i feel love for you

Наверное, для Риндо не может быть ничего лучше чем предвкушение очередной пизделовки. Не передать словами это чувство, когда перед выходом ты надеваешь форму, смотришь на себя и своего старшего брата в зеркало, осознаешь, какие вы, блять, охуенные и опасные. Вдвоем дополняете друг друга, так, что когда появляетесь на месте, буквально веете угрозой и наблюдаете, как лица противников становятся все напряженнее. Запах мокрого асфальта, рев байка и эпичное появление, в сердце разгорается приятный азарт, а кулаки и ловкие пальцы наливаются кровью. В этот раз братья Хайтани снова не надели установленную их бандой белую форму по требованию Майки: Риндо ворчал и упирался, мол, «прогибаться еще под вас, черный нам с Раном больше идет», лидеру Свастонов Канто пришлось долго спорить с ним, но в конце концов он сдался. Адреналин разносится по венам, наполняет каждую клеточку тела, когда они с Раном и другими сильнейшими членами группировки направляются в сторону ребят в черной форме. Риндо задорно улыбнулся, когда обвел взглядом всех присутствующих и вздохнул с облегчением: так и не увидел снившиеся то в кошмарах, то в эротических снах бирюзовые волосы и оскал. И тут же застыл на месте, когда Соя вышел из-за спины высокого Хаккая. — «Вот дерьмо…» — синхронно пронеслось в голове у обоих братьев. В голове тут же пронеслись события драки, когда они еще состояли в Поднебесье, той самый, где отхватили пиздюлей по первое число и, как казалось обоим, опозорились. А уже после боя Ран хотел повеситься, выслушивая речь обгашенного в дрова младшего брата о том, как бы он во всех позах и местах поимел Сою. — Стоять. — холодным голосом говорит Ран и хватает брата на шкирку, когда тот уже развернулся и направился в обратную сторону, — Ты же не зассал? Риндо чувствует, как обливается холодным потом. Хоть они с Раном и говорили о том, что будут делать, если Голубой Огр все же окажется в числе противника, хоть Риндо и убеждал старшего брата, а заодно и себя, что все чувства прошли, реванш обеспечен, что-то определенно ёкнуло внутри и останавливало. — Проблемы? — обернулся Ханма к братьям, — Риндо, че с лицом? — Идите, мы разберемся, — ответил за брата Ран и ляпнул первое, что пришло в голову — Давление у него. Мысленно Риндо снес брату башку. Какого хуя он так позорит?! — Ха-ха, боже, вам что, по пятьдесят лет? — подколол Ханма, — Или старость — не радость в двадцатник уже, еба? Теперь Риндо точно умер. Мало того, что Ран посеял зернышко для того, чтобы над ним теперь шутили все собандовцы, так еще и Шуджи тут издевается и окончательно сбивает с толку. Позорище… Все просто летит в пропасть, когда он случайно встречается взглядом с младшим Каватта. — Эээ… я утюг не выключил. Похоже, неумение придумывать правдоподобные отговорки у Хайтани с молоком матери передается. — У нас не утюга, дурачок, — вздыхает Ран, продолжая сжимать ткань чужой куртки и удерживать несносного младшего на месте. Не ожидал он, что Риндо так среагирует. — Я дверь не закрыл, — сделал еще одну попытку и все же сдвинулся с места. Ран воззвал к собственному здравомыслию и сделал глубокий вдох. — Угомонись ты. Сбежишь сейчас, и что потом? Мы потеряем ценную шишку, нас тут дохуя, конечно, но все же ты нужен здесь. Тебя же потом Майки и его пес угандошат за предательство. — Это я тебя угандошу! Что за хуйню ты Шуджи наговорил?! — шипит Риндо, — Давление, блять, серьезно, поумнее ничего придумать не смог?! — А что я должен был сказать?! Фу, блять, ты когда злишься, так слюной брыжешь! — Ран демонстративно вытер щеку тыльной стороной руки. — Ну, эээ… — протянул Риндо, подбирая приблизительные слова, но к собственному сожалению понял, что сам не может придумать ничего дельного, — Похуй, короче! Если братик так взволнован и взбешен, тут придется действовать хитрее. Своими упреками и убеждениями, Ран понимал, лучше не сделаешь, поэтому он как старший взял ситуацию в свои руки. — Успокойся, пожалуйста. Я понимаю, что ты чувствуешь, хотя… Нет, я тебя нихуя не понимаю. Ты об этом фиксике полтора года не заикался, что сейчас-то случилось? Младший Хайтани обреченно пожал плечами и, словно признавая поражение, опустил голову. — Неужели ты испугался снова получить по морде? — Ран положил руки на плечи брата и начал разминать их, пытаясь привести его в чувства, — Мы тренировались, мы окрепли, а они почти два года находились в затишье. Они не так сильны как в прошлый раз. Главное до слез его не доводи, как вспомню его визг, ужас, — криво улыбнулся. Легкий массаж и нужные слова и правда оказали нужное воздействие, только вот некая тревога все равно не покидает. — Или любовь в жопе заиграла? — нахмурился Ран, — Отбрось свои грязные фантазии, фу, боже… Ты что, правда втюрился?! — Я не втюрился!!! — вскипел Риндо. Многозначительные взгляды тут же обернулись на обоих Хайтани: выпалил он эту недвусмысленную фразу слишком громко. Рану еще никогда не было так стыдно за своего брата. — Пиздец… Ты давай поори тут еще, — он убрал руки с чужих плеч и развернул Риндо к себе, — Слушай. Просто не подходи к нему, ок? Я его на себя возьму. — Ран, пожалуйста, нет, я понятия не имею, что со мной, блять, происходит, какого хуя вообще это все… Я вообще не хочу, чтобы он дрался. Вот тебе раз. Ран чуть на жопу не сел, когда осознал весь пиздец ситуации. И что теперь делать, раз так вышло? Не тащить же Риндо за шкирку на поле боя, но и отпустить его приравнивается к поражению. — Я в ахуе, — констатировал старший, — Никогда тебя таким не видел. Риндо ничего не ответил. Лишь пожал плечами, продолжая сверлить глазами собственные ботинки. — Может, поговоришь с ним? — аккуратно предложил Ран, сам осознавая тупость этой идеи, — Пока все не подъедут, у тебя есть время. — А что я ему, блять, скажу?! «Привет, я так нервничаю из-за того, что ты тогда нас вынес, боюсь проиграть тебе и опозориться снова»? Или «О, я на тебя так смачно передергивал, го поебемся за углом и сходим на свидание за ручку»?! Ран шлепнул себя по лицу. Самые страшные его догадки начинают сбываться. — Представляю, как он охуеет от жизни… — почесал затылок, — А ты что, правда хочешь его поиметь и встречаться с ним? — Отъебись, я не знаю! — снова разозлился Риндо, — Думаешь я сам в восторге?! Блять, оформи мне психушку когда вернемся. Ран уже который раз тяжело вздыхает. Безусловно, младший брат и его пусть ебанутые, но важные мысли гораздо приоритетнее всех пизделок на свете, Ран бросит все и всех ради Риндо, но при сегодняшнем раскладе все летит в тупик. — Все так серьезно? Скажи честно, ты реально влюблен или просто боишься? — И то, и другое. — Ну вы че, долго там?! — доносится крик явно недовольного Санзу. Его определенно бесит, что братья Хайтани шушукаются о чем-то своем вместо того, чтобы быть вместе со всеми. — Бля, отъебись от них, у Рина сердечко не выдержит! — забавляется Ханма, — Да, Рин-ри? — Завались! — орет младший Хайтани и чувствует, что еще чуть-чуть и он слетит с катушек и пойдет пиздить собандовцев без разбора. Ран с ужасом в глазах осматривает младшего брата и совершенно не понимает, что делать. Ему теперь самому хочется упиздовать отсюда подальше, обнять Риндо и выслушать его. Он проклинает себя за все подколы и язвительные фразочки, которые сыпал на младшего градом, хотя тому просто нужны были поддержка и совет. Внезапно Ран почувствовал себя последним гандоном. — Все же тебе стоит рассказать ему все, не так, как ты озвучил, конечно, а просто объяснить ситуацию. Слышал, Соя — добрый человек и я думаю, даже если он отошьет тебя, а скорее всего так и будет, — спокойно говорит Ран, — Тебе станет легче после того как ты поймешь, что вам не по пути и сможешь со временем отпустить его, чувства не вечны, — он привычным жестом достает и разворачивает телескопку, — Достану для тебя его адрес и номер. Риндо молча кивнул и одарил старшего мягкой улыбкой. — А что сейчас-то делать? — наивно спросил он. Младший Хайтани точно почувствовал себя лучше, когда Ран показал ему, что находится на его стороне и будет рядом в любом случае. Сейчас он в буквальном смысле взял ответственность за бедовую голову Риндо, и осознание того, что он не один в этом гребаном мире приятно согрело душу и успокоило. — Я не вижу другого выхода, — серьезно помолчал Ран и покрепче взялся за свое оружие, — Прости меня, Риндо. Тот даже не успевает сообразить что к чему, как по лицу прилетает кончик волшебной палочки Рана. Щека тут же начинает гореть от мощного удара, голова гудит от неожиданности, мозг пытается отчаянно соображать, и до него постепенно все доходит. Звук глухого удара распространяется по воздуху, и тут же привлекает всеобщее внимание. — Э, какого дьявола творите?! — орет Харучие и вместе с не менее удивленным Шуджи быстро приближается к братьям. Еще один удар приходится на ребра, по ногам, но боль лишь раззадоривает и заставляет прежнему настрою заиграть в жилах. Во затея — пиздиться прямо как в детстве! Риндо азартно улыбается и кидается на старшего брата, валит того на землю и фиксирует сустав. Теперь все взгляды членов обеих собравшихся банд направлены в сторону братьев Хайтани. Никто и никогда до этого не видел, чтобы те вступали в телесную перепалку, да еще и перед началом основной драки. — Разошлись, блять! — Ханма хватает Риндо под плечи и оттаскивает его в сторону, однако Ран успевает нанести последний сокрушающий удар по лицу младшего, отчего тот, потеряв сознание, моментально падает на землю. — Вы че, совсем с дуба рухнули?! Драка на носу, а вы тут устроили херово представление, если не смогли что-то поделить как всегда, до дома бы дотерпели и собачились бы там как угодно! — ворчит Харучие, пока сидит на коленях перед Риндо и щупает ему пульс, проверяет дыхание, — Живой. Ран продолжает мысленно извиняться перед младшим братом, параллельно представляя, что устроит ему Майки после забива. Но тот просто молча одарил старшего пустым взглядом: — Из-за тебя он теперь ни на что не способен. Ты дерешься и получаешь за двоих. — Да.