Отгоняя тьму

~ * ~ Был почти полдень, когда Малдер услышал гудок машины со стороны запертых передних ворот. Он заслонил глаза от солнца, смотря поверх свода крыши на их длинную подъездную аллею, с удивлением видя Уолтера Скиннера в открытом окне джипа. Будучи Скиннером, он не помахал Малдеру, только состроил своего рода приветственную гримасу. Сказать, что Малдер был удивлен увидеть Скиннера, значило ничего не сказать - но он почувствовал лишь незначительное опасение. Он ведь теперь был свободным человеком, не так ли? Он осторожно спустился с лестницы, бросая лом, который использовал, чтобы безрезультатно раскалывать и счищать лёд и снег с крыши на землю. Он должен был взобраться на лестницу ещё раньше на неделе. Лед уже начал создавать преграду. Идя по подъездной аллее, он открыл свой телефон и проверил на наличие звонков, другой рукой роясь в кармане в поисках ключей. К счастью, они оказались там, а не в кармане пальто, которое он оставил на крыльце. Утреннее солнце грело более сильно, чем он поначалу ожидал, от него и усилий, которые он прикладывал, пытаясь сломать ледяную корку на крыше, не разрушив при этом черепицу, он немного вспотел. Он заметил, что было три пропущенных вызова - один от Скалли, один из офиса его адвоката и один с неопознанного номера, который начинался с междугородного кода округа Колумбия. Он предположил, что последним был Скиннер. "Ты больше не отвечаешь на звонки?" иронично спросил Скиннер, когда оказался в пределах слышимости. Малдер махнул на дом. "Большинство времени я сосредоточен на том, чтобы не свалиться с лестницы". Он подошел к замку. "Зайдёте?" "С твоего разрешения", произнёс Скиннер. Малдер искоса глянул на него, услышав что-то вроде сарказма в тоне Скиннера. "Разрешение получено", безразлично сказал он, открывая тяжелые ворота, пропуская джип Скиннера и затем закрывая и запирая их за ним. "Ждёшь компанию?" спросил Скиннер, когда Малдер подошёл к нему. "У нас было не много желанных гостей", сказал Малдер. "Фактически, я не уверен, что у нас вообще когда-либо кто-нибудь был". Он сделал паузу, наблюдая за Скиннером, который разглядывал их дом и всю землю вокруг него. "Чем же я обязан такой радости?" Челюсть Скиннера напряглась. "У меня есть некоторые документы для тебя, Малдер". "О", произнёс Малдер, смотря на выражение лица Скиннера. "Я не уверен, что должен принимать от вас какие-либо документы, не поговорив предварительно с Дэвидом". Челюсть Скиннера напряглась еще более. "Твой адвокат - настоящая боль в заднице, Малдер". Малдер довольно улыбнулся. "Именно поэтому я плачу ему большие баксы", сказал он. Он жестом указал Скиннеру на крыльцо. "Почему бы вам не войти, пока я проверю свои сообщения?" Он улыбнулся, слушая Скалли, поспешно позвонившей ему до того, как уйти на конференцию. Он посмотрел на свои часы - её не будет ещё около часа. Знакомый, нахальный голос Дэвида раздался в его ухе прежде, чем он смог приглушить звук: "Малдер, это Дэвид Трусдэйл" - началось сообщение. "Твой бывший босс настаивает на том, чтобы лично вручить все документы, которые я запрашивал на восстановление твоей свободы. Я сказал ему, что если услышу от тебя хоть ворчание, что этот визит был нежеланным, или каким бы ты ни было образом напоминал выход на охоту по поручению ФБР, АНБ или любой другой группы засранцев с аббревиатурным названием, то я лично сделаю целью своей жизни разорить его до такой степени, что его мертвые бабушка и дедушка будут желать никогда не вылезать из лодки изначально. Я факсом отправил тебе перечень того, что ты должен получить от него. Позвони мне". Сообщение отключилось, как и Дэвид, без предупреждения. Малдер улыбнулся и сохранил сообщение, чтобы Скалли потом послушала его, он пошел к двери офиса, сделав паузу, прежде чем открыть её. "Я буду через минуту", сказал он. "Присаживайтесь". Он проскользнул в офис, закрывая за собой дверь, нашел факс, слушая сообщение Скиннера. "Это Скиннер", произнёс его бывший босс. "Я уже еду отдать все документы, которые обещал тебе. Буду через час или меньше". Сообщение закончилось без слов прощания, и Малдер представил Скиннера, бросающего телефон на пассажирское сидение. Когда он вернулся в гостиную, Скиннер все еще стоял, но, казалось, любопытно рассматривал их имущество. "Хорошее место", хрипло сказал он. Малдер наклонил голову и разглядывал Скиннера. "Нам нравится здесь", сказал он. "У нас много уединения". Он сделал паузу. "Итак, просто испытали желание проехаться до большого Ричмонда?" "Нет", Скиннер указал на конверт из обёрточной бумаги в своей руке, "было кое-что, что не нужно доверять почте или курьеру". Он протянул конверт Малдеру. "Не доверяй никому", тихо сказал Малдер, забирая конверт. Он перевернул его, чувствуя, как внутри скользит содержимое. Он посмотрел на Скиннера. "Спасибо". Скиннер выглядел сердитым. "Не благодари меня, Малдер. Я должен был спасти тебя от тех фальшивых обвинений". Он снял очки и потер переносицу, продолжая: "Я не должен был потерять тебя в лесу тогда". Малдер покачал головой. "Сэр", резко сказал он, "нет того, что вы могли сделать, чтобы помешать случиться тому, что случилось". Скиннер вздохнул, но не ответил, лишь отрицательно покачал головой. "Серьезно", продолжил Малдер. "Они были настроены избавиться от меня", сказал он. "А насчёт того, что потеряли меня..." Теперь Малдер вздохнул. "Я провёл много лет, пытаясь переписать историю. И не хотел бы видеть, что вы делаете это с собой". Он указал рукой, в которой был конверт, в сторону кухни. "Пойдёмте и выпьем чашечку кофе". Скиннер подозрительно посмотрел на него. "Ты варишь кофе, Малдер?" "Это «секретный материал»", сказал он, "но не такой значительный, как тогда, когда я научился печь". Брови Скиннера были все еще высоко приподняты, когда Малдер обернулся после включения кофеварки. Скиннер, казалось, был сосредоточен на огромном MixMaster, стоящем на столе их маленькой кухни. Малдер засмеялся над выражением его лица. "Не похоже, что поблизости есть какой-нибудь «Старбак» или пекарня", сказал он. "Если я хотел чего-то, то я должен был выяснить, как это получить". "Добился какого-либо успеха?" скептически спросил Скиннер. "Скалли намного лучший пекарь", признал Малдер. "Зато я меняю всевозможные правила выпечки, ну и... вы знаете, как я люблю импровизировать". Скиннер закатил глаза и сел за стол. Теперь его внимание, казалось, сосредоточилось на дверке их холодильника, на которой висел список продуктов, написанный аккуратным почерком Скалли. Рядом с ним в магнитной рамке была фотография Уильяма почти в годовалом возрасте, на его милом личике сияла улыбка. Малдер целенаправленно посмотрел на конверт, лежащий на кухонном столе. Он не хотел обсуждать Уильяма с кем-то, кроме Скалли. Некоторые потери были слишком глубокими и слишком личными, чтобы делиться ими даже с тем, кто так глубоко замешан во всех событиях, как Скиннер. Он обернулся и высыпал содержимое конверта на стол, отвлекая внимание Скиннера от Уильяма и возвращая его к настоящему. В конверте оказалась кипа бумаг, несколько конвертов размером с письмо и, удивительно, паспорт и водительские права Вирджинии. Он протянул руку и схватил их оба. "Я думал, что вы только подготавливали почву, чтобы достать их", сказал он. Скиннер тряхнул головой. "Я полагал, что будет лучше, если я сам доставлю их, вместо того, чтобы рисковать и дергать тебя, чтобы ты приезжал. Я и так довольно уверен, что ты должен носить копию своего оправдания с собой, когда выйдешь в мир. Я уверен, что твоё лицо до сих пор висит на стене в больше чем нескольких почтовых отделениях". Малдер поднял голову от рассматривания фотографии, которую Скиннер использовал для документов, его последняя, сделанная в Бюро. Казалось, это было целую жизнь назад. "Я думал, что Дэвид сказал..." "О, Дэвид много чего говорит!" буркнул Скиннер. "Но ты долгое время работал на Федеральное Правительство, Малдер. Только потому, что распоряжение снять твоё фото поступило в Почтовые службы, не значит, что каждое почтовое отделение собирается последовать ему. Подумай хорошенько". Малдер скрыл улыбку, поворачиваясь, чтобы налить им кофе, вручая Скиннеру его черный и сахарницу. Он подошёл к холодильнику и, прежде чем сесть, добавил молока в свой кофе, садясь спиной к фотографии Уильяма. "Итак... вы и Дэвид много говорите по телефону". "Где ты нашёл этого бульдога, Малдер?" спросил его Скиннер. "Он не похож на парня из Оксфорда, и, насколько я могу сказать, он не из Массачусетса, но он защищает тебя так, будто ты его давно потерянный брат". Малдер кивнул. "Да, он хороший парень. Вы встречались с ним однажды, давным-давно". Он взял из груды конверт и перевернул его. "Крэддок Марин Индастриал", громко произнёс он. "О, мой счет в банке наконец-то разморожен? И какую, интересно, они собираются взять плату за услуги и налоги...", он читал выписку. "Подлецы!" Он впился взглядом в Скиннера. "Не похоже, что ты действительно нуждаешься в этих деньгах, Малдер", коротко сказал Скиннер. Малдер пытался сбить свой праведный гнев от факта узаконенного хищения, лежащего перед ним. "Я заработал эти деньги", тихо сказал он. "Каждый чёртовый цент". Скиннер вздохнул и перевернул пальцами ложку для сахара. "Я знаю, Малдер", неохотно признал он. "Не было ничего, что я мог сделать там для тебя. Открыто признаю, что я бессилен против налогового управления". Он сделал паузу. "Они, вероятно, запугивают Трусдэйла. И где именно я встречался с ним?" Малдер посмотрел на него. "В Пенсильвании", сказал он. "Дамба Ruskin". Скиннер смотрел на него с расцветающим пониманием. "Кто?" "Его невеста". Скиннер кивнул, выражение его лица было мрачным. "После того, как меня забрали и вернули", Малдер сделал паузу, чтобы сделать глоток кофе. "Дэвид снова позвонил мне. Он хотел знать, была ли какая-нибудь вероятность того, что Кэролайн еще жива, как я". "Господи, Малдер", с чувством произнёс Скиннер. "Прошли же годы". Малдер покачал головой. "Для некоторых из нас годы как один", тихо сказал он. "Дэвид в некотором отношении вошёл в MUFON, но не смог признать, что то, что случилось со мной, было другим. Он получил разрешение на эксгумацию, и... ну, счастливого конца не было. Но мы стали... не совсем друзьями, но..." "Товарищами по оружию", с пониманием сказал Скиннер. "Я потрясен, что его фирма позволила ему связаться с тобой". "Это не безвозмездно", коротко сказал Малдер. "К тому же, Кэролайн тоже работала в фирме Дэвида. Она была племянницей одного из главных компаньонов. Как и Дэвид, он никогда не признавал, что говорил правду о том, что случилось". Скиннер кивнул и повертел свою кофейную чашку. "Что ты собираешься теперь делать, Малдер? Теперь, когда ты свободный человек?" Малдер отклонился на стуле назад, балансируя только на двух его ножках. "Я не знаю", сказал он. Скиннер колебался, и Малдер мог видеть внутреннюю борьбу по меняющемуся выражению лица Скиннера. "У тебя было два года, пока ты не приобрел квалификацию писателя…" "Нет". "Может, ты не должен сразу отметать это…" Скиннер попробовал еще раз. "Нет", сказал Малдер. "Она никогда не вернётся в ФБР, а я не вернусь без нее. Кроме того..." он собрался с мыслями, думая о лице Скалли, когда он в последний раз проснулся в больнице, то, как всю неделю она тянулась к нему во сне, как она признала, что не могла больше хорошо спать без него, даже когда ее изгнание из их постели было само наложенным. "Я обещал. И даже более того, я думаю, что должно быть что-то еще, какая-то причина, почему все это случилось сейчас". "Например?" спросил Скиннер. Было ясно, что он заинтригован. "Я не знаю", сказал Малдер. Он не был обеспокоен хотя бы в какой-то мере нехваткой ясности. "Я наблюдал, как Скалли изо всех сил старается переквалифицироваться как педиатр, восстановить себя в карьере, и это заставило меня задуматься. Я думаю, что у неё были собственные причины на то, чтобы делать то, что она делала…", и он не собирался объяснять Скиннеру свои соображения насчёт потребности Скалли в искуплении вины, "и это было действительно трудным, действительно стимулирующим на элементарном уровне. Вы знаете, многое из того, что мы делали все эти годы, это вытаскивали монстров из тьмы на свет, а теперь то, что делает Скалли, пытаясь спасти больных детей, это похоже на то, что она пытается озарить светом тьму". Он закусил губу, смотря на Скиннера, который выглядел озадаченным. "Я знаю, это лишь что-то вроде точки зрения, которая изменилась, но также я задаюсь вопросом, является ли это то, что я должен теперь делать. Я долгое время жил в этой тьме с монстрами. Я просто... Я больше не хочу там жить". "В какой-то степени, думаю, я понимаю, о чём ты говоришь, Малдер", сказал Скиннер. "Я просто не могу поверить, что ты не собираешься пытаться и делать что-то насчёт..." Скиннер махнул рукой на календарь. "Я не говорил этого", сказал Малдер. "Деньги - благо для большинства юристов, вы знаете". Он усмехнулся. "Я просто... теперь для меня есть другие соображения". Скиннер кивнул. "Если ты передумаешь..." Малдер пожал плечами, что, он надеялся, говорило, что этого не случится. На кухню опустилась тишина. "Итак, чем ты занимался помимо выпечки?" спросил Скиннер. Малдер засмеялся. "Я на самом деле стал довольно хорошим поваром", сказал он. Скиннер усмехнулся. "И заново научился играть на фортепьяно..." добавил он. Написал несколько книг, думал он. Продал их и заработал приличные деньги, но вложил намного больше, те, которые унаследовал и которые выплачивал в тот год, который провел далеко от Скалли и Уильяма. Также он использовал их, чтобы финансировать некоторые секретные проекты, образование Скалли, вложил в этот дом. "И это место всегда нуждалось в большой помощи". Он встал и обошёл стол, опуская свою пустую чашку в раковину. "Именно так ты оставался в форме?" любопытно спросил Скиннер, передавая свою чашку. "У нас много земли", сказал Малдер. "Когда погода улучшается, я бегаю. Зимой же..." он скорчил гримасу. "Скалли купила мне тренажёр - беговую дорожку". Скиннер осматривал их заставленный первый этаж с озадаченным выражением на лице. "В подвале", сказал Малдер. "Не говорите ей, но я ненавижу его. Он заставляет меня чувствовать себя хомяком, и если честно, слишком много моей жизни было потрачено впустую. У меня тяжелые физические нагрузки, более легкими занимается Скалли". Он решил не говорить о йоге на DVD, что купила Скалли и настояла, чтобы они занимались. Кстати, он многое почерпнул из этих программ. Он задумчиво потер подбородок. "Что ты пытался делать на крыше ломом?" "О", Малдер вздохнул. "Водосток полон льда, создаёт препятствие и накапливается под черепицей". "А ты вообще имеешь понятие, что ты там делаешь?" Скиннер был решительно скептично настроенным. "Я имею в виду, ломом?" "Я вообще-то из Новой Англии, знаете ли", защищался Малдер. От не изменившегося сомнительного выражения лица Скиннера он сказал: "Слушайте, я смотрел "Этот Старый Дом" не меньше других. И ты должен использовать лом, чтобы счистить снег с крыши – лопатой слишком легко повредить черепицу". "Ах", произнёс Скиннер. "К сожалению, я должен был забраться туда и сгрести снег с крыши ещё два снегопада назад – всё полностью оледенело от водостока до окна", сказал Малдер. Он улыбнулся. "И Скалли убьёт меня, когда увидит, что они советуют делать потом". Скиннер от его заявления выглядел заинтригованным, а не обеспокоенным. ~ * ~ Конец 1 части