мог припомнить ни название, ни автора, про чувства гувернантки и прекрасного лорда. Как её всю сковывало при его виде, как она избегала общения с ним, и также не могла смотреть тому в глаза. Но Аббаккио не девочка, чёрт возьми! Нужно было прекратить смущаться и просто быть собой. В той книге всё решилось и закончилось хорошо после того, как джентльмен стал проявлять инициативу и взял всё в свои руки. Леоне не собирается ничего проявлять, нет, ведь ничего большего просто невозможно. - Ты вообще меня слушаешь? - обиженный голос Мисты вырвал его из размышлений. - - Ты только что нужный поворот проехал. - Да? Вот чёрт, сейчас развернусь. И кстати, я думал ты всю дорогу с пистолзами разговаривал. На взрыв негодования Мисты Аббаккио только улыбнулся уголком рта. Леоне завёл разговор о скутерах, и был очень рад непринуждённости общения с напарником, что хоть на какое-то время его мозг будет занят чем-то помимо страданий. О боже, это оно. Аббаккио стоял, будто завороженный, всматриваясь в витрину ювелирного магазина. - Присмотрел себе что-нибудь? - вынырнул из ниоткуда Миста, шурша бумажными пакетами шмоток для Триш. Они выбрали ей колготки, носки, а также Аббаккио настоял на юбке с геометричными узорами, рубашке с розовыми крестиками и персиковой панамке. Миста тогда похвалил его вкус и сказал, что вместо работы копом ему стоило устроиться стилистом, но Аббаккио отмахнулся, мол, много ума для этого не надо, хотя ему по-правде было приятно от комплиментов приятеля. Сейчас же он уставился на набор из серьг, кулона и кольца в виде застёжек в одной из ювелирок огромного ТРЦ. - Оу... - многозначительно выдал Миста. - Неужели купишь Буччеллатти колечко и попросишь его руки и сердца? Аббаккио удостоил Гвидо взглядом, полным отвращения, и вернулся к рассматриванию украшений. - Да ладно, я шучу, ты же не гей, - хихикнул Миста, и Аббаккио в который раз за последние дни поддал вопросу свою ориентацию. - Да-да, но всё же... - Аббаккио старался звучать как можно беспристрастнее. - Ему бы подошло? - Кольцо? Ну, наверное... Вообще удивительно, что они сделали подобную линейку, реально будто бы для него. - Вот и я о чём, - хмыкнул Аббаккио. И тут же добавил: - Не собираюсь я дарить ему кольцо, или ещё что-то... Но серёжки... Не помнишь, у Буччеллати проколоты уши? - Да фиг его. Чувак, я не слежу за другими мужиками, знаешь. А вот я, похоже, слежу, - усмехнулся Аббаккио. - Вроде-бы нет. Я зайду спрошу, есть ли клипсы. Миста уставился на Леоне. - Что? - спросил Аббаккио. - Ничего. Просто это немного дороговато, знаешь, для дружеского подарка. - Тогда ты ничего не знаешь о дружбе, - и Миста не нашёл, что ответить. О чудо, у них оказались и клипсы. Полный набор Леоне, естественно, брать не стал, обошедшись клипсами в виде замочков змейки, очень похожими на те, что были у Бруно на костюме. Для него подобное приобретение не было накладным, ведь он не прожигал деньги в ресторанах, как Миста, и не коллекционировал винтажные модельки самолётиков, как Наранча, а в Пассионе, каким бы прогнившим оно ни было, деньги водились. Вот и будет о чём поговорить, - ликовал Аббаккио, но в то же время понимал, что это довольно жалко - покупать что-то, дабы завязать простой разговор. Нет, он купил эти серёжки, потому что они в стиле Буччеллати, не более. - Боже, да ты прям сияешь, - присвистнул Миста, когда Леоне вышел из магазина с маленьким пакетиком. - Блин, может, я недостаточно показываю, что люблю Буччеллати? Может и мне что-нибудь купить?! Гвидо выглядел растерянно, из ниоткуда появились пистолзы и стали паниковать по тому же поводу, что и их хозяин. Шестой полез в пакет ювелирного магазина, норовя открыть коробочку, но Аббаккио отмахнулся от него: - Миста, успокойся, это никого ни к чему не обязывает. - Ты уверен? Аббаккио лишь закатил глаза и двинулся в сторону продуктового. Он и сам стал задумываться о том, ни к чему ли это не обязывает Бруно, и правильно ли он воспримет подарок, ведь сейчас не было особого повода, ни дня рождения, ни именин. Что он тогда подарил Бруно на Рождество? Они устраивали Тайного Санту и ему попался Буччеллати. Тогда он подарил ему золотые запонки с цирконием? Фух, это хорошо. Клипсы будут смотреться уместно, он же не подарил тогда пижаму, как Наранча Фуго. Они выехали на трассу когда опускался вечер. Оранжевый закат перекрасил зеленеющие поля и волосы Леоне, они отливали золотом, трепыхая на ветру - Аббаккио опустил все окна в машине. Миста развалился на сиденье, закинув ноги на торпеду. Пистолзы позацепливались один за одного, а первый из них - за правое зеркало, и, растянувшись весёлой змейкой, они наслаждались поездкой "с ветерком". Аббаккио припарковал машину у особняка, в тени виноградного плетения, когда солнце уже коснулось горизонта. С пакетами наперевес он вошёл в дом, и внутри него обеспокоено затрепыхало, ведь он не слышал обыденного шума ребят. Что-то случилось? Из проёма кухни показался Буччеллати. - Привет, все в саду, у нас сегодня барбекю. Только вас ждали, - его красивая улыбка заиграла на губах. Леоне почувствовал, как сердце пропустило пару ударов - он смотрел прямо в глубокие синие глаза. Такие тёплые. Казалось, Бруно был рад его видеть. Не то, чтобы от Буччеллати ожидалось другое по отношению к членам команды, но Леоне очень хотелось верить, что эта радость направлена именно на него. Но в ответ он сумел только кивнуть и направился в кухню, ведь нужно было положить продукты в холодильник. Проходя мимо Бруно он чувствовал, как восхитительно тот пах, лавандовым шампунем. Вот кому он принадлежал, а ведь буквально сегодня утром Леоне рассматривал упаковку в душе и решил, что, наверное, Триш пользуется таким профессиональным средством. Леоне поставил пакеты на стол и уже собирался их разбирать, но понял, что Буччеллати никуда не ушёл, и смотрит на него. - С тобой всё в порядке? - он спросил. - Да. Почему ты спрашиваешь? - Леоне принялся шуршать пакетами. - Посмотри на меня. На это не было ответа кроме как сделать то, что просят. Бруно оперся о дверной косяк, стоял расслаблено, одна рука покоилась на поясе. На его губах была всё та же легкая улыбка, а брови были приподняты - он ожидал ответа. Аббаккио нервно улыбнулся в ответ, но ничего не сказал. Выпрямил спину, скрестил руки на груди. Они стояли смотря друг другу в глаза довольно долго, не моргая, и Леоне почувствовал, как глаза начинают слезиться. В его голове шумели мысли, но он не успевал, и не хотел, подумать ни одной, просто сосредоточился на этих бессмысленных гляделках. Буччеллати сдался первым. Он неловко заморгал, расслабляя глаза, и тихонько засмеялся. - Ну и что это было? - Леоне и сам издал короткий смешок, заражаясь им от Бруно. - Ничего, просто... Мне показалось, ты меня избегаешь, мм. - Разве? - Аббаккио старался звучать максимально естественно. - Из тебя плохой актёр, Леоне, - Бруно оттолкнулся от косяка, подошёл к столу и стал помогать с покупками. - Мне не приходится часто врать, знаешь. И сейчас точно не тот случай. Бруно снова посмотрел на него, и Леоне почувствовал, будто его сканируют. - Как скажешь, - Бруно снова улыбнулся и отошёл к холодильнику, положить в морозилку рыбу и любимые мороженные наггетсы Наранчи. Леоне проклинал себя, за то, что пришлось так безбожно врать Бруно. Но ничего не поделаешь. Не признается же он Буччеллати, что дрочил на него в этой же кухне прошедшей ночью? Леоне закусил губу, стараясь сдержать улыбку, и почувствовал, что краснеет. Интересно, что Бруно сказал бы ему, узнай правду? Призвал бы Sticky Fingers и отлупил до полусмерти? Может, выгнал из команды, что было ещё хуже. А возможно, влажно поцеловал бы и отдался прямо тут, на обеденном столе, пока ничего не подозревающая команда прохлаждалась в саду. Леоне бы расстегнул его пиджак, но не снял, прошёлся бы ладонями по его груди и напряжённым мышцам пресса, наклонился бы, очертил витиеватые линии татуировок языком... Леоне почувствовал, что начинает возбуждаться, и постарался отогнать от себя эти мысли. Он воровато оглянулся на Бруно, проверяя, не заметил ли тот ничего, и не обзавёлся ли он вдруг способностью читать мысли. Но тот продолжил разбирать покупки как ни в чём ни бывало и вскоре завёл разговор о какой-то итальянской актрисе, погибшей при неизвестных обстоятельствах, о чём Леоне слышал по утренним новостям. Аббаккио поддерживал разговор, и даже больше не стеснялся смотреть на Буччеллати. Но его внимание было сосредоточено на жарких образах, всё продолжающих всплывать в голове. Ужин прошёл на ура. Покончив со свиными рёбрышками все отдыхали в саду и непринуждённо болтали. Бруно предложил Леоне открыть ещё одну бутылку игристого, и тот не стал отказывать. Наконец-то Триш решила разобрать покупки. Вечно безразличная девушка за этот вечер, казалось, больше расслабилась - её движения перестали быть такими скованными, и она даже отреагировала на пару шуток Наранчи и Мисты. - Ой, а это что, - Триш удивлённо заглянула в пакет с юбкой. - Я не просила покупать мне одежду. - Мы просто не могли пройти мимо! - развёл руками Миста. Она наконец-то вытащила юбку, рубашку и панамку, и принялась сосредоточенно их рассматривать. В полной тишине. Каждый уставился на неё и ждал реакции. - Это Аббаккио выбирал, да? - в итоге выдала Триш. - Как ты угадала? - изумился Миста. - Да потому-что у тебя нет вкуса, придурок, - беззлобно сказал Фуго, вызвав негодование Мисты, и лёгкий смех послышался от остальных. - Ну, это не совсем то, что я хотела сказать... - улыбнулась девушка. - Мне кажется ты выбрал бы что-нибудь... Агрессивнее, что ли? Триш повернулась к Аббаккио и кивнула: - Спасибо. Думаю, будет неплохо. Примеряю потом. Леоне кивнул ответ и махнул рукой, мол, нет проблем. Она стала запихивать покупки назад, стараясь скрыть лицо за ниспадающими волосами, но Леоне увидел, как она легонько покраснела и как смущенно улыбалась. Вечер продолжил идти своим чередом, перетекая в ночь. Вскоре Наранча, Фуго и Триш пошли спать, а оставшиеся обернулись удачно отысканными пледами. Джорно говорил с Бруно о средиземноморской рыбе, а Аббаккио не оставалось ничего, кроме как нервно постукивать ступней. - Боже, Джорно! - неожиданно подорвался Миста, и Бруно дёрнулся от легкого испуга. - Я же тебе ещё не рассказывал! Ты увлекаешься астрологией? - Ты хотел сказать астрономией? - улыбнулся Джорно и подпёр руку о персиковую скатерть стола, тускло освещённую двумя подвесными фонариками. - Да нет же. Но и ей тоже. Увлекаешься чем-нибудь из этого? - на что Джорно отрицательно покачал головой. - Ох, замечательно! Пойдём на траву, а то мы себе шеи скрутим, если будем тут на стульях вертеться. Покажу тебе созвездия всякие. Джорно лишь пожал плечами, и тёмно-синий плед сполз с одного из них. Они встали из-за стола и Джорно подмигнул Буччеллати, на что тот улыбнулся и кивнул. Внутри Леоне моментально вспыхнуло, и он был немного подвыпившим, чтобы контролировать эмоции так хорошо. Всё это точно отразилось на его лице, так как Джорно удивлённо вскинул бровь при виде такой реакции, но ничего не сказал. - Когда у тебя день рождения? Я ещё нумерологией увлекаюсь. Но это завтра, там чертить надо. Узнаем, проклят ли ты судьбой, или нет, - они отдалились и опустились на траву. Какое-то время Леоне и Бруно сидели в тишине. Леоне позволил себе повернуться к сидевшему слева от него Бруно и порассматривать его. Тень от его длинных ресниц красиво ложилась на его смуглой коже. Он вертел в руках бокал с недопитым шампанским, наблюдая за пузырьками, отлипающими от стенок. Вскоре Буччеллати заметил, что его рассматривают, и встретился с Леоне взглядом. Аббаккио лишь хмыкнул. - Только давай на этот раз без гляделок, - улыбнулся Буччеллати. - Как скажешь, капо. - Хах, капо... Самому не верится. - Ты думаешь, ты не заслуживаешь этого? - удивился Леоне. - Думаю, что теперь на мне больше ответственности, - Бруно пожал плечами. - И, когда отдадим Триш боссу, у нас у всех будет больше работы. - Ну, это можно потерпеть, учитывая то, как мы сейчас отдыхаем и бездельничаем. - Меня это волнует, на самом деле, - Бруно откинулся на спинку стула, сев более расслабленно, и Леоне сделал то же самое. - Я ожидал, что босс сразу свяжется с нами и даст дальнейшие указания. Но кроме координат этого дома он ничего не предоставил. - Как думаешь, это его дом? - Даже не знаю... Но если так, мы могли бы узнать больше о его личности. Или предположить. - Меня это не особо интересует. - Меня тоже, - соврал Бруно. - Но если уж мы и застряли тут, почему бы и не развлечь себя подобным. Мы бы могли с тобой иначе развлечься, - усмехнулся себе Леоне, но вслух ничего не сказал. - Кстати, одежда для Триш... Это было очень мило с твоей стороны, - ласковая улыбка появилась на лице Буччеллати. Аббаккио удивился: - Ничего такого. - Да нет, ей было очень приятно. Не думаю, что кто-то когда-то дарил ей что-то. Она похожа на забитого котёнка... - Которого ты очень хочешь приручить, - хохотнул Леоне. - Снова ты со своей заботой к детям. - Какой уж есть, - Буччеллати ещё больше заулыбался. - Да и не только к детям. О тебе я же тоже забочусь. В какой-то мере. Леоне удивился его словам. Взгляд у Бруно был многозначительным, и Леоне не мог его прочитать. - Да, я вижу это, и... Ммм, спасибо. Они ещё немного просидели в тишине. Пухлые губы Бруно были полуоткрыты, а его голова склонена немного набок. Леоне чувствовал, как тёплый клубок затягивается где-то внизу живота. Как же он хотел поцеловать Бруно сейчас. Не пошло, нет, не так, как он целовал свой станд прошлой ночью. Хотелось быть нежным в этом трепетном моменте между ними. Но, боже, это же Бруно. Если тот отвергнет его, а это наверняка случится, это сломает отношения между ними, сломает баланс в команде. А Леоне не собирался рисковать чем-то, чем так дорожит Буччеллати. - К слову о подарках... - Аббаккио зашуршал по карманах костюма. - У меня есть кое-что для тебя. - Правда? - искренне удивился Бруно. Его глаза расширились ещё больше, когда Леоне достал маленькую коробочку с логотипом ювелирного магазина. - Ох, ммм... - Думаю, тебе понравится. Леоне протянул коробочку Бруно, и тот моментально открыл её. Да уж, это того стоило. Бесценное выражение лица Буччеллати, лёгкий румянец, появившийся на его щеках, и губы, старательно сдерживаемые, чтобы не расплыться в улыбке умиления ещё больше. - Даже не знаю, что сказать, - всё-таки смог выдавить из себя Бруно. - Можешь ничего не говорить, если не хочешь, - Леоне провёл пальцем по нижней губе. - Мне достаточно того, что это будет у тебя. Золото и малюсенькие драгоценные камушки отсвечивали свет фонарей, и переливистый узор танцевал на лице Буччеллати. - Я примеряю. Он выудил клипсы и стал рассматривать замочек. - Прежде мне не доводилось носить клипсы... Хм... Бруно попробовал прицепить одну из них к уху, но без зеркала у него получалось плохо. - Поможешь мне? Вот чёрт. Леоне не подумал о возможности такого поворота раньше и почувствовал, как земля уходит из-под ног. Бруно придвинул свой стул к нему и наклонился совсем близко. Леоне чувствовал, как у него пересохло в горле, и прокашлялся. Он взял первую клипсу с ладони Бруно, и когда его пальцы коснулись тёплой кожи брюнета, Леоне почувствовал, как мурашки пробежались вдоль его позвонка. Бруно выгнулся ему навстречу, подставляя ухо. Он завёл пряди волос за ухо, прям как в тот раз, и Леоне нервно взглотнул. Он порассматривал конструкцию клипсы, и, неуверенно, потянулся с ней к Бруно. Пальцами второй руки он коснулся шеи Буччеллати, чтобы обрести опору, и, ох чёрт, его кожа была восхитительно тёплой, совсем не такой, как под действием станда. Леоне будто невзначай поскользил пальцами по ней, наслаждаясь тем, какая она нежная и приятная. Из Бруно вырвался еле слышный выдох. Его глаза были закрыты, и веки немного вздрагивали от прикосновений Леоне. - Сейчас, момент, - Леоне и сам удивился, каким низким был его голос. Он притронулся к мочке уха Бруно, и тот снова выдохнул. Боже, как бы ты восхитительно вздыхал подо мной, - подумал Леоне и прикрыл глаза от наслаждения этими невинными прикосновениями. Леоне почувствовал, что затягивает с процессом. Бруно не должен это заметить, нет. Он покончил с правым ухом и взял подбородок Бруно, чтобы повернуть его голову. Буччеллати открыл глаза и посмотрел на Аббаккио, но тот быстро переместил своё внимание на размещение левой клипсы: - Ну вот и всё. Бруно засуетился в поисках отражающей поверхности, но ничего подходящего не было под рукой. - Гхм, у меня есть одна идея, - сказал Аббаккио, и жестом показал, что Бруно нужно встать. Когда стул опустел, Аббаккио призвал свой станд и отмотал его на пол минуты назад. Буччеллати с цифрами на лбу замер в моменте, когда Леоне притронулся к его шее. Станд передавал его лёгкий румянец и полуприкрытые глаза, и настоящий Бруно нервно почесал затылок. - Мне кажется, просто прекрасно, - искренне сказал тот. - Мне очень нравится. Спасибо. Как ты думаешь, мне идёт? Леоне растерялся, не зная, на какого Бруно ему смотреть. Остановившись на настоящем, он легонько улыбнулся и ответил: - Да. Ты очень красивый. Стоп, что? Он не это хотел сказать... - И то верно, - хохотнул Бруно. - Но что насчёт серёжек? - Отлично. Только волосы придётся закалывать иначе, чтобы их было видно. - Что-нибудь придумаю, - махнул ему Буччеллати. - Ладно, мне кажется, пора убирать со стола. Вот же ж Наранча, не удосужился взять свои тарелки, и запачкал скатерть... - Я помогу убрать, - сказал из-за его спины Джорно. Бруно повернулся к нему, а Леоне отозвал станд. Чёрт, он совсем забыл о существовании этого недомерка, и что они с Мистой всё это время были недалеко от них. Джованна провёл подушечками пальцев по каплям на скатерти, и они превратились в светлячков, что тут же разлетелись, кто куда. - Технически, можно не мыть посуду? - спросил у него отчего-то сияющий Миста. - Технически, да, - усмехнулся Джорно. - Но давай не портить здешнюю популяцию живности по пустякам. Он подхватил пару тарелок и поставил их на поднос. Остальные тоже принялись убираться. Аббаккио заметил, что Бруно поправил причёску в прежнюю, так что серёжек действительно не было видно. Леоне был рад этому. Не хватало слушать, как вездесущий Джорно одаривает Буччеллати комплиментами.