Не та петля

Как бы это странно не звучало, но благодаря вечным смертям Дракена, у Такемичи было время лучше понять Токийскую Свастику. В особенности, её командиров. Первый отряд показался ему взбалмошным, как и его командир. От него парню прилетело прямо в нос. Несмотря на то, что Ханагаки был без формы, до этого времени ещё никто не додумался его ударить, наверное, никого не колышат незнакомцы, только если те не в одежде с логотипом вражеской группировки, но брюнету, очевидно, было все равно кого бить. Затем к ним подбежал его заместитель и напомнил своему командиру, что тот вообще-то почетный гость главы. — Так, ты сильный или как?! — нагнулся над ним подросток. Парень уже успел заметить, что избиения не очень интересуют того, но сам он знал, что был слабее, да и драться ему сейчас было некогда. Спасение Кена было в приоритете. В ту петлю юноша уже обошел одну из основных парковок, так что заместитель главы должен был быть с большей вероятностью на второй большой стоянке. — Я — слабак и плакса. — заикаясь, произнёс парниша. В глазах командира можно было увидеть разочарование и негласный вопрос, который тот собирался задать своему другу, а не какому-то неизвестному мальчишке. «И что в тебе тогда Майки нашёл»? Поэтому Баджи выпрямился, даже не извинившись за удар в челюсть и крикнул своему товарищу: — Пойдем отсюда! Там, куда устремился чужой взгляд, новое лицо уже успело дважды вмазать своему противнику, прежде чем взрослый в форме фракции Мёбиусов полностью отстал, а сразу же после, тот поспешил к своему командиру. Брюнет пробормотал что-то на подобии «медленно» и развернулся, собираясь уходить. — Стойте, мне нужна ваша помощь, если вы не против? — остановил их Такемичи. На самом деле, в тот момент он хотел их позлить чуть-чуть, так как знал, что великой помощи он не получит. Но, к его удивлению, Кейске прислушался к его просьбе, даже казался немного задумчивым и, кивнув, похоже, самому себе, дал указ своему заместителю: — Чиф, шуруй с ним, если что — я собираюсь побить всех ребят в белой форме на восемь часов отсюда. — тот махнул рукой по левую сторону от себя и немного устрашающе ухмыльнулся, выпучив глаза. — Приходи, как разберёшься. Парень с выбритыми висками и затылком деловито кивнул, одарил Ханагаки строгим изучающим взглядом. Подросток, которого до этого назвали «Чиф» улыбнулся ему, не так, как Баджи, а по-настоящему, по-доброму. Заместитель оказался мягче, чем показался на первый взгляд и рука у него была не настолько тяжёлая, нежели у брюнета, но страсть к дракам была у обоих — этого уж было не унять. — Ты совсем не похож на твоего командира. — юноша сказал это своему новому знакомому в качестве комплимента. Конечно, у каждого свои тараканы в голове, но брюнет ввел себя не то чтобы самоуверенно, но это тоже, а больше импульсивно, что было свойственно подросткам. Что-то подсказывало ему, что Кейске такое поведение было свойственно с детства и тот будет продолжать вести себя так и в будущем. Правда, не учел парниша, что именно такая показушность среди детей была крутой и желанной. — Неправда. — Мацуно обернулся на него с не самым благоприятным выражением лица, а затем оно приобрело более узнаваемые добрые черты, когда тот заговорил вновь: — Я тоже крутой! Не настолько, насколько Баджи-сан, но всё же… Такемичи скептически посмотрел на него. Если знать меру и свои силы — «некруто», то командир первого отряда конечно же самый «крутой». Он едва-ли сдержался от этого молодёжного в будущем жеста «рукалицо», потому что теперь понял в каких ситуациях его использовать. — Дракен на парковке у жилого комплекса? — Ханагаки перевел тему. — Не уверен, мы пока с несколькими другими отрядами — тут разбирались. Можем Мицуе позвонить, я слышал гул его байка неподалёку. — Чифую принялся расчищать им дорогу до следующей стоянки, но парню хотелось уже буквально испариться. Если они будут идти и бить каждого встречного в форме, отличной от твоей, тогда ребята никогда не доберутся до места назначения. А подросток улыбался и говорил, что они скоро прибудут, возложив на себя долг. Юноша отвечал, мол, хорошо-хорошо, я в тебя верю, но, по правде говоря, знал, что до живого Рюгуджи они уже точно не успеют добраться. Пожалел он, что попросил помощи и приволок с собой заместителя первого отряда — ничего не получилось из этого хорошего ни ему, ни самому подростку, зато тот увидел труп Дракена. Он никому не желал такое застать или увидеть. Мацуно тогда так пялился будто шокировано, но было в чужих глазах что-то ещё. Несмотря на то, что это был явно первый раз, когда тому воочию довелось увидеть что-то, что уже не являлось больше человеком, что-то, что уже покинула жизнь. И в тот момент к парнише дошло, что подросток выглядел, как тот, кто уже видел смерть, но не видел безжизненных тел или не помнил. Должно быть — что-то произошло в его детстве. Такемичи понял, что, вероятно, чувствовал себя примерно так же, впервые рассмотрев труп, но сейчас он совершенно не понимал собственных чувств. Довелось пережить столько смертей и ужасающих событий, что эмоций было настолько много, насколько — тот не мог понять, что именно происходит у него внутри. Ощущений было так много, что особенно яркие затмевали друг друга, оставляя самого Ханагаки в недоумении и непонимании что он чувствует и что должен чувствовать. Как бы парень не хотел просто уже поскорее закончить этот день, осознавая, что дальше — следующее повторение, а вот только часа через четыре по плану неудавшийся сон и любимая бессонница, но он закрыл руками обзор на всё зрелище любопытному Чифую и, постаравшись оставаться спокойным, почти что приказал ему: — Иди искать Баджи. Всё ещё шокированный подросток слегка кивнул, даже не совсем было понятно дошли до него чужие слова или нет, но тот развернулся и юноша перевел своё внимание на столпившихся незнакомых людей у трупа. — Отходим назад, здесь нечего смотреть! — крикнул тот, подбегая ближе, чтобы иметь возможность прогнать слишком интересующихся зевак. Если до этого парнишу терзали сомнения, то сейчас тот был уверен, что чужие страдания придают ему силы. Пока переживает только он сам — для себя стараться дело гиблое, но когда другие — искренне хочется спасти, защитить. Встретившись с вторым отрядом, Такемичи понял причину, почему его определили именно сюда, хотя не сразу, а только после более углубленного знакомства с остальными. А ещё тот понял, что впервые встретив настоящих гопников, все они на вид страшные, но их самих узнаёшь не только в драке. Хаккай был неплохим парней, тем, кто сильно обожал своего командира. Правда, ещё проявлял какое-то слишком видное насилие именно в боях, иногда, чрезмерное по мнению Ханагаки. А Мицуя взвалил на себя столько ответственности, сколько он сам даже представить себе не мог до того, как оказался снова в две тысячи пятом. Именно они больше и быстрее всех помогали добраться до Кена или, по крайней мере, найти того. От Такаши юноша ещё узнавал, что он услышал от кого-то о нечистых намерениях Рехея, но всегда было два варианта: идти отслеживать слух или спасать Рюгуджи. На следующей день, они оба уже бы не имели значения, но ребята всегда выбирали последний. Самого капитана третьего отряда парень не успел застать, но выполняющего его действия — да. Знакомство, очевидно, не задалось, потому что не каждый день подростки, состоящие в банде мотоциклистов хотят убить своего заместителя. И то, как Мицую настигла информация, что Пеян собирался убить Дракена, было странным, так как, несмотря на вечно его злое-удивленное выпадение лица, изначально тот не собирался прямо-таки лишать жизни другого человека. Юноша видел это в моменты, когда Рюгуджи, пронизанный лезвием Киёмасы, был ещё живой в стычке с ним, которая происходила ещё до этого. Хаяши хотел мести, но, очевидно, изначально план был в том, чтобы подавить силу Кена количеством и избить, не убить. Тогда каким образом дошёл слух именно о намерении убить от заместителя выполняющего обязанности командира? Наото однажды подсказал ему, что слух, скорее всего, пустил тот, кто причастен к этому на прямую, тот, кто перенаправлял Рехея лишить жизни Дракена, когда у Киёмизу не получалось сделать это самостоятельно. Но не слишком ли рано подозреваемый пускал слух? Или думал, что всё точно пойдет по плану? Неужели, настолько уверен был в себе? Парниша надеялся, что всю эту железобетонную уверенность разобьёт, когда, а не если, спасёт Рюгуджи. Верхушка четвертого отряда была ещё более противоречивой всего, что Такемичи когда-либо считал противоречивым. Сам капитан улыбался с прикрытии глазами почти всё время, но, честно, эта его ухмылка только отпугивала людей, потому что выглядела не доброжелательно, а больше как предупреждение всем его будущим врагам. И оно было как нельзя кстати, так как Улыбашка своих противников не щадил и отличался слишком жестоким темпераментом. К примеру, Баджи был и являлся самым что ни на есть маньяком в драках — он получал адреналин и удовольствие, когда была ставка, бой или соперничество, но не тогда, когда оппонент тебе уже и ответить не может. Какое в этом веселье? Но Нахоя продолжал избивать своего конкурента даже после того, как тот уже и выстоять на ногах не мог, продолжая улыбаться. А вот Злюка, который по его кличке и выражению лица казался злым, имел более спокойный характер и на самом деле был далеко не плохим человеком и бойцом. По крайней мере, потому Такемичи мог сказать, что подросток не выкладывался на полную в драках, как он успел заметить. Конечно, это было не его дело. Именно Соя из двух братьев предлагал свою помощь. Пятый отряд изначально был нацелен на междусобицы внутри группировки, правда, только те, что пойдут на пользу ей, но Ханагаки не удивился увидев его участников в той битве. Смотря, как хорошо были развиты физически и холодны умом его члены, парень вновь осознавал то, почему его распределили именно во второй. В одной петле, юноша попросил у Майки подмогу к Кену и тот не мог пойти сам, так как был на середине драки, но прислал их. Заместитель смотрел на него так подозрительно, но парниша не мог до конца понять как именно, потому что на нём всегда была маска, которая открывала вид только на верхнюю часть головы головы. Взгляд у того подроста был не самый добродушный даже на его командира, хотя последний, казалось, совсем этого не замечал и даже в какой мере заботился о Санзу, как его называли все. Шестой был не до конца сформировавшимся отрядом, командующим которого был подросток, всегда бросавший вызов Сано третьего августа, несмотря на то, что стоял во главе фракции Майки, насколько Такемичи мог понять из их разговоров. Он же ввёл за собой людей на подстрекательство являясь почти что теперешней главой Мёбиусов, как передал ему Майки, что было опять же странно, так как в банде взрослых оказался ещё один младшенький, причем, будучи одним из главных там. *** Ханагаки был единственным, кто вёл себя не так, как все изначально, заставляя поведение других тоже меняться. Но парень никогда не задумывался, что одежда в петлях влияет на что-то, и зря, как оказалось. Битва проходила вечером, под дождём и лишь уличные фонари на столбах освещали их поле, поэтому сложно было сказать кто есть кто, но из-за разной формы две стороны конфликта видели друг друга издалека. Приходил парень обычно в странных цветных костюмах, а участники всей перепалки думали, что он кто-то, кто не связан с Томаном. Шёл во всем белом на междусобицы — Свастоны принимали его члена взбунтовавшихся Мёбиусов. В черном — наоборот, поддерживающие восстание принимали его за врага и найти Дракена становилось невозможно, как в первом, так и во втором случае. Однажды, юноша пришёл в жёлтой футболке с надписью на ней «красная майка» и к нему прикопались совсем уж какие-то незнакомцы, прося «пояснить за шмот» и смеясь с его комплекта. В общем, парниша для себя решил, что лучший выбор всё-таки черная одежда, так как в темную пору дня в ней легко скрыться, а не привлекать внимание — это то, чему тот научился ещё в первых повторениях. Хотя изначальной целью было спасти заместителя главы, но всплывало так много странных моментов, что грех было не попытаться расследовать их или узнать ещё информацию. Правда, думалось ему, что лучше для этой роли пригодился бы Наото — его это специализация, подмечать детали и доходить до разгадки, так как мальчик решил всё-таки стать полицейским, как отец. Сначала Такемичи думал о фракции Майки и взбунтовавшихся Мёбиусах, как об одном целом, словно второе возникло из первого, но копнув глубже, можно понять, что дело было вовсе не в этом. В обеих бандах были представители не согласные с Сано и поддерживающие его, потому не могло быть так, что вся Свастика за Рюгуджи, а все присоединенные взрослые за командира. Тем не менее, в восстании принимали участие все до единого Мёбиусы, да и не было похоже, что те сразу так решили подчиняться по их мнению «малышне», но против присоединения никто не был. Всё это наталкивало на мысль, что всё, ещё с инцидента с девушкой, было подстроено и Пеян был с этим как-то связан или знал кого-то, кто мог бы дать ответа на интересующие его вопросы. Возможно, ещё и Киёмаса, но более вероятно — он немного сумасшедший просто. Следующий в очереди «попытки остановить смерть Кена» был простой план — отключить две главные угрозы: Рехея и Киёмизу. Оставалось только придумать как и решение было максимально простое, хоть и немного муторное. Ханагаки раньше пришёл на место в лесу, где тот всегда его находил и немного спрятавшись, выжидал, прислушиваясь к каждому звуку и приглядываясь ко всем мимо проходящим людям. Схема явно была выигрышная, потому что в тот прыжок парень застал другого проходящего на место происшествия за ларьками. Затем, дежуря у тех магазинчиков, увидел по какой улице тот шёл. И так до самого дома. Юноша уже знал на каком этаже живёт подросток и очень скоро увидел свою цель, выходящую из квартиры номер, которой он постарался запомнить и записать на всякий случай. Единственное, что останавливало его от того, чтобы не пойти и не надрать зад Киёмасы в тот же момент, как последний был замечен, крупицы здравого смысла, твердившие, что лестничная клетка — общественное место, где происшествие может заметить куча людей. Киёмизу прижал ухом телефон, разговаривая и параллельно копаясь у замка. Он наблюдал за этим всем ещё около пяти минут, стараясь расслышать о чём ведётся разговор, пускай и только с одной стороны, а затем подросток громко огрызнулся с трубку и бормоча что-то, ушёл за дверь. Парниша почувствовал, что это был его шанс. Да, изначально план действий, предложенный Тачибаной младшим состоял в том, чтобы в одной петле выследить место жительства и только в другой идти разбираться. Наото становился серьезным, когда дело касалось вреда его сестре, поэтому Такемичи даже не удивился, что мальчик одобрил отключку гопника. Иногда, ему казалось, что если это означало бы спасение Хинаты — тогда тот бы и на убийство решился. Ханагаки думал, что избавился от дурной привычки сначала делать, а через некоторое время думать, но оказалось — нет. Его тело двигалось само по себе при воспоминаниях, сколько боли и проблем доставил Киёмаса ему и его близким. Хоть тот было по-сути ещё ребенком, но все ещё оставался человеком, из-за которого он сам почти пошёл на убийство, а Ак-кун не «почти»… В тот момент, парень даже не думал о спасении Дракена, вернее, думал, но где-то на краешке сознания — собой затмевали всё другие мысли. Благодаря удачному выбору места для слежки, юноша сразу заприметил оставленные в замочной скважине ключи. Сам не заметил, как быстро, даже не запыхавшись, тот преодолел всё нужное расстояние. В тот миг, парниша даже не подумал, а если у него дома родители, друзья или близкие, а просто пошёл напролом. Он тихо зашёл и застал Киёмизу сгорбившигося, развернутого к нему спиной над дверью в спальню. Такемичи не долго думая, просто со всей дури ударил по той самой спине. Подросток с небольшим криком повалился вперёд и задел ручку двери, которая на вид была слишком металлической. Ханагаки на секунду забеспокоился не о том, что мог лишить жизни человека, а о том, что будет дальше, если тот и правда умер. Проверив пульс, он вздохнул с облегчением. Отпечаток его жестокой подошвы красовался на белой форме, а на спине вероятно будет синяк, на голове шишка, а так — ничего существенного. Киёмаса нокаутирован первым же ударом. Парень сразу же проверил пустую квартиру, за исключением его и другого в отключке. Вероятно, мало кто сейчас бы вызвал полицию для такого человека, как Киёмизу, только если на него самого. А сам тихий вскрик, очевидно, никто не услышал. Юноша положил бессознательного на кровать, предварительно сняв форму, вытащил ключи из входной двери, закинув те на стол в гостиной и оставил саму квартиру открытой. В то время, он совсем не подумал, что для большей безопасности можно было закрыть того в квартире чужими ключами, лишая возможности безопасно выбраться без посторонней помощи. Просто, парниша выполнив свою маленькую миссию, совершенно не успевал пойти на фестиваль вместе с Хиной, поэтому очень спешил. Он же пообещал девушке, а в итоге и тут подвёл её. Прибыл Такемичи тогда, когда всё уже началось и даже не сам праздник, а стычка. Первым же делом ушёл искать Рехея, но, конечно, сперва наткнулся на капитана второго отряда и тот слегка подсобил его в проверке парковок. Стоянка, где и был заместитель главы, нашлась стремительно быстро, благодаря чужой помощи. Ханагаки не мог нарадоваться тому факту, что именно Такаши был его командиром среди всех, когда ребята молча кивнули друг другу. Понимая всё без слов, они распределили обязанности: он идет помогать Дракену, а другой сделает что-то с Пеяном. Парень подбежал к подростку, стараясь рассчитать самый лучший вариант, как увести последнего подальше, пока тот не пострадал ещё больше, но это сложно было сделать, когда оба были окружены цепочкой людей в белой форме. Юноша плюнул на всё и быстро оценив состояние Рюгуджи, встал ко второму спиной, прикрывая. Кен не сразу понял всю задумку, но затем всё же улыбнулся. Начался бой, в котором эти двое стояли спиной к спине, помогая друг другу. — Пока ты не пришёл, я и не думал, что у меня ещё оставались силы на такую хорошую драку. — после всего произошедшего, обратился к нему Кен. По чужом лбу растекалась кровь, доходя аж до подбородка, но в остальном, подросток выглядел неплохо. Этой фразой Дракен явно смутил парнишу и он надеялся только на плохое освещение, что никто не заметил этого. Такемичи немного улыбнулся ему и пошёл переговорить с Мицуей, не так давно повалившим на землю Рехея, но, кажется, они решили разногласия. Их бой закончился, но между другими участниками группировок всё ещё продолжались стычки, например, Манджиро довольно недалеко сражался с каким-то типом, который выглядел… Ханагаки резко перевёл взгляд на знакомую фигуру, запримеченную боковым зрением. Какого черта Киёмаса улыбаясь, удалялся с места, где парень оставил заместителя Сано? В чужих руках сверкал окровавленный нож. Юноша, спотыкаясь, поспешил туда. Почему драка всегда начиналась позже, чем он мог подумать? И даже путешествуя и предрекая будущее, которое парниша уже видел — все равно опаздывал. Каждый раз драка начиналась в разное время, что тот привык к этому. Но сегодня Такемичи пришёл почти в пору и сразу стало ясно, что Киёмизу, возможно, и Пеян были катализаторами к началу, но руководил ими кто-то иной, кто-то сверху. Что ж это за ублюдок был такой?! Ханагаки подумал, что тогда здорово приложил подростка о верную ручку, но оказалось — не хватило. Каким образом он ещё тогда испугался на миг, мол, таким слабеньким ударом мог случайно убить Киёмасу? Вы посмотрите на него — сознание потерял, а спустя час уже пришёл на междусобицу, чтобы пырнуть кого-то ножом. Живучий, как таракан.! Мысли на самом деле слегка путались. Стоило прислушаться к Наото и только в следующей петле отрубить его. Неужели парень опять всё испортил? Нельзя было банально подождать? Юноша стал терпеливее за всеми смертями и пережитыми одними и теми же днями, но недостаточно, чтобы дождаться нужного момента. Парниша попытался отряхнуться от этих навязчивых мыслей. В это раз, он прибыл на место происшествия намного раньше обычного — сегодня всё должно получиться, если прямо сейчас доставить его в больницу. Но в этом-то и была проблема! Из-за пробок, столпотворений и праздника в общем, скорая вряд-ли бы быстро доехала к ним, значит всё, что они могут сделать сейчас — это направляться в сторону помощи. Такемичи мог с уверенностью сказать, что причина всей заварушки с Мёбиусами скорее всего знает его лично в лицо, но, похоже, это не работает не наоборот. Иначе, как бы тот всегда опаздывал? Кто-то специально рассчитывал время, подстраивая его, как минимум под трёх человек: Дракена, Киёмасу и его самого. Ханагаки не сильно вдавался в детали и не старался рассмотреть людей в белой форме в драке, хотя, наверное, зря — среди них скорее всего и затесался виновник всего происходящего. Пока обеспокоенные Хина и Эма шли за ним, парень неся на спине Рюгуджи старался немного зажать чужую рану, чтобы хоть как-то чуть-чуть остановить кровотечение. На дороге перед ними предстал Киёмизу с его приспешниками. Вот хватило же наглости? Видно было, что тот совсем не раскаивается в содеянном, да что там — пришел добить Кена. Ничего другого и не стоило ожидать от него на самом деле. Юноша не хотел первым вступать в драку, но когда подросток уже хотел наброситься на него с ножом, стало ясно, что боя было не миновать. Атаки противника были, откровенно говоря, примитивными для парниши, который десятки раз видел, как другой направляет на кого-то лезвие и сотни привычных кулачных боёв. Такемичи прекрасно помнил то, с какой скоростью, точностью, стойкой и силой ударяет Киёмаса, потому легко бы смог заблокировать, но в этот раз у него было оружие, так что медлить было нельзя. Ханагаки легко увернулся от лезвия и затем, воспользовавшись секундным промедлением другого, выбил нож, одним чётким ударом и таким же способом откинул от себя уже бессознательного Киёмизу. Незаметно, но аккуратно, сосредотачивая внимание на своем лице, он ногами отбросил холодное оружие подальше от всех. Побитый Дракен, которого парень до этого передал в руки Хинаты, заговорил, хоть и было ясно, что давалось ему это тяжко: — Так Казуши не шутил говоря, что ты их всех «одной левой». Юноша бы посмеялся, если говорящий не был сейчас в ужасном состоянии, когда не стоило тратить ещё больше сил на разговоры, поэтому просто промолчал. А сам Казуши, казалось, был смущён тем фактом, что заместитель Токийской Свастики запомнил его имя. Погодите, Казуши? Нет, не только он, но и остальная четверка Средней Мизо сейчас были здесь. Очевидно, их появление зависло от действий самого парниши и так, как тот сегодня не опоздал — они тоже пришли почти вовремя. Ребята стали в причудливую стойку, совсем не подходящую ситуации сейчас. Такемичи хотелось легко стукнуть себя по голове, а ещё лучше — стукнуть их, но сейчас было не до этого. Те предлагали свою помощь. Он логично подумал, что мог бы и сам справиться, но его друзья хотели проявить себя и это очень заметно. Всё-таки — именно Киёмаса и его шайка избивала их. В подростковом возрасте Ханагаки бы тоже хотел мести, но сейчас он был больше зациклен на спасении, чем на отмщении, поэтому победа над ребенком, пускай и выше его самого, не особо тешила. Стоит признаться, что в первой петле, где ему удалось побить Киёмизу — парень был безмерно рад. — Тогда бейте по внутренней стороне предплечья или колена. — сказал он, потому что прекрасно понимал, что в честном бою им не победить. Ребята уставились на него в то время, когда противники готовились к драке, один только Такуя быстро присел и, вставая плеснул грязной водой, которую зачерпнул до этого, в людей напротив. Логично, что Ямамото будучи самым слабым среди них, схватил всё налёту и быстро понял расклад вещей и сил. Совсем скоро остальные тоже подключились и уже минут через десять, не задействуя Дракена, главная задача которого была придерживать свою рану и стараться оставаться в сознании, они победили, а враги отдыхали на грязном и холодном от дождевой воды асфальте. Тачибана говорила, что вызвала скорую помощь с полицией и совсем скоро послышался характерный их машинам звук. Было немного неловко от того, что дюжина неизвестных подростков лежала рядом на полу, к счастью те не стали ничего спрашивать и просто постарались погрузить пострадавшего больше всех человека на носилки. Парень с замиранием сердце смотрел на это всё, хотя и заставал эту сцену не в первый раз, но до этого раза, Рюгуджи всегда был к этому моменту без сознания. Здесь все было по-другому — здесь были шансы. Изначально, все эти события были беспокойными, но нельзя было не описать нервотрёпку, которую юноша испытал, когда доктора засуетились, а Кен жестом подозвал его и почти что обессиленно протянул руку. Парниша накрыл чужую ладонь своей, внимательно следя за каждым его движением, но тут же пожалел об этом, ведь подросток выдал, наверное, самую тупую вещь из всех, что можно было сказать в такой момент. «Позаботься о Майки, если меня не станет». А о себе тот не хотел подумать, когда сам буквально умирал, а вот Сано был жив и здоров? Парниша заметил, что другой словно теряет силы и закричал, что было духу: — Если ты сейчас сдашься, то я и не подумаю присматривать за Майки. Я брошу его на произвол судьбы, только попробуй закрой ты глаза сейчас! Слышишь? — он сильнее сжал чужую руку, чтобы вернуть Дракену немного чувствительности и привлечь внимание. Тот слегка приулыбнулся на его слова, но глаза всё-таки закрыл. Казалось, что его состояние сильно не изменилось, если судить по приборам рядом. Сотрудник, услышавший его крик, очевидно, подошёл ближе. — Успокойся, с ним всё будет хорошо. Такемичи уставился на неизвестного, как баран на новые ворота. Конечно, тот не мог знать, сколько раз он слышал эту фразу и даже говорил сам себе, пытаясь успокоить. Всё тщетно. — С показателями всё нормально — он просто потерял сознание. Это обычная практика при обильном кровотечении, но, смотри, мы уже доезжаем до больницы, а если до этого момента не было остановки сердца — его шансы выжить намного больше. Ханагаки вздохнул и чуть-чуть успокоился, так как этот сотрудник говорил ему чистую правду, не приправляя свои слова сахарным оптимизмом и ложью, мол, всё точно будет хорошо — ты только поверь. Действительно, чего это он? До этого именно парень успокаивал всех, когда кто-то умирал, видно, ему самому тоже это нужно было. Когда они приехали, почти сразу же явился и глава Свастонов. Юноша звонил ему до этого, чтобы рассказать куда их отправили, но тот самостоятельно догадался, что те в близлежащей от стоянки больнице. Приехав, Майки сразу же выдвинул приобдряющую речь, как и полагается лидеру, которая, кажется, вдохновила всех. Несмотря ни на что, но человеческий фактор всё ещё существовал. Даже если Рюгуджи и пообещал, смерть свою тот же не мог предсказать? Или как? Типа: «Не выйдет — я умру в эту среду, поэтому в эту пятницу мы не сможем сходить на фестиваль», — бред какой-то. Другие, может, и не увидели этого, но парниша явно заметил нервозность Сано, помогающего им расслабиться, потому что такое было и ему самому присуще. Когда все молчали, что было свойственно этому месту, он решил нарушить тишину, подойдя и заговорив к всё ещё удивлённому Пеяну. Удивительно, но Мицуя с Манджиро поговорили с ним и тот уже сожалел о том, что пытался сделать, пускай, ничего и не получилось. — Был ли кто-то, из-за кого ты решил набросить на Дракена с ножом? Рехей ответил ему совершенно незаинтересовано: — Да, Па-чин. Этот было не то, чего он ожидал. Нужно ли тогда будет проведать Па-чина и узнать ещё и у него? Ну, не мог Такемичи поверить, что гопники, которые привыкли решать всё кулаками, резко захотели и задумали поубивать всех, им неугодных? Учитывая, что это всё же были гопники ещё и импульсивные подростки, возможно, но и у них же был какой-то кодекс чести? Реально ли это без чужого причастия? Дальше, уже Такаши забрал друга на разговор и тот перестал вслушиваться. Ханагаки сел на лавочку и уже привычно попросил Наото прийти. В этот раз, парень не врал о том, что младший не в первые приносит им еду. — Кстати, рис и свинина уже немного надоели. — упомянул он и на другом конце провода просто фыркнули. Мальчик приехал действительно быстро, как и всегда, только прихватил с собой в три раза больше еды, чем обычно из-за чужих слов. Ребята были только рады, правда, пищи всё ещё не хватало, чтобы все наелись досыта. Хина молча сверлила в юноше дыру взглядом, прося объяснить, что это сейчас произошло, но то ли не решалась подойти, то ли была слишком занята процессом успокоения Эмы. — Ты даже ничего не спросишь? — резко начал говорить парниша с Наото. Тот помнил, что другой обычно спрашивал, выживал ли до этого момента когда-либо Дракен. — А смысл? Ты наверняка уже не в первый раз бы слышал этот вопрос. Захочешь — сам расскажешь. Эти слова наталкивали Такемичи на мысль, что когда он впервые блефовал про то, что Тачибана уже приезжал в больницу, тогда тот его раскусил, но все равно приехал. Ну конечно, мальчик на самом деле был намного умнее, ещё и умел читать между строк. — Операция ещё никогда не длилась так долго. — только и сказал Ханагаки, после чего эта короткая беседа была закончена. Пометка над дверьми сменилась на завершенную и доктор вышел из операционной. Парень видел лица его друзей, наполненные надеждой и страхом. Последнее особенно прослеживалось у Майки. Сам он только взглянул на давно знакомого хирурга и уже мог предугадать его дальнейшие слова. Юноша видел того мужчину, потерявшего пациента и сейчас. Это были будто два разных человека. Да и время потраченное на операцию было более многословно, чем всё остальное. Четыре часа, вместо тридцати минут. — Опасность для жизни миновала. — улыбнулся доктор, снимая маску. Большинство ребят, если и не все вовсе, заплакали от счастья. Парниша подошёл к Наото, который, хоть и не знал Кена, но все равно выглядел немного воодушевленный, очевидно, вобрав в себя всеобщее хорошее настроение. — Поздравляю. Сколько попыток это заняло? — протянул ему руку мальчик. — Я перестал считать на сорок третей. — отшутился Такемичи, а затем с радостью пожал чужую ладонь. Ощущать знакомое электрическое покалывание по всему телу было приятно, как никогда раньше. Он скучал по этому чувству уж точно. Тот ещё немного переговорил с младшим о том, что будут делать дальше, о сообщении человека из будущего, о результате этой миссии и затем уже о том, как Тачибаны будут добираться домой. Все собирались расходиться и Ханагаки отправился на поиски Сано, который ускользнул от глаз не понятно в какой момент. Он примерно знал, что увидит, но одно дело знать, а другое смотреть воочию. Это немного разбивало сердце. Если до этого парень имел расплывчатое представление о том, что Манджиро скрывает свою боль от других и не делиться ею с близкими, то сейчас оно стало ужасно четким. Видя плачущего, как и все остальные, от облегчения блондина, он хотел сделать для него то, что тот сделал до этого, в другой петле, когда глава Тосвы плакал вместе с ним, а сам юноша сейчас… Парниша не заметил, что тоже начал плакать, а понял это только тогда, когда его щёки стали горячими и мокрыми из-за слёз. — Вставай. — обратился к сидевшему на холодной и сырой земле подростку, Такемичи. Он хотел помочь и дать понять, что и те, кто плачут могут быть опорой, да и слезы — это не слабость, а естественность. Показать, что просить о помощи нужно. Сано перевел на него свои глаза — все в пелене из слёз. — Дракен ведь сегодня не умер — всё обошлось. — Ханагаки улыбнулся. Причем, не выдавливая из себя улыбку, а по-настоящему. Никто не был так рад факту спасения заместителя, как он, который столько усилий приложил к этому. Майки ещё раз странно посмотрел на него и затем, вытерев слезы, взял той же влажной рукой его ладонь, чтобы встать. Сано открыл рот, словно хотел что-то сказать, но, похоже, решил, что сейчас не подходящий для этого момент и просто промолчал. Все медленно разъезжались, хотя некоторые, вроде Эмы, до конца не хотели уходить — её чуть-ли не силком утаскивали. Таким образом, парень узнал, что они с Манджиро брат и сестра, так тот посадил девушку на свой байк, объяснил факт их родства, чтобы не показалось, что блондин делает что-то странное и увез их домой. Сам юноша остался последним в коридоре и как бы сотрудники больницы не старались его выгнать — не уходил. Он знал, что даже если ему скажут, что Кен резко умер, тот уже не успеет домчаться до квартиры Тачибан, чтобы заново запустить петлю, но все равно нервно сидел и пялился то на свои собственные часы на телефоне, то на большие, весящие над главным входом. Три ноль один четвертого августа наступило быстро и парниша наконец-то мог вздохнуть с облегчением, а ещё можно было уже поддаться сну. Такемичи невольно принял горизонтальное положение, медленно скатившись на лавочку и уже через пару секунд задремал. Сон и отдых — то, что ему нужно было всё это время. По крайней мере, сегодня, после успешного спасения Рюгуджи, он мог себе это позволить.