the broken world you tried so hard to save

Из - за монотонного голоса преподавателя клонило в сон, в классе  не слышно шёпота ни из какого угла. Эмз клянётся, Вольт и Сту за последней партой, наверняка, уже уснули. Попробуй поговорить на географии, учитель сразу вставит, и если обычно подобное парней особо не останавливало, то с географичкой всё по-другому.  ‎ ‎Этот преподаватель работал в школе не первый десяток лет, понятно лишь по морщинами на лице, вечной угрюмости и уже измотанному взгляду видно, педагог со стажем. Да этой женщине лет за семьдесят, так сказал Вольт, когда впервые увидел её. В принципе услышавшие его утверждение с нотками какого-то разочарованного восклицания согласились. ‎ ‎После десятого класса их бывшая географичка ушла в декрет, радостно улыбаясь и махая рукой на прощание. Сколько счастья больше не видеть эти заебавшие рожи. Ученики тогда вылупили глаза на уходившую молодую преподавательницу. Мол куда, уже? Не успели они переварить информацию, как новый учитель уже стоял перед доской, явно не желая знакомиться. Тогда они совершенно и не знали с каким педагогом им предстоит встретиться и подготовиться к ЕГЭ. ‎ ‎Но уже на первом уроке у неё Вольт увлечённо рассказывал Сту о том, как наебал какого-то шестиклассника. Однако, успев лишь начать сказывать о своих приключениях, на голос подходит преподаватель к их парте, в её взгляде ничего не читалось кроме отвращения и усталости. Оценивающе ситуацию, женщина всплёскивает руками, а после требовательно стучит по парте, как маленький ребёнок. ‎ ‎Вольт и Сту даже вздрагивают, явно не ожидая такого исхода события и распускания рук на их парту. Все присутствующие на них сочувствующие взгляды направляют, Эмз с Фенгом даже взглатывает, явно волнуясь за задницы друзей. Пока Рико, единственный направив взгляд к потолку, взмаливается Богу, чтобы этот случай чему-нибудь научил его припизднутых друзей. Обладатель темно-серых волос перекрещивается, а после опускает голову к двум соприкоснувшимся ладоням, тихо проговаривая: ‎ ‎— Аминь. ‎ ‎На самом деле Рико далеко не верующий, временами даже отрицал веру в Богу, мол, проси не проси, он не поможет. Да какой верить в Бога, если парнишка себе плохо верит. Все взаимоотношения строятся на доверии, верно? У него к Богу совершенно не было доверия. ‎ ‎Вот только после тихой реплики паренька, женщина морщит нос, пока у Сту и Вольта уже глаза по пять копеек. Мы что-то натворили? А Вы уверены.. Вам наверняка показалось. Хотя признаться, Сту уже сам хотел молиться и просить у бога прощения за все грехи. ‎ ‎Что-то было в её взгляде пугающее и в то же время раздражающее. Она смотрела свысока пожирающим взглядом, который, казалось, проходил сквозь тебя и оставался таким же непоколебимым. Эта женщина была готова стоять до конца на своём, до жути уверенная. Сколько же было уже мучеников у этого противного взгляда. ‎ ‎— О чём вы шептались, молодые люди? — наконец-то проговаривает, не опуская своего сверлящего взгляда, голос её был чуть писклявый, а когда она становится более серьёзной, то вовсе пищит. ‎ ‎Многие в первый раз не выдерживали и смеялись в голос, вот только на следующий урок она не впускала их, только с родителями в класс заходили. А Сту и Вольт молодцы, бодрячком, ни звука не издали, значит всё же испугались, либо вовсю сдерживали смех, они даже на секунду переглянулись, но ни слова не сказали. ‎ ‎— Ещё раз такое повторится, и в класс вы зайдёте только с родителями, — голос всё также пискляв, но видимо сил продолжать диалог с ними не было, значит они уже скатились в её рейтинге учеников этого класса, и теперь будет трудно договариваться о исправлении работ. ‎ ‎Пизда рулям. ‎ ‎Потому фиолетоволосая и волновалась, что если друг и явится на урок, то, наверняка, его ждёт такой выговор от преподавателя. Мысли путались, дело до задания не было, Эмз конкретно беспокоилась за другу. Где он может быть? Курит в туалете? А может плохо стало и ушёл домой? Или просто решил прогулять.. А вдруг случилось чего. ‎ ‎Девушка уже хотела хвататься за крашенные волосы, сжимая глаза, подавая необычные звуки с сложности бытия. Но нужно продолжить делать задание, а вдург этот испепеляющий взгляд злобного преподавателя упадёт на неё, а после по её парте пронесётся хороший хлопок ладошей, что напугает. ‎ ‎— Нужно собраться, — шёпотом, еле слышно проговаривает Эмз, вряд ли бы даже сосед по парте её расслышал, если бы Фенг, конечно, был бы сейчас здесь, потому учитель бы точно её не услышал, по крайней мере, фиолетоволосая ужасно на это надеялась. ‎ ‎ ‎В коридорах ужасно тихо, лишь временами в некоторых уголках, где приоткрыты двери, слышен монотонный монолог преподавателя либо о объяснении темы, либо красноречивый говор о том, какой тот или иной класс ужасный, что они ничего не добьются и вообще они позорище. ‎ ‎ ‎И только в одном туалете слышны всхлипы. Фенг и не думает отрывать встревоженый взгляд от подростка, у которого дрожали плечи. Фиолетоволосый понимает, что на плечах Эдгара свалено многое. И смерть матери, и избиение отца, и изнасилование от незнакомца. ‎ ‎Старшему очень жаль, что он не появился в его жизни раньше и никак не смог помочь предотвратить такие ужасные события. Не нужно было его в тот день отпускать, нужно было прийти раньше. Сожалений много, но уже сделанное он никак не исправит, к сожалению. ‎ ‎Фенг бы мечтал спрятать Эдгара от окружающего его жесткого мира, что постоянно вредил ему. Руки старшего неуверенно тятянутся к подростку, чтобы защитить, пока открытый рот закрывается, сжимая губы в тонкую нить от множества сожалений. Вот только поймав чужой взгляд на себе, фиолетоволосого замирает на секунду, а после его руки возвращаются в изначальное положение, старший сжимает кулаки до боли в костяшках. ‎ ‎— Я рад тебя видеть, — первый голос подаёт Эдгар, проговаривая эти слова столь нежно, что сердце Фенга начинает трепетать. ‎ ‎— Я тебя сильнее, милый, — на лице старшего появляется глупая улыбка, и его сердце набирает обороты, ведь оно всё сильнее бьётся. ‎ ‎Фиолетоволосый боится голос подать, спугнёт. Однако беспокойство с каждой секундой усиливается, и молчать всё сложнее, хочется поговорить. Спросить почему он солгал. Боялся? А вдруг он случайно нажмёт не на то, парни ещё слишком плохо знают друг друга, пусть старший и разузнал грязным способом информацию о Эдгаре. Ему жаль. ‎ ‎Не только ему. Светловолосая тоже беспокоится. и Эмз за Фенга волнуется, как бы ему не влетело. Колетт хмурится, сжимая губы в тонкую нить, а не соврал ли Фенг? Зачем ему такого рода информация, а правда ли он хочет помочь ему? А вдруг он лишь пользуется Эдгаром. А она как пай-девочка за деньги передала ему информацию. ‎ ‎Колетт громко кладёт ручку, что ребята за передней партой вздрагивают, оборачиваясь, а замечая, что ладони девушки прислонены к лицу так, будто она пытается скрыть слёзы. Парень в зелёном капюшоне тут же обратно поворачивается, а другой с сиреневыми волосами одаривает ту сочувствующим взглядом, укладывая ладонь на светлой макушке, поглаживая, будто старается утешить. ‎ ‎Его сосед по парте даже поворачивается обратно, и одаривает чужую макушку завистливым взглядом, мол я тоже хочу. Колетт же крепче сжимает глаза, складываясь чуть ли не пополам, закусывает губу, сдерживая агрессию на себя. Она и не замечает, как в уголках глаз скапливаются капельки слёз, но Колетт не позволит себе пролить множества солёной воды. ‎ ‎ ‎ ‎— Но почему ты соврал мне? — всё же решается Фенг прервать давящую на него тишину, довольно тихо проговаривая слова, словно боится, что спугнёт, что нажимает не на верную точку, которая способна сломать парня на пополам. ‎ ‎И Эдгара парализует страхом, пока глаза распахиваются. Солгал? Когда? Как он узнал? Где он ошибся? Сердце тут же уходит в пятки, мысли путаются, пока рот приоткрывается, но и слово не может вылезти из него. Где ошибка, о чём он не договорил, а главное, как фиолетоволосый узнал о лжи, а о какой именно. Ладони потеют, а страх вовсе парализует, пока в ушах начинает предательски звенеть, что отвлекает от множества мыслей. ‎ ‎Множество мыслей посещают голову младшего, а главной остаётся лишь вопрос: а Фенг злится на него из-за лжи? Он уйдёт? Ну, конечно, покинет Эдгара, ведь тёмноволосый совершил ошибку. Он буквально соврал ему. Но подросток не хотел, честное слово, просто не хотел наваливать многое на фиолетоволосого, ему было совершенно необязательно столько знать. Наверняка у старшего полно своих проблем и дел, а тут на него навалился подросток. ‎ ‎Брюнет никогда никому не открывался кроме него и Колетт. Так как он мог узнать? А может ответ вовсе близко? Но светловолосая не могла бы такого сделать. Ну, точно нет. Она точно бы не сказала такого Фенгу. Да и зачем? Знакомы ли они? Тогда как? Откуда? Эдгар не понимает, но от страха от дрожит, пока колени вовсе начинают трястись. ‎ ‎— Я.. Я, — задыхаясь, начинает темноволосый, пока мысли предательски путаются, а сердце вовсе чуть ли не замирает в груди, — Ты про семью? ‎ ‎— Да, верно, про семью. Почему ты не сказал, что твоя мать погибла, а отец избивает? — довольно твёрдо тут же спрашивает, словно отчеканил. ‎ ‎— Прости! Я - я не хотел тебя беспокоить! — продолжает парень, чуть ли не задыхаясь, пока по щекам начинают течь слёзы. ‎ ‎И Эдгар тут же чувствует горячие капли из глаз по нежной коже, замечая их и наконец осознавая, что он плачет, глаза выпучивает. А после быстро неопрятно ладонями слёзы стирает, он чувствует себя маленьким ребёнком. Ему всё ещё шесть лет, он всё ещё сидит на том стульчике в палате и, совершенно ничего не понимая, смотрит на мёртвую мать. ‎ ‎И Фенг видит перед собой мальчика. Беззащитного мальчика. Мальчика, напуганного миром. Мальчика, что желал любви, но всячески подавлял эти желания в себе. Маленького мальчика, что начал доверять ему, а теперь он довёл его до слёз. Парень тут же рот открывает, но он не успевает и сообразить, что сказать, как его руки хватают. Как чужие ладони сжимают его собственные. ‎ ‎— Прости меня..! Пожалуйста, прости.. Мне так жаль.. Очень жаль! Как мне извиниться перед тобой? Только прошу.. Прошу.. Не оставляй меня одного! Мне страшно, я... Я! — задыхается парень в слезах, но уверенно смотрит в глаза, его слова заполнены всхлипами, лицо Эдгара было красным то ли от слёз, то ли от смущения, от того, что он наговорил, ведь в следующую секунду отводит в сторону робкий взгляд. ‎ ‎И у Фенга глаза по пяти копеек, а фраза «не оставляй меня одного» замирает где - то в груди. И парень понимает вновь, что свалили на этого подростка, какой неподъёмный груз свалили на него. Он вздрагивает, осознавая, что до жути напугал того, кого пытался защитить. И сейчас его хрупкое, почти разбитое сердце трепещет только для фиолетоволосого. ‎ ‎И старший прижимает брюнета к себе, ближе к сердцу, чтобы спрятать от всего этого грёбанного мира. Поглаживая по спине, Фенг чувствует, как темноволосый цепляется за него, как за того, кому доверяет. Как за того, кто позаботиться о нём. И Эдгар не думает отпускать плечи того, кто ещё не раз сделает его счастливым. ‎ ‎— Тише, милый, тише.. Я здесь, я рядом, я всегда буду рядом, — тихо, так успокаивающее и нежно шепчет старший. ‎ ‎Он даже на секунду не узнаёт свой голос, он никогда так нежно ни к кому не обращался, он никогда не жаждал так кого-то защитить. Фенг чуть отстраняет парня от себя, да так, чтобы их лица были напротив, и фиолетоволосый не может отвести взгляд от красного опухшего лица Эдгара. Старший укладывает ладони на чужих тёплых щеках, большими пальцами стирая слёзы, да приговаривает: ‎ ‎— Ты такой сильный, ты такой молодец.. Я на тебя не злюсь, понимаешь? Просто знай это я раньше, то я бы смог защитить тебя как-нибудь.. Мы могли бы что-нибудь продумать вместе. Я никогда тебя не брошу, слышишь? Я готов быть с тобой до конца, милый. Я защищу тебя. ‎ ‎И губы тёмноволосого искривляются, он пытается держать свои эмоции под замком, но не выходит. Ведь в следующую секунду вновь всхлипывает, а по щекам скатываются слёзы, вот только эти слёзы были от множества положительных эмоций, которые подарил ему Фенг. ‎ ‎И фиолетоволосый не осудит, это Эдгар знает точно, он может смело проявлять свои эмоции перед ним. И плакать, как ребёнок, и смеяться, как самому счастливому человеку в мире. ‎ ‎— Да, я понимаю. Спасибо, Фенг, спасибо огромное, что остался со мной, — голос тёмноволосого дрожит, почти через каждое слово можно услышать всхлипы. ‎ ‎И на это раз уже брюнет кидается в руки старшего, жмясь к нему как можно ближе, пытаясь спрятаться от всего мира, который так часто вредил ему. А фиолетоволосый на секунду замирает, пока глаза в шоке распахиваются, проходит лишь пара секунд и котелок Фенга заканчивает переваривание информации. Потому парень тут же сам ближе к себе прижимает того, кого настолько сильно желал защитить. ‎ ‎Всхлипы не прекращаются, ведь вина и различные эмоции, которые Эдгар выпускает рядом с парнем, продолжают терзать тёмноволосого. Но фиолетоволосый не винит его, совсем нет, парень сам не знал как аккуратнее спросить о лжи, а после до ужаса напугал подростка. ‎ ‎Фенг жмёт младшего как можно ближе к себе, как можно ближе к своему сердцу, дабы согреть замёрзшего младшего, который так нуждался в тепле. И прижимая всё ближе и ближе, старший убеждается, что подросток довольно некрупный. Его можно было назвать низким, а мускулов, казалось, вовсе не было. ‎ ‎Хотя Фенг заметил это ещё в первый день, ключицы слишком сильно выпирают, прямо как и лопатки. Дотрагиваясь до них, фиолетоволосый находился в прострации, однако замер, когда Эдгар сильнее сжался от холода и, кажется, боли, что мучительно душила во сне, загоняла в угол, а после изрывала худощавее тело хищным коршуном, что злобно бил огромными крыльями и продолжал яростно кричать. ‎ ‎Глядя на выпирающие лопатки, старший думал, что тёмноволосому насильно оторвали крылья, и теперь мучительная боль чуть ли не всегда подступала к лопаткам, когда до них дотрагиваешься. Живот плоский, рёбра тоже выпирают, хотя бы ножки выглядят более здорово, ляшки худые, но не до степени ужасания. Тогда-то Фенг и подумал, что парня плохо кормят, потому нужно подарить хороший завтрак. ‎ ‎Надев футболку, у парня зрачки расширяются. Подросток слишком очаровательно выглядит в ней. Кожа бледная и нежная, она и привлекает взгляд старшего. Фенг нерешительно касается чужого лба, убирает с него тёмные пряди чёлки, аккуратно касается губами нежной кожи, словно боится обжечь горячим дыханием. Фиолетоволосый быстро отпрыгивает, задумываясь о том, что он вытворяет, но замечая, что парня мучает кошмар, решает помочь. ‎ ‎Нет, старшеклассник не умеет проникать во сны других, брать их за руки и вести на свет, вести туда, где бы они могли спастись от их кошмаров, что пытаются удушить своих обладателей. Однако старший может лечь около и прижать парня как можно ближе к себе, чтобы помочь тому выбраться из объятий сна, чтобы согреть хрупкое тело. ‎ ‎Он может остаться здесь, рядом с ним, чтобы тёмноволосый не чувствовал удушающего одиночества, что постоянно сопровождала его. Что хищным ястребом был вот - вот готов наброситься на жертву, начать раздирать нежную кожу на мелкие части, пока яростный крик разбивается об небеса, а крупные крылья ее прекращали злобно хлопать так сильно, что в ушах звенело. ‎ ‎Брюнет согревается в чужих руках, они ему всё ещё напоминают материные, столь нежные. Однако руки Фенга ни капли не похожи на женские, они довольно мускулистые, а пальцы весьма длинные. Эдгар уверен, если они приложат их ладони к друг другу, то тёмноволосый убедился бы, что руки старшего гораздо больше его. ‎ ‎Фиолетоволосый, в принципе, отличается телосложением от младшего. Если брюнет худощав, многие кости выпирают, а живот вовсе плоский и намёка на мышцы совсем нет. То у Фенга совершенено, наоборот, плечи крепкие, грудь достаточно велика из - за множества тренировок, а про пресс вовсе можно не говорить, ведь он прочертился кубиками. А с первого вида можно было смело сказать, что фиолетоволосый довольно хорошо подтянут и накачен, так ещё и рост немаленький, конечно, более 180, прямо скала. ‎ ‎Парни и не понимают, как перемещаются на подоконник и сидят, прижавшись к друг другу, а Эдгар вовсе сжавшись. Его плечи редко подпрыгивают, всхлипы почти прекратились, тёмноволосый успокоился, он чувствует спокойствие и, кажется, умиротворение. В груди довольно тепло, ведь он чертовски близко находится к Фенгу, и брюнет уверен, он его не бросит, он останется рядом. ‎ ‎Обеспокоенных своими проблемами, два замёрзших подростка, что сидели на подоконнике в туалете, освещал яркий оранжевый свет закатного солнца, они так упорно прижимались к друг другу, что прогуляли урок, пусть он был один из последних. И Эдгар кажется совсем забыл о том, что должно будет произойти, когда он придёт домой. ‎ ‎Кажется он находился где-то не в этом мире. Не там, где были его страхи, множество боли и вечный побег от реальности. Где он вечно щемился в углах реальности, убегал куда-то далеко с помощью музыки и чтения чего-либо, дабы не столкнуться с ужасными мыслями, которые мучительно душили его и постоянно преследовали. ‎ ‎Он находился явно не там, где он ждал, пока школа закончится, пока он пойдёт домой, пока он забудется в глубоком сне, в котором он вновь и вновь будет убегать от кошмаров. Не там, где вечно поджидали ухмылки некоторых людей, которые в конце концов хотели бы его прибить. ‎ ‎Не там, где у него была чёткая решительность, которая не позволила бы кому-нибудь кроме отца ударить его, и в глазах горел огонь. Казалось, когда он отвечал на удары своих обидчиков, когда жёстко избивал их так, что на лице оставались синяки, а нос был вовсе разбит у одного из, он выплёскивал свою ярость, свой гнев на несправедливость этого мира. Он чётко видел, что он мог дать сдачи, и он не упустит возможность выдавить из себя всю злость, чтобы ему, возможно, стало хоть чуточку легче. ‎ ‎Однако ярость тут же угасала и растворялась на мелкие частицы, когда перед видом был пьяный отец. Когда он звал, нужно было сразу прийти, и после начинались несмешные подколы с его стороны, а после всё выливалось в осуждение подростка. Какой он уродливый и вообще чего он добьётся такими темпами. Говорили также о учёбе, в которой не было отличных достижений. А после всё каким-то образом вспыхивало гневом у отца, и он бил его, пока кричал о том, что его мать не заслуживает смерти, лучше бы умер он, а не его мать. ‎ ‎В принципе Эдгар тоже так считал. Однако, теперь он счастлив, что остался вживых и встретился с Фенгом. Парень глубоко вздыхает, а фиолетоволосый так влюблённо смотрит на него, их взгляды соприкасаются в невидимой точке между ними, пока они нежно смотрели друг на друга, забывая о реальности, что была вне этого туалета. ‎ ‎— С этого дня ты живёшь со мной, — вдруг принимает решение старший, и тёмноволосый на секунду глаза выпучивает, пытаясь сообразить и вообще переварить о том, что ему сейчас сказали. ‎ ‎— А.. А так точно можно? — встревоженно спрашивает младший, тут же глазками удивлённо хлопая. ‎ ‎— Можно, главное, чтобы ты был в безопасности, — довольно уверенно, но после взгляд опускает и довольно тише проговаривает,  — Я я всё сделаю для этого. ‎ ‎И сердце Эдгара замирает на секунду, а после начинает быстрее биться, пока в груди становится предательски жарко, грудная клетка просто пылает. Фенг сам от сказанного чуть краснеет, но не смеет отводить взгляд от тёмных глаз, что так робко, нерешительно смотрели на него. И тёмноволосый верит ему, осознаёт, как же он чертовски счастлив рядом с фиолетоволосым, он хочет остаться с ним навсегда. И брюнет уверен, старший не покинет его. ‎