Contrast

— Да твою же мать! Гарри! Сколько можно? Ты забыл, с какого конца браться за флейту? — Мистер Эклз, от жары мундштук... — Инструмент нужно готовить заранее, Гарри! — Я готовил! Просто погода... — Ты не готов к репетиции из-за погоды? — Простите, мистер Эклз. Дженсен раздражённо утëр вспотевший лоб. Жара и правда стояла адская, а в зале сломался кондиционер. Футболка и шорты, которые пришлось надеть, совсем не спасали. Лучшим решением было бы не мучить ни людей, ни инструменты, но до концерта оставалось совсем немного. И Дженсен терпеть не мог терять над чем-либо контроль. Он чувствовал, что психует, но остановиться уже не мог. Хотелось одержать верх над обстоятельствами, не подстраиваться, выйти победителем. И в этот раз в программу войдут его композиции. Руководство Bargemusic было вне себя от радости, ведь Дженсен крайне редко исполнял их, но он обещал Джареду. А теперь чёртова жара мешает довести всё до совершенства. А ведь Джаред будет в зале, и очень хочется, чтобы всё было идеально. Они встречаются уже четыре месяца, то есть по-настоящему встречаются, и Дженсен до сих пор считает, что ему невероятно повезло отхватить такого парня, как Джаред. Иногда он со страхом вспоминает момент, когда Джаред ответил «нет» и ушёл из его жизни. Когда Дженсен впервые увидел его, он уже тогда где-то внутри понял, что жизнь его изменится. Такой напористый, энергичный, он сразу обратил на себя внимание. Дженсен терпеть не мог, когда во время репетиции кто-то посторонний находится в зале, и бесился от этого не на шутку! И все прекрасно знали, что такую бурю лучше не провоцировать, поэтому в здание пускали только его сотрудников, а у двери в зал дежурил охранник. Ведь фанаты бывают довольно изобретательны. Но Джаред не был фанатом. Его появление выбило Дженсена из колеи. Почему он позволил ему остаться тогда? Почему согласился пойти с ним? А в том жутком баре он ведь хотел уйти. Но стоило Джареду приблизиться и все мысли вышибло из головы. Только подумать! Они занимались сексом в грязной туалетной кабинке дрянного бара! Бара, где ему и сидеть-то было не особо приятно. Такого с ним раньше не случалось и уж точно второго раза не будет! Потому что событие настолько за гранью, что Дженсен до сих пор не понимает, что именно в этом парне заставило его повести себя так опрометчиво. Дальше их отношения вписывались в привычную схему с периодическими встречами в отелях. Это успокоило Дженсена, что нет ничего необычного между ними, всё как и с другими до него. А потом Джаред пришёл на концерт, хотя сам же признавался, что совсем не интересуется тем, что делает Дженсен. И там, среди сотни аплодирующих людей он видел восторженный горящий взгляд Джареда. Что-то бесповоротно сдвинулось внутри Дженсена. Это было откровением, которое его ошеломило — он был рад увидеть его в зале, ему не всё равно, что думает о нём Джаред. И на волне этого эмоционального подъёма Дженсен оказался совершенно не готов к отказу. В тот момент он согласился с Джаредом, принял разрыв и даже думал, что вполне справится с этим. Легко. Как всегда. Вот только совсем скоро он стал скучать по их встречам. По их ласкам. По взглядам. По звукам. Потом рассердился. Сам на себя. Вот какого чёрта он так много внимания уделяет парню, вместо того, чтобы сосредоточиться на важном — на музыке?! Потом пришёл черёд Джареда быть виноватым во всём. Как он посмел так нагло ворваться в жизнь Дженсена, приучить его к себе, подсадить, а потом просто развернуться на сто восемьдесят градусов и уйти?! И тогда он вернулся к недописанной композиции, но и там его постигла неудача. Ноты не складывались, не хотели рождать музыку и только выводили из себя. Репетиции превратились для музыкантов в ад, ведь его совершенно ничего не устраивало. И только въевшаяся в нутро любовь к музыке помогала отыгрывать концерты так же блестяще, как и прежде. Но стоило последнему инструменту затихнуть, а овациям взорвать тишину зала, как Дженсен с горечью понимал, что нет былого ликования и радости от всех этих улыбок и восторгов. Нет в этой толпе ТЕХ глаз, полных восторга и тепла. Нет того, чьё одобрение согревало сердце. И тогда Дженсен понял, что больше не может обойтись без этого человека, а значит нужно как-то его вернуть. План по возвращению был глупый донельзя! Дженсен решил заманить Джареда к себе под их обычным предлогом, превратившимся в своеобразную шутку на двоих. Для достоверности Дженсен даже решил реально пожертвовать полкой в своей ванной. Но всё с самого начала пошло не так. Во-первых, полка оказалась крепче, чем Дженсен думал, так что вместе с полкой он ещё и кран умудрился сломать. В итоге помощь Джареда ему и правда понадобилась, и гораздо больше, чем планировалось. Во-вторых, его срочно вызвали на работу, потому что там приехал какой-то крутой бизнесмен, а оркестру очень нужен был спонсор. Дженсен — звезда, на него все надеялись, и он не мог подвести, так что пришлось оставить Джареда дома одного. А ведь так хотелось самому всё показать, поговорить с ним, объясниться. Но Джаред сам дал ему шанс, и он ухватился за него. В тот день Дженсен с трудом заставил себя уйти. Он даже забыл, что уже опаздывает, так хотелось остаться с ним. Но в итоге всё сложилось хорошо. А теперь он не может нормально отрепетировать чёртов концерт, на который так хотел пригласить Джареда. От жары и от того, что ничего не получается, как надо, Дженсен и злился. Нервное напряжение достигло точки кипения, как раз когда он услышал шаги в проходе. — Какого чёрта?! Почему посторонние тут как по улице гуляют?! — даже не обернувшись, злобно выкрикнул Дженсен. — Очистить зал немедленно! В зале повисла гнетущая тишина. Дженсен спиной ощущал чужое присутствие. — Что непонятного? — он резко обернулся. — Вон отсюда! — Извини, — Джаред поднял перед собой ладони и сразу развернулся на выход, бросив через плечо: — Не буду тебе мешать. Джаред? Откуда тут Джаред вдруг? Дженсен невольно качнулся за ним, но остался на месте. Нужно окликнуть, объяснить, но имя так и застряло в горле. Джаред ушёл, и дверь с громким хлопком закрылась за ним. Не хватало ещё всё испортить и оттолкнуть от себя единственного человека, который готов принимать Дженсена со всеми его закидонами. И которого сам Дженсен хочет видеть рядом с собой. Все его прошлые отношения довольно быстро заканчивались, потому что начинали надоедать, тянуть бременем. Предыдущие его парни хотели, чтобы музыка отошла в сторону, чтобы Дженсен был только их и только с ними. И тогда они расставались. Джаред был другим. Да, он хотел быть ближе, хотел узнать больше, быть рядом. Но он хотел всего Дженсена. С музыкой, с его раздражением, репетициями и частым отсутствием свободного времени. Но это не значит, что у терпения Джареда нет предела. Зачем ему мужчина, который вместо того чтобы поздороваться и спросить всё ли хорошо, рявкает с порога и выгоняет? Зачем, кстати, Джаред приходил? Он ведь просто так на репетиции не ходит, может быть, у него проблемы какие-то, а Дженсен наорал и выставил его за дверь. Он стоял на сцене, смотрел на закрытую дверь и до боли сжимал в кулаке палочку. Музыканты молча переглядывались, не зная, что от него ожидать. — Репетиция окончена, — не оборачиваясь, резко бросил им Дженсен. — Чтобы в понедельник без опозданий и инструменты в порядке. Иначе выгоню из оркестра к чёртовой матери. Нужно найти Джареда, уладить всё, убедиться, что они всё ещё вместе. Но где его искать? Он же сегодня работает? Джаред говорил ему, где у них объект? Вроде... Есть адрес! Он просил несколько дней назад подвести какие-то документы, которые забыл у Дженсена. А если ли его там нет? Дженсен решил, что не узнает, пока не проверит. Когда он обернулся, сцена была уже полностью пуста. Не теряя больше времени, Дженсен поспешил на выход. Ему повезло, Джаред оказался на том же объекте. Дженсен хотел позвать его, но неожиданно засмотрелся. Объектом Джареда было многоэтажное здание, шум города смешивался с шумом стройки и криками рабочих. Дозваться Джареда, находящегося на самом верху, в такой обстановке было нереально, да Дженсену это и в голову не пришло. Он стоял с открытым ртом и завороженно наблюдал. Взмах руки — и всё приходит в движение. Ещё взмах — и появляется стена дома. Краны — послушные инструменты, а Джаред — их дирижёр. Дженсен почти слышал музыку в движениях Джареда, чувствовал эти вибрации, любовался и восхищался им. В голове отчётливо зазвучала мелодия, застучала в висках, засвербела на кончиках пальцев. И он вслед за движениями Джареда повëл рукой, вплетая его мелодию в свою. Музыка звучала так громко, на разрыв, пронзительно. Казалось, весь город должен слышать её или даже весь мир. Вот оно! То самое, что он так долго пытался найти! Нужно срочно записать! Дженсен снова посмотрел на Джареда и широко улыбнулся: — Спасибо. Спасибо тебе! — выкрикнул он, и голос утонул в шуме стройки.