Глаза Азатота

18 января Я открываю глаза, и передо мной находится что-то такое, чего я толком и описать не могу. Оно сияло световыми пятнами, открывая взору странные цветовые комбинации. Сквозь открытые взору части можно было видеть, что это нечто, чем бы оно ни являлось, видоизменялось и пульсировало, словно живое. Меня окружал ужасающий звук, напоминающий хныканье, и его можно было описать как звук какой-то флейты вкупе с громкими и монотонными ударами, словно кто-то бил в барабан. Я осматриваюсь и понимаю, что парю в центре кругов, состоящих из настолько мерзких созданий, что можно продрогнуть по самые глубины души. Все они летали и перемещались передо мной, как это огромное нечто, будто ритмично танцуя под оглушающие звуки флейты и барабана. Я пытаюсь закрыть глаза и зажать уши, чтобы убежать от этого ужаса, но всё бесполезно. Всё это длилось, как мне казалось, целую вечность, как вдруг всё остановилось – музыка, пляски тварей... всё. И тогда, так же внезапно, это нечто передо мной затряслось, а твари издали мерзкий, пронзительный визг. И после этого я наконец вскочил на кровати, весь в холодном поту и крича как проклятый. Так продолжалось уже множество ночей. Поначалу я списывал это на кошмар, ставший результатом чего-то съеденного или выпитого, но всё это было слишком частым и слишком ярким, чтобы быть обычным страшным сном. Всё дошло до того, что я вообще не мог спать. И теперь всё, что я мог делать, это лежать на кровати, подпрыгивая и переворачиваясь. Я знал, что как только закрою глаза, то вновь окажусь в центре этих не подлежащих описанию тварей, пока мою голову заполняла оглушающая музыка. Я даже сейчас слышу её, пока пишу эти строки. Единственная причина, по которой я пишу, это чтобы хоть чем-то себя занять, чтобы не потерять сознания. Я так устал...   19 января Сегодня я решил прибраться в доме, чтобы хоть чем-нибудь заняться. Здесь до сих пор оставались разбросанные ящики с одеждой и книгами из моей старой квартиры. До того, как переехать сюда, я жил в городе и писал рассказы для журнала. Но в прошлом году, как бы я ни старался, никак у меня не получалось написать ни единого слова. Я убеждал себя, что город делал это со мной. Я слишком долго здесь находился, - говорил я тогда сам себе. – Здесь слишком много шума и большое скопление людей. Конечно же, это отрицательно сказывается на моей способности что-то написать. Так вот, мне удалось найти и приобрести дом, в котором мы с родителями когда-то жили, пока не переехали в город, где отец устроился на работу профессором в университете. У меня не осталось реальных воспоминаний об этом месте, поскольку мы съехали оттуда после того, как мне исполнилось два года. Я помнил только истории, что мне рассказывала мать, как она там трудилась не покладая рук. Она рассказывала мне о милом, тихом городке под названием Кейн Хилл – месте, где все знают твоё имя и где самым большим преступлением может стать то, как какая-нибудь старушка украдёт виноград из продуктового магазина. Это показалось мне идеальным местом для возвращения к работе. Я помню, как впервые увидел этот дом. Он был почти что в идеальном состоянии, не считая паутин и парочки тараканов. Единственное, на что можно было пожаловаться, это вырезанная под дверным звонком четырёхконечная звезда с глазом в центре. Очевидно, что это было жалким подобием вандализма от рук каких-нибудь подростков-хулиганов. Но такие мелкие недостатки не помешают мне работать в заслуженных тишине и покое. Видения начались через пару ночей. Как я уже упоминал во вчерашней записи, я списал эти жуткие сны на результат плохо приготовленного ужина или поздней выпивки, но после пятого или шестого раза я пытался сделать всё возможное, чтобы остановить ночные ужасы. Я принимал лекарства, которые обещали помочь уснуть, обращался за помощью к экспертам по психологии и даже пробовал всю эту хрень под названием «альтернативная медицина», но ничего не помогало! Каждую ночь я как проклятый был вынужден слышать эту чёртову музыку и смотреть на омерзительных тварей, окружающих меня, и это нечто передо мной, чем бы оно ни являлось! Теперь, когда я начал страдать бессонницей, то чувствую, что приближаюсь к грани безумия. Я не знаю, что делать.   20 января Сегодня утром я отправился на прогулку по городу, ибо мне было необходимо вдохнуть свежего воздуха и увидеть естественный свет. Я уже больше не выносил одного вида своей кровати. Город казался приятным, и куда бы я ни пошёл, люди приостанавливались и улыбались мне, произнося фразы вроде «Доброе утро!» или «Как дела сегодня?» и прочие. Как ни странно, но на стенах зданий и подножии статуи Тобиаса Кейна, основателя города, я заметил граффити в виде той самой четырёхконечной звезды с глазом в центре. Мне было очень интересно, что она обозначала. Сомневаюсь, что это символ какой-нибудь банды... но что это тогда может быть? Позже я присел на скамейку в парке, чтобы дать ногам отдохнуть, как ко мне подошёл странный человек и сел рядом. Он носил потрёпанную одежду, от него исходил запах смерти, а лицо выглядело больным. Всё, что он делал, это пялился на меня. Наверное, он был бездомным, поэтому я спросил, не нужно ли ему чего, но он лишь продолжал смотреть. И когда я уже собирался уходить, он вдруг задал мне странный вопрос. - Вы сегодня спали? Я ответил, что с этим у меня проблемы. Не было смысла лгать о том, что на лице написано. Тогда я спросил, почему его это интересует. В ответ он приблизился ко мне и спросил, видел ли я «глаза». От его дыхания меня чуть не стошнило. Я толком не понимал, что он имел в виду, но до того, как успел расспросить на данную тему, бродяга удалился, смеясь себе под нос. Как я говорил, это был какой-то страдающий от безумия нищий, но не мог выбросить из головы его вопрос о каких-то глазах. Подобные проявления безумия я видел у своего отца. Он запирался в своём офисе, что в то время не было необычным с его стороны. Он мог днями там сидеть и не выходить есть или мыться, но на этот раз он сидел взаперти целую неделю. Когда двери наконец взломали, его нашли на полу, бубнящего что-то бессвязное, пока он выковыривал один из своих глаз. Мы с матерью пытались навестить его в психушке, но находящийся там человек больше не являлся тем, кого я знал как своего отца. Позже мать скончалась от горя.   23 января На протяжении последних нескольких дней я был не в состоянии сделать никаких новых записей в дневнике, и всё из-за ужасающих открытий. Единственная причина, по которой я сейчас пишу, это чтобы сохранить последние крупицы рассудка перед тем, как меня постигнет участь отца. На дворе было двадцать первое число, но из-за бессонных ночей это казалось мне агонизирующим днём, который никак не кончится. Я стал расспрашивать жителей города о «звёздах с глазами», которые я видел. Каждый человек неловко отводил взгляд и пытался сменить тему на какие-нибудь новости, погоду и спортивные игры. Но когда я продолжал расспросы, они либо продолжали менять тему разговора, либо становились заметно встревоженными, и я тогда оставлял их в покое. После провалившейся попытки расспросить местных жителей, я вернулся домой, почти приняв то, что мне до конца жизни придётся нести на себе проклятье страшных, бессонных ночей. По дороге в спальню я в бессильной ярости врезал кулаком по стене, как вдруг услышал, как в комнате что-то упало. Заглянув в эту комнату, я оказался в старом офисе отца, а на пол упала коробка со старыми документами. Я провёл остаток дня, просматривая бумаги. Поначалу это были обычные документы – банковские, медицинские и прочие. Пересмотрев бесчисленное количество бумаг, я наткнулся на чертежи дома. Самое странное в них было то, что в главной спальне имелся план потайного люка, что казалось неправдоподобным, так как весь пол был покрыт ковром, и я бы по приезду заметил какие-нибудь выступы. Хоть я и был уверен, что ничего не найду, любопытство всё же взяло надо мной верх, и я отодвинул всю мебель и убрал ковёр. Как и было указано на чертеже, я обнаружил тот самый люк. Собравшись с силами, я открыл дверь и заметил лестницу, ведущую в тёмную бездну. Я взял фонарик и неохотно стал спускаться. Казалось, прошли часы, пока я наконец не добрался до конца лестницы; и когда это произошло, я оказался в каких-то катакомбах. Тогда я продолжал двигаться по тоннелю, освещая фонариком стены, на которых были вырезаны разные, явно неземные символы. Пока я шёл, то вдали заметил тусклое свечение, а так же услышал странные песнопения. Вопреки всякому здравому смыслу, я решил проверить. Как только я приблизился к источнику, то выключил фонарик и посмотрел. Я увидел огромный зал, словно в соборе, и повсюду расположились ряды фигур в балахонах, стоявших лицом к возвышению, где стоял высокий человек с сложным на вид головным убором и являлся ведущим в песнопениях. За ним в воздухе была подвешена чёрная сфера. Сам зал был украшен гобеленом с изображением символа звезды с глазом, который так же красовался на балахонах всех присутствующих. Поражённый увиденным, я быстро, но тихо побрёл обратно к лестнице. Весь следующий день я провёл, стараясь забыть о том, что видел, но это было невозможно – вся эта картина плотно впечаталась в мой разум. Мне были нужны ответы. Я сомневался, что эти люди ответят на все мои вопросы без возражений, поэтому решил вернуться в катакомбы и исследовать всё, пока никого не будет на месте. И пока я шёл туда, то снова услышал песнопения. Это означало, что они либо не прекращались, либо день прошёл быстрее чем я думал. Как бы там ни было, время теперь не имело значения. Я теперь скрывался и слушал их причудливые песнопения, все слова в которых казались мне безумной тарабарщиной, однако одно слово выделялось – Азатот. Казалось, что прошли часы, пока песнопения наконец прекратились, и я заглянул в зал. Все люди в балахонах выходили одной линией. Высокий человек с головным убором потёр виски и удалился в боковую комнату. Это был мой шанс. Я подошёл к возвышению и обнаружил там пюпитр, на котором находился большой том, открытый на одной странице. На этой странице были нарисованы такие же символы, как на стенах катакомб, а под ними написан перевод. Песнопения были о том, как эти люди являлись «Глазами» и как они видели «Великий Сон» о каком-то божестве, которое именовали «Императором Существования». О создании, которое они называли Азатотом. Я ещё немного просмотрел книгу и нашёл страницу со списком имён, первым из которых было имя основателя города – Тобиаса Кейна. Многие имена были вычеркнуты, среди них так же имена моих родителей. После этого я закрыл книгу. Моё внимание тогда переключилось на сферу. Она была чёрной как ночное небо. На ней не отражались никакие огни, она не издавала никаких звуков. От неё исходила угрожающая аура, и тем не менее меня каким-то странным образом тянуло к ней. Одна из страниц в книге описывала этот объект как «дар от звёзд». Его поверхность выглядела гладкой, поэтому я протянул руку и положил её на сферу. И вот тогда-то это произошло вновь. Внезапно я вернулся в эту проклятую пустоту, обратно в центр кругов, и это нечто снова было передо мной. Я почти что заплакал, пока не осознал, что не слышу музыки, а существа вокруг меня застыли на месте. В какой-то степени я испытывал облегчение, пока не началась тряска и чудовища не завизжали. Нечто передо мной издало глубокий стонущий звук, когда часть его стала раскрываться, словно врата. Я заглянул внутрь и наконец понял истинное значение безумия. То, что я увидел, словами описать невозможно. Я увидел всё! Я увидел начало. Увидел конец. Я узрел рождение и смерть бесчисленных галактик за миллисекунду. Я смотрел в глаз бесконечного хаоса. И он смотрел сквозь меня, будто я – ничто. Думаю, теперь я наконец смогу снова спать. Но это будет мой последний раз. И я жду этого с нетерпением.