Может, кофе?

Мин Юнги брёл по улице, сунув руки в карман своей чёрной кожанки. На улице неимоверный дубак. Холодный ветер будто пробирается до костей, солнце пропало, а небо серое и хмурое. — Кажется, будет ещё и дождь, — шепчет Юнги, смотря на небо. Он, не сбавляя шагу, идёт дальше по улице, изредка смотря на прохожих. Где-то вдали слышится гром — дождь надвигается еще быстрей. Мин думает, что успеет дойти до дома, тут же не далеко, ещё минут пятнадцать ходьбы. Но спустя пару минут гром слышится будто над головой, и начинает накрапывать дождик. Холодные и противные капли попадают на одежду, отчего та начинает медленно, но верно промокать. Юнги морщится и стирает рукой капли, попавшие на лицо. Дождь усиливается с космической скоростью и в итоге превращается в ливень. Гром гремит ещё страшней и грозней, чем до этого, а ветер становится холодней. «Не успел» — думает Мин и забегает в ближайшее кафе. — Простите, мы закрыты, — слышится чей-то нежный голос. Юнги поворачивает голову в сторону звука и замечает парня. Тот был светловолосый, с пухлыми, розовыми губами, среднего роста. Одет в белую рубашку, чёрные джинсы и фартук кофейного цвета, что был завязан на поясе. — Я не клиент, — Мин треплет волосы рукой, чтобы избавиться от капель. — Я пережду тут дождь. Паренёк смотрит в окно и вскидывает брови, удивляясь. — А я и не заметил, что он начался. «Чудик какой-то». — Проходите, садитесь, — блондин идет к барной стойке. — Может, кофе? — Да, спасибо, — Юнги садится на стул около барной стойки. — Латте макиато, пожалуйста. — Конечно. Тишина, нарушаемая лишь стуком капель о стекло и шуршанием блондина. Брюнет внимательно смотрит на парня, будто изучая. Юноша делает всё быстро и умело, словно занимается этим с рождения. Он подогревает молоко в микроволновке, затем наполняет им красивый стакан и взбивает. После заливает тонкой струйкой кофе, который варил до этого в турке. Он делает это так аккуратно, точно в одно мгновение всё может разбиться на мелкие осколки. Парень берёт взбитые сливки и добавляет их сверху. — Вам нужны корица или тёртый шоколад? — Тёртый шоколад, пожалуйста. В завершение он натирает молочный шоколад на тёрке. Достает трубочку, вставляет в кофе и протягивает Юнги. — Готово! — он тепло улыбается. — Благодарю. Брюнет, обхватив губами трубочку, начал пить кофе. Юнги довольно улыбнулся и облизнулся, выпив пару глотков. Бариста внимательно смотрел на него, будто выжидая ответа. — Как… тебя зовут? — вырвалось у Юнги вместо «вкусный кофе, спасибо». Но этот вопрос его интересовал с самого начала приготовления кофе. — Пак Чимин. А ты? — Мин Юнги, — парень отпил кофе. — Сколько тебе? — Двадцать шесть. Тебе? — он задает встречный вопрос, не отводя взгляда от Юнги. — Двадцать девять. Молодо выглядишь, Чимин. — Ты тоже, Юнги, — Пак хитро улыбнулся и провел кончиком языка по нижней губе. Мин, заметив это, усмехнулся и буквально посмотрел в душу блондина через его глаза. Чимин чуть вздрогнул, но отводить взгляд не стал. — Ты мне нравишься, — неожиданно для Пака и для себя самого выдаёт Юнги. — Потрахаемся? — Почему бы нет. Чимин медленно выходит из-за барной стойки, попутно снимая с себя фартук. Юнги встаёт со стула и ждёт, пока к нему подойдут. Парень прижимается вплотную к Мину. Тот обхватывает руками талию и впивается в губы. Поцелуй выходит жаркий, грубый и властный. Пак стонет в губы партнёру, закидывает руки ему на шею. Ресницы юноши чуть дрожат, и кажется, будто в лёгких заканчивается кислород, отчего он отталкивает Юнги от себя. Брюнет отлипает от него, облизываясь. Начинает покрывать шею Чимина засосами, иногда прикусывая нежную кожу. — Ах!.. Нежней! — хмурится блондин, когда Мин кусает его слишком сильно. — Прости, — он вдыхает запах одеколона и кофе, — просто ты так прекрасен… Юнги подхватывает Пака за бёдра и сажает на барную стойку. Впивается в его губы сладким поцелуем. На этот раз он нежный и трепетный, словно теперь брюнет боится испугать юношу своими действиями. Отрываясь от губ, он аккуратно растёгивает пуговицы на рубашке Чимина. Тот же в свою очередь снимает с Юнги кожанку и гладит по твердой груди. Когда рубашка уже валялась где-то на полу, а ремень брюк блондина был расстёгнут, то Мин начал гладить тело Пака, изучая. Нежная молочная кожа, стройная фигура, едва видимые кубики пресса (видимо, парень недавно начал заниматься спортом), аккуратные розовые соски. Юнги уложил того на спину и начал выцеловывать сначала ключицы, переходя на грудь и на живот. Отстранившись от живота Чимина, Мин посмотрел на лицо юноши. Щёки были красные то ли от смущения, то ли от возбуждения. Губы чуть приоткрыты, а между ними указательный палец. В глазах плескались похоть и желание. — Прошу… — молил Пак, сам не понимая, о чём именно. Юнги ухмыльнулся, обнажив свои клыки. Прильнул к соскам парня и вобрал один в рот, лаская рукой второй. Послышался тихий стон Чимина, а его тело выгнулось дугой. Мин играл с сосками: покусывал, лизал, сжимал. Ему было интересно наблюдать за сменой эмоций на лице партнёра. Когда Юнги прикусил один сосок сильней, а второй сжал — Чимин громко и протяжно застонал, ёрзая. Мин вбирает розовый сосок в рот и посасывает, издавая пошлые звуки. Пак сжимает волосы парня на затылке и прижимает его лицо ближе к своей груди. Чимин буквально тает от всех этих ласк. В голове настоящая каша — все мысли смешались в кучу. Всё тело дрожит от желания почувствовать в себе Юнги. Член стоит колом, тёршись о ткань нижнего белья и джинс. Трусы мокрые от собственной смазки, а обтягивающие джинсы, которые так любит Чимин, сейчас только раздражают. — Юнги, сними с меня штаны, — пищит он. — А волшебное слово? — Пожалуйста, папочка! — вырывается из уст, а у Юнги, кажется, отказывают тормоза. Он снимает штаны и бельё Пака, свою футболку и берёт в руку член Чимина. Тот стонет от этого действия, а когда рука Мина начинает мастурбировать и вовсе извивается как змея. Движения рукой резкие, быстрые. Чимин уже готов кончить, его член дрожит и пульсирует. Юнги чувствует это и прекращает дрочить ему. Блондин недовольно стонет и ёрзает, руки тянутся к паху, но их тут же перехватывают чужие. — Нельзя, — слышится властный, охрипший голос, от которого бегут мурашки по всему телу. — Ты кончишь только от моего члена. Юнги замечает баночку кленового сиропа и, недолго думая, хватает её, выдавливая на пальцы. А затем вставляет первый палец в Чимина. Слышится приглушённый стон. Мин проталкивает палец, иногда надавливая на стенки. Чуть позже добавляет второй. Разводит пальцы «ножницами», а Пак стонет ещё громче, просит о большем и сам насаживается на них. Юнги бы давно вставил ему, даже не подготавливая, но почему-то с этим парнем хотелось по-другому. Брюнет добавляет третий палец, и Чимин уже практически плачет от желания почувствовать в себе член. — Быстрей, прошу! Парень вытаскивает пальцы, растёгивает ширинку джинс и достает давно вставший член. Приставляет его ко входу и плавно толкается, входя до конца сразу. Чимин не сдерживает в себе громкий, надрывный стон, из глаз брызгают слёзы. Парень кончает себе на живот сразу же. Юнги хмыкает и начинает двигаться. Сначала медленно, а потом резко и грубо, уже не сдерживая себя. По помещению раздавались пошлые, хлюпающие звуки, шлепки, сладкие стоны Чимина и порыкивания Юнги. Липко, скользко, но в то же время неимоверно приятно. В голове уже нет ничего, перед затуманенными глазами, полными пеленой слёз, стоит лицо Юнги. Густые брови брюнета нахмурены, челюсти сжаты, глаза прикрыты, ресницы дрожат. Его руки крепко сжимают руки Пака. — Пусти, — шёпотом молит он, дёргая руками. Мин отпускает, открывая глаза и смотря прямо в глаза парня. Чимину хочется в них утонуть. Они тёмно-тёмно карие, почти чёрные. Зрачок расширен, заполняет почти всю радужку. Бездна, ночной океан, в котором хочется утонуть и не выныривать. Взгляд падает на приоткрытые губы Юнги. В них хочется впиться, кусать, мять, посасывать. Чувствовать эти губы на своём теле: губах, плечах, ногах, руках… Чтобы они принадлежали только Чимину. Щёки Мина пухловатые, нежные. Их хочется затискать, поцеловать и провести рукой. Целовать их утром, вечером, ночью. Чимину хочется, чтобы Юнги принадлежал ему весь. Руки Пака хватаются за крепкую спину парня при особо сильном толчке. Короткие ногти впиваются в нежную кожу и царапают её. Громкий пронзительный и одновременно невероятно сладкий стон вырывается с пухлых розовых губ. — Нашёл, — довольно ухмыляется Юнги, втрахиваясь в эту самую точку. Простата. Чимина буквально подбрасывает, он извивается, словно змея, чуть ли не кричит от удовольствия. Слёзы из глаз льются и останавливаться не хотят. — Я… Я сейчас!.. — еле находит в себе силы Пак, чтобы сказать это. И то не договорил. Через пару секунд он изливается, пачкая свой и Юнги животы. Дыхание сбито, голова не варит. Хочется продолжения. Юнги, видимо, тоже. Он накрывает губы Чимина своими, руки блуждают по его телу. Пак стонет в поцелуй и чуть отталкивает Мина. — Не здесь, мне неудобно. — Тогда где? — томно хрипит Юнги, смотря в глаза напротив. — В комнате для персонала, там есть диван. — Веди. Юнги помогает Паку встать и придерживает за талию. За окном раздался гром и вспыхнула молния, отчего Чимин вздрогнул и прерывисто выдохнул. Мин, заметив его лёгкий испуг от неожиданности, погладил по спине, успокаивая. Наконец они доходят до нужной двери. В комнате действительно был диван. Он небольшой, но парни туда поместятся. На диване валялись две небольшие подушки. Кинув Чимина на диван, Юнги вновь начал выцеловывать его тело. Ключицы, грудь, живот, низ живота. А потом поцеловал розоватую головку вставшего члена. С губ Пака сорвался приглушённый стон. Он прикусил указательный палец и зажмурил глаза, когда Юнги вобрал в рот половину. Сделав пару движений вверх-вниз, Мин выпустил орган изо рта и начал мастурбировать. Чимин начал ёрзать и громче стонать. Он вжался затылком в подушку под головой, а вторую подушку сжал рукой. «Блять, как это делать-то?» — подумал Юнги, смотря на член парня. До этого он никогда и никому минет не делал — обычно делали ему. Так что представление он имеет, осталось попрактиковаться. Брюнет начал покрывать член нежными поцелуями, провёл языком по всей длине, а потом вобрал сначала головку. Затем весь остальной орган и, подождав, пока рвотный рефлекс пройдет, начал сосать. Сначала медленно, будто пробуя, привыкая, а потом всё быстрей и быстрей. Чимин стонал громко и сладко, выгибался дугой, толкался бёдрами навстречу. Он изредка смотрел на Юнги из-под пышных ресниц. Через пару минут, чувствуя, что он уже близко к разрядке, он лишь сжал волосы мужчины на затылке и тихо, хрипло прошептал: — Быстрей… Пару секунд спустя бурно кончая в рот брюнету. Юнги, проглотив сперму и облизнувшись, тянется к губам Чимина. Втягивает его в жаркий, долгий поцелуй. Отлипнув от парня, он смотрит ему прямо в глаза. Тот смотрит в ответ. За окном всё такой же сильный дождь, гром и молнии. На улице холодно и мокро, а в помещении тепло, хотя все-таки чуть прохладно. Но этим двоим до невозможности жарко и душно. В глазах горит огонь желания, похоти и… некой нежности. — Хочешь я сделаю тебе ещё приятней, малыш? — говорит Юнги, между тем покрывая бархатную светлую кожу шеи Пака мокрыми поцелуями. — Пожалуйста, — просит тот. — Тогда вставай на четвереньки, ангелок. Чимин принимает позу и поднимает бёдра повыше, для удобства. Мин ухмыляется и, наклонившись и устроившись внизу, провёл горячим влажным языком по напряжённому колечку мышц. Сверху послышался гортанный стон. Довольно улыбнувшись, Юнги продолжает: толкается языком внутрь, разводит руками половинки, смачивает вход слюной и вновь проникает. Одной рукой ласкает член и яички, проводит по плоскому животику, другой рукой опирается, чтобы не свалится. Покрывает внутреннюю часть бедра поцелуями, легкими покусываниями. Давно твёрдый член Мина истекает смазкой и болезненно пульсирует. Так и хочется взять и грубо оттрахать этого блондина, но что-то останавливает. Это желание пропадает, как только слышатся сладкие стоны и просьбы не прекращать. Чимина накрывают невероятные эмоции и чувства. Он не испытывал такого возбуждения никогда, никогда его так не трахали. Блять, да ему даже римминг никогда никто не делал! Этот мужчина что-то с чем-то… От всех его действий, прикосновений, слов так и хочется вцепиться в его шею, впиться в губы, терзать их. Хочется, чтобы этот мужчина принадлежал ему, Чимину. Пак слышит сзади тяжелый вздох. «Он всё время удовлетворяет меня» — думает он. — «Я тоже хочу сделать ему приятно». — Юнги, — зовет Чимин, — давай поменяем позу. Мин отодвигается и ждёт, пока Пак перевернётся на спину, но тот встает с дивана и садится на колени. — Повернись, я хочу отсосать тебе. Юнги повернулся к парню, опустил ноги на пол и развёл колени. Чимин начал надрачивать член Мина, облизывая губы и шепча: «Тебе понравится, обязательно». Юнги прикрыл глаза и томно дышал. Пак, заметив это, чуть улыбнулся и вобрал в рот. Левой рукой играл с яичками, аккуратно сжимал их; правой же держал член у основания. Мин надавил на затылок парня, сжал волосы и чуть рычал. Чимин застонал, пуская вибрацию по члену и посмотрел на мужчину. Тот посмотрел в ответ, а когда Пак снова застонал с пенисом во рту, откинул голову на спинку дивана и гортанно замычал-застонал. Реакция блондину понравилась. Пару минут спустя они достигают точки невозврата. Левой рукой Чимин чувствует, что яйца напряглись и чуть сжались, а правой, что член стал твёрже. Стоны Юнги стали громче и настойчивей, его ритм стал грубей, а рука на затылке Пака больно сжала волосы. Через пару секунд Юнги изливается блондину в рот с громким стоном. — Иди сюда, — зовёт Мин. Чимин подходит и встаёт между ног брюнета, когда его целуют в губы. Он отрывается от губ Юнги, укладывает его на диван, сам садясь сверху. Брюнет ухмыляется, обнажая свой правый клык. Чимин замечает это. Ему ужасно хочется, чтобы его укусили, прокусили нежную кожу, а потом зализали ранки. Он ёрзает на бёдрах Мина, представляя это. — Чего ты ждёшь, ангелок? — спрашивает охрипшим голосом Юнги. — Укуси меня… Два раза повторять не нужно. Юнги сам давно хотел это сделать, но боялся, что блондин это не оценит, потому держался. Он прикусывал, но не кусал. Но когда Чимин сам его об этом попросил, то у Мина сорвало крышу. Он сел, держа парня за талию, и укусил между шеей и плечом. Из ранки потекли капельки алой крови, которую Юнги слизывал. Всё как и хотел Пак. Оставив ещё пару укусов, Мин лёг обратно и, поглаживая изгибы талии и бёдер юноши, произнёс: — Начинай. Чимин начал насаживаться на член, громко стоня. Вставив орган до основания, парень больше не двигался, привыкая. Он прикрыл глаза и опустил голову. — Всё хорошо? — поинтересовался Юнги. — Да, я просто… привыкаю. Кивнув, Мин больше ничего не спрашивал, давая время партнёру. За окном всё также гремел гром и лил дождь. Капельки дождя били по стеклу. В комнате слышен был только стук капель и громкое дыхание парней. Чимин полминуты спустя начал двигаться. Пак экспериментировал: двигался то быстрее, то медленнее, совершал вращательные движения бедрами. А Юнги ласкал грудь, спину, бёдра. Он сжимал соски, поглаживал лопатки, упругие ягодицы, плоский живот. Всё это сопровождалось страстными, прерывистыми стонами и звонкими шлепками. Юнги, чувствуя, что уже близок к разрядке, начал двигаться более грубо и чуть порыкивать. Пару минут спустя оба кончили. — Я весь в сперме и потный, — говорит Чимин, обтираясь влажными салфетками. — Пошли до моего дома, — хрипло отзывается Мин, вытирая грудь. — Чтобы ты и там меня оттрахал? — Этого в моих планах не было, но если ты так хочешь… — Знаешь, а я не против второго раунда, — застегивая ширинку джинс, ухмыляется Пак. — Пошли к тебе, Юнги.