Любви не существует

На следующий день привычное волнение от присутствия Рюноске дополнялось ещё непонятной лёгкой грустью. Она украдкой задерживала взгляд на выученных наизусть строгих чертах лица, частично скрытых за прядями волос, пока парень был сосредоточен на чём-то связанном с делом. После вчерашнего девушка часто задумывалась о том, в чём именно выражается её чувство привязанности к обладателю Расёмона, и из-за чего вообще возникла эта невзаимная и, кажется, совсем беспричинная влюблённость. Однако ответы никак не хотели находиться и бесполезные их поиски в собственной голове лишь больше расстраивали. Теперь отчаяние дополнялось уймой сомнений в истинности этой любви, что не особо хорошо влияло на внимательность к работе. К счастью, на этот раз чаще выходило избегать унижений напарника за эти оплошности.  — Акутагава-сенпай, может, помочь донести эти папки? — по привычке спрашивала влюблённая по пути к кабинету босса, по-щенячьи заглядывая в тёмные глаза.  — Угомонись, не безрукий, — хмуро отрезал Рюноске. Та, ожидаемо, несколько расстроилась, и до момента прощания больше не сказала ни одной фразы в его адрес. Возможно, Ичиё бы и не вспомнила о том, что недавно обсуждалось наедине с неусидчивым учёным, но в конце рабочего дня ей пришлось вернуться в эту скромную комнату — она вспомнила, что забыла там свой блокнот. Скорее всего, он случайно выпал, когда кареглазая быстрым рывком схватила наполовину расстёгнутую сумку перед уходом домой. Мотоджиро на её появление отреагировал уже более приветливо.  — Тебе понравилась вчерашняя беседа? — он подошёл ближе, перевернув исписанную страницу уже знакомого пришедшей блокнота с формулами и наверняка множеством прочих научных записей. Сначала Хигучи испугалась, когда ей привиделось, что он листал её блокнотик, пусть она там не успела сделать практически никаких записей. И именно поэтому она подбежала ближе, только заметив его действия с порога.  — Ух ты, не думал, что по мне так скучали, — иронично усмехнулся парень, всё с той же привычной ехидностью смотря в лицо блондинки.  — Да блин, нет же! — бросила та, уже немного рассердившись, после чего принялась тщательно осматривать помещение. Потерянная вещь лежала за ближайшим к двери ящиком и выглядела так, будто её никто не трогал с момента падения. Этот факт хоть немного, да радует. Толком непонятно, каким образом на этот раз завязался разговор, но спустя полчаса девушка всё ещё стояла напротив Каджи, несмотря на то, что после прощания с возлюбленным мечтала как можно быстрее оказаться дома. На этот раз темы разговора были не настолько сложные, и усталости от них Ичиё не ощущала. Каким-то образом парню даже удалось уговорить её понаблюдать за очередным относительно небольшим опытом на лабораторном столе. Однако она по-прежнему соблюдала некую дистанцию, аргументируя это тем, что опасалась невзначай забрызгаться реактивами. После всего этого кареглазая уходила уже спокойно и даже с лёгкой улыбкой на лице. Всё же иногда с такими сумасшедшими тоже может быть интересно. Третья якобы тоже случайная встреча. Четвёртая, пятая. Каким-то образом всё чаще находились поводы снова увидеться с любителем лимонов, и кстати говоря, уже получалось неосознанно привыкать к общению с ним. А позже первый такой визит целиком по своему желанию оставил поразительные воспоминания в голове девушки.  — Кстати, твоё отношение к романтике не изменилось? — как бы между прочим спросил шатен, смотря в окно и свободно сложив руки за спиной.  — Не хочу об этом говорить, — собеседница сдержанно отвернулась, скрывая лицо, вмиг ставшее более серьёзным.  — Да брось ты, я же знаю, что ты только со мной говоришь об этом, — первый незамысловато заложил руки за голову. Она совершенно не любила возвращаться к обсуждению любых тем, связанных с любовью. Это случалось довольно редко, но последствия всегда были странными и порой немного смущающими, хоть ничего значимого пока не происходило.  — Ни о чём я уже не думаю! — обиженно пробурчала Хигучи, сложив руки.  — Эх, врать не особо хорошо в подобных случаях… Он выглядел довольно расслабленно, когда смотрел из-под полуприкрытых век, по привычке облокачиваясь на подоконник. Неизвестно, как он понял, что сказанное было ложью. Видимо, в энциклопедиях с его полки есть даже такая информация.  — Однозначно до сих пор по ночам тайком мечтаешь целоваться с этим типом, я прав? Щёки неконтролируемо начали краснеть, при всём своём желании она бы не смогла не опустить взгляд на секунду-две. После чего тут же постаралась собраться и снова словесно дать отпор, вот только ответить было совершено нечего. Как раз тот случай, когда в самый неудобный момент в голове резко становится пусто. Девушка сразу начала искать хоть какой-нибудь аргумент, и после затянувшейся паузы высказала первую внятную мысль:  — Он бы никогда этого не сделал. Не то чтобы она поняла это только сейчас. Осознание данного факта давно наполняло грустью её взгляд, устремлённый в темноту ночной комнаты. А сейчас впервые это было сказано вслух, и в горле вновь ощутилась знакомая горечь глубокого разочарования. Блин, вот только расплакаться сейчас ещё не хватало! Какое-то время Мотоджиро простоял молча. Для его привычного поведения эта пауза казалась даже слишком долгой, а если ещё учесть то, что он выглядел вполне спокойно, появляются уже два повода побыстрее начинать искать подвох.  — Порой судьба бывает несправедливой. Хоть и никто ещё не доказал, что она вообще существует, — он положил ладонь на светлые волосы. С чего это вдруг он так ласков с собеседником? Если быть точнее, собеседницей, но, наверное, это мало что меняет. Ичиё ничего не ответила, лишь внимательно наблюдала за поведением парня с широко открытыми глазами. Кажется, он и сам с удовольствием вглядывался в эти тёплые карие озёра, медленно перемещая пальцы с макушки на щеку.  — Но предлагаю не зацикливаться на этом. После этих слов Каджи так же сдержанно, но уверенно притягивает к себе за плечи. Это происходит настолько быстро, что девушка не успевает как-либо отреагировать, а как только она собралась возмутиться, её избавили и от этой возможности, жадно поцеловав. Прежде всего кареглазой захотелось отстраниться. Да, она уже много месяцев мечтала, чтобы с ней сделали что-нибудь подобное, однако в этих розовых мечтах Хигучи представляла абсолютно другого парня! Неужели все эти желания отдать свой первый поцелуй жестокому, но до невозможности прекрасному Рюноске в один миг станут нереальными?! Безусловно, хочется сделать всё возможное, чтобы помешать всему этому, однако чужие слегка сухие, но относительно мягкие губы действуют так настойчиво, что попросту не успеваешь о чем-либо подумать. При желании отклониться назад хватает сил лишь на то, чтобы зажмуриться, а вместо того, чтобы оттолкнуть от себя, получается всего-навсего зарыться пальцами в короткие волосы. Влаги на тонкой коже становится немного больше, хоть, к счастью, пока что экспериментатор не пробует углубить и без того слишком нервирующий поцелуй. Несколько раз он немного отстраняется от лица напротив, но как только Хигучи собирается облегчённо выдохнуть, прижимается снова — ещё плотней и напористей. От этого всего даже мысли в кучу связывать не получается, что уж можно говорить о действиях? Не получается даже примерно предположить, сколько времени проходит до тех пор, когда инициатор понемногу ослабляет хватку и выпрямляется, выпуская светловолосую из своих объятий. После этого с удовольствием смотрит на покрасневшее донельзя лицо девушки и улыбается.  — Как тебе такое? — прищуривается с будто бы невинной хитростью, — Понравилось? Все возможные слова ни в какую не хотят связываться в единое предложение, поэтому Ичиё долго запинается, а в итоге всё равно выдаёт что-то совсем бессвязное. Парень смеётся и по-дружески хлопает по плечу, мол, «не волнуйся». До конца успокоиться не выходит ещё в ближайшие минут двадцать. Ночью после этого случая девушка долго не могла уснуть. На работе по-прежнему не упускала из виду безупречного Акутагаву, однако мысли всё чаще возвращались к «слишком хорошо» знакомому любителю науки, сумевшему сделать с ней столько всего, о чём не получается забыть ни при каких усилиях. Случаи с неожиданными поцелуями периодически повторялись и потом. Это уже не настолько пугало, но и равнодушия не оставляло никогда. Правда, только этим шатен не ограничился: попадались и другие жесты, всё больше напоминающие далеко не приятельский интерес. Случалось это не каждый день, и разрывать общение веских причин пока не находилось. Хотя девушка и сама не могла понять, как к этому относится. Она уверена, что по-прежнему готова на всё ради Рюноске и часто отдаётся мечтам о свадьбе и семье с вечно хмурым напарником, однако в это же время при разговоре с Мотоджиро ловит себя на мысли, что ждёт очередного поцелуя, касания или неоднозначного намёка с его стороны. Это радует, настораживает, волнует и запутывает ещё больше. Легко понять, что касательно общения брюнет значительно проигрывает своему сумасшедшему коллеге, поскольку даже не позволяет к себе подойти слишком близко, не говоря уже про какое-нибудь общение помимо работы. Рядом с Каджи эта боль немного стихает: отвлекаясь на его проделки, девушка на определённое время забывает о чувстве одиночества из-за холодного взгляда своей недостижимой любви. С таким товарищем точно некогда скучать — что ни день, то приключения, бардак, рассуждения и попутные подкаты. Но есть один веский недостаток: даже при всём таком отношении Хигучи прекрасно понимает, что не сможет действительно понравиться шатену. Его действия заранее направлены лишь на то, чтобы лишний раз доказать свою теорию.  — Положительные чувства после поцелуя обоснованы физическим контактом и ощущением тепла, к которому инстинктивно стремятся живые существа, — негромко проговаривает учёный, отрываясь от губ кареглазой спустя долгое время. Он ровно выдыхает впритык к лицу, и перед каждой услышанной гласной мягкую кожу обдаёт теплом. Пока Ичиё густо краснеет и не знает, куда деть руки, парень немного отдаляется и добавляет:  — То же самое можно ощутить, даже если просто гладить кожу. Всего лишь реакция организма, ничего лишнего. Сказав это, он плавным жестом подносит палец ко рту девушки и слабо прижимает его к губам. Ещё не успевшая окончательно прийти в себя Хигучи смущается ещё больше. Замирая, она боится выдохнуть лишний раз и нервно ждёт следующих действий Мотоджиро. С едва заметной улыбкой он поглаживает чужие губы, делая это так расслабленно, будто уже раз сто делал подобное для какого-нибудь пикантного фильма. Светловолосая вновь старается подумать хоть о чем-нибудь, но, к сожалению, слишком вовлечена в события. Немного позже её посещает некая тревога: неизвестно ведь, какие реактивы могли пролиться на эти руки пару часов назад! Что если эти прикосновения могут навредить тонкой коже?! После осознания этого возникает что-то похожее на решительность, и её вполне хватило бы на то, чтобы убрать руку от себя или хотя бы сесть дальше, но внезапные объятия снова вышибают этот план из ума. Ничего не остаётся кроме того, как прижаться лбом к плечу сквозь белый халат и почти неосознанно закрыть глаза. Мужские руки неспешно гладят по спине, но это странное ощущение от касания до сих пор остаётся на губах. Подобное было когда-то давно, когда на одной из миссий Ичиё не заметила слежку. Один из парней подошёл со спины, после чего с силой прижал к себе и закрыл её рот свободной ладонью. Освободиться получилось значительно позже и уже с помощью Акутагавы, но следы давления той руки слабо чувствовались ещё около получаса. У этих двух случаев, несомненно, есть достаточно общего, но в этот раз это вышло без какой-либо грубости. Получается слишком непривычно и от этого совсем выбивает из колеи. Долго сравнивать уже не получается из-за новых впечатлений, ежеминутно создаваемых Каджи. И вообще — это всё ещё точно не свидание, а?.. Хотя нет, здесь ни о какой романтике и речи быть не может. Этот непредсказуемый человек прижимает её к себе, повторяя мантры о том, что в прикосновениях не может быть чувств. Он властно целует, поглощая всё на своём пути и не позволяя противиться, только чтобы после этого напомнить, что любви не существует. Всевозможные жесты сближения, призванные всего лишь показать, как легко к этому привыкнуть. Действия этого парня прямо противоречат его словам, и даже не получается понять, как поступать правильно… Каждый раз не находится никаких вариантов действий и Хигучи надеется попробовать решить эту проблему на следующий день, подумать над ней позже. Но с каждым днём эта недоступная для неё паутина затягивает всё больше. Она целиком понимает, что ей ни в коем случае нельзя привязываться к шатену, который может стать источником ещё больших проблем и с лёгкостью довести до безумия. Но это кратковременное, пусть и фальшивое внимание создаёт тёплую иллюзию того, что предыдущая боль слабеет или даже лечится… Начинает казаться, что здесь нет выходов от слова совсем: ни правильных, ни ошибочных. Надоевшая бессонница теперь всё чаще засиживается в гостях под тусклым светом звёзд и равнодушно наблюдает за тем, как блондинка ломает голову над сложившейся ситуацией, не находя себе места. Понадобилось не так уж и много времени, чтобы понять, насколько она вляпалась, но высвобождаться, скорее всего, уже поздно. Не хочется представлять, что будет дальше, да и не выйдет. Наверное, остаётся лишь с усилием засыпать и молча ждать нового дня, который вряд ли что-то решит, однако деваться явно некуда…