Тушёнка из Серёжи

Перекидываясь парой слов, с Хесусом они расправились быстро. У Вади тогда ещё было плохое настроение, и он хотел кого-то убить. Приглашение их коллеги стримера было тогда очень кстати. — Пойдём, — Слава ласково прижал Эвелона к себе, целуя в щёку, и заставил подняться с дивана. — Развеешься как раз. Убивать людей — своеобразное ощущение. Поначалу кажется ужасным, но затем входит в привычку. Вот и у них также. С каждой жертвой. Как-то погрязнее, извращённее. Руки тянулись всадить кому-то нож в горло, невыносимо просто. Лёша лучезарно улыбался, как это обычно и было. Он любезно предложил парням кофе, на что те кивнули, и погнался делать, не обращая внимания на чёрный чемодан, стоящий рядом. — Ну, погнали. Пока тот ходил, они успели открыть чемодан, доставая канистру бензина и спички. Зайдя внутрь с двумя чашками кофе, Губанов не заметил ничего подозрительного, и не учуял, видимо у него был насморк. Сев прямо, парень стал нажимать какие-то кнопки на клавиатуре, но затем поднёс пальцы к лицу, и удивлённо цокнул. — И почему мокро? — Волшебство, блять. — одновременно крикнула парочка маньяков. А затем Бустер и Эвелон побежали. Хес удивлённо обернулся, а затем увидел мокрую дорожку, на которую чудом сумел не наступить. — Чё за… — недоумёно поднял бровь, а после услышал звук черкающей спички. Стример обернулся под громкий и хищный смех друзей, и увидел жёлтое пламя, кое быстро приближалось к нему. Вздрогнув, Алексей вскочил, пытаясь сбежать, но подскользнулся, ударившись головой об пол. Перед глазами поплыли чёрные круги, и вскоре пламя добралось и до него. Закричав от боли, Губанов стал дёргаться, дабы потушить пламя, но не сумел. Огонь полностью обдал его с головы до ног, а одежда прожглась и почернела. Волосы обуглились, и жгучая боль пронзила хрупкое тело парня. А Вадя и Слава просто смеялись, убегая от его квартиры куда подальше. — Веселуха была. Отличный жареный омлет получился, скажи? — А почему омлет? — не понял Леонтьев. — Потому что у него голова, как яйцо. — Ну тогда уж гоголь моголь. — Как хочешь. Все внутри и снаружи горело. А они просто стояли за углом и целовались, не обращая внимания на время и вообще что-то в целом.