аленький цветочек

21 апреля, 2022 год

7 класс

      Алёна мялась, подпирая стенку. Не выспалась.       — Живее можно?       — Завались. Мать чуть не спалила вчера, ей Верка написала, а она ко мне попёрлась.       Она всё ещё ждала желанную ашку, не особо вслушиваясь в душевные переживания Никиты. Засунула руки в карманы брюк, отчаянно зевая. Ей тоже от мамы влетело за очередную двойку по алгебре.       — О, — он протянул ей розовую ашку. Алёна тут же сунула её в рот. — Не злоупотребляй, там половина зарядки.       Никита вышел в шумный коридор, не дожидаясь ответа.       Алёнка не знала, дружат они, или просто помогают время от времени. Ей, честно, похер. Ей давали ашки, этого достаточно. Они у неё тоже есть, но иногда их было лень заряжать.       Под лестницей всегда было как-то уютно и не очень одиноко. Алёнка в целом не против компании, но тогда складывалось ощущение, что она одна такая плохая. Как бы она не пыталась затягиваться максимально расслабленно, мимо вечно проходил какой-то хмурый уборщик или другой курильщик.       Алёнка не боялась попасться ученикам. Большинство и так злоупотребляет, и не только эллектронками. Сама она не так давно попробовала сигареты. Интересный опыт, но слишком взрослый. Будто после первой затяжки она перестала быть школьницей, вечно страдала и имела огромные запасы вина.       Неплохой план на будущее.       Мельком взглянув на экран телефона, она решила направится к классу. Скоро звонок, а на русский ей опаздывать не хочется. Иногда ей казалось, что Юлия Михайловна уже догадалась о её тайне.       Алёнка, так или иначе, всегда чувствовала к себе особое отношение. Старший брат оставил после себя приемлимую репутацию, и она готова была биться птицей о камень, лишь бы все забыли про него. Вспомнили про неё.       Не хочет она делать тупые разборы причастий и частиц, да и стихи не учит. Да, тупая как пробка, не дисциплинированая, грубая. И что?       Алёнка не заставляла всех сидеть у окошка и нахваливать её ненастоящие пятёрки. Чего они от неё ждут?       «Андрюша эту тему знал хорошо!»       «А вот братец твой на уроках слушал и отвечал, Мельниченко.»       «Андрей всегда выполнял мои задания. В кого ты такая?»       — В себя саму.       Алёнка непроизвольно сжимала кулаки под партой и продолжала глупо улыбаться. Да пошли они.       — Какая ты жизнерадостная, — заметила Лера, когда та села за свою парту.       — Ага, — бездумно согласилась Алёнка, пряча ашку в карман рюкзака. Никита всё равно опаздает.       Осмотрев ещё не полный класс, она заприметила пустое место за соседней партой. Он тоже сидит один?       — Этот тупой Ушинин меня заебал. Почему он такой додик? — Алёнка улыбнулась таким наивным заявлениям.       Лера будто не видела никого кроме Антона, жаловалась на него, бросала убийственные взгляды в его спину и любом случае пыталась скривится как можно заметнее.       Сама чего-то напридумывала про якобы взаимную симпатию, вещие тиктоки ей скидывала и теперь надоедала.       Прозвенел звонок, а соседняя парта так и осталась пустой.       — А кстати, как там у вас с Вороховым? Я не настаиваю, просто интересно.       Алёнка повернула голову и криво улыбнулась.       — Ты на что-то надеешься? Ровно у нас, — нехотя ответила она, — без изменений. Мне так-то похуй, и ему тоже.       — Ну да, ну да, — покивала Лера.       — Ой, не знаешь, не влезай, — вяло нагрубила Алёнка и отвернулась. Не хочет она сейчас общаться, чё доёбываться?       Лера хоть и надоедливая — находилась в похожей ситуации, поэтому отошла к своей парте.       В класс шумно зашёл Никита и Юлия Михайловна. Одни. Никита сразу сел вместе с ней, доставая только пенал. Больше он и не брал никогда.       У Алёнки язык чесался спросить про его друга, но она же гордая. В жопу этого Ворохова с его тупыми замашками и пустыми партами. ***       Он всё-таки пришёл.       Посреди урока, с идиотской отмазкой про физрука и мячами, которые надо было помочь отнести. Придурок что ли.       Алёнка плелась на физру, слушая эмоциональный рассказ Тани про её музыкалку и какого-то Костю. Лера вечно вставляла незнакомого Кирилла и получала от Тани.       Ей просто нужна тишина.       — Как меня бесит от басовый ключ! — завершила свой рассказ Таня и стала ждать от неё реакцию.       — Пиздец, — выдавила из себя Алёнка, чтобы её не посчитали тупой. А может, уже посчитали.       — Вот и я о том же! Она на зачёте пять получила за этот басовый ключ, и теперь жалуется ещё, — встряла в разговор Лера.       На самом деле, Лера хорошая. С неё надо было брать пример: умная, добрая, весёлая, понимающая, в меру строгая, грубая с кем надо. Пай-девочка с сотней прочитанной порнухи и запасом мата на все случаи жизни. Вот только она была слишком навязчивой. Особенно когда не надо.       Пока эти двое опять сцепились, Алёнка постаралась найти в толпе Машу.       — Где Маша?       — Она уже в раздевалке, — ответила Саша, идущая ей навстречу.       — Когда успела, — пробубнила Алёнка и приготовилась к собственному крику души.       В раздевалке было привычно: не слишком холодно, почти не пахло потом, валялась куча одежды и стоял шум.       Маша устроилась в углу сего веселья и держала в зубах розовую ашку. Она что-то активно искала в телефоне, хмуря брови.       — Посмотри, — кинула она подошедшей Алёнке, указывая на стену рядом.       На уже изнасилованной всеми стене красовалась новая надпись: «Ваня Ворохов — гей».       — Какое точное высказывание, — отметила Лера, переодевая футболку. — Приписали бы ещё Котлярова и Ушинина.       Боже, опять этот Ушинин.       — Не, Антон за какой-то Катей ухаживает, — едко пропела Маша и рассмеялась. — А вот про Никиту ничего не известно.       — Туда его, — сказала Алёнка, чтобы поскорее закончить эту шарманку про Антошеньку.       У неё самой жизнь не мёдом струится, скорее говном стелится, если быть предельно честной.       На большой перемене она предпочитала парить, скидывать смешные тиктоки брату и страдать всякой хернёй. Но сегодня день особенный, и вместо всего этого она медленно и лениво переодевалась в штаны и футболку.       Физру она не очень любила.       — У меня больные суставы.       Может и не больные, но большую мотивацию заниматься она бы и не получила в любом случае. Уже и лыжи бросила, уже и тейпы дурацкие клеила. И всё равно её заставляют методично бегать круги в зале и махать руками.       Идиотство.       Алёнка человек не активный, нахуя ей физра. Это ж как идти против природы — вникуда. У неё и так проблем хватает, ещё и убиться в школе от прыжков в длину не хватало.       — Короче, — многообещающе начала Алёнка, доставая форму из рюкзака. — Он мне вчера написал.       Маша нахмурилась.       — Он? — утвердительный кивок. — Пиздец. И чё написал?       — Типо, почему мы больше не общаемся как раньше. Я ж его в школе стараюсь игнорировать, и он вроде тоже. А тут вдруг написал. Пришла беды откуда не ждали.       — Он даун? — Маша хмыкнула. — Он сам тебя игнорить начал, после того, как мы с Сашей… ну да, — у неё вырвался непроизвольный смешок.       Алёнка была рада, что подруга не произнесла это. Это противно.       — Ну и что ты ответила?       — В том-то и дело! Я не ответила.       Маша приподняла брови, потягивая ашку. Пусть она и выглядела удивлённой, Алёнка уверена, что от неё только такое и можно ожидать. И Маша об этом прекрасно знает.       — А что я отвечу? «Да, сори, просто мои любимые подруженьки написали тебе с моего аккаунта, что ты мне нравился, а ты сказал, что тебе больше симпатична Саша. А так — всё заебись».       — Н-да, — кивнула Маша. Положение и впрямь удручающее. — А ты вообще собираешь ему отвечать?       Алёнка тяжело вздохнула, прекрасно зная свой ответ. Нет, не хотела. Она не представляет даже их малейшего контакта на правах одноклассников, потому что это тупо.       Вся эта ситуация противная до жути. И этот Ворохов с его биполяркой — тоже. И его тупые сообщения. Всё.       И её тупая привычка врать тогда, когда не надо.       — Я думала, что придумаю нормальный ответ к школе и отвечу. Но чё-то всё плохо.       Маша поджала губы и понимающе приподняла уголки губ. Ей хорошо — за ней не тащится уже изношенная тема с каким-то дауном дед-инсайдом и все его непонятные взгляды. Она даже не знает, что с этим Вороховым.       Алёнка завязала шнурки и встала с холодного пола.       — Щас большая перемена? — Маша кивнула. — Супер.       — А ты куда такая вдохновенная? — рядом возникла Лера. Сегодня её слишком много.       — На физру конечно. А вообще мне нужно найти кое-кого…       — Он в раздевалке. Парят они там, — сказала Лера и улыбнулась. Ладно, иногда она правда бывает полезной.       Алёнка улыбнулась в ответ и начала думать под каким предлогом сплавит Ворохова.       «Тебя вызывает Владислав Дмитривич».       «Там Люба тебя ищет какая-то».       «Боже, просто выйди, пожалуйста, у меня голова кругом. И нам надо поговорить».       М-да, фантазия у неё на уровне.       Как некстати, раздевалки находились рядом и дойти до мужской можно было быстро. Она ведь даже с духом не собралась.       Алёнка глубоко вздохнула и сто раз отговарила себя уйти обратно. Итак.       Да начнётся шоу «Импровизация»! И начнём мы с…       Звонок.       Да блять!       Алёнка чуть не выпала из реальности. Когда она успела просрать всё перемену? Видно, тогда же, когда вокруг неё собралась небольшая толпа, терпеливо ожидавшая какого-то экшена.       Желания надо исполнять.       — Блять, — она схватилась за лоб. Почему она не отошла от двери сразу же?       — Сори, — Антон приподнял руки в премирительном жесте. — А чё ты здесь встала?       — Тебя ебёт? — гадко спросила Алёнка. Ну вот ещё, он её избил дверью, а она — словами. Вот как! — Где Ворохов?       — А он тебе зачем? Да ладно, щас он выйдет, — он увернулся от подзатыльника.       Мельком она заметила Леру, которая тут же закатила глаза и сделала Антону замечание за неопрятный вид. Ох, как у них всё сложно.       Алёнка усмехнулась и снова повернулась к проходу. И снова в кого-то врезалась. Что за день.       — Ты слепой? — она ткнула Ворохова пальцем.       — Сама встала в проходе, ещё и жалуется, — он тоже выглядел не очень дружелюбным. Отличный настрой для продуктивного разговора!       Алёнка отвела взгляд и начала вспоминать, как она строила первое предложение. Не помнит. Ну трындец.       — Э-э…       — Давай ты потом мычать будешь, — Ворохов подвинул её и побежал по лестнице, оставляя Алёнку одну.       Выродок.       Да пускай идёт на…       — Алёна, ты кого-то ждёшь? — Владислав Дмитривич прошёл мимо с сумкой в руках.       И она правда осталась в коридоре одна. И она так и не поговорила с ним. ***

Ворохов:

«Ты так и не ответила. И в школе, ты ведь хотела что-то сказать? Может перестанешь молчать и нормально со мной поговоришь?»

Вы заблокировали контакт "Ворохов".