Господин Ректор

Кира Комната отделана изящно в духе восточной сказки, хоть и совсем небольшая, поместилась только кровать и шкаф с неприметным изящным столиком в углу у окошка и двумя резными стульями. Всё в персиковых тонах, позолота повсюду, даже дверь в отдельную уборную отделана позолотой и персиковыми вкраплениями. Миленько, конечно. Но жить в таких я бы не смогла, функционала никакого. Кровать квадратная устроена на подиуме из тех что лежат фактически на полу, шкаф огромный резной сжирает половину пространства своей вычурностью и габаритами, столик малюсенький на него едва ли вместиться хотя бы пара тарелок, стулья присесть страшно, женщина Шарик вряд ли вместит своё седалище в эту конструкцию, спинка у стульев сделана с прогибом на лопатки, «развалиться» на такой мебели и с удовольствием нахлебаться чаю с плюшками точно не получиться. Впрочем, мне по большей части плевать. Мне до чая с плюшками еще как до Марконы – столицы нашей необъятной – пешком. Служанка обошла меня и тихим голосом бессвязно что-то лепеча приоткрыла дверь в уборную. Ну а что еще тут может быть в этой конуре? Не смежные же хозяйские покои. Затем обошла меня, еще раз склонилась в поклоне и замерла, уставившись в пол. И вот что прикажете делать? Кажется самое время подать голос. И лучше бы выпроводить её, чтобы не увидела, что на мне надето под этой хламидой. Да и спину бы осмотреть в ближайшем зеркале не помешало. Так. Что там говорил, встречающий мужик, когда мы стояли в поклоне? - Еалэ. – хриплым от долгого молчания и напряжения голосом сказала я. Служанка выпрямилась, глядя на меня с удивлением. Плохо. Значит что-то я сделала не так. Если даже гаремная служанка не смогла сдержать эмоций. Хотя, может новенькая? Я мотнула головой в сторону выхода и посторонилась от двери. Всем своим видом намекая, чтобы ей пора валить и оставить меня в одиночестве. В конце концов у меня муж умер, могу я быть убитой горем и неадекватной? Слава Богине Матери, она меня поняла и еще раз коротко поклонившись вышла тихонько захлопнув дверь. Молниеносно развернувшись осмотрела дверь на предмет запирающих механизмов. Естественно ничего не обнаружила. Ну конечно, так они и оставили мне личное пространство в полное распоряжение. Держи карман шире. Обернулась к двери в уборную, единственная надежда умерла толком не родившись, дверь со всех сторон без замочков и даже крючочков. От излишне стремительных телодвижений ханьфу на мне рассыпался и повис белой непропорционально свисающей с головы простынёй. Вороватым движением стянула его с себя держась подальше от окон и скользнула в ванную. Сейчас необходимо быстро избавиться от выдающей меня с головой одежды. Быстрыми и чёткими движениями стянула с себя всё кроме короткой кружевной нательной маечки и кружевных же трусиков телесного цвета. Чулочки тоже сняла от греха, а то местные жаркие девы вряд ли даже подозревают о существовании такой детали гардероба северных женщин. Вещи не долго думая аккуратно сунула под матрас, едва ли его в ближайшее время будут двигать. По крайней мере при обслуживании номеров матрасы чистят и меняют примерно раз в месяц. Если комнаты готовили к появлению вдов, а их явно готовили, то всё уже почистили и прямо сегодня если не будут специально обыскивать ничего не обнаружат. Распустила волосы, на всякий случай, всё таки плетение кос у местных может тоже отличаться и решила выглянуть в окно на предмет небольшой разведки. Да и покрытую синяками спину тоже следует пока прикрыть. Синяки во всей красе еще не успели проявиться пока выдавая будущее местоположение гудящей красноватой припухлостью на лопатках, рёбрах и пояснице, а вот завтра я вероятно проснусь уже расписанная по полной программе. Однако, внутренний дворик я успела разглядеть только мельком, потому как дверь за моей спиной с едва слышным присвистом открылась и в комнату вошла женщина-Шар. Оглядела меня внимательно с ног до головы, особенно задержавшись на волосах и глазах. Сказала что-то с вопросительной интонацией и не дождавшись от настороженно замершей меня никакого ответа чуть нахмурившись вышла. И что это было? А это, Кирочка, начало грядущих больших неприятностей. В то же время в мужской части усадьбы - Карим-аглы, при всём уважении, но нет никаких доказательств, что вашего брата, да примут Великие Звёзды его в свои чертоги ласково, отравили. Кезир-углы был мужчиной в возрасте и мог страдать… - прерывая на полуслове уважаемого Аслан-барбека, главный чёрный евнух замер в дверях низко склонившись в поклоне. Вместе с Первой Женой Дома главная Роза сада долго решали стоит ли донести до своего господина странности замеченные в нынешнем пополнении гарема. Худощавая довольно высокая по местным меркам фигура хозяина, главного визиря Халифа-назир-абы, да светится имя его на звездных картах еще многие годы дабы познать все мудрости его правления Поднебесным Халифатом, Карима-ибн-Кезира-абу-Дардэ, прозванного за славные победы над врагами священного Халифа Свирепым Змеем, не сдвинулась с места. Взгляд колдовских серебряных глаз по-прежнему был сосредоточен на чем-то за окном. Вот он неторопливо поворачивает голову и не глядя проговорил размеренно и спокойно будто всё происходит так как он и задумывал. За извечно невозмутимый вид он и получил прозвище Змей. - Приношу самые искренние извинения, уважаемый Аслан-барабек. Только что-то очень важное и срочное могло заставить моего слугу прервать нашу важную беседу. – показная расслабленность каждого движения при повороте, равнодушный взгляд на склоненную чёрную фигуру Розы. – Если ты обладаешь достаточным временем продолжим нашу беседу через некоторое, непродолжительное, время. – Аслан-барабек подавив порыв утереть вспотевший лоб пухлой ладошкой казначея, но не воина, сглотнул, понимая, что отказаться от любезного предложения он в любом случае не может. - Конечно, многоуважаемый Карим-аглы, да продлят звёзды твой срок до правнуков, беседа с тобой чистейшее удовольствие для меня, я готов ждать вечность. – и ждать действительно готов, всё что угодно, чтобы не оставаться наедине с непредсказуемым визирем султана с глазами словно расплавленное серебро, тем более, когда у Свирепого Змея полная голова сомнений относительно внезапной смерти единокровного брата. - Благодарю. – едва заметная насмешка будто читающего мысли Змея в голосе. – В таком случае тебя окружат заботой в моём доме. – лёгкий намёк на поклон кудрявой темноволосой головой без традиционного убора араби и Аслан-барабек торопливо вскакивает на короткие ножки торопясь на встречу молчаливым слугам, готовым угодить гостю хозяина. Или убить, будь на то воля их господина. Дождавшись пока освободивший проход для толстяка-казначея Роза всё еще в согнутом положении вернётся обратно к двери, коротко приказывает позволив скользнуть лёгкому недовольству в голос: - Быстро и чётко, Роза. Ты прервал важную для меня беседу. – Роза, служивший хозяину уже больше пятнадцати лет, внутренне поёжился от страха перед гневом господина. - Из гарема вашего брата прибыло двадцать две наложницы, хозяин. – не смея поднять глаза выше коленей господина ответил Роза. - Брат успел обзавестись ещё одной женой из священных звёздных садов? – в равнодушном голосе привычный угадывать желания хозяина до озвучивания Роза уловил любопытство. - Не знаю, хозяин. Но во дворец гарема прибило двадцать две женщины. Девятнадцать халифок, одна желтолицая азейна с островов, одна эбонитовая нерга из Эфиопса и одна бледнокожая с континента. Последние трое практически не владеют нашим языком. Бледнокожая самая взрослая среди них. - Интересно. Свяжись со старшим Казиром, пусть напишет мне кого сопроводил в мой дом из дома своего отца. Пусть напишет имена и краткие характеристики. Срочно. – Роза склонившись максимально низко попятился до двери, не смея даже на секунду повернуться к хозяину спиной. – И передай Арико-вилде пусть на завтрашнее утро приготовит всех обитательниц Дома Цветов к Топилэ. Усильте охрану и изолируйте прибывших сегодня, обеспечьте их нарядами и драгоценностями, но из комнат им выходить запрещено. Мои женщины не должны пострадать, Роза. – Огромный черный воин, выше Свирепого Змея на голову и шире в плечах раза в полтора, не смог сдержать дрожи ужаса от тона своего господина. Не разгибаясь открыл дверь и с едва слышным вздохом облегчения выскользнул из кабинета. С поспешностью бросившись выполнять поручения господина, в первую очередь практически бегом направился обратно в Дом Цветов, прекрасно осознавая, что, если опоздает и с одной из Цветков его господина что-то случится, Свирепый Змей затопит усадьбу в крови нерадивых слуг. За своих женщин Змей убивает без сомнений и жалости. Три года назад в доме султана была отравлена как оказалось по ошибке одна из прислужниц Карима-ибн-Кезира-абу-Дардэ, их господин, не боясь гнева звёздного Халифа, буквально по трупам раскрутил эту историю, в итоге за одну прислужницу из дома Свирепого Змея были убиты восемнадцать человек, включая одного из визирей, который задумал покушение на одного из сановников, но по ошибке убил юную деву. Их господин на обвинения в излишней жёсткости мер - за жизнь рабыни-служанки убивать уважаемых мужей тем более одного из визирей - ответил, что каждая женщина принадлежащая его дому будет в безопасности с ним. Урок запомнили все.