Эффект незавершённого действия

Через несколько дней после посиделок с Настей в баре, я снова решила сделать вылазку на улицу. Как раз был выходной, дома делать было совершенно нечего, кроме как меланхолично пялиться в потолок. Мать снова начала куда — то пропадать по несколько дней, ничего не объясняя. Наши с ней отношения вообще были каким — то абсурдными. Мы перестали общаться хоть как — то. Приходили домой, каждая закрывалась в своей комнате, и в квартире всегда звучала полная тишина. Меня это больше не угнетало. Я бы могла написать кучу слов, как это неправильно и травмирует психику ребенка, но я не чувствовала ни малейшего огорчения на этот счет. Да, по паспорту, по документам она мне — мать. Но по факту — какой- то сосед по квартире, который вправе не отчитываться ни в чем передо мной. На улице была терпимая погода. Теплая, сырая, но луж становилось все меньше и меньше. На случай дождя я надела легкую куртку с капюшоном (зонтов не признавала в детстве), но чувствовала, что он мне не понадобится. И вскоре оказалась в том дворе, где около четырех лет назад впервые встретила Егора. И в который после тех событий я больше не возвращалась никогда. Сейчас же меня, наоборот, тянуло туда. Сама не знаю, зачем. Может, чтоб еще глубже погрузиться в свои воспоминания, вернувшись в то памятное место? Но они и так яркие и незабываемые. Я все помню, этот двор, окруженный домами, почти пустынная огромная площадка, на которой клочками поставили скамейки, качели, турники и песочницу. Возле первых двух построек мы и собирались. Впервые меня туда привел Пашка, мой лучший и единственный друг на тот момент жизни. Знакомиться с его компанией. Я была дико стеснительной тогда, и сидела тенью возле него, наблюдая за незнакомыми мне парнями и девчонками. Помню, парни мне не нравились. Зато с интересом я глядела на девушек, которые, в отличии от меня, чувствовали тут себя в своей тарелке. Той прошлой мне они мне казались взрослыми, уверенными и очень красивыми. И я подумать не могла, что они вскоре обратят внимание на мелкую замухрышку меня и примут в свой женский круг. И тогда я впервые увидела Егора. Тогда мы впервые пересеклись взглядами, которые оказались решающими в наших жизнях. Я сходила с ума от его безупречной внешности и какой — то бешеной энергетики, исходящей от него, заставляя влюблять в него всех особей женского пола. В тот день мне казалось, что он вообще не заметил меня, общаясь исключительно со своими знакомыми, и вообще он довольно — таки быстро ушел. А его взгляд, направленный на доли секунды на меня, посчитала, что мне привиделось. А если не привиделось — то он все равно ничего не значит, так смотрят вскользь, на фон. Только этой зимой, спустя столько времени я узнала, что он уже тогда меня заметил. Любовь с первого взгляда. Точнее, безумие, взаимное, опасное, начало всей нашей истории. И вот я снова здесь. Теперь уже одиннадцатиклассница, выпускница без пяти минут. Еще не совсем взрослая, но уже не тот романтичный, наивный ребенок. Интересно, если б знакомство произошло сейчас, и мы бы были с ним ровесниками, это что — то бы изменило? Во всяком случае, сейчас бы мне не пришло в голову выслеживать Егора, буквально «бегать» за ним, какие бы чувства я ни испытывала. Сейчас бы я умела флиртовать и наверное, пользовалась бы этим. Но к черту эти мысли. Все случилось как случилось. Эти «если бы» ничего не значат. Более того, я действительно не хотела ничего менять. Любое изменение — и мы бы могли остаться друг для друга никем. Возможно бы, переспали и распрощались навсегда. И другие жизни, другие люди, другие события. Пусть все случилось, как случилось. Спасибо, двор, за нашу встречу. Я прошлась по периметру, как именно со стороны качелей услышала оклик: — Лялька? Серебрякова? Я прищурилась, чтоб разглядеть, кто бы это мог быть вообще. Там стояли трое девчонок, судя по всему, прощались и собирались расходиться, но одна из них, махнув им крайний раз рукой на прощание, активно подзывала меня к себе. Чем ближе я шла на зов, тем с большим удивлением обнаруживала в той девушке еще одну деталь своего прошлого. Девчонки. Подруги. Машка. Да, это была именно она. Я убыстрила шаг, она вскочила мне навстречу и вот мы уже обнимаем друг друга, а потом разглядываем друг друга. Столько лет с нашей последней встречи. И вот она. Незапланированная, но реальная. Я пялилась на Машку как на восьмое чудо света. Повзрослела, но это неудивительно, тогда ей было вроде 16, сейчас около 20 лет. Шмотки все в розовых тонах, это и тогда был ее любимый цвет. Такая родная, хоть из всех подруг мы общались с ней меньше всего. Мне всегда были ближе рассудительная Аня и Ирка, с виду легкомысленная и ветреная, а внутри — комок нервов и мыслей. Первая уехала в другую страну, вторая — безвозвратно на небеса. Но все же это моя Машка. Карие глаза, круглое симпатичное лицо, немного детское, и те же белые волосы. С легкой грустью, я заметила, отросшие у корней темные волосы. Раньше она такого не позволяла, считала это неухоженностью. Меня пилила, если видела, что я не подкрашиваю корни. Сейчас я уже перестала травить свои волосы, и они естественного русого цвета. Машка не изменяла своему стилю, разве что относилась к нему не столь бережно, как в те годы. «Это нормально, — одернула я себя, — Людям свойственно меняться.» — Ну как ты? — выдохнула наконец она. — Черт, прямо ностальгия увидеть тебя именно здесь. Еще думала, ты не ты. Ты пипец красоткой стала. — Ты тоже, — вежливо ответила я, учуяв исходящий от нее легкий запах перегара. — У меня все так себе. Перед ней я не видела смысла «держать лицо», и вскоре легкая в общении Машка уже вовсю расспрашивала меня за все пропущенные годы неведения. И я рассказывала. Ключевые моменты, конечно. Иначе бы и суток не хватило рассказать всё. За это время мы выкурили три сигареты. — Пипец, жесть, я в шоке, — часто вставляла свои реплики Маша. — Не, ну это вообще трэш! — А это про мое «сожительство» с Егором. — Ну как — то так. Я не знала, как к этому отнесется Машка. Анька, в свое время узнав о нас, была на его стороне. То есть, на стороне «нас». Никого не осуждала. Понимала и его, и меня. Машка, как оказалось, придерживалась другого мнения. — Страж ну полный урод! — возмущалась она. — А что с него взять, собственно? Еще и наркоман, торгующий этой хренью. Я же, по сути, дольше всех держалась из наших в нашей компании прошлой, наблюдала его. Ой, Лялька, с ума сойти, — болтала она как тараторка. — Как же он изменился. Ну вспомнить начало — весь такой альфа — самец, куча телок, куча пафоса. А че потом? Угрюмый. Я бы даже сказала, нытик. Эмо — бой, ха — ха — ха! Как ни придет, только и слышно от него «Лялька — то, Лялька — сё». Я все время удивлялась, ну если так ломает тебя, чувак, подойди к ней и признайся в своих чувствах. На фига ты нам — то рассказываешь и себя загоняешь? Мы — то что сделаем? Еще фигню всякую творил в отношении тебя, потом сам же типа охуевал, бля — бля, зачем я это сделал, теперь она точно не будет со мной. И так каждый раз. Вообще у меня мурашки по коже были от него. Был нормальным парнем, стал каким — то психом. Ну, собственно, то, что ты рассказала, лишь подтверждает мои догадки. Он реально поехавший. Ой! — Вдруг очнулась она, вспомнив, что я сказала до этого, что его я люблю не менее. — Ты меня прости, конечно. Это ваша история. Как ни крути, Страж реально тебя любит, хоть я и не понимаю такого. Он там после тебя телок к себе на метр не подпускал. У него только ты в мыслях. Наверное, все — таки это хорошо. Я поняла, что Машка не очень круто к нему относится. Последние слова насчет «телок», вернее, их отсутствия, это единственное, что, по ее мнению, заслуживало внимания, чтоб любить такого, как Егор. Но ее мнение — это ее мнение. Наверное, будь я просто очевидцем всего этого, сама бы рассуждала так. Да не наверное, а точно. Просто она нормальная. — Машка, ну хватит обо мне, расскажи, как сама — то? Гляжу, до сих пор тусуешься в компаниях. — Ага, есть такое. А что еще делать? Гуляю, веселюсь, работаю продавцом, в универ провалилась на вступительных. Да не особо — то хотелось. — А парень есть? — Ну как бы да. Всегда кто — то есть, — простодушно ответила она. — Но это так. Просто связи. Тусуемся вместе в компаниях, и время от времени с кем — нибудь да мучу. Но вне компании — мы с ними не общаемся. Ну типа не ходим на свидания, не живем вместе, не планируем совместную жизнь. Ну ты понимаешь. Я кивнула. — И не хотелось ни с кем по — серьезному? — Блин, ну там стремная история. — А я будто тебе рассказала о себе радужную сказку, — хихикнула я, снова вытягивая сигарету. — Ну так — то да, — согласилась Машка, стрельнув сижку и для себя. У нее закончились. — Ну, короче, помнишь, Ромку? Синего? Ты по — любому его должна знать. Он сосед твоего Егора и они всегда круто общались. Ромку я, конечно, помнила и знала. — Мы с ним еще в одной школе учились раньше. Только он был на несколько классов старше. Я его вообще давно знаю. Он еще в школе подкатывал ко мне. Но мне было пофиг. У меня всегда была куча знакомых парней, вписок, а Ромка… Нет, он неплохой. Но казался мне тогда скучным. И я его динамила. Потом мы снова пересеклись, уже в компании Егора. И я обалдела, когда узнала, что ему нравлюсь до сих пор. Он мне снова предлагал встречаться, прикинь. Но я думала, блин, как это скучно. И снова его продинамила. Ну и короче мутила с одними, другими, но не всерьез. Я сама не хотела ни к кому привязываться. А потом Анька сказала, что собирается замуж. И я чет такая, блин, а может, это круто? Ну тип есть человек, и ты ему реально нужна. И он не забивает на тебя после очередной вписки. Мне даже грустно стало, и я почувствовала себя самой одинокой на свете. Тогда у меня был ну типа парень, с которым мы вместе тусили. И я ему намекнула, мол, а давай нормально встречаться, можем даже снять квартиру. А он такой в ужасе на меня смотрит, как на идиотку. Я понимаю, что он не вариант, и забила на него. Зато вспомнила о Ромке. Вот он всегда казался серьезным касаемо отношений. Плюс так долго любил меня. И вообще он симпатичный он и не дурак. С ним бы у нас все получилось круто. В итоге, сама же отыскала его, напомнила о прошлом, то се. В итоге прямо сказала, ну может, все — таки попробуем? Ты же хотел. И прикинь, че он? — Что он? — Отказался, блин! Сказал, что я слишком легкомысленная. Ну вообще. После этого я больше и пробовать не стала. Ну нафиг. Я немного не поняла, всерьез говорит Машка или шутит, или сама чего — то не понимает. Чем ее удивило высказывание Ромы? Судя из ее повествования, она и была легкомысленной. Вскоре она начала все чаще смотреть пялиться на часы, и в итоге сказала, что ее ждут «одни крутые чуваки и чувихи на хате». Позвала меня с собой, но мне показалось, только ради приличия. Я сослалась на то, что мне нужно сделать домашку к завтра. В итоге мы обменялись контактами и пообещали больше так не теряться на годы. Я понимала, что прежней дружбы между нами не будет. Но время от времени вот так поболтать было приятно. И я не исключала случай, что еще первой напишу ей. День мне действительно вернул частичку прошлого.