Приближается Шторм

Дом господина Гуранбуры хоть и называли окружающие хижиной, но сам он едва ли походил на такую. Каменные стены, высокая и качественная дверь, а внутри просторное помещение, отделанное древесиной, с отдельной спальней и кухней. Я бы даже сказал, что он больше похож на небольшое святилище, нежели на хижину. Но, похоже, местные жители не особо подмечали разницу между деревянной лачугой и похожее на мавзолей каменное строение. Чердака действительно не имелось, а вот сняв несколько досок с пола, мы обнаружили проход к заделанной лестнице. — Ну и ну… — Гуранбура нагнулся в темноту, пытаясь разглядеть, куда она вела. — Столько тут жил, и не подозревал даже. Я заглянул следом, выглядывая из-за плеча старика. Как и всегда — увидел лишь сплошную темноту. Пропасть, которая вела куда-то вниз, в пустоту. — В прошлый раз, когда я изучал подобные неизвестные подземелья, я нарвался на каких-то… светлячков, которые едва не убили меня. Поэтому предлагаю прикрывать друг друга. И ещё лучше взять фонарь какой-нибудь, — сообщил я, вспоминая буквально вчерашний опыт с ожившиыи облачками, едва не стоивший мне жизни. Уф… до сих пор тело болит. Гуранбура же согласно кивнул в ответ. — Возьми на столе лампу и зажги её. Иди первым, я сразу за тобой. Я на несколько секунд задумался, а стоит ли этому человеку доверять свою спину. Всё же он не совсем чист, как я понял, и это меня настораживало. Но другое дело — можно попробовать сыграть на своём образе драконида, что мол — одна жалкая пуля меня не сразит. И тогда он побоится наживать врага в моём лице. И такие мысли, как и паранойя, гложили меня, пока я заправлял лампу маслом и поджигал её при помощи спички, так как я всё ещё не понимал, как пользоваться магией. Тусклый свет озарил проход вперёд, и я, переглянувшись со спутником, начал медленно спускаться по лестнице вниз, держа перед собой лампу, как единственный источник света. Помещение внизу было не такое уж маленькое, с высоким потолком и кирпичными стенами. Посреди него стоял деревянный ящик, окованный медью. Да, вот так просто — обычный ящик на полу. — Клад пиратский? — пробормотал Гуранбура из-за моей спины. — Это всё объясняет… — Погоди… Это может быть ловушка или что-то вроде того… — вздохнув, сообщил я, не торопясь открывать ящик. Вместо этого я начал освещать лампой вокруг него, пытаясь понять, что с ним не так. Ну не может быть такого, что это просто ящик посреди комнаты и всё. И я оказался прав. В самом деле, от него к дальней стене, а по ней к потолку отходили то ли тонкие тросы, то ли толстые провода… Но на потолке будто бы ничего не было. Я крепко так задумался, указывая когтистым пальцем на натянутый трос. У меня не было идеи по поводу того, что эта ловушка делает, но предположил, что, скорее всего, она создана для того, чтобы погребить под собой посягнувшего на ящик человека, а также сокровище. Как говорится: не доставайся же ты никому! Гуранбуа застыл, продолжая чесать бороду, будто выковыривая оттуда вшей. Не исключаю, что у него они реально имелись там. — Да вижу, тут не всё так просто. Неудивительно, что ведьмы так охотились за домом. Пронюхали они как-то или же услышали где-то легенду. У Борго, который как раз и является арендодателем, наверняка была информация об этой комнате. Странный тип, короче говоря. — Он такая же жертва обстоятельств, что и ты, — со вздохом произнёс я, глядя на ящик и гадая, что же там внутри может быть. Сам Ван Пис, не иначе, — в вашей деревне местных жителей терроризируют бандиты, и в итоге они и подняли всех на уши. Но есть у меня одна мысль, что в этом ящике может быть. — Ну и? — старик даже поставил своё ружьё прикладом на пол, глядя на меня. — Что является желанным сокровищем? — размышлял я вслух, расхаживая медленно от одной стены комнаты до другой. — Артефакт, дающий сверхсилы. Карту вряд ли стали так прятать в подвале. У меня нет иных предположений, что ещё может находиться в чёрном ящике и тщательно скрываться. Теперь осталось лишь понять, как его открыть так, чтобы не задеть ловушку. У тебя есть что-нибудь, чтобы зафиксировать провода на месте? — А что тебе нужно? Стул, палка? — поинтересовался Гуранбуа. Я же глянул на него задумавшись. — Принеси то, что не жалко оставить здесь. Вряд ли у меня или тебя хватит умений, чтобы «разминировать» ловушку без подручных предметов. — Разминировать? — внезапно спросил у меня Гуранбуа, видимо, не понимая значения этого слова. Я мысленно треснул себя по лбу. — Это… разобрать. Обезвредить. Так что — жду тебя здесь. Принеси ещё ножницы или нож, чтобы удобнее было резать нити, — предупредил я человека, и пока тот поднимался по лестнице наверх, я прижался к стене, ожидая. Итак… вариантов всего два тут: или внутри ящика что-то взрывоопасное есть… или снаружи. Ловушка, похоже, создавалась с упором на то, чтобы нанести максимальный вред грабителю или и вовсе убить его. Конечно, я ткнул пальцем в небо, сказав, что там артефакт лежит. Я не особо верил, что там находится что-то реально ценное, а пираты могли совершенно спокойно оставить и просто пустой ящик, чтобы поглумиться над потенциальным мародёром… — Держи! подойдёт? — Гуранбуя вернулся с длинной доской, которую он вручил мне. Здесь же он передал мне и нож рукоятью вперёд, который я сразу же принял. — Думаю, да, — осмотрев доску и убедившись, что она весьма увесистая, я наклонился к троссу, соединяющий стену с ящиком, и повернулся к старику. — Смотри… я сейчас перережу трос посередине, возьмись за край, который соединяется с ящиком, а я возьмусь за другой, что отходит к стене. Надо зафиксировать трос в одном положении, чтобы он не двигался. Гуранбуа послушал меня и взялся за трос с одной стороны, а я, обхватив его вторую часть у самой стены и крепко сжав, начал работать ножом, перерезая его. Вскоре трос лопнул, и я сразу же, удерживая верёвку зафиксированной у стены, оборачивал его вокруг доски, завязывая там небольшой узел. Наматывал я трос до тех пор, пока доска не упёрлась в стену, создавая такое же натяжение на верёвку, какое было изначально. После чего я аккуратно отпустил предмет, прислонив его к стене, и, не дыша, отошёл назад. Кажется, всё сработало, как надо. — Не отпускай второй конец. Я предположил, что внутри ящика тоже может быть ловушка. Какая-нибудь пороховая взрывчатка, — объяснил я человеку простым языком, стараясь не говорить слова «граната». В новое время примитивный предшественник гранат уже использовался, но он назывался по-другому и изготавливался на пороховой основе, поэтому и сказал более понятными терминами про взрывоопасную ловушку. Я опасался, что если сила натяжения как-либо изменится, то механизм внутри ящика придёт в действие, и он взорвётся. Задумавшись, я поднялся по лестнице наверх и принёс небольшую палку с собой, предложил Гуранбуа следующее: — Так… а теперь обвяжи вокруг неё трос так, чтобы он не тянулся ни в какую сторону. Спустя примерно минуту времени, мы совершили задуманное, и теперь открыть ящик ничего не мешало, кроме одной защёлки. Однако даже она меня смущала. И я думал, что она тоже как-то могла быть связана с ловушкой. — Что теперь? — спросил у меня старик, вновь хватаясь за ружьё, но не наставляя его, а просто опираясь на него, как о трость. Я же лишь пожал плечами, изучая защёлку с близкого рассмотрения. — Вообще… можем попробовать открыть сундук, но очень осторожно. Надо поддеть защёлку и убедиться, что мы сможем избежать взрыва, если вдруг внутри что-то сработает. — Время притащить трёхметровую жердь? — посмеиваясь, Гуранбура поднялся по лестнице. — Сейчас вырву из забора. На три метров палка, которую он принёс, не потянула, но была выше моего роста. Защёлку он поддел, а вот крышку нет, слишком гладкая и тяжёлая. И пронаблюдав за сундуком, я тяжело вздохнул. — Ладно. А стоит ли оно того? Будет смешно, если он таки окажется пустым, — рассмеялся внезапно я и принялся вновь обхаживать сундук под внимательный взгляд старика, что взял шест обратно: — И прекрасно! Добротный ящик, овощи буду класть. — На всякий случай — отойди в сторону и не стой перед сундуком. Я попробую его открыть, — наконец, заявил я и, поддев когтями крышку, начал её медленно открывать. Она оказалась и в самом деле довольно тугой, но кое-как, со скрипом она приоткрылась. Леска, которую я обвёл вокруг колышка, не шелохнулась. Но, так и чуял, она была часть ловушки! Только я открыл сундук на чуть-чуть, сверху что-то затрещало и зазвенело, и с темноты потолка на меня сверзилась искрящая металлическая сеть. Она задержалась в полуметре от моих рогов, а спереди свисала прямо перед мордой. Гуранбура успел неимоверно ловко и быстро подставить надо мной палку, перехватывая хрень, которая могла закоротить меня до полусмерти второй раз за сутки: — Ну дела! Ещё и сеть-рыбоглушилка! С неба, говорят, сокровища не падают, а с потолка — запросто. Сеть-рыбоглушилка? Я невольно округлил глаза и приоткрыл рот, не совсем понимая, что Гуранбуа меня спас буквально. И лишь затем я аккуратно отполз в сторону, выходя из-под сетки и осматривая потолок. К сожалению, его верх терялся где-то в темноте, и потому я не заметил ловушку здесь и сейчас. Да, как сердцем чуял. — Спасибо. Если бы не ты… наверное, моё сердце не выдержало ещё одного удара током, — слегка склонил я голову перед ним в благодарности, — А моё — ещё одной смерти рядом, — Гуранбура отшвырнул сеть в угол, — не стоит благодарности. Я вновь глянул на сеть. Интересная вещь. Не иначе, как творение инженеров Вегапанка. Такие технические приблуды распространены лишь в некоторых местах, а тут не ожидал увидеть ничего серьёзнее дротиковой ловушки или падающих валунов. Чёрт! Надо быть внимательнее, а не таким расточительным и беспечным. Жизнь то одна, особенно когда ты стал драконидом. — Ну… теперь сундук. Ставлю сто белли, что он таки пустой, — рассмеялся я и с шумным выдохом открыл крышку до конца, заглядывая внутрь. — Хм… похоже, я прогадал со своей ставкой… Нихрена ж себе! — я был поражён находкой. Сердце забилось явно быстрее, ибо я вынул из сундука некий морщинистый предмет, похожий на перламутровое яйцо, покрытый острыми костяными наростами и украшенный различными завитушками под ними. Наросты выглядели настоящими и твёрдыми, однако не это было главным… Ведь сомнений быть не могло. Я держал в руках дьявольский плод. Не смайл, а настоящий фрукт, дарующий сверхсилы. Но я смотрел на него как-то особо… с жадностью или как-то так. Это же заметил и Гуранбура, который наматывал сетку на палку, надев предварительно перчатки. — Надеюсь, ты понимаешь, что съев два плода, ты буквально умрёшь? Ты же и так зоан, куда тебе второй? Голос старика вывел меня из стазиса, и я, приобняв свою находку, несколько раз непонимающе моргнул глазами. Лишь после затянувшегося молчания я вспомнил, что соврал ему ранее, сообщив, что являюсь зоаном, но на деле… — Ах… да. Точно! Но я думаю, что лучше будет, если этот фрукт не достанется тем ведьмам. Кто знает, что за способности он даёт, — я очень бережно коснулся его костяных наростов, будто задумавшись о чём-то. — Ну, всё лучше, чем оставаться беспомощным человекам. Если поделишься со мной, против ведьм и прочих бандитов нас будет уже двое! — Гуранбура сцепил пальцы и радостно щёлкнул старческими костяшками. Вдруг я почувствовал порыв жадности. Я крепче стиснул фрукт и сразу же ощутил, как в воздухе между нами повисло напряжение. — Погоди… — внезапно выдохнул я, размышляя. Что-то мне резко расхотелось расставаться с ним и отдавать великую мощь незнакомцу. Вот воистину дьявольский фрукт! Он не только проклинает тебя невозможностью плавать, но ещё и провоцирует ссоры. Я сразу вспомнил Тича, который убил своего товарища за фрукт, хоть и довольно могучий, вероятно, даже за мифический зоан какого-то бога, но тем не менее. — Ты уверен? Мы не знаем, на что он способен. Это может быть как… хм, что-то могучее, так и хреновое. По внешнему виду фрукта можно примерно понять, что он делает. Этот же… — я постучал когтями по его наростам, — судя по всему, что-то делает с костями. Возможно, он позволяет отращивать костяные лезвия, шипы, изменять скелет. В целом — довольно полезная штука. Мне бы она понравилась. Ну или… есть забавное предположение, но оно маловероятное. Что это мифический зоан лича! Фрукт сморщенный, а значит — он старый. Костяные наросты — связан с костями. А ещё мы нашли его словно в склепе. Если его съесть, то представь — обретёшь бессмертие и всё такое! Но это если очень прям повезёт. Если же нет… Я сжал «яйцо» двумя лапами и разделил его на две части, брызнув соком, обнажив ярко-фиолетовую мякоть. Изнутри выглядело весьма сочно, хоть я и знал о легендарном отвратительном вкусе этих плодов. Но тут как бы один раз за жизнь потерпеть и получить сверхсилу. Если это и впрямь мифический зоан лича, как я предположил, то это и в самом деле даст прям очень много преимуществ, связанных с душой и бессмертием. Правда, я разучусь плавать тогда… я ведь очень люблю и плавать, и нырять, а съев его, лишусь возможности заниматься этим навсегда. — Знаешь? Если ты его съешь, то… я думаю, будет очень глупо оставаться в этой деревне и доживать свою жизнь в ней. А мне будет обидно, что такой потенциал пропадёт, — наконец, высказал я главное своё опасение, глядя в глаза Гуранбуре. Я всё ещё испытывал желание просто наплевать на всё и впиться в мякоть зубами. Но мои моральные принципы и нежелание обманывать сдерживали меня, не позволяя так просто совершить задуманное. Поэтому я вновь спросил, подкинув одну половину перламутрового яйца в лапе: — А если ты получишь эту силу… чем займёшься? Какие будут планы у тебя? Подумав пару секунд, он скрестил руки на груди: — Наведу в Йокотаро порядок. Прогоню ведьм, бандитов, работорговцев. Стану… начальником порта, вот. Буду проверять, прибыли на очередном корабле добрые люди, а если нет, потребую убраться подобру-поздоровому, по-хорошему или по-плохому. И всё? Я невольно приподнял чешуйчатые брови, оценивая. Возможно, защитник этой деревни и в самом деле не повредит. Хоть он и ничего не сделает госпоже Уоне. Всё же силу фрукта надо осваивать, прежде чем бросать вызов кому-то могучему. Но с другой стороны — мирных фруктовиков, которые живут там у себя на острове и занимаются чем-то своим, довольно много на Гранд Лайне, а я… чёрт! У меня довольно большие планы на себя. — Хочешь правду? — наконец, со вздохом заявил я и положил одну половинку фрукта мякотью вверх на коробку, — я на самом деле не зоан, а представился так, чтобы ко мне было меньше вопросов. Я ящер изначально, и это не моя переходная форма. И я так жадно смотрел на этот фрукт лишь потому, что самому захотелось его проглотить, потому что знаю, что это за сила. Но сейчас… я даже не уверен ни в чём. Я не хочу поступать против совести, но и не хочу корить себя за упущенную возможность, если я отдам его тебе. Владей я сам силой фрукта прямо сейчас, я бы без вопросов отдал его тебе, но тут… меня раздирают сомнения. Вторая половинка фрукта всё ещё была у меня в лапе. Сок стекал по ладони, а сам он словно манил меня. «Съешь меня!», словно слышался шёпот в голове. «Съешь меня, и тебе не придётся корить, что был таким слабым.» А я в голове уже представлял, как я из костей формирую клинки, лезвия, щиты, доспех для себя… выстреливаю костями из тела, придумываю новые атаки. И чем больше я об этом думал, тем сильнее росло во мне желание надкусить плод, и будь что будет. — И что, готов поменять свой прекрасный и благородный облик дракона на костяной сморчок? — хихикнул Гуранбура. — Мне-то терять нечего! Так… — он только осознал, — значит, ты не человек? И я поначалу правильно предположил, что ты чудо-юдо? Откуда же ты такой взялся? Я издал смешок в ответ, представляя, как превращаюсь в дракона-лича и становлюсь повелителем мёртвых. Однако улыбка тут же пропала с морды, и я всё ещё задумчиво подкидывал в лапе вторую половину. — Да. Совершенно верно. А взялся… я просто проснулся на острове, и всё. Да, я знаю, как устроено в этом мире всё, поэтому не удивляйся, что я знаю про Мировое Правительство и дьявольские фрукты. Но раз мы нашли этот фрукт вдвоём, а достаться он может лишь одному, то… подкинем монету? — внезапно предложил я, решив, что пусть грань монеты определит, кому должен принадлежать фрукт. В такие неопределённые судьбоносные моменты, которые определяют твою жизнь, я полагался всегда только на судьбу. — Может, просто разделим пополам? — Гуранбцра по очереди показал на половинки фрукта. — Нет. Это так не работает. Сила переходит только к одному из нас. Кто первый проглотит кусочек. А есть его из вкуса… — тут я вновь рассмеялся, — поверь, он совсем невкусный. Так что… Второй кусок фрукта оказался там же, где и первый, на крышке коробки, и я тяжело вздохнул. Но тем не менее, я своим видом и действиями показывал, что готов быть честным перед собой и стариком. Но будь на его месте кто-то из команды Уоны, я бы съел просто фрукт не глядя, чтобы он не достался злодейкам. — Ладно, — наконец, решил я после недолгого молчания и двинулся в сторону лестницы, — деревне нужен свой защитник. А я собираюсь на Гранд Лайн. Там я и найду свою судьбу. И если она будет ко мне благосклонна — то и новый фрукт тоже. Этот по праву твой, — вынес я свой вердикт, немного омрачившись во взгляде, но решил не оглядываться назад, пока я поднимался по лестнице наверх. Как ни странно, но стоило мне отпустить эту возможность съесть фрукт, как мне сразу стало легче. Будто удавка, сдавливающая горло, внезапно пропала, и даже дышать стало легче, а душа словно запела. Я не Тич, который убил своего сокомандника ради фрукта. Я выше этого. А стать сильнейшим можно и без него, достаточно начать прокачивать хаки и прочие способности. Есть куча положительных примеров этого. Оказавшись снаружи, я уселся по-турецки около двери и стал ждать, пока Гуранбура вернётся. Надеюсь, он не стал съедать весь фрукт, и правильно понял, что достаточно лишь кусочек надкусить, чтобы не страдать. Интересно, какую же силу он получит в итоге? И что система думает на этот счёт? Гуранбура становится вашим товарищем Что же, даже условного «ты дебил!» не выскочило, хотя именно так я чувствовал себя. Это примерно как Виви, которая знала, что должна остаться на Алабасте, но очень хотела плыть с пиратами. Сложно сказать, осуждаю ли я её или поддерживаю, но со своей точки зрения я думаю, что в этой конкретно ситуации поступил таки правильно. Из подвала донеслись громкие хрипы и шипения, потом — резвые клацающие шаги по лестнице. Я обернулся, морально готовясь, что с Гуранбуры слезут кожа и мышцы, но вместо этого из подвала вылезло нечто среднее между гигантской курицей и динозавром: создание с зубастой пастью, покрытое светло-серым оперением, перламутровой чешуёй и длинным толстым хвостом: — Что это за существо?! — Гуранбура заявил неожиданно рычащим низким тоном, махая когтистыми крылышками на месте передних лап. — Как назад превратиться?! Я аж приоткрыл рот от удивления. Значит, всё-таки зоан! А я думал, что это скорее парамеция. И передо мной был не просто превратившийся зоан, а целый динозавр. По форме морды и по наличию серповидного когтя на задних лапах я быстро понял, что это был раптор, и мне стало понятно, что я упустил на самом деле. Рапторы были одними из самых моих любимых существ. Они были красивыми, величественными, мощными, с большим потенциалом развития. Однако… это заставило меня задуматься… а согласился бы я потерять возможность плавать ради того, чтобы превращаться в динозавра? У меня ведь тоже были когти, зубы, хвост… даже крылья, которые пока не работали полноценно, но всё же. Возможно, для меня съедание этого фрукта означало бы то же самое, что для человека съесть фрукт, позволяющий превращаться в эльфа условного. Это было бы смешно и глупо. Так что я с облегчением выдохнул, окончательно поняв, что поступил всё же правильно. А затем я острожно подошёл к новообращённому раптору. — Это… раптор. Доисторическое существо, которое обладает быстрым бегом, высоко прыгает, а также дерётся когтями и зубами. Но насчёт превратиться… попробуй подумать о своём старом, человеческом облике. Наверное, это так работает. Гуранбура сделал движение, будто утирал пасть перьями рукокрыл, и некоторое время стоял, потом начал жмуриться. Это всё не помогало, он уже начал мотать отрицательно головой — и на этом моменте уже вернул себе человеческий облик, постепенно оборачиваясь им. Благо, что одежда при нём сохранилась, а не разорвалась, как у того же халка. — О небеса… Думал, уже всё, — выдохнув, он облегчённо потёр руки. — Ну что, друг, теперь пойдём разорвём всех рабовладельцев этого острова? Система же сразу мне дала объяснение. Задание №2: Как заходить в хату, обновлено! 6. Вы решили оставить спрятанный под домо Гуранбуры фрукт себе. Куш большой… но это разозлит положивших на него глаз женщин! А, возможно, не только их… Звучит тревожно. Я взглядом изучил обновление, осознав, что, похоже, я теперь играю не просто на злодеев, а этаким двойным агентом. Кто знает, к чему это приведёт, но… — Ладно. Смотри. В деревне свирепствует небольшая банда из четырёх бандитов. Я толком их не запомнил, но они неплохо так вооружены, — решил объяснить я кратко, деловито оглядываясь по сторонам. — А ещё те самые три ведьмы. Все вместе они образуют группировку, которая похищает людей и продаёт их в рабство. У бандитов наверняка есть логово вне деревни, а потому, если мы хотим от них избавиться, то надо его найти сначала. Как-то так. Про Уону и её банду я решил не говорить, ибо опасался, что банально пошлю нашего новообращённого зоана на верную гибель. Ему хотя бы освоиться с силами фрукта на базовом уровне да привыкнуть к тому, что вода для него означает практически смерть. Я невольно даже улыбнулся, вспоминая старую добрую игру «пол — это лава». Так вот, если я вдруг получу какой-нибудь фрукт в будущем, то придётся и мне сыграть в такую игру, только вместо пола у нас будет вода. — Ведьм в трактире часто найти можно, ведь они делают вид, что купили мой дом, и больше им ночевать негде, — отправился Гуранбура к центральной пагоде очень решительно. — Ну и у старейшины, которую они уламывают им помочь, но она-то знает, чей дом на самом деле! Что де получается, предки мои были хранителями фрукта?.. Почему же они не воспользовались ими сами, кого ожидали?.. Задание №2: Как заходить в хату, обновлено! 7. Это не предательство — это выяснилось, кто злодейки на самом деле. Время восттановить справедливость! Я тяжело вздохнул, понимая, что, возможно, очень скоро придётся объясняться своей новой команде, что это был за карательный акт в трактире. — Я не знаю, что их вело. Но предположу, что они берегли этот дар на чёрный день. И, похоже, он настал как раз. Я пойду с тобой, — только и добавил я, решив, что пусть будет как будет. Надо быть решительным, а не мяться.