Никтеро. Часть первая. Вороненок

Теперь после завтрака Никки отправляли в гости. На улице стало прохладнее, благо Матильды прислали ей плащи с капюшонами и теплые курточки. А еще теплые чулки и ботиночки на маленьком каблучке с бантиком на носике, который цеплялся за подол, если делать широкий шаг. Чтобы не раздражаться, Никки была вынуждена делать мелкие шажки, чем очень веселила кошку. Вредина даже показала ей, как глупо она смотрится, когда семенит при ходьбе. В исполнении кошки это выглядело уморительно, но убирать бантики с ботинок Никки не хотела, потому что они понравились ее новой подружке Милочке. Но за подол они цеплялись, хоть кричи, поэтому Никки придерживала шаг, чтобы не прийти в гости злой как кобра. Дружить оказалось совсем не просто и очень хлопотно. Все началось с занятий музыкой. Никки впервые увидела грузного мужчину, который оказался тем самым учителем музыки. Он вначале сам сел за клавесин и показал, как красиво тот звучит, а потом посадил сначала ее, а следом Милочку, и показал, как правильно держать пальцы и как надо нажимать на пластинки, которые назывались клавишами. Никки внимательно смотрела на клавесин, пока играл учитель. Она рассматривала его ментально с точки зрения энергии. Получалось очень красиво. И издаваемые звуки, и тонкая вибрация энергии, и ауры слушателей начинали прямо светиться от удовольствия. Учитель рассказал о нотах, показал упражнение для пальцев и дал первое задание - играть гаммы. Это была своеобразная пропись, только не буквами, а звуками. Руки надо было ставить правильно, не сутулиться и держать локти. Матушка Фенхель присутствовала на занятиях и потом присматривала, чтобы внучка и воспитанница покровительницы делали все правильно. Затем было чаепитие и приглашение «чтобы девочки поиграли». У Милочки, оказывается, было официальное место для игр. Оно располагалось под большим железным столом в мастерской, где стояли те самые стеллажи с банками, и где измельчали и перетирали травы, чтобы сделать различные травяные сборы или другие лекарства. Под столом лежали несколько подушек, стояла коробка с мелкими игрушками и парочкой кукол, вроде той, что была у Милочки в руках во время их первой встречи. У кукол были маленькие кресла, подушечки и даже маленькие чашки с блюдцами. Играть в куклы, как будто они были (зомби) живые, было достаточно странно. Милочка говорила за куклу тонким голосом и ужасно манерничала. А потом куклы пили чай – «понарошку». Милочка несколько горячилась, когда эмоционально поясняла, как это пить чай из пустых чашек, да и куклы рот не открывают, поэтому чашку надо поднести к кукольным губам и говорить: какой вкусный чай! Спасибо за угощение! А еще сильно сбивал настрой призрак пожилого мужчины, который ходил по мастерской, заглядывал в ступки, довольно кивал головой и проходил сквозь закрытые двери куда-то дальше, а потом возвращался обратно. Он даже заглянул под стол, но когда понял, что Никки его видит, то испугался и, развоплотившись, больше не показывался. Никки тоже промолчала об увиденном, ей не хотелось, чтобы хозяева дома смотрели на нее с испугом, как во время первого прихода к Матильдам. Тогда те были явно испуганы и улыбались вначале через силу, но потом их попустило и все опять наладилось. После такой игры в куклы Никки зашла в лавку с игрушками и выбрала себе куклу такого же размера и качества, какого они были у Милочки, только с другим лицом и цветом волос. Она занесла куклу к Матильдам и попросила сшить для нее какую-нибудь одежду. Плащ, например, или чепчик, или еще чего. Матильды дружно выдохнули в тот момент и, наконец, перестали на нее таращиться с плохо скрываемым ужасом. Она опять стала для них ребенком. Никки обсудила это момент с наставницей, и та сказала ей много слишком умных слов «шаблон мышления, поведенческий паттерн*, экстраполяция ситуаций», но в итоге Никки поняла одно – если она будет вести себя как ребенок, то и относиться к ней будут как к ребенку, которого надо защищать, учить и помогать советом и делом. Они испугались, когда она стала себя вести как госпожа магесса, ведь она маленькая по возрасту и в их понимании не должна разбираться во всех страшных вещах, таких как проклятия и энергетические потоки. И когда она принесла куклу с просьбой ее приодеть, то опять стала понятным им человечком, и женщины успокоились. Портнихи нашили для куклы с десяток ярких платьев с кружевами, бантиками и канителью, как будто пытались показать Никки, в каких платьях должна ходить девочка. А еще они сшили для куклы белый плащ с капюшоном и красной подкладкой, еще темно-синий плащ с меховой опушкой и бирюзовой подкладкой. А если учесть, что кукла была блондинкой, то это все выглядело очень нарядно. Правда, кукла осталась в доме госпожи Джесс только на одну ночь. На следующее утро Никки отнесла ее к травникам и попросила разрешения оставить ее у них. В ответ на их осторожные вопросы она заверила, что у нее дома есть еще кукла, и она вполне может оставить эту здесь, чтобы не таскать ее туда-сюда. Потому что на улице холодно и вообще… Матушка Фенхель сразу уверила, что куклу можно оставить здесь, и кукле «будет у них удобно и тепло». Никки даже немного растерялась, потому что, судя по реакции женщины, та решила, что Никки заботится о кукле, а на самом деле Никки не хотела ходить по городу с куклой в обнимку, она себя чувствовала крайне глупо, когда несла ее сюда. Наверное, из-за реакции людей, когда те видели у нее в руках куклу. Они удивлялись, как будто у воспитанницы Паучихи в руках могут быть только тушки замученных животных, а не кукла, а потом почему-то веселились. И вообще Никки с куклой в руках чувствовала себя очень глупо. Точно так же, когда куклы «ходили в гости» друг к другу и «говорили» обязательные фразы: гости дорогие, рады вас видеть, позвольте угостить. А потом еще более глупые разговоры о погоде, ветре, который растрепал прическу, и больших ценах у куафера, которые эти самые прически делал. - Мы сегодня с сестрицей едем на бал! – манерно сюсюкала Милочка и двигала ручками куклы, - а как же мы можем поехать на бал такими лохматыми? Придется еще раз поехать к куаферу и сделать модную прическу! Ах, папенька будет сердиться, что мы столько денежек потратили на красоту! – А потом взяла другую куклу и, подняв ей руки, уже другим голосочком ответила первой кукле, - но мы ведь красивые барышни! А красавицы не могут ходить лохматыми! Ах, этот гадкий ветер, зачем он нас разлохматил? Аура Милочки сияла зеленью и синевой от удовольствия, она с таким азартом рассказывала о новых прическах и шляпках, как будто куклы на самом деле были живые. А Никки старалась не кривиться, потому что на подушке сидеть было неудобно, да и эти глупые разговоры вызывали только раздражение. Если настоящие девушки разговаривают только о погоде и моде, то ей хотелось бы стать мальчиком, вернее, юношей. Они, наверное, будут разговаривать о войне или работе, а не об этом всем… А когда от портних принесли стопку нарядных коробочек, Никки в очередной раз растерялась. В каждой коробке лежало по одному кукольному платью, переложенное бумагой так, чтобы оборки не мялись, а туго накрахмаленные платьица держали форму. В этот раз с Ивейном пошел еще один зомби в черной ливрее, чтобы они могли донести все до дома родителей Милочки. Когда подружка, открыв первую коробку, достала яркое платьице, в ее глазах полыхнуло завистью, и Никки торопливо уверила, что это платья для всех кукол, ведь они красивые барышни и им нужны наряды для бала. - Спасибо! – Милочка отбросила в сторону платьице и обняла Никки, - ты моя самая лучшая подруга! Обниматься было очень странно. А, главное, зачем? Прижиматься вот так и дышать возле уха… А потом Милочка ее чмокнула в щеку и погладила по голове как куклу. - У меня было три подруги, а с тобой четыре, но ты самая любимая! И это не из-за платьев, а потому что ты хорошая и не задираешь нос, как Лизка, не хвастаешься, как Лотти, и не жадничаешь, как Нэлли. Я тебя больше всех люблю! Никки вдруг стало так неловко и неудобно, как будто ее приравняли к куклам. Милочка точно так же время от времени признавалась в любви и назначала «любимой» одну из двух своих кукол, тогда вторая становилась «сестрицей». Хорошо, что под стол заглянула матушка Фенхель и позвала их выпить чаю с пирожками. Милочка с радостью вылезла из-под стола, а Никки осторожно вытерла щеку и только потом выбралась наружу. Она до сих пор чувствовала тепло Милочки и ее крепкие руки, когда та обняла ее, и пыталась понять, ей понравилось или нет? И почему это так нравится другим? Может им просто холодно, и они пытаются таким образом согреться? Но ведь можно просто теплее одеться… А потом вспомнила Ивейна, когда он клал свою руку ей на плечо. От этого становилось спокойнее. Хотя, что такое просто рука? Она даже была не теплой, но все равно становилось спокойнее. Как обещание, что все будет хорошо, он рядом и никому не позволит ее обидеть. Может, когда люди обнимаются, они так же что-то чувствуют где-то внутри? Никки пила чай и раздумывала о том, что может стоит попробовать обнять самой? Может, когда обнимаешь сама, то ощущения другие? Кого тогда обнять? Милочку? Вроде неудобно, надо вначале что-то сказать… Чай закончился, а Никки так ни на что и не решилась. Матушка Фенхель напомнила девочкам, что игрушки - это хорошо, но завтра придет учитель музыки, а они мало занимались. Никки сразу приободрилась. Занятия - это хорошо, это, по крайней мере, понятно. Ее посадили за инструмент первой, и Никки сосредоточилась на правильном выполнении задания. Это как плести пальцами заклятие. Есть очередность движения и четкое понимание что делаешь, а в результате получаешь ровную, как спиралька, волну звука. И если случалось ошибиться, то спиралька ломалась острым углом и неприятно отзывалась где-то внутри. Все дело в дисциплине и внимании, а вот с этим у Никки всегда было прекрасно. Поэтому и звучание получилось красивым и гармоничным. Матушка Фенхель похвалила ее и посадила за инструмент Милочку. А вот у той не все получалось и клавиши звучали в разной тональности. Наверное, пальцы нажимали на клавиши с разной силой, а еще Милочка ошибалась, кривилась, стучала ногами, будто подтанцовывала и с каждой ошибкой злилась сильнее и сильнее. Но Никки смотрела не на подружку, а на призрак пожилого человека, который осторожно появился в комнате, и смотрел на Милочку с явным обожанием. Никки сделала вид, что не заметила его и, подойдя со спины, обняла Милочку за плечи. - Ты - молодец, и у тебя все получится, просто не надо торопиться, – Милочка была теплой и пахла конфетами и травяным мылом. Никки заметила, как напряглась матушка Фенхель, и сразу отпустила девочку, даже не делая попыток поцеловать. Она прекрасно помнила, что ее слюна ядовита. - Не торопись, попробуй играть медленно и у тебя все получится. Облегчение на лице старой травницы было такое явное, что Никки улыбнулась, а потом, поймав взгляд призрака, кивнула ему в приветствии. Призрак дернулся, но не пропал, а наоборот стал плотнее и кивнул в ответ на приветствие. Матушка Фенхель, перехватив взгляд Никки, с интересом оглянулась, но никого не заметила и очень удивилась, а потом задумалась и посмотрела на Никки с большим интересом. - Я, пожалуй, пойду домой, - Никки отряхнула платье и улыбнулась старой травнице, - Милочке надо больше времени на занятия, не буду ее отвлекать. - Милочка, ты занимайся, а я провожу Никки. Никки вышла к дверям, где ее ждал Ивейн, и повернулась к нему спиной, чтобы он накинул на нее плащ, на улице сегодня было холодно и влажно. Матушка Фенхель вопросительно взглянула на нее, но так и не спросила, кому же девочка кивнула. Никки спросила сама: - Чашку, из которой я пью чай, вы моете в лабораторных перчатках, как пробирки после яда? – аура травницы полыхнула растерянностью и виной, - правильно делаете. Можете не переживать, я понимаю, что ядовита и постараюсь не причинить вреда Милочке. А хотите, я сцежу вам своей слюны, чтобы вы сделали антидот? Ну, так на всякий случай? - Ну, зачем ты так… - расстроилась матушка Фенхель. - Ладно, не обижайтесь, я все понимаю. Простите за неудобство. Никки порывисто вышла из лавки. Ветер подхватил полы ее плаща и сразу выдул все тепло. Они с Ивейном отошли немного, а потом Никки решилась и, развернувшись, обняла Ивейна со всех сил. Он положил ей руки на плечи и немного сжал. Теплее не стало, но вот обида стала меньше. Никки отстранилась от телохранителя и шмыгнула носом от непролитых слез. - Эти всякие объятия такая глупость! И ничего они мне не нужны! Я и без них прекрасно проживу! Никки продолжила ходить в гости, но только теперь она относилась ко всему, как к учебному заданию. И разговор кукол стал чем-то вроде методички, как правильно разговаривать с людьми. Они перемерили куклам все сшитые платья, и несколько дней обсуждали, какой кукле какое платье больше подходит. Никки попыталась дома перед зеркалом повторить мимику Милочки и ее уловки при разговоре со старшими. Хлопанье глазками и умильные рожицы, на которые все взрослые сразу начинали улыбаться в ответ и говорить «какая красивая девочка». По ее мнению, получалось не очень, и она опять почувствовала себя крайне глупо. Кошка замерла на подоконнике, блестя стеклянными пуговицами глаз, а потом на лестнице послышались шаги и шелест шелка. - Никки, что происходит? – госпожа Джесс вошла в ее комнату, - ты волнуешься, расстроена и кривляешься перед зеркалом. Что происходит? Ты переживаешь, что у тебя паралич мышц лица или ты решила выступать мимом? - Я пытаюсь научиться быть милой… - Ты не мартышка, чтобы повторять чужие ужимки, - лич села на единственный стул и покачала головой, - глядя на тебя все сразу поймут, что ты некромант, а от них никто не ожидает милого поведения. Нас всегда опасаются и смотрят, как на ядовитых змей. И правильно делают. Зато на нас никто не посмеет смотреть с пренебрежением. Даже маленькая змейка может укусить. Милыми мы бываем только с теми, кто нам нравится. И тебе совершенно нет нужды стараться нравиться всем. Поверь, чувства страха сильнее симпатии и пусть лучше тебя опасаются, целее будут. Хм-м… что именно тебя беспокоит? Не получается подружиться с девочкой? - Нет, почему же, - Никки передернула плечами и, подхватив дракончика, села на кровать, - она назвала меня лучшей подружкой. Только вот я не уверена, она это сказала не потому ли, что я принесла куклам много красивых платьев? - Ты думаешь, что она назвала тебя подружкой из корыстных побуждений? – удивилась госпожа Джесс. – Я не берусь судить, поскольку не видела ее эмоций в этот момент, но прошу не делать поспешных выводов. Она ребенок и чистый лист, на котором еще пишут родители. А ее родители верные и искренние люди, не думаю, что у них мог вырасти корыстолюбивый ребенок. Хотя такие сомнения будут преследовать тебя всю жизнь. Ты будешь сильной магессой и всегда будешь сомневаться - люди с тобой из-за тебя или из-за твоей силы? Чем сильнее маг, тем меньше у него друзей. Ученики, последователи, единомышленники, коллеги, это в твоей жизни будет и будет много, а вот люди, с которыми ты можешь поплакать и побыть слабой, будут очень редки. Я не заставляю тебя дружить с этой девочкой, м-м… Милочкой, я просто хочу, чтобы ты общалась со сверстницами и не отрывалась от реальной жизни. - Ладно, - Никки потискала дракончика, и он посвистел ей, - я попробовала обниматься и мне не понравилось. Что может быть хорошего, если к тебе кто-то очень близко и прижимается телом? Можно его понюхать и убедиться, что это точно он, а не кто-то другой? Но ведь это и так глазами видно…не понимаю… - Объятия, прикосновения - это не конфеты, чтобы нравиться по определению. Хотя конфеты любят отнюдь не все. Здесь важнее эмоциональный посыл – я тебя защищу, ты мне нравишься или, например, «я рад тебя видеть». Все зависит, кто именно и как обнимает. А еще есть пожатие руки, похлопывание по спине или, например, если тебя погладят или даже ущипнут за щеку. Один и тот же жест от разных людей может быть буквально с противоположным эмоциональным посылом, и чтобы различать это, как раз и нужен тот самый опыт общения. Пожатием руки можно выразить, как интерес и поддержку, так и агрессию, а похлопав по спине можно поддержать: «я рядом, ты не одна», а можно выразить презрение: «ты бестолковый щенок, а я сильный самец и ты будешь мне подчиняться». Для того чтобы отличить одно от другого и нужен опыт, а его не получишь из книжек, потому что в реальной жизни нет ремарок и пояснений автора. Ты сама автор своей жизни и должна знать, на какие нюансы поведения обращать внимание, а на какие не имеет смысла. И уметь делать выводы, и было бы чудесно, если бы эти выводы были правильными. Но этого не получится, если будешь сидеть дома и общаться только со мной и Ивейном. - Ладно, я поняла… - Закажи у Матильд снова одежду для кукол, а заодно еще каких-нибудь вещей, ну там, одеяло с перинкой, не знаю, что еще. Попытайся предложить свои сценарии игры и посмотри, как на них откликнутся. Дом, сделай, пожалуйста, кукольную мебель для Никки. Прошу. В комнату залетел кусок деревяшки, похожий на те, что кухарки в монастыре бросали в печь, и стал на глазах меняться. Как будто много рук лепили из глины. Никки с удивлением смотрела на нити силы, мелькающие вокруг. Она в самом начале, когда только оказалась в этом доме, хоть и видела, как менялась ее комната, но не видела, вернее, не понимала механизма изменений. А теперь с восторгом наблюдала, как при помощи силы из «подобного делают подобное». Грубо отколотый кусок древесины становится изящной поделкой. Никки только восторженно выдохнула, когда ей на стол опустилась маленькая копия ее кровати. Точно такое же изголовье и цвет. Только размер как раз под куклу. - Ух, ты! - восторженно воскликнула Никки и, взяв в руки кроватку, внимательно стала рассматривать, - я видела нити силы, но не поняла… Это вроде как делать магического вестника? А можно еще две кроватки? Кукол ведь три! Не хотелось бы ругаться из-за того, кто будет спать на кровати, а кто в кресле сидеть. Лич рассмеялась сухим смехом, и в комнату залетела целая поленница. У Никки разбежались глаза, так хотелось углядеть за всем. Но пока из одного бревнышка делали кровать, из другого - делали стол, стул и кресло. Вскоре на столе появилась маленькая копия мебели из ее комнаты. Такой же столик, стулья и кресло точно такое же, в котором сидела в большой комнате лич. А потом появилась чашка с отколотым краем, из которой, разбив ее на несколько кусков, вылепили три…ночных вазы. Никки с возмущением уставилась на кошку, но та с явным удовольствием делала вид, что вылизывает лапы и не имеет к этому никакого отношения. А на боках горшков появились милые цветочки… Вредина! - Отошли одну кровать к Матильдам и закажи у них три комплекта постельных принадлежностей под заданный размер. И еще какой-нибудь одежды на свой выбор. Но только поиграть с ними ты сможешь не раньше, чем дней через десять. Я договорилась с СБ, что уеду из столицы в свое имение, а они постараются без меня не накосячить. Так что мы уезжаем на юг. Это здесь холодно, а там всегда тепло и солнечно. Я пошлю слугу, чтобы он занес кукольную мебель кому надо, а ты или добавь записки, или пошли магического вестника. - Я пошлю вестника, так будет быстрее и надежнее, – Никки спрыгнула с кровати и стала помогать запихивать кукольную мебель в мешок с завязочками, а потом в комнату влетел маленький сундук с кипой бумаги. Ее платья снялись с вешалки и оказались переложены бумагой совсем как те кукольные платья. Сундук закрылся и умчался на улицу, где уже разворачивалась карета. - Дом останется здесь. Там с нами будут только мои зомби и люди-слуги, которых нанял мой доверенный человек, – стала объяснять госпожа Джесс. - Мы там будем недолго и не хотелось бы ходить в мятой одежде. Корзину с едой из таверны уже принесли, да, и не забудь сходить в туалет, мы постараемся не останавливаться в пути. Похоже времени до твоего гормонального скачка осталось меньше, чем я рассчитывала. - А как он произойдет? – насторожилась Никки, - будет больно? - Нет, не переживай, - улыбнулась лич, - физически ты мало что почувствуешь. И потом, гормональная перестройка может произойти быстро, раз, - лич щелкнула пальцами, - и все свершилось, а может растянуться на пару дней. Все зависит от твоего эмоционального состояния. Здесь нет шаблонов. Например, во время беременности у женщин гормоны гуляют на протяжении всей беременности. Ладно, пойду выберу несколько украшений в дорогу, а ты подумай, что еще хотела бы взять с собой, и выходи. Я буду ждать тебя в карете. Никки сделала два магических вестника. Одного отправила Ильде с просьбой сделать три комплекта постельных принадлежностей для трех кукольных кроваток, а еще сшить одежду, плащи и шляпки из расчета на трех кукол и закончила просьбу пожеланием, чтобы все сшитое отправили в дом алхимиков, где живет ее подруга. Следующий вестник был отправлен матушке Фенхель и Милочке с сообщением, что она уезжает с госпожой Джесс и ее не будет несколько дней. И еще предупредила, что могут принести вещи для кукол, и попросила Милочку позаботиться о ее кукле. Никки посидела в раздумьях и решила, что послание надо закончить именно так. Если и быть девочкой, то надо вести себя так, как они ожидают. Например, Милочка в такой ситуации точно бы попросила позаботиться о куклах, так что… Как там называла подобное наставница – паттерн поведения? Вот и ладно, буду паттерничать….