Оленёнок

— Ривааай… Жарко, так жарко и горячо… Ривай уложил Оленёнка на бок, и крепко прижавшись пахом к упругой заднице, с силой оглаживал бока, жадно впиваясь поцелуями в шею, и кажется, собираясь просто всосать пацана без остатка… Другой рукой удерживая поперёк груди, ласкал пальцами, щекоча, зажимая соски, от чего мальчишка стонал и извивался, притираясь попкой и шепча что-то бессвязное… Аккерман с трудом различал в этом шёпоте своё имя… — На живот… — только и смог прохрипеть, прихватив губами мочку уха и прикусив слегка местечко под волосами Пацан, перекатившись на живот, заскулил жалобно, прося продолжения. Покрывая поцелуями каждый позвонок, Аккерман спускался всё ниже по спине, которая успела покрыться капельками пота, а кожа словно била крошечными разрядами тока, отзываясь на каждое прикосновение. Пробираясь руками по телу мальчишки, Ривай добрался наконец до вожделенной задницы, и, как заправский фетишист, чуть отклонился, рассматривая. Полюбовавшись секунду, раздвинул в стороны половинки. Между ягодиц было горячо и влажно. Сжатая, ещё не растраханная розовая дырка, словно просила присосаться к ней, и кто такой Аккерман, чтобы отказать… Меж тем, стоны перешли в мольбы, а член Ривая на каждое движение дергался так, что казалось, азбукой Морзе просил войти уже, наконец, в такую аппетитную попку Вылизывая и посасывая, Аккерман кайфовал между сладкими булками, придерживая парня за бёдра, потому что того колотило от каждого прикосновения. — Ривай, Ривай, пожалуйста, я хочу, очень хочу… пожалуйста, Ривай — Маленький мой, горячий, такой сладкий, подожди, мой хороший, сейчас… Оторвавшись наконец от своего занятия, Ривай как следует смазал член и начал мягко водить им между ягодиц, тем самым массируя уже расслабленную после языка дырку. — Пожалуйста, я хочу почувствовать тебя… — Ох, малыш Надавив головкой на чуть поддающийся сфинктер, аккуратно продвинулся внутрь, одной рукой направляя себя, а другой наглаживая пацана, проминая, словно мягкое тесто. Отчаянно всхлипнув, мальчишка вдруг резко подался бёдрами назад, насадившись до половины, и Аккерман зашипел, втянув сквозь зубы воздух. — Так не терпится, котёнок? — спросил хищно, наклонившись к самому уху — ну, будь по-твоему. Вздёрнув мальчишку за бёдра вверх, Аккерман резко вошёл до конца. — Даааа! Да, пожалуйста… пожалуйста. Ох, блять! Член Ривая, оказавшись в желаемой узости, радостно дёрнулся, и налился ещё крепче. Под стоны и всхлипы, всё действо казалось погружением в нирвану… — Громче, малыш, я хочу слышать, как ты кричишь… Ривай подтянул пацана к себе, и крепко прижав к груди, начал трахать короткими, резкими движениями. Мальчишка окончательно утратил связь с реальностью… Вцепившись Аккерману в руку, он прогибался в пояснице и выскуливал его имя… Обхватив член парня, Ривай задвигался быстрее, сжимая руку в такт своим толчкам. Оленёнок задрожал, застонал протяжно, и выгнувшись, кончил, откинув голову Аккерману на плечо. Ривай кончил следом, не в силах больше сдерживаться. Он, казалось, просто тонул в пацане, ловя с ним на пару оргазменные волны и невероятное чувство единения.