Огни Нового Вегаса

Спалось в заброшенном здании школы Гудспригса весьма неплохо, и никто меня не потревожил — я забаррикадировал вход картотеками на всякий случай, а для комфортного сна притаранил бесхозный старый матрас. Однако, удар пришёл откуда не ждали. Солнечный свет пробудил меня, но по ощущениям это были не ласковые лучики, что щекочут кожу, а грёбаный удар кувалды прямо по голове. Солнечный свет после блаженной тьмы заставил пробудиться ужасную головную боль. И зачем я только так резко посмотрел в окно? Пришлось использовать морфин, хотя этого я крайне не хотел, но боль была просто невыносима. Что-то с моей головой точно не так и хотелось бы мне верить, что это со временем пройдёт, заживёт, но уповать на это бесполезно. Как бы действительно не пришлось решать вопрос в клинике Нью-Вегаса или и вовсе от безысходности переться на Большую Гору, где безумные учёные смогут решить вопрос радикально — удалят мне мозг. Я нервничал, ибо колоть себе вены мне как-то ни разу не приходилось. Как там это делали героинщики во всяких разных фильмах? Искали вену и после под углом вкалывали иглу в вену, чтобы не продырявить её насквозь. Что я, собственно, сделал. Однако получилось далеко не с первого раза, а после того, как я вытащил иглу и вовсе началось кровотечение, которое, слава богам, утихло. Запоздало, когда меня начало «уносить», в голову пришла мысль о правильной дозировке. Я очень надеялся, что эти шприцы, что предназначались изначально для военных, уже заранее имеют объём вещества необходимый для среднего человека… я же не откинусь по такой глупой причине, верно? Полчаса спустя я наконец пришёл в себя окончательно и с огромным облегчением подметил, что боли больше нет — как-то я упустил момент, когда она прошла, ибо мысли были словно в тумане. Я оделся, собрал свои вещи и пошёл к традиционному месту встречи с Санни — салуну Старатель. Как всегда спозаранку тут сидел. Забей-Пит что-то созерцая. Меня же заинтересовали валяющиеся близ бара байки, которые я всё это время оставлял без внимания. — А чьи байки-то? — Задал я вопрос, обернувшись к Забей-Питу. — Да чёрт его знает, сколько живу всегда тут стояли никому не нужные. — Ответил тот. — А что такое, молодёжь? — Да вот подумал может починить один. — Честно признался я. — Грех технике простаивать Забей-Пит на это лишь усмехнулся, видимо я не первый, кто так думал. И похоже никто так и не смог этот двухсотлетний хлам привести в рабочее состояние. Возможно, даже он сам пробовал, не удивился бы. Всё же он называет себя бывшим старателем, у него явно с техникой на «ты». Наверно стоит пояснить, что под старателями после того, как этот мир сожгла атомная геенна, подразумеваются не золотодобытчики или какие-то ещё горняки, а те, кто собирают уцелевшие полезности с трупа старого мира. Кто-то бы назвал это мародёрством, но позвольте, а кто за это накажет? Штатов давно нет — бери всё что плохо лежит. В салуне, как всегда, было довольно уютно и мило. В правом от входа зале Санни играла сама с собой в бильярд на чудом сохранившемся столе. Заметив меня, та помахала рукой и предложила присоединиться. Рефлекторно хотел спросить во что играем: русский или пул, однако понял, что вряд ли хоть кто-то вообще в курсе о чём я. С немалым удивлением я увидел, что на столе все шары, которые Санни собирала в пирамиду, а также биток белые. Русский бильярд в Америке? Слово в Туле со своим самоваром, блин. Я взял в баре две бутылки пива по такому случаю и угостил товарища Смайлс. Я проиграл с разгромным счётом, ибо пальцы плохо слушались после морфина. Да ладно, кому я вру, я и так не особо хорошо играл в эту безусловно благородную игру, а тут ещё и против Санни, которая, судя по моим наблюдениям разделает любого в играх, где требуется точность. Закончив с пивом, мы с Санни покинули салун. Ей было интересно в чём же заключался мой план по спасению Гудспрингса, однако я молчал как партизан и вёл её всё дальше и дальше. Мы прошли мимо источника воды, главной достопримечательности этого городка, и пошли дальше по каменистым холмам, поднимаясь всё выше. В конце концов мы добрались до трейлера на полпути ко входу в Разлом. — Но как это поможет нам? — Недоумённо спросила Санни, явно ожидая чего-то другого. — Всему своё время, Санни, я просто как-то раз приметил это местечко. Грех не забрать отсюда всё ценное. Потом займёмся основной задачей. Её такой ответ вполне устроил, и мы принялись грабить трейлер какого-то бедолаги, история коего мне совсем неизвестна. Каким-то образом он остался совсем один и сошёл с ума. Вот и всё. Как, что, почему? Да хрен его знает, но это и не важно. Итогом мародёрства стало несколько ценных находок: потрёпанное руководство по выживанию в пустоши от небезызвестной Мойры Браун, почитаю как-нибудь на досуге, крышка от саспы со звездочкой, крайне нужная мне ядерная батарея, и всякий разный хлам, в том числе и электронный. Как-нибудь продам, если не найду применение. Хотя кого я обманываю? Найду, ещё как найду. Есть у меня план на будущее… Я хотел забрать с собой ещё и радиостанцию, которая тут валялась без дела, однако корпус её слишком тяжёл, а разбирать её на запчасти времени особо нет, да и выгоды тоже. Потому мы с Санни пошли дальше, теперь уже поближе к ареалу обитания здешних животных, ибо людьми их считать сложно — к подрывникам. Я сбросил с себя тяжёлую сумку и достал самозарядную энерговинтовку, после чего улёгся между удачно расположившимися валунами, где отлично было видно окрестности. Обернулся к Санни и позвал её к себе, а та аж внезапно чуть ли не сиять начала от неожиданного просветления, сопоставив детали. Купленный снайперский прицел, занятая высота, засадный лагерь подрывников поблизости… да, сегодня у нас будет охота на людей. Санни расположилась рядом, подготовилась к стрельбе. Я вспомнил все эти клише про снайперов и предложил ей свою сумку, чтобы ей было удобнее опирать оружие, та согласилась и с удивлением подметила, что так действительно лучше. Чёрт, мы сейчас прямо как в этом дурацком фильме, мне только бинокля наводчика не хватает. Засадный лагерь подрывников представлял из себя два остова трейлеров обложенный мешками с песком, повсюду валялись разного рода ящики, по большей части со спёртым динамитом. Предполагалось, что эта шваль будет «грабить корованы», но позвольте, какой дебил пойдёт сейчас в Гудспрингс с аванпоста Мохаве, ежели дорогу в Вегас через этот городок перекрыли когти смерти? А потому по большей части арестанты маялись без дела, изнывая от жары. Впрочем, мне понятно почему они так наивно ждут незадачливых путников здесь. Потому что они слабее даже самой слабой банды, которые сейчас держат единственный оставшийся торговый путь с аванпоста НКР из Калифорнии в Мохаве и на чужой кусок оттого не смеют разевать роток. Плюс, помимо этого, богатые места слишком далеко от их «оперативной базы» в захваченной ими тюрьме. И похоже со слабаками я погорячился, ибо рядом с одним из подрывников, отдыхающим на пластиковом стуле, я заметил нечто похожее на ракетницу. Твою-то мать, откуда хоть? — Видишь там, перед трейлером сидит, у него ещё базука? Его бей первым, а дальше, как получится. — Хорошо. — Быстро согласилась Санни. — А если нас заметят? — Тогда я тоже немного постреляю чтобы не огрызались, а прятались. Всё же они обычные уголовники, а не рейдеры, к бою ещё не привыкли. Главное не бойся сама, окей? Санни кивнула и принялась сосредоточенно разглядывать всё в прицеле. Не успел я на всякий случай спросить пристреляла ли она свою новую винтовку или нет, однако в этом уже не было нужды — корпус трейлера окрасился в брызги красного, превратившись в образец какого-то модернистского искусства. Санни успела забрать ещё одного подрывника перед тем, как они шуганулись и начали хоть что-то делать. Один из них прицелился в нас из картечницы услышав шум выстрелов, я тут же взял Санни за шкирку и оттащил подальше. Прежде чем она начала возмущаться над нами просвистела целая гора маленьких, но сука крайне опасных, дробин, а за ними последовал мат бандюгана. Я начал ответную стрельбу из энерговинтовки, заставив теперь уже самого врага прятаться. И учитывая тот факт, что мой боезапас был равен ресурсу фокусирующей линзы винтовки, то стрелять я мог сколько угодно. Кто-то вскрикнул — похоже попал по кому-то, кто попытался высунуться. Интересно, там ожог или прям дырка? Санни теперь смогла спокойно прицелиться и выстрелить. Ещё один фонтан крови — разнесла верхнюю часть черепной коробки какому-то олуху, что спрятался за слишком низким укрытием. Последнего смог забрать я, удачно попав противнику в глаз. Увы, он не умер, но вопил после такого ожога ужасно. Санни хотела было добить бедолагу, но меня внезапно осенила одна идея и я её одёрнул. — Пленник. Пригодится. — В ответ на её недоумённый взгляд сказал я. Мы несколько минут наблюдали за пустошью и лагерем и никакой подозрительной активности или каких-либо подозрительных личностей не обнаружили. Только один подрывник с ужасающей раной на лице так и остался валяться на земле и орать. Как только мы подошли, удостоверившись, что всё нормально, он совсем утих, я уж подумал, что окочурился. Но, к сожалению или к счастью, нет — развернув тело лицом к себе мне стало немного плохо, ибо треть лица этого бедолаги была сожжена лазером, а на месте глаза запёкшаяся рана, которая всё равно обильно истекала телесными жидкостями. — Санни, найди, пожалуйста, какую-нибудь верёвку. — Попросил я, а сам не медля вколол стимпак нашему пленнику в надежде, что это действительно сработает и он сейчас не сдохнет. Так и вышло. Пленник не начал чудом восстанавливаться у меня на глазах, однако кровотечение начало ослабевать, а он несколько затих и наконец взглянул на меня осознанным взором… своим единственным оставшимся глазом. К счастью, тот оказался достаточно благоразумен чтобы не начать оскорблять того, кто может его тут же убить. Санни передала мне верёвку, я связал крепкий узел на руках подрывника и вывел один из концов верёвки на манер повода — чтобы всегда держать под контролем пленника, ведь я собирался его вести в Гудспрингс сразу после того как допрошу его. А уж там люди сами решат, что с ним делать, если я чего-нибудь не придумаю. Пока пленник окончательно не оклемался и не начал борзеть я дал тому пощёчину по больной части лица, тот аж заорал. — Сколько вас? Сколько?! — Напирал я. — Сорок человек! — Тут же выпалил подрывник. — Сколько ваших в тюрьме? — Не знаю, по-разному! Такой ответ меня не устроил, и я повторно дал по морде подрывнику. — В тюрьме около половины! — Похоже, боль помогла ему вспомнить. — Тяжёлое оружие есть? — Нет, кроме динамита нич… — Не успел он договорить очевидную ложь как я взял его за шкирку и поднял на ноги, хотя с моей силой это было тяжеловато, помогал только тот факт, что подрывник не сопротивлялся. Я усадил его на тот самый стул, где недавно сидел мужик с гранатомётом. Теперь этот крутой рейдерский перец валялся рядом с отсутствующей половиной башки, забрызгав тут всё уже подсыхающей кровью и всякими ошмётками. Я подобрал упавший на землю гранатомёт, внимательно его осмотрел. Ничем не отличается от того, что я видел в игре. Запасных выстрелов я не заметил, только этот заряжен непосредственно в трубу. Я отошёл шагов на двадцать, после чего поднял на плечо бандуру и кое-как прицелился, найдя прицельные приспособления. Интересно, он не на предохранителе? А впрочем, не важно, всё равно я стрелять не собирался. — Точно ничего нет? — На всякий случай уточнил я, целясь прямо в подрывника, что оцепенел от ужаса, понимая, что сейчас произойдёт. — Я вспомнил!!! Я вспомнил!!! — Заорал подрывник, попутно обмочив штаны. — Ну и что ты вспомнил? — Наигранно без энтузиазма спросил я, якобы готовясь к выстрелу. — Наши нашли в арсенале тюрьмы несколько ящиков гранат! Не знаю зачем они нужны были тюремщикам НКР, но это правда, я не вру! Больше ничего не было, эту ракетницу Джонни и вовсе нашёл возле Репконна! Во как. К счастью, базук, похоже, у подрывников больше нет и слава богу. Но их численность… она была слишком велика. И каким бы героем я ни был, однако в одиночку или даже вдвоём с Санни мы бы не справились. Если бы не имели супер-пупер тактики-галактики как всех перебить малыми силами. Кстати интересно, на кой хрен их занесло в Репконн, что они там забыли? Возле пускового купола, небось, ужасно фонит, а обилие супермутантов-теней… короче говоря, чую я, кроме этого, самого Джонни там никто не выжил. Да и тот уже мёртв. — Ладно. — Я опустил тяжёлую ракетницу. — Сиди здесь и не рыпайся. Вместе с Санни мы обыскали этот самый лагерь и нашли немало интересностей. Нагрузили даже пленника, чтобы тоже не расслаблялся. Я набрал немало маслят пистолетного калибра и крупных патронов двадцатого, помимо того из интересного нашлось немного непочатого алкоголя — виски и водки. Взял. А самоё ценное это немалое количество динамитных шашек, которые мы собрали валявшиеся всюду в одну спортивную сумку. Тяжёлая, сука, но загнать торговцу получится явно выгодно. Почему я сам не хочу им пользоваться? Потому что нитроглицерину я не доверяю от слова совсем. Ракетницу я потащил на грани перегруза, а осложнил себе задачу своей обновочкой — бронежилетом от одного мёртвого подрывника поверх кожанки. Надо будет чуть позже срезать шеврон принадлежности к НКР, а то как-то неудобно получается. А сам бронежилет оказался очень даже классным, ибо представлял из себя чехол с арамидной подкладкой, внутри коего находилась тонкая стальная пластина. Не полноценная броня, конечно, бронеплита явный самопал, но всё равно лучше, чем ничего. К полудню мы вернулись в Гудспрингс попутно до этого заскочив на родник освежиться. Наше возвращение с кучей добычи и пленником взрывников вызвало целый фурор в этом скромном городке, а я невольно ощутил, как местные жители стали ещё больше любить меня. Кстати говоря, о местных… я удивился, но все они были словно на войну собрались: в кожаной броне или в каком-то ещё подобии недоброни, у каждого ствол за спиной. Похоже, моя встряска местных дала свои плоды, ибо Гудспрингс хоть как-то начал готовиться к угрозе подрывников. Я забрал у пленника свой хабар, а самого бедолагу передал в руки суда Линча. Похоже, ничего хорошего его сегодня не ждёт. Хотя кто знает? Он взглянул на меня последний раз, явно выражая в своём взгляде всего одну мысль — предатель. Да, я, конечно, ничего ему не обещал, но всё равно лечить человека чтобы отправить его на виселицу… это очень забавно. Блин, этому городку не хватает своего шерифа, чтобы решать вопросы, связанные с правосудием, ибо даже меня несколько покоробил тот факт, что этого бедолагу просто в итоге забила яростная толпа. Сам я наблюдал за этим со стороны лавки Чета, который и сам вышел на крыльцо поглядеть что да как. Он молча закурил и без слов угостил меня самого, понимая ровно, как и я, что сейчас произошло нечто неправильное. Санни же просто вздохнула и пожала плечами, не найдя что сказать. — При НКР такого не было. — Подметил Чет, докурив сигарету. — Всё же он преступник. — Я встал в позицию адвоката дьявола, хотя и сам был иного мнения. Впрочем, именно в этом и суть выражения «адвокат дьявола», если кто не в курсе — симулировать позицию оппонента для поиска наиболее элегантного опровержения. — НКР не убивает преступников не из большой любви к ним, а потому что могут пострадать невинные. — Удивил меня своим высказыванием Чет, показав некоторое знание юриспруденции двухсотлетней давности. — Невиновного ещё можно отпустить, а перед мёртвым уже не извинишься. — В конечном итоге гуманизм НКР привёл к тому, что ваш городок вот-вот уничтожат друзья вот этого самого «невиновного». — Я кивнул на оставшийся валяться посреди пустыря труп, когда народ уже подуспокоился и начал расходиться. — Виноват в этом не гуманизм НКР, а Цезарь, из-за которого пришлось отослать большую часть гарнизона к Великой Реке. Когда придёт он нам уже будет не до подрывников. Нас всех просто уничтожат и поработят. С этим я не мог не согласиться. При всей моей симпатии к Pax Romana я вспоминал как действовали войска Цезаря и при всём желании не мог найти в этом хоть что-то хорошее. Тем более что я не фанат империи, мне так-то больше Римская Республика нравится. — Да, альтернатива так себе. — В конечном итоге согласился я. — Выходит, меньшее зло? — А я вообще думаю, что странные мальчики в красных одеждах и юбках это пропаганда НКР и ничего такого нет. Вы вообще понимаете, насколько это бредово? — Вклинилась в разговор Санни. — Ох, Санни, я тебя как-нибудь познакомлю с Нелаем в Новаке, вот тогда-то ты поймёшь, что такое самый настоящий бред. — Усмехнулся я. — К сожалению Легион Цезаря реален, а мальчики в юбках… в это сложно поверить, но две тысячи лет назад за океаном была целая империя людей который считали, что носить штаны — это не круто. Прикинь? — Курьер, это самая фантастическая история, которую я только могла услышать. — Фыркнула Санни, явно мне не поверив. Санни и сама носила только штаны. Чет же просто пожал плечами, похоже он не настолько хорошо был эрудирован, чтобы верить или не верить мне в этом вопросе.