вибрация

Томный вздох колышет воздух, и Рома оборачивается, натыкаясь на вожделеющий, липкий взгляд. Саша смотрит так, что сразу становится понятно: он хочет владеть худым и сладким телом парня, и он будет владеть им. Глаза Ромео, в свою очередь, выражают страх, интерес и подчинение. — Ты готов? — хриплый голос, исполненный страсти и желания, звучит как шелест осенних листьев в ночи. — Мне будет больно? — чужой человек услышал бы страх и неуверенность, но Саня слышит истинное: надежду. — Да. Больно будет. Оба прекрасно знают, что этого можно избежать, но ни одному не хочется. Есть только жажда причинить боль и почувствовать её. Огненную, расстилающуюся по всему телу. Такую, от которой живот сводит сладкой истомой, а между ног проливается ток. Саша берёт в руку пояс от чёрного шёлкового халата Ромы и тянет за него, – ткань поддаётся, и халат распахивается, открывая хрупкое тело. — Ты красивый, — констатирует факт мужчина, проводя кончиками пальцев по чужой щеке. — А теперь раздевайся и ложись. Попкой кверху, Ромочка. Вот оно. Игра началась. Дороги назад нет, все пути отступления отрезаны для обоих. Теперь только вперёд и до самого конца. Мелкий сбрасывает с себя мягкую ткань, оставшись абсолютно нагим, и ложится на застеленную чёрным постельным бельём кровать, включив небольшие светильники на прикроватных тумбочках. Теперь его тело освещено нежным жёлтым светом и отбрасывает причудливую тень на стены. Старший достаёт из-под кровати большую чёрную коробку и ставит её на кровать, любовно проводя пальцами по крышке, а затем снимая её. Глаза наполняются почти что детским восторгом, но с ярко-синим оттенком похоти. Внутри самые разнообразные игрушки самых разнообразных форм и размеров. Мужчина достаёт несколько вибраторов и убирает коробку. — Ты ведь выдержишь, солнышко? — Саня забирается на кровать с ногами и встаёт на колени позади Ромы, взяв его за бёдра и потянув на себя, вынуждая встать на четвереньки. — Всё что угодно, дорогой, — едва вильнув точёными бёдрами, шепчет парень. — И даже больше. За это старший его и любит. В самом начале их странных, но страстных отношений Ромео терпел, но принимал всё, что делали с его телом, а со временем полюбил это. Сам Александр, в свою очередь, раскрывал свои безумные тайны постепенно, изо всех сил борясь с желанием испробовать на нежном теле всё, на что он способен, за две ночи. — Раздвинь ноги, — тон мягкий, но в нём всё равно слышатся властные нотки. Рома молча разводит ноги в стороны, выгнув спину, и Саша видит, что парень сам пытался растянуть себя, но дальше одного пальца, видимо, зайти не смог. У него, почему-то, никогда не получалось сделать это самостоятельно. — Как мило, — усмешка. Та самая: хитрая, слишком пошлая и одуреть, какая притягательная. Рома не видит её, но чувствует каждой клеткой своего тела. Саня берёт в руку смазку и самый маленький вибратор чёрного цвета, включая его. Младший вздрагивает, почувствовав уже скользкую игрушку между ног, прямо возле яичек. Холодный предмет поднимается выше и обводит розовое колечко мышц по кругу, не проникая внутрь. — Что, даже не растянешь? — всхлипывает Ромочка, когда маленький кончик вибратора проникает внутрь. — Он же совсем маленький, — улыбается мужчина, погружая вибрирующий предмет до конца. Ромео стонет и рычит от лёгкой боли, кусая собственное запястье. Вибрация массирует нежные стенки внутри, пронося волны удовольствия по всему телу, а стоит Саше начать вытаскивать вибратор и тут же вводить его обратно, и мелкий громко скулит, двигая бёдрами. Спустя несколько движений размер игрушки становится привычным, а вибрация недостаточно сильной. Старшему известно, сколько нужно мучить своего парня, чтобы тот возбудился до предела и начал требовать большего. — Иди ко мне, — Александр перемещается к изголовью кровати, прислоняясь к нему спиной, и тянет Ромео на себя, прижимая его спиной к своей груди. Вибратор трётся о разгорячённые стенки, пуская вибрации по всем нервным окончаниям, и парень громко скулит, хватая старшего за бёдра и сжимая их. Саше приходится широко развести ноги в стороны, чтобы сидящий между ними Рома мог свободно раздвинуть свои. Парень сам вынимает из себя игрушку и берёт в руку следующую, гораздо большую размером, протягивая её Сане. — Облизывай, — к пухлым губам прислоняется кончик чуть изогнутого, бледно-розового пластмассового стимулятора. Ярко-розовые губы обхватывают игрушку, и горячий рот принимает её всё глубже. Одной рукой мужчина держит вибратор, а другой играет с сосками парня, нежно пощипывая их. Старший вынимает из чужого рта предмет и ведёт им вниз по телу, задев сосок. Ромочка коротко стонет, а затем встаёт на четвереньки, демонстрируя Саше попку. Блондин проводит пальцами между ягодиц, слегка надавливая на дырочку, а затем погружает внутрь стимулятор. Роме больно и приятно настолько, что спирает дыхание, а глаза начинают слезиться. — Больно, С-а-аш… Больно! — скулит парень, но всё равно подаётся бёдрами навстречу. — Глубже! — Он и так на всю длину. Неужели мало? — удивлённо и восторженно спрашивает Саня. — Отшлёпай меня хотя бы, — дёргая ногой, просит младший. В бледную ягодицу тут же прилетает сильный шлепок, выбив из груди Ромео звонкий стон. Ему нравится чувствовать, как след от ладони постепенно болезненно загорается, и как поверх него ложатся новые удары, расцветая алым. Игрушка внутри начинает вибрировать, и парень едва не плачет, не удержавшись на руках и упав лицом на кровать. Следующий удар приходится почти между ягодиц, и рука Саши слегка задевает основание вибратора, шевельнув его внутри. — Твою мать… Саш, я же… Я же сейчас… — громко стонет Рома, но его хватают за бёдра и резко тянут назад, усаживая. Голубоглазый сжимает основание члена Романа, не давая кончить, и почти укладывает на себя дрожащее тело, поглаживая худые бёдра и живот. Младший поднимает затуманенные глаза на старшего и не отрываясь смотрит на него, продолжая громко стонать, а затем тянет в рот указательный палец, кусая и посасывая его. Слишком сексуально. Слишком. — Сядь напротив меня на колени, — Саша начинает расстёгивать рубашку, наблюдая, как парень, постанывая и вскрикивая, усаживается напротив, широко разведя ноги. Александр снимает чёрную рубашку, откладывая её, а затем принимается за ширинку. Длинные пальцы ловко расстёгивают ремень, вытягивая его из петель, а голубые глаза не отрываются от дрожащего и скулящего парня. — Ты вставишь в себя последний вибратор сам, Ромочка. Ромео измученно стонет и медленно вытаскивает из горячего отверстия вибрирующую игрушку, выключая её и откладывая. Последний вибратор в длину около 30 сантиметров, и от предвкушения по спине бегут мурашки. Роман смазывает искусственный член и заводит руку за спину, включая его и направляя в себя. Когда стимулятор погружается в горячее нутро наполовину, рома кричит и прекращает насаживаться. — Не могу… Не могу больше… С-а-аш! — Можешь, сладкий. Продолжай, — мурлычет Саня, расстёгивая ширинку и доставая из чёрных боксеров твёрдый член. — Пожалуйста, хватит, — хнычет парень, начав вынимать из себя вибратор. Мужчина хватает младшего за волосы и протягивает свободную руку назад, резко вставляя игрушку по основание. — Нет, Саша! Нет! Господи… — Ромео кричит так громко, что у блондина от возбуждения покалывает в пальцах. Вибрация пробирает всё тело и без остановки терзает простату, но непривычно большие размеры внутри причиняют острую боль. Всё вместе это даёт безумный результат, и парню приходится пережать член у основания, не давая себе кончить. — Умница. Теперь иди сюда, — всё так же держа Ромочку за волосы, мужчина притягивает его к себе, больно целуя в губы, а потом заставляет его опуститься вниз, к требующему ласки члену. Головка проходится по влажным губам, и Рома обхватывает её, начав вылизывать. Младший не переставая стонет и берёт глубже, массируя яички старшего и сжимая свой член. Горячий рот чувственно ласкает, а язык нежно лижет ствол и головку, сводя с ума. — Ты можешь кончить, детка, — стонет Саня, надавливая на голову Ромы, заставляя его взять глубже. Длинные похолодевшие пальцы начинают двигаться на члене, и парню кажется, что сильная вибрация отдаётся даже в возбуждённый орган. Ромео бы завизжал от кайфа, если бы у него не был занят рот, но вместо этого начинает усерднее сосать. — Проглотишь? — усмехается Саша, поглаживая и сжимая светлые волосы. Парень в ответ лишь слегка кивает головой и громко стонет от боли, задев ногтем мокрую головку. Сделав ещё несколько рваных движений рукой, он кончает, тихо завывая от удовольствия, и втягивает щёки, двигая головой ещё быстрее. — Да-а… Блять, Ромочка… — Саша вскрикивает и кончает в горло Роме, задрожав всем телом. Ромео быстро вытаскивает из себя вибратор, откидывая его в сторону, проглатывает вязкую сперму и отстраняется, облизывая губы. Его трясёт так, что кровать слегка вибрирует, а в глазах всё ещё стоят слёзы. Больно, горячо, но от экстаза так кружится голова, что он едва соображает, падая в руки мужчины и прижимаясь к нему. Как бы больно ему не было, он всегда вернётся к этому искусителю за новой дозой огненной, пьянящей боли и на коленях будет умолять дать ещё. Саша, в свою очередь, всегда будет готов показать Роме новые, самые грязные и горячие свои стороны. Их отношения – боль, стоны и слёзы, но, боже, как они любят друг друга! Странная любовь, не правда ли? Но какая же, чёрт возьми, красивая.