Седрик – наш Король!..

Волшебные палочки у ребят проверили, и Снейп был вынужден признать, что дело дрянь. А ещё, что Грейнджер оказалась права: не только в том, что гриффиндорцы были не виноваты, но и касательно зелий в крови его подопечных. — Северус, это действительно Зелье Покорности? — хмуро осведомилась Макгонагалл. Помфри обнаружила остатки каких-то реагентов в организме пациентов, а Северус на своём оборудовании достаточно быстро идентифицировал наличие в крови Зелья Покорности. Ещё в начале столетия это варево было запрещено Министерством, и за производство и применение его грозило до пяти лет Азкабана. — Его тяжело обнаружить, но у меня хватает для этого квалификации, — кивнул декан Слизерина. Зелье Покорности в давние времена применяли вкупе с заклинаниями, потому Снейпу, как мастеру-менталисту, пришлось-таки проверить головы студентов на ментальные вмешательства. Следов Империо обнаружено не было, однако… на всей троице был применён достаточно мощный Конфундус с предварительным редактированием памяти. Вернее, не так: сам Конфундус не оставил значительного отпечатка, следовательно, не был слишком сильным, но при этом зелье изрядно снизило природную ментальную сопротивляемость, что, в свою очередь, в разы усилило условно разрешённое заклинание, практически сравняв его по эффективности с заклятьем Подвластия. Но самое любопытное: кто-то поработал с мозгами слизеринцев, а потом дал им одноразовые амулеты, как от внешних ментальных воздействий, так и защищающие от боевых заклинаний. Штуки совсем не дешёвые. — Интоксикации быть не должно, — сказала колдоведьма. — Профессор Снейп, вы сняли последствия ментального вмешательства? — Нет нужды, оно уже не действует. А универсальный антидот и зелье очистки разума я вам уже дал. — Да, простите, — опомнилась Помфри. — Просто на моей памяти такое впервые случается со студентами. Любовные зелья были, сглазы и проклятия, меняющие внешность, тоже, а уж сколько бедолаг пострадало из-за выходок близнецов Уизли… — покачала головой Поппи. — Однако чтобы использовалось запрещённое Министерством снадобье, да ещё с последующим ментальным воздействием. Кому это могло… — Где Дамблдор? — прошипел Снейп, перебив излияния колдоведьмы. Ошибки свои он умел признавать… но вот извиняться ни перед кем не собирался. И уж тем более возвращать снятые с факультетов баллы. Макгонагалл и сама с этим справится. Потому дабы ему сейчас не начали предъявлять претензии в стиле «Вам же говорили» или «Вы поступили необдуманно и несправедливо», он решил скорее переключить внимание преподавателей на отсутствие главного человека в школе. — Директор перед уходом сказал, что будет занят, — поправила очки Минерва. — Очень занят. — У нас тут опаивание студентов противозаконным зельем и их ментальный контроль, — заметил Снейп. — И, вполне возможно, спланированное покушение на убийство одного из чемпионов турнира, — включился в разговор ранее молчавший Флитвик. Полугоблин был хмур, его взгляд скользил по лежащим без сознания студентам, пока не задержался на безногом Макнейре. — Согласна с вами, — кивнула Макгонагалл. — Тогда тем более нужно связаться с Дамблдором, — настаивал Снейп. — Хорошо. Я пошлю Патронуса, — декан Гриффиндора вызвала серебристо-белого защитника, принявшего форму кошки. Продиктовав краткое сообщение, она отправила его к директору. Однако ответа всё не было. Они ждали около минуты, пока двери в Больничное Крыло с грохотом не распахнулись. Увы, вошедшим был не Дамблдор. — Я закончил последнюю пару и сразу пришёл к вам, — каркнул Грюм, стуча посохом и деревянной ногой. Отставной аврор, несмотря на инвалидность, влетел в помещение как ураганный ветер. — Что у вас стряслось? Флитвик быстро ввёл мракоборца в тему, стараясь сжато описать проблему. — Ясно, — скривился Грюм, глядя на слизеринцев так, будто увидел вонючие экскременты. — Нужно было сразу звать меня, чтобы пойти по горячим следам. Сейчас может быть уже поздно. Но всё же надо провести тщательное расследование. — У вас есть идеи? — холодно осведомился Снейп. — У меня всегда есть идеи, сосунок, — выплюнул Грюм, бросив на Снейпа испепеляющий взгляд. Его голубой глаз метался из стороны в сторону, будто искал следы преступления. — Я тридцать лет работал мракоборцем. И, смею заявить, хлеб свой ел не зря. — Вы больше боевик, а не следователь, — Снейп отвёл взгляд. Ему было неприятно находиться в одной комнате с Грюмом: ты будто стоишь перед бойцовским псом, готовым вцепиться тебе в глотку. Да, он это ощущал пассивной легилименцией, этот эмоциональный настрой старого аврора напрягал, тот будто специально выпускал эти чувства из-под ментальных щитов. Впрочем, Снейп уважал этого человека. Грюм был с протекающей крышей и полон странностей, но всё же он — легенда. Несомненно. — А может, это ты? — приблизился к нему почти вплотную Аластор. — О чём вы? — невозмутимо протянул Снейп. — Может это ты, пожирательское отродье, натравил своих змеёнышей? — его взгляд опустился на предплечье Северуса, где была Проклятая Метка. — И зачем мне это? — Дамблдор всё рассказал мне, — прошептал в лицо Снейпу мракоборец. — Волдеморт, — выплюнул он имя Тёмного Лорда. — Он ведь возвращается. Ты чувствуешь это, крысёныш. И боишься… Теперь Снейп начинал понимать, откуда у Грюма столь громкое прозвище «Грозный Глаз». Отнюдь не от магического глаза, от которого нельзя скрыться никакой магией. Нет, именно в его человеческом глазу таилась опасность. Он источал едва ли не осязаемое безумие и отчётливое желание убивать тех, кого Аластор посчитает врагом. «Он сумасшедший», — дрогнула щека Снейпа. Зельевар усилием воли подавил мимолётный порыв отступить на шаг от Грюма и выхватить волшебную палочку. Этому мракоборцу было совершенно плевать на то, что его помиловали, и на то, что за него заступился сам Дамблдор. Этот псих вполне может его атаковать прямо здесь и сейчас, не считаясь с последствиями. — Аластор, пожалуйста, — повысила голос Минерва. Грюм хмыкнул, криво оскалившись, затем нехотя отошёл от Снейпа, чтобы ещё раз обвести магическим глазом лежащих слизеринцев. — Итак, предлагаю следующее, — сказал отставной аврор. — Мы быстро проводим проверки волшебных палочек среди всех студентов Хогвартса. — Сейчас уже вечер, — напомнила Макгонагалл. — Да, — кивнул Грюм. — Сейчас уже вечер, а провести проверку концентраторов вы должны были сразу. Хотя… если преступник не дурак, то он давно скрыл Конфундус рядом бесполезных Левиос или Люмосов. Впрочем, вдруг нам повезёт, и он окажется идиотом? Хотя я бы на такое не рассчитывал. — Вы думаете, это поможет? — спросил Флитвик. — Нет,— каркнул Грюм. — Но посеет панику и, возможно, заставит преступника поволноваться. Именно поэтому нужно также провести проверку всех вещей студентов в Хогвартсе. Искать нужно это самое зелье покорности либо ингредиенты, что в нём используются при варке. А ещё защитные амулеты, схожие с найденными у этой троицы. Хоть я и подозреваю исключительно учеников со Слизерина, но не хочу, чтобы меня обвиняли в предвзятости, потому мы на всякий случай проверим всех студентов со всех факультетов. Впрочем, повторюсь, я считаю, что стоит уделить повышенное внимание именно старшекурсникам Слизерина. — Но чистокровные волшебники могут написать жалобу в Попечительский Совет, — начала была Минерва. Грюм взмахнул посохом: — Плевать на их жалобы. Пусть пишут. Дело серьёзное. И если понадобится, мы привлечём авроров. — Думаю, лучше пока обойтись без авроров, — покачала головой Макгонагалл. Её опасения были понятны. Подключение аврората — это возможная огласка, а Дамблдор точно был бы против огласки, ведь любое подобное происшествие в школе — это урон репутации директора и его заместителя, а также возможность при критической массе скопившихся оплошностей поменять администрацию школы. — Если вы так боитесь огласки, то можно тайно поручить проверку вещей домовикам. Хотя мне этот вариант не нравится. Кстати, ещё мы, помимо ученических, лично должны проверить палочки друг друга, — сказал Грюм. — Зачем? — удивился Флитвик. — Возможно, кто-то из нас работает на Тёмного Лорда, — Аластор не сводил испепеляющего взгляда со Снейпа. — Нельзя исключать агентов и диверсантов среди преподавательского состава… — О, нет, Аластор… — простонала Макгонагал, хватаясь за голову. — Опять вы со своей паранойей… — Минерва, мы живём в тяжёлые времена, — прохрипел Грюм, заскрипев зубами. — Тёмный Лорд может вернуться в любой момент, и сейчас нам как никогда стоит помнить о… постоянной бдительности! Внезапное появление Патронуса заставило Грюма выхватить палочку, благо, он вовремя опомнился и не стал бросаться заклинаниями. Созданная магией кошка, встав перед Макгонагалл, лишь понуро опустила уши. Снейп догадался, что это значит: — Патронус не нашёл Дамблдора, верно? Минерва кивнула: — Да. Кажется, директор под мощной защитой какого-то мэнора… либо вовсе находится в другой стране.

***

Выручай-комната, Хогвартс

Кинг ничего не знал о ней. Вернее, мельком читал о некоей «Комнате-По-Желанию» в Истории Хогвартса, но точного местоположения и методов вызова её там не описывалось. Родители Седрика об этом тоже не говорили. А вот Гермиона и Гарри после того, как запустили его сюда, провели целую лекцию о том, что это вообще такое и как они нашли это чудо. И вот сейчас, находясь в просторном сером помещении с восстанавливающимися манекенами для отработки боевых заклинаний, он не находил слов. — Значит, седьмой этаж, да? — переспросил он. — Да, — кивнул Поттер. — И комната может принимать любой облик, который пожелает студент Хогвартса? «А сможет ли Выручай-комната дать мне выход в локацию с мобами для раскачки уровня? Вряд ли она способна генерировать монстров, дающих экспу, но что насчёт телепорта в охотничьи угодья? Хм… надо бы это проверить…» — мысленно потирал ладони Кинг. Да и вообще с запросами можно будет хорошенько поэкспериментировать. Но без посторонних. — Теоретически — да. Однако это необязательно должен быть студент Хогвартса, — сказала Гермиона, отвлекая его от великих задумок. — Мы узнали о комнате от одного домовика, и на его желание она также откликнулась. — Вы общаетесь с домовиками? — удивился Кинг. — Мило. — Мы общаемся только с одним. И это долгая история, — поморщился Поттер. — Кстати, ты с ним уже встречался, на втором задании в озере, помнишь? Кинг поднапряг память и нахмурился. Уж не тот ли это домовик, который телепортировал Гарри с его «трофеем», когда на них напал сошедший с ума осьминог? — Эм… извини, — видя хмурое выражение лица Кинга, Гарри выдавил виноватую улыбку и неловко поправил очки. — За что? — не понял Кинг. — За то, что мы спаслись, а ты остался там, на глубине… К сожалению, Добби перенёс меня с Гермионой ближе к поверхности и сразу исчез в аппарации, потому попросить его вытащить остальных я не успел. Мне жаль, что так вышло. — Да ладно, забудь, — махнул рукой Кинг. — Всё ведь обошлось. Мы живы… и даже не остались инвалидами. Гарри благодарно кивнул и вытащил волшебную палочку: — Ну что, потренируемся?.. — Давай попробуем, — Кинг не сдержал улыбки. Магические навыки ведь растут в дуэлях и условиях, приближенных к боевым, потому он был только рад предоставленной возможности. Только нужно будет глянуть характеристики Поттера. Чтобы знать, к чему готовиться.

***

[Имя: Гарри Джеймс Поттер Раса: человек Уровень: 62 Класс: «Маг»] [Подклассы: «Боевой маг», «Артефактор»] [Возраст: 14] [Титулы: «Победитель Тёмного Лорда» «Герой Магической Британии» «Чемпион Турнира Трёх Волшебников»] [Негласные титулы и особенности: «Дитя Пророчества», «Герой», «Владелец Дара Смерти», «Убийца Стража», «Спаситель», «Наследник Певереллов», «Живая Филактерия», «Гений боевой магии», «Родовой дар артефакторики», «Талант в чарах», «Талант в трансфигурации», «Гениальный ловец»] Если бы он не лежал сейчас на кровати, то упал бы в обморок. Ладно, это гиперболизация, в обморок он никогда не падал. Обсирался — это да, было дело. Замирал от ужаса, не в силах пошевелиться — тоже. Впрочем, водички попить сейчас бы точно не помешало. Ибо чем больше Кинг вникал в Статус Поттера, тем больше ему хотелось икать. Особенно удивляли титулы. Основные, понятное дело, добавляли Харизму, что была сейчас примерно такой же, как и у Кинга. Но вот негласные… одно только «Дитя Пророчества» чего стоило. Оно давало бонус к Удаче при наличии смертельной опасности. И чем выше опасность, тем больше повышалась удача и увеличивался шанс выйти из любой передряги не только живым, но и победителем. Этот чувак буквально находился под защитой Судьбы, пока не исполнится пророчество (вот только информации по этому пророчеству Кинг в Справке пока так и не нашёл). А «Герой»? Этот титул больше действовал, как основной класс, давая пользователю пятикратное увеличение опыта при любом героическом подвиге или убийстве монстров. Если бы у какого-нибудь автора новеллы или манги был выбор между Кингом и Поттером на роль главного МС-героя, то сто процентов он бы взял Поттера. Только с двумя этими плюшками Гарри уже нельзя будет победить. Кинг собирался открыть биографию Поттера, но… одёрнул себя. Ему показалось, что, даже ознакомившись с общим Статусом, он уже конкретно так покопался в чужом нижнем белье. А если найдёт что-то секретное, как у Дамблдора, что случайно убил свою сестру во время дуэли с Гриндевальдом? «Ладно, пока не буду читать биографию Поттера. И облизываться на чужие рояли тоже. Хрен с чужими плюшками. Да. Я не завидую. Не завидую, я сказал!» — закрыл он вкладку с титулами. От греха. Однако даже если отбросить читерские титулы и особенности, что давали значительное преимущество над остальными, Гарри был чертовски хорош для своего возраста. Во-первых, навыки. Большая их часть была на А-ранге, плюс имелись довольно экзотические штуки вроде Парселтанга — языка змей. Во-вторых, уровень. Гарри четырнадцать лет, и при этом у него уровень выше (на целых три левела!), чем у Кинга. В-третьих, классовые характеристики у парнишки тоже на данный момент выше. Да, сейчас на Кинге висит дебафф, и если бы не штрафы, то он бы показал малышу его место. Но, увы, не судьба. В Выручай-комнате Кингу приходилось уповать только на щитовые чары да невербальные Диффиндо и Редукто, которые были хорошо прокачаны. Он тогда, слава яйцам, не особо вчитывался в Статус парня (в противном случае сдался бы сразу), только пробежал глазами по характеристикам и навыкам, но даже тех огрызков информации, что он уловил, хватило, чтобы понять: в серьёзном бою ему пиздец! Тем не менее, у них таки состоялась тренировочная дуэль. Хотя дуэль — это слишком громкое слово. Так как оба противника не воспринимали друг друга в качестве врагов, то и дополнительное задание с требованием победить лучших студентов Хогвартса так и осталось открытым. Тем более официального вызова не было. Прогресс того задания всё ещё оставался на 2/3. Из чудом побеждённых в школе были Уоррингтон и Дэвис, и Кинг готов был поспорить, что третьим лучшим студентом является именно Гарри Поттер. А ещё сильнейшим из них. Он прокручивал в Архиве воспоминаний сегодняшний вечер в Выручай-комнате. Волшебную палочку свою Кинг, по понятным причинам, не вытаскивал. Пользоваться же запасной не было смысла, она в тренировках ему не помогала. — Ты выпендриваешься или тренируешься? — скептически поинтересовалась Гермиона, когда Кинг с Гарри после разогрева с манекенами начали перекидываться заклинаниями, прощупывая друг друга. — Одно другому не мешает, — серьёзно ответил Кинг, принимая несколько цветных заклинаний на усиленный щит, поднятый невербально. — Седрик, а если серьёзно? — остановил их волшебную перестрелку Поттер. — Ты будешь доставать палочку? К чему этот цирк? Я не могу воспринимать тебя как оппонента, пока ты безоружен. — Я редко использую палочку, — сказал Кинг. Ему это просто не было нужно. Концентратор Тёмного Короля слишком мощный, чтобы применять его в школьных дуэлях, а дополнительная палочка с сердечной жилой дракона нисколько не облегчает колдовство. Это, по сути, для него макет. А раз он уже открыл свои способности к беспалочковому колдовству перед студентами Хогвартса, то, применяя этот макет, он мог вызвать у окружающих закономерный вопрос: какого чёрта его колдовство с концентратором такое же по мощи, если вроде как должно быть сильнее и качественнее? — Почему? — Не смогу ответить на этот вопрос кратко, — начал юлить Кинг. — Гарри, давай представим ситуацию: когда твою палочку выбьют Экспеллиармусом, что ты будешь делать? — Ну, приманю ее беспалочковым Акцио обратно и продолжу бой, — пожал плечами Гарри. — Хорошо, а если её сломают? Поттер задумался и скривился: — Достану запасную. — А если и её сломают? Или если будет мало времени, чтобы её достать? — Я понял, о чём ты, — Гарри спрятал свою палочку в чехол на предплечье. — Ты используешь волшебную палочку только в случае крайней нужды. В остальном же — стараешься не привыкать к концентратору, чтобы в любой момент быть способным отразить атаку либо удивить противника. — Всё верно, — кивнул Кинг. Пацан сам смог прийти к логичным выводам, хотя те и были несколько далеки от реальности. — И ты… предлагаешь мне тоже использовать только беспалочковое колдовство? — Я ничего не предлагаю, — качнул головой Кинг. — Как тренироваться — это твоё личное дело. Если он достанет свою бутафорскую палочку, то, скорее всего, сможет продержаться какое-то время против Поттера. Но… именно продержаться. В серьёзной схватке он проиграет, пока находится под штрафами. Разве что у него появится шанс, если врубит Форсаж. Но дебафф после этого навыка ещё больше увеличится, а уровень ХП и Ловкость снизятся, так что нафиг надо. Физические характеристики Поттера около полтинника. Классовые Интеллект и Мудрость — в районе семидесяти, а Контроль и вовсе равен девяносто двум единицам. У самого Кинга Контроль с учетом дебаффа сорок четыре, то есть более чем в два раза ниже. Так что тут без вариантов. Устрой они реальную дуэль, о Кинга просто вытрут ноги, и он не сможет выполнить дополнительное задание «Одолейте в дуэлях лучших студентов Хогвартса». Так что время для дуэли с Поттером ещё не пришло, да и вряд ли когда-нибудь придёт. Те 550 очков опыта не стоят того, чтобы рушить новые дружеские связи, потому он может даже отказаться от задания. Превращать возможного союзника и приятеля в сосульку при помощи Концентратора Тёмного Короля ему совсем не улыбалось, тем более ради таких крох экспы. — Полагаю, ты просто не хочешь показывать всё, что умеешь, — недовольно протянул Гарри. — Надеюсь, со временем ты сможешь доверять нам, Седрик. — Я доверяю, Гарри, — сказал Кинг, — просто пока не вижу смысла выкладываться друг против друга на полную, особенно без пригляда взрослых волшебников. Мало ли что может случиться. А наши факультеты и так потеряли достаточно баллов за сегодня. — Ладно, пожалуй, ты прав, — поправил очки Поттер. Тук-тук-тук… В двери его личной комнаты постучали. Кинг послал Наблюдателя в коридор и увидел знакомую рейвенкловку азиатской наружности. — О, нет. Опять она, — простонал Кинг. Но с кровати всё же поднялся и открыл двери. — Привет, Седрик. Как ты? — спросила Чанг, состроив грустную мордашку. Был вечер. Достаточно поздний вечер. До отбоя оставалось каких-то двадцать минут. — В норме, — пожал он плечами. — Зачем пришла? — Разве я не могу прийти к своему другу? — спросила Чжоу, невинно похлопав ресничками. — Наверное, можешь. Повисло неловкое молчание. — Можно мне зайти на пару минут? — Разве что на пару минут, — сказал Кинг, запуская девушку в свои покои. Приятельские связи со студентами нужно устанавливать. Хотя он надеялся, что китаянка не будет к нему лезть сосаться — ему в прошлый раз совсем не понравилось, даже с куклой Пандорой было гораздо лучше в плане ощущений. «Ох, неужели я готов променять живую девушку на голема? Дожил!» — мысленно посетовал он. Хотя нет, просто эта Чанг была слишком напористой. А ещё несовершеннолетней, м-да. Последнее сильно напрягало. Слава яйцам, хоть сейчас к нему Чанг не липла. — Учителя вечером проверяли палочки студентов. И, кажется, вещи тоже, — попыталась завязать разговор Чанг. — Бывает, — Кинг пожал плечами. Преподаватели таки начали проводить какое-то расследование касательно нападения слизеринцев. Однако все его важные вещи в Хранилище, как и волшебные палочки, да и они с ребятами были в Выручай-комнате, очевидно, проверка прошла мимо них. Либо их сочли за жертв и не стали трогать? Видя, что Кинг не идёт на диалог, азиатка решила зайти с другой стороны: — На балу я была с Крамом. — Я заметил. — Но сейчас мы расстались. — М… почему? Чанг набрала побольше воздуха, чтобы высказаться, но потом просто подняла свои слезящиеся глаза на Кинга. Только сейчас он заметил, что они были покрасневшие. Видимо, она не так давно плакала. «Ох уж эти женщины. Их хлебом не корми, дай порыдать», — мелькнуло у него. — Седрик… сегодня нас прервали. Я хочу поговорить. «Звучит серьёзно», — Кинг молчаливо кивнул, намекая, чтобы девушка продолжала. — Я понимаю, что из-за потери памяти я для тебя теперь… чужой человек. Понимаю, что в прошлый раз для тебя могла показаться слишком… навязчивой. И хочу попросить прощения. — Прощаю, — кивнул Кинг. — Что-то ещё? — Я попрошу тебя кое о чём, Седрик. — Если это в рамках моей компетенции, то я постараюсь помочь. Чанг улыбнулась. Она хотела прикоснуться к лицу Кинга, но опомнилась и нехотя отвела руку: — Это мне и нравилось в тебе. Доброта. Желание помогать окружающим. И свет внутри тебя. «Вот это вообще не обо мне», — мелькнуло у Кинга. — Но мне не нужна помощь. Я хочу обратиться с просьбой… Седрик, пожалуйста, дай мне шанс. — Шанс? — Знаю, тебе тяжело. Но давай попробуем всё начать с начала, — она положила руку ему на плечо. Кинг был профаном в отношении девушек, но даже он понимал, к чему клонит эта азиатская кроха. Она хочет снова с ним сойтись в романтическом плане. Но проблема в том, что он не Седрик, а девчушка всё ещё ошибочно считает его своим возлюбленным. — А как же Крам? — приподнял бровь Кинг. Чжоу сложила руки на коленях. — Признаюсь честно, я пошла с ним на бал, только чтобы не быть одной. Он пригласил, а я согласилась. Потом, с каждым проведённым днем, я понимала, что обманываю и его, и себя. Между мной и Виктором ничего не было, Седрик. «Жаль, это бы многое упростило», — подумал Кинг. — Кстати, а та девушка в зелёном, что была с тобой на балу… — Мы с ней просто друзья, — сказал Кинг, потом едва не врезал себе. У него была такая возможность отшить Чанг, но он отчего-то ей не воспользовался. — Хорошо, — улыбнулась Чанг. — Седрик, может… сходим завтра в Хогсмид? Вдвоём?.. «Ух… меня приглашают на свидание?» — Кинг подавил участившееся сердцебиение. Эта милая азиаточка приглашала его. Сама! Но ей же… пятнадцать. Твою мать. А ему почти тридцатник. Если он пойдёт с ней, то ему придётся, как мантру, повторять себе под нос: «Я не лоликонщик, я не лоликонщик, я не лоликонщик …» — и не факт, что это поможет. Проблемно, однако. И хочется, и колется. Блин, была бы она постарше хотя бы на пару-тройку лет, он бы может и согласился. — Чжоу, уже поздно. Давай… завтра об этом поговорим? — спросил он. Отшивать её сейчас не хотелось, девчушка и так плакала. Не нужно сегодня её ещё больше травмировать. А завтра… у него могут возникнуть неотложные дела. — Да, конечно. То есть ты не против? — Эм… да нет, ну что ты. Я совсем не против твоей компании. Просто не могу ничего гарантировать. Завтра меня может вызвать Дамблдор, сама понимаешь. — Да, понимаю, — она встала с кровати. Кинг тоже поднялся, чтобы проводить её до выхода. Возле двери они застыли. — Седрик, спасибо тебе. За то, что спас нас сегодня. Это было… невероятно. — Да не за что, — пожал плечами Кинг. — Ты — настоящий герой, — улыбнулась Чанг и потянулась на цыпочках, чтобы быстро обнять его и клюнуть в щёку. — Спокойной ночи. — Спокойной, — сказал Кинг, машинально прикоснувшись к своей щеке. Чанг скрылась за дверью, и послышались лишь её торопливые шаги. Кинг закрыл дверь на засов, затем устало плюхнулся на застеленную кровать. — М-да уж, ну и дела… Ему оставалось надеяться, что Дамблдор завтра вернётся с новостями, и ему не придётся никуда идти с Чжоу Чанг. А ещё… нужно будет попробовать самостоятельно «постучаться» в Выручай-комнату. Она может дать ему хороший буст для прокачки… если повезёт.

***

Барти Крауч-младший по-прежнему не был раскрыт. Он не знал, виной тому слепота Дамблдора и других преподавателей, либо он и вправду гениальный актер и лжец, но факт налицо. Всё идет так, как и задумано Лордом. И если по поводу Гарри Поттера пока что каких-то приказаний не было, то вот касательно Диггори инструкции были чёткие. Тёмный Лорд ранее требовал следить за ним и либо перетянуть на свою сторону, либо убрать с игровой доски. Но долгое время сделать ни то, ни другое не получалось, ибо парень исчез. Из слухов удалось выяснить, что чемпион уехал в США на стажировку. Вот только Барти впервые слышал, чтобы магическая Британия обменивалась студентами со Штатами. Хогвартс считался лучшей школой, потому стажироваться или учиться где-то ещё считалось едва ли не кощунством. Лорд, узнав о столь странном отъезде чемпиона, приказал проверить способности Седрика, когда тот вернётся. И Крауч-младший уже приготовил «жертв». Сыновья загадочно погибших пожирателей смерти ему казались самым оптимальным вариантом. Некому будет поднимать на уши Министерство и аврорат, чтобы раздувать дело, если оно вдруг выйдет из-под контроля: мамаши там влияния особого не имели, всё держалось на отцах, однако те ушли за грань. Ну и Мордред с этими никчёмными неудачниками! Впрочем, в Хогвартсе всё прошло относительно гладко. Администрация в лице Макгонагалл ожидаемо не стала вызывать аврорат и приказала держать произошедшее в тайне до прихода Дамблдора. — К сожалению, это ничего не дало, — пожаловалась Минерва. — Аластор, мы лишь зря беспокоили студентов. — А что, лучше было сидеть на заднице ровно и ничего не делать? — огрызнулся Лже-Грюм. Он бы сильно удивился, если бы обыски и проверки палочек к чему-то привели. Единственное — у старшекурсников нашли крепкие спиртные напитки и противозачаточные зелья. Но за такое даже отработки не назначают. Так, максимум воспитательная беседа и символическое снятие баллов. Макгонагалл поджала губы и пожелала Барти спокойной ночи. Пожиратель буркнул в ответ слова взаимности и пошёл к себе в покои. Вибрация сквозного зеркала заставила его навесить дополнительную защиту (чёртова паранойя Грюма), перепроверить всё, хлебнуть глоток зелья и только потом ответить на вызов Лорда. — Да, Повелитель. — Ты не ответил в назначенное время, — прошипел Лорд. — Хвост вызывал тебя дважды. Что-то случилось? — Прибыл Диггори. Пришлось устроить небольшой спектакль, чтобы проверить, чего он стоит в бою. — И как? — хмыкнул Тёмный Лорд. — Наш чемпион довольно неплох… и полон загадок. Правда, чистота проверки была нарушена вмешательством третьей стороны. — Подробности, Барти. Мне нужны подробности. — Разумеется, Повелитель. Я следил за ним при помощи артефакта Грюма. Студенты под зельями и Конфундусом подошли, как раз когда Диггори общался с бывшей девушкой и другом с Хаффлпаффа. — Раньше, насколько я помню, он избегал общения. — Верно, милорд. — Что изменилось? — Простите, повелитель, слухи были слишком невероятны, чтобы поверить в них, потому я вам не говорил… — Не томи, Барти. — Да, Повелитель… Оказывается, Седрик Диггори после испытания с драконом потерял память. Полностью. На том конце сквозного зеркала повисла тишина. Барти пробовал вглядываться в силуэт закутанного в чёрные пелёнки гомункула, но из-за повышенной защиты связь то и дело прерывалась, а качество картинки оставляло желать лучшего. Впрочем, Крауч-младший достаточно хорошо улавливал настроение и знал повадки Тёмного Лорда, чтобы понять, что тот в недоумении. — Если он потерял память, то… как тогда смог пройти Второе испытание? — спросил Тёмный Лорд. — Ты докладывал, что он буквально заморозил Стража Хогвартса изнутри, своей силой погрузив в анабиоз. — Я… я не знаю, Повелитель. — А должен знать, Барти, — послышался металл в голосе Лорда. — Очевидно, даже самый талантливый маг за несколько месяцев не способен этому научиться с нуля. Это невозможно. Даже если предположить, что после Первого испытания у него пробудились скрытые дары… Лорд глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Барти вставил слово: — Но Диггори сам подтвердил, что потерял память. И, судя по сканированию артефактом, он не врал. Его мимика и сердцебиение… — Барти, ты ведь далеко не идиот, — недовольно протянул Тёмный Лорд, — но до чего же наивный порой бываешь, аж тошно. Любой опытный маг умеет контролировать эмоции и вегетативную нервную систему при помощи окклюменции и особых ментальных практик. А Диггори, по твоим же словам, имеет дар в менталистике. — Я… я понял свою оплошность, — нахмурился Барти. Действительно, он оказался слишком доверчив. Верил слухам и тому, что говорил этот шестикурсник. — Что по проверке? — с нетерпением спросил Повелитель. — Его сила ещё больше увеличилась? — Не знаю… — Барти, — прорычал Лорд. — Простите, но я правда понятия не имею. Если раньше магическая сила мальчика определялась даже издалека, то сейчас с выкрученным и усиленным на максимум артефактом я просто не могу увидеть магию до тех пор, пока она не покинет пределы его тела. Вероятно, я смог бы его просканировать только при помощи палочки и рунных кругов. Кажется, будто его закрыли каким-то ритуалом. А ещё… на нём не работает стандартный поиск с волшебной палочкой. И домовики… они его не чувствуют. — Не чувствуют домовики и нельзя с ходу определить магическую мощь? — задумался Лорд. — Действительно странно. Это всё? — Ну, касательно проверки: Диггори спокойно применял как невербальное, так и беспалочковое колдовство. Но самая большая странность — он спокойно выдержал прямое попадание Гниением Плоти. И даже не поморщился. — Артефакт? — предположил Лорд. — Нет. Никаких артефактов на нём я не увидел. Диггори вынужден был прикрыть беспалочковым щитом друзей, чтобы их не ранило. Сам же принял заклинание на свою грудь столь уверенно, будто был убеждён, что ему ничего не грозит. Если бы не подоспевший Поттер с грязнокровкой, то, вероятно, он бы смог показать гораздо больше. — Защита от проклятий, беспалочковые заклинания… невидимость против обнаружения магии и поиска, — рассуждал вслух Тёмный Лорд, даже пропустив мимо ушей упоминание о ненавистном Поттере. — Барти, ты всё ещё веришь, что перед нами студент шестого курса, потерявший память? — Я… — Барти замялся. — Простите, милорд. Не совсем понимаю, к чему вы… — Я веду к тому, — разозлился Лорд, — что мальчишка больше не Диггори. Он с высокой долей вероятности одержим. Ясно теперь? Барти пытался осмыслить сказанное Повелителем, но пока у него не слишком хорошо получалось. — Но милорд, они постоянно общаются с Дамблдором. Многие в Хогвартсе считают, что Седрик Диггори — протеже директора. Он даже уделяет ему больше внимания, чем Гарри Поттеру. Вряд ли Дамблдор не смог бы заметить под носом демона. — А кто говорит о демоне? — Барти был готов поспорить, что Тёмный Лорд сейчас улыбался хищной улыбкой. — Я, к примеру, тоже вполне способен временно вселиться в чужое тело. Для этого не нужно быть демоном. — Тогда… — Да, мой дорогой слуга, мы имеем дело с магом смерти. Очень опытным и коварным. Чьи познания даже выше моих, ведь плоть не отторгает новый дух. — Но… откуда он взялся? — А ты не догадываешься? — Простите? — Ну же, подумай хорошенько, Барти. Неужели нет идей? Он всё ещё не понимал. Дамблдор — великий маг, без сомнения. Его сколько угодно можно называть старым маразматиком, но окончательно из ума он всё же не выжил. И не заметить у себя под носом (в Хогвартсе, где он чуть ли не Мерлин) мага смерти — нужно очень постараться. «Мордред! Всё ещё не могу понять», — Барти было стыдно за то, что он не поспевает за мыслями Лорда. Он ведь не глуп. Вполне себе умён, хитёр, да и талантлив во множестве областей магии. Но, с другой стороны, это же сам Тёмный Лорд. Несмотря на то, что Барти знал его повадки и улавливал настроение, ясно, что мышление Повелителя кардинально отличалось от мышления обычных магов. Ибо Лорд — гениален! — Хорошо, Барти. Дам подсказку. Диггори — предположительно, маг смерти. А ещё… имеет очень мощный дар в менталистике. Настолько мощный, что его враги, если не имеют защиты, попросту теряют волю к сопротивлению, а монстры сходят с ума, вырезая всё вокруг. А ещё, очевидно, он хорош в борьбе с проклятиями и владеет беспалочковыми заклинаниями. Кого ты знаешь из волшебников, кто мог бы обладать подобными знаниям и могуществом? Молчание. Барти всё больше считал себя непроходимым болваном. — В Британии я никого… — А если выйти за пределы Британии? Ну же, Барти. Маг смерти и менталист, которого Дамблдор подпустил к себе и которому доверяет. С которым они проводят много времени вместе… и проводили раньше. Барти от резкой догадки поплохело, а перед глазами всё поплыло. — Вот блять, — едва слышно прохрипел Барти. — Неужели… Гриндевальд?! — Ругаться плохо, а так ты молодец, Барти! Десять баллов Слизерину, — саркастически бросил Тёмный Лорд. — Вы… вы уверены в этом? — спросил осипшим голосом Барти. Он безмерно уважал Лорда Судеб Волдеморта. Но при всём этом уважении, если выводы его верны, то сражаться с двумя титанами, вроде Альбуса Дамблдора и Геллерта Гриндевальда, что объединили силы, будет только идиот. А идиотом Барти Тёмного Лорда не считал. — Это только предположение… но согласись, чертовски логичное предположение. — Но разве Гриндевальд не сидит в Нурменгарде? — А кто создал эту тюрьму, Барти? — хмыкнул Тёмный Лорд. — Именно Геллерт Гриндевальд. Думаешь, если бы он хотел сбежать, то его бы кто-то смог остановить? Со связями Дамблдора можно было оставить гнить в тюрьме двойника. Или куклу-голема, неотличимую от оригинала. Крауч-младший задумался, очень крепко задумался над столь потрясающими воображение новостями. Если Дамблдор вытащил своего старого друга из тюрьмы и специально подстроил вселение его души в тело чемпиона, то Гарри Поттер и пророчество о нём — последнее, о чём им стоит сейчас переживать. — И что нам делать? — нахмурился Барти. В такое верилось с трудом. Дамблдор ведь ярый поборник Света, который точно бы не стал связываться с прошлым Тёмным Лордом. Но… возможно, директор Хогвартса всё это время водил окружающих за нос? — Разумеется, необходимо будет проверить эту гипотезу, — сказал Повелитель. — Я могу подкараулить его, либо попросту позвать к себе в кабинет ЗОТИ, — кивнул Барти. — Он не будет ожидать нападения от преподавателя. Судя по его поведению, Гриндевальд слишком высокомерен, потому и не применяет палочку. Так что неожиданное Круцио… — Не будешь ты ничего делать с новым Диггори, — перебил его излияния Тёмный Лорд. — Почему? — Это может тебя раскрыть. Мы не должны показывать, что догадались. Да и это пока предположения, мы не знаем наверняка. Сначала нужно проверить камеру Гриндевальда в Нурменгарде. А для этого… для этого нужно ускорить план. Крауч-младший оскалился в предвкушении: — Мы возвращаем вас раньше назначенного срока? — в его глазах горел фанатизм и безумная преданность. На том конце «провода» Повелитель довольно хмыкнул: — Да, Барти. Думаю, пришла пора Лорду Судеб Волдеморту полноценно воскреснуть.