Господин Ректор

Кира Изведясь возле окна, я снова облазила комнату, пролезла во все щели пытаясь найти что-то интересное, но кроме моих же вещей под матрасом больше ничего интересного не было. Выглянула в коридор, но мне невежливо махнули рукой парочка чернокожих воинов замерших по обе стороны коридора. Понятно, что пасут, но непонятно кого. Это по мою душу? Или так просто принято? Охраняют новоприбывших дамочек от глупостей? Чуйка шептала, что всё таки меня. С другой стороны, если мужик какая-то важная шишка, то врываться в эти комнаты и топоча ногами красивый дорогой ковёр, орать требуя ответов от меня он не будет. Сейчас зашлёт человечка проверить была ли такая красивая я среди утрешних подарочков и получив явно отрицательный ответ меня либо поведут в казематы пытать, либо приведут для беседы к главному, если ему станет любопытно. Надеюсь, что станет. А потом опять набежали служанки, три штуки молоденьких чернявеньких девочки с милыми смуглыми мордашками, притащили кучку нарядов, какие-то парчовые вещички, атлас и шёлк, усыпанные жемчугом и ещё какими-то очевидно драгоценными камушками. Притащили также шкатулку с драгоценностями, небольшую на один жемчужный гарнитур, но тоже приятно. Помнится, я к шерстяному платью хотела бусы прикупить, вот сбылась мечта. Итого, меня выкупали и распарили в какой-то бочке, натёрли маслом тело, отдельно поколдовали над спиной – массаж и притирания практически полностью уняли боль, промазали чем-то волосы, потом смыли, потом ещё промазали, что-то восторженно щебеча и тыкая на падающий свет солнца рассыпающий яркие красные искры на моей гриве, превращая её в золотое шелковистое, благодаря их усилиям, покрывало. Что сказать приятно конечно, но тревожно. Я, впрочем, натянув на лицо профессиональную улыбку, старалась хоть чуть чуть запомнить слова которыми быстро перебрасывались девчонки в серых откровенных одеждах. И естественно ни черта не успевала уследить за ходом их беседы. Единственное что уловила это постоянно повторяющееся с придыханием и бешенным ажиотажем в глазах слово «тапилэ» или как-то так. Что это понятия не имею, может так хозяина зовут. Но судя по судорожно-восторженным придыханиям и экзальтированному закатыванию глаз это что-то восхитительное. Короче от их трескотни так разболелась голова, что даже профессиональная привычка держать лицо грозила дать сбой. И будто почуяв мою усталость, девчушки споро меня раздели, сняв бледно-розовый комплект топика и шароваров, надели полупрозрачную ночнушку и отбыли попрощавшись. И вот наконец мне выдался шанс проявить свою эрудицию в полной мере пожелав им: - Салах ади. – всего доброго. Девчушки поклонились и умчались, оставив меня на мягкой кровати думать, что делать, то ли всё таки попытаться поспать, ведь непонятно что день грядущий мне готовит или продолжать тревожно прислушиваться в ожидании когда меня потащат на ковер пред светлы очи местного господина. В итоге легла спать. Заставила каждую мышцу в теле расслабиться, выровняла дыхание и заставила себя уснуть. Это умение я освоила еще лет в четырнадцать, когда затесалась в банду мелких воришек на просторах столицы. Вот тогда домашней девочке и папиной принцессе пришлось многому научиться, в том числе и засыпать среди карманников и попрошаек в кишащих крысами ночлежках и подвалах. Под приятные воспоминания о детстве и уснула. Как всегда, чутко и без сновидений, готовая подорваться по малейшему подозрительному шороху. Проснулась минут за пятнадцать до того, как в комнату ворвались вчерашние девчушки и снова что-то трескоча, постоянно повторяя пресловутое «топилэ» нарядили меня во вчерашний персиковый комплект развратной одежонки, прикрыли символически газовой тканью живот и местами окрасившуюся в бледно-лиловый спину, нацепив подаренные жемчужные украшения потянули на выход из комнаты. Так. Ну если бы меня тащили на допрос, то вряд ли бы наряжали и украшали, да и не девчонки бы это делали вовсе, а чернокожие гиганты евнухи. Стремительно увлекаемая притихшими служанками по коридору не смогла увидеть ни одной из вчерашних своих «товарок». Мы опаздываем? Меня подвели к богато украшенной золотом лестнице и сдали с рук на руки женщине Шару. Она придирчиво оглядела меня, беся конечно неимоверно, но на лице я удерживала всю ту же профессиональную доброжелательность, поправив чуть сползшую лямку топа, перекинув пышную косу украшенную жемчужинками мне на плечо, приподняв мою правую руку осмотрела татуировке, заставив меня чуть сильнее сжать зубы, усмехнулась и, выпустив мою руку из захвата мягкой ладони, кивнула сама себе, наконец повернулась ко мне тылом и начала восхождение. Видимо предполагается, что я последую за ней? Что ж, самое время осмотреться. И понять, что предпринять дальше. Мы поднялись на второй этаж и откинув тяжёлые шторы попали в настоящий оазис благости и удовольствий. Полукруглая сферическая комната с высоким куполом и выходом на тот самый широкий балкон с мягко овеваемыми ветром занавесками стелящимися по мраморному полу красивыми волнами. Комната в стиле мини амфитеатр в центре вся сплошь усыпана подушечками и всеми возможными видами радости от кальянов и лёгких закусок, до алкоголя и музыкальных инструментов, которые с готовностью берут полуголые красавицы всех форм и размеров в неторопливой неге наслаждающиеся происходящим. Торопливо оглядев зал не заметила ни одного мужчины, значит хозяин сих угодий еще не прибыл. Или так и запланировано? Вроде такая у них рядовая среда, а я надумала, что это у них какой-то праздник. Шарообразная в голубом переливающемся на свету словно шкурка змеи наряде обернулась ко мне что-то прошипев. Слегка дёрнула плечом от досады, что не понимаю ни слова. Насколько было бы легче, если бы я знала этот язык. Богиня Мать, неужели это испытание мне послано, чтобы подтвердить мудрую мысль век живи-век учись? На лице, впрочем, мои стенания никак не отразились. Я подошла к недовольной пышке, она с силой вцепившись мне в руку вытащила на середину комнаты и что-то всем прочирикала. Девы замершие кто где чуть мне поклонились в разнобой поприветствовав. Я чуть ниже поклонилась в ответ, решив не коверкать язык и не здороваться. Затем пышнотелая змейка почти швырнула меня на один из диванчиков внизу и споро насобирав на тарелку закусок с ближайшего столика впихнула мне в руки с намёком есть. Для наглядности очевидно сочтя меня туповатой еще и пальцем ткнула сначала на тарелку потом на меня, а потом зачем-то на свой рот. Решив чуть поиздеваться над толстухой в недоумении выгнула брови вытаращив глаза и громко спросила: - Мне нужно вас накормить? – и будто в поисках ответа цепко огляделась по сторонам, надеясь уловить хоть на одном лице проблески понимания что я сказала. Кажется, у одной хрупкой красотки с узкими раскосыми глазами на пухлых губках мелькнула ироничная усмешка. Остальные смотрели либо безразлично, либо с любопытством чем развернётся ситуация, парочка кукольных лиц со следами злорадства. Толстуха снова схватила меня за руку, не больно скорее чтобы привлечь внимание и склонившись к самому моему лицу проговорила медленно будто по слогам: - Киера, ми анторэй, ки-е-ра. - Арико-вилде, хаста ниако ми анторэй. – глубокий мужской голос просто взорвал оазис спокойствия, всё вокруг меня мгновенно пришло в движение. И нет, никто не бросился в ноги господину, не побежал сломя голову поднося ему самые вкусные кусочки или самую мягкую подушечку, но все окружающие меня красотки будто разом выпустили феромоны. Будто сам воздух заполнился чувственным напряжением за доли секунды из расслабленных избалованных разнеженных женщин все вмиг стали раскрепощенными, чувственными, страстными, желающими. Я честно сказать растерялась. И даже не хотя того совершенно выбивалась из этого стройного ряда соблазнительниц полных сексуального напряжения своим глуповато-растерянным видом и даже дурацкой тарелочкой с едой, которую держала совершенно не чувственно, а по-обычному, удобно подхватив чтобы не уронить. И усмехающийся сероглазый брюнет подметил меня в момент как самый что ни на есть чужеродный элемент. - Значит моя огненная гостья имперка. – с едва заметным акцентом протянул брюнет подходя, и, забирая у меня из рук тарелку, прошёл мимо. Впрочем, отвечать ему я пока не собралась. Ибо да, по-прежнему растеряна и не поняла его фразу. Он назвал меня гостьей, значит понимает, что я не вдова его брата, а самозванка, так? Но к чему тогда это гостеприимство? Мы оба понимаем – я раскрыта и сейчас ход за ним. В зависимости от того как он поступит буду реагировать я. Или же трудности перевода? И я вовсе не раскрыта и можно действовать по первоначальному плану, искать дамочку со знанием языка и со связами чтобы отправить весточку Дагорну? Местный хозяин прошёл к самой высокой точке амфитеатра, уселся напротив широкого пространства балкона на подушки, подогнув ноги в синих штанах, и принялся уплетать с «моей» тарелочки еду. Вокруг него мгновенно образовалась толпа из пяти женщин рассевшись в его ногах и поочередно и слажено подкладывающих ему на тарелочку разных вкусностей. Зазвучали звуки арфы, красивая тянущая мелодия сопровождалась высоким голосом красавицы жгучей брюнетки с копной густых вьющихся волос украшенной россыпью бриллиантов. Смуглая ножка выглядывающая из разреза черных шаровар с соблазнительно блестящим ножным браслетом и маленькими колечками на пальцах ноги. Чувственно прогнув спину, завораживающе-прямым взглядом она смотрела на неспешно утоляющего голод господина, даже меня пробрало от обожания этой чёрненькой. А он ел себе спокойно с равнодушием в застывших глазах и мягкой усмешкой на узких губах. Вот закружились танцовщицы, и всё у них так слаженно получалось, будто заранее договорились и отрепетировали. Хотя может и репетировали, просто меня не позвали. Короче, я постаралась слиться с диваном и до конца этого чудесного празднества во благо секса не отсвечивать. По большей части мне удавалось оставаться незаметной для окружающих, об меня даже споткнулись разок, но взгляд серых глаз я на себе раза два ощутила. Короче, когда местное сероглазое божество плавно поднявшись и чуть поклонившись поблагодарил и отчалил, я затесавшаяся на задние ряды и склонившаяся, как и все в поясном поклоне выдохнула с облегчением и вслед за служанками практически бежала обратно в ту комнатушку. Поскорее вернуться хотя бы в такое мнимое убежище. Что делать дальше пока непонятно.