Хороший клад, плохой стрелок, злой герой

- Ну, что с ним? Как он? - с неподавляемым волнением спросил Гриф, накинувшись на вернувшегося Данаэля. - Врач сказал, что у него сильный сотряс, - промолвил монотонно лидер, затаив дыхание, однако его сердце не могло замедлить свою бешеную скорость, - ему нужен постельный режим...все нормально, Гриф? Конечно не нормально: одна мысль, что друг так серьёзно пострадал и все, что можно сделать - это сидеть и ждать, пока он...проснется...если проснётся, изводила и мучила оборотня, заставляло сердце ломать грудную клетку своими быстрыми ударами. От одного взгляда в переполненые тоской и болью глаза Грифа, рыцарю становилось гораздо хуже - он как будто перенял часть этих страданий и волнения к своей боязни за здоровье силача; он никогда не сможет забыть этот чудовищный звук удара об скалу, этот вид окровавленного лба Рацио, когда кровь каплями быстро стекала на его бледное лицо, как резво доктор рылся дрожащими руками в своей сумке и с каким сожалением в голосе он говорил после осмотра; казалось, что не смотря на печальное положение здовяка, его друзьям было в десятки раз хуже: Гриф от невыносимой боли и волнения был готов сам разбить голову о ближайшую глыбу; Данаэль казался спокойным и здравомыслящим как обычно, но внутри его разъедало все тоже самое, он хотел поменяться местом с раненым братом. Они просто стояли, глядя то в пол, то друг на друга, и без слов понимали, что каждый из них чувствовал. - Он тут рыдал, пока тебя не было, - выдал, злорадно хихикающий, Карр, нарушив болезненную тишину, - стонал как маленькая собачка! В миг эмоции Грифа переменились - на его лице появилась неудержимая ярость и он развернул голову в сторону, привязанного к стулу, чародея; оскалив зубы и выпустив когти, он рванул с места, но Данаэль быстро среагировал и схватил оборотня со спины. - Пусти! - прорычал Гриф - Сейчас он нам нужен! - простонал парень, переводя дух и пытаясь сцепить свои руки в замок на груди товарища. - А ему нужен ангел хранитель!! - изо рта бойца была готова вылезти белоснежная пена, и он начал ещё сильнее вырываться из захвата. - Гриф...я обещаю: он поплатится за эти...слова! - уже кричал Данаэль, чувствуя бешеный напал и ещё сильнее сдерживая ягуарца. "Легендарные всегда дерутся честно" - мохнатый воин подумал, что рыцарь хотел бы выкрикнуть именно это, и был бы прав. Кошак успокоился и остановился, а за ним вздохнул и парень, который потратил много сил, сдерживая того. Глубоко дыша, Гриф смотрел на верёвки, которые удерживали Карра от побега, а его от серии ударов и тычков когтями в чародея. Это было бы верхом бесчестия и подлости. Все-же, каким бы грозным и неуправляемым Гриф не был в прошлом, до знакомства с Легендарными и их лидером - вечно правильным и чистоморальным рыцарем, даже тогда он не мог себе позволить добить лежачего или того, кто априори не может дать сдачи. Видя эту картину, чародей улыбался так широко, что уголки рта сдавливали веки; лыбился так, как только позволял клюв. Карр прекрасно знал, что даже будучи привязанным к стулу в каком-то отдаленном отеле в окружении злейших врагов, не одно его перо не пострадает - Легендарные никогда не опустятся до расправы над беспомощным противником, а если кто-то из них попробует, то будет остановлен собратьями; если на счёт агрессивного оборотня можно было беспокоиться, то пока в комнате был его хозяин, Карр безнаказанно наслаждался зрелищем; ещё никогда этот оскал, в котором скрипел каждый клык, и сверкающие, как у настоящего маньячелы, грозные глаза так не веселили пернатого, потому что он знал - никто из них не посмеет его тронуть. - Лучше молчи, а не то последствия будут плачевными для тебя, - предупреждающим тоном сказал Данаэль, отодвигая ягуарца в сторону и грозно смотря на пленного. Услышав это, Карр как будто взорвался и громко рассмеялся, подпрыгивая на стуле. Рыцарь удивлённо взглянул на врага; такая реакция показалось ему неадекватной, но вот оборотень все прекрасно понимал - у пернатого сейчас вдвое больше безопасности, чем в яйце и рядом с матерью-птицей. - Мне кажется, он сильно стукнулся головой, когда его везла лошадь, - оглядывая погнутый клюв и недоуменно почесывая затылок, вслух предположил Данаэль, - Как бы он не перестал нас узнавать. - Один мой удар и как минимум меня он не забудет, - думал Гриф, смотря на ржущую птицу и с ещё большим трудом сдерживая себя. - Да расслабься, я помню кто вы, - постепенно успокаиваясь и переставая ржать, начал Карр, - Тупое и ничтожное животное и ещё более ничтожный паразит! - и вновь начал смеяться, но гораздо громче. Какая-то его часть понимала, что он перегибает в своём положении, но удержаться для него было сложно. Гораздо больше, чем оскорбления в свой адрес, Грифу не нравилось, когда с грязью мешают его друзей или знакомых - такое он также принимал непосредственно на свой счёт, но след был куда больше; в такой ситуации он считал своей прямой обязанностью и долгом защитить честь униженного - начистить харю до блеска оставшихся двух зубов. Стоило ягуарцу сделать лишь один шаг в сторону чародея, как его друг одним резким движением встал между ними; Гриф сразу понял, какую банальность про благородство и справедливость в своём стиле собирался сказать рыцарь, но в понимании мохнатого его друг в подобной ситуации плевал на собственную честь и достоинство - перед ним сидит его злейший враг, который повинен в травме его собрата, и совершенно безнаказанно сыпет оскорблениями и непростительными унижениями, смеясь при этом ему в лицо; боец не сомневался, что у них разные понимания на этот счет, но в этот раз на это было больно смотреть - как бы оборотень не пытался подавить этот образ, в этом поступке ему была видна лишь слабость, бесхарактерность и просто трусость. Мохнатый боец недовольно фыркнул, чуть не зарычав от злобы, и отошёл в сторону; он взял стул и сел в противоположном углу от пленника, скрестил руки на груди и разгневанно бубнил ругательства себе под нос. Данаэль последовал примеру друга и тоже взял стул и поставил его спинкой к Карру. - Будете меня допрашивать? - скрипучим голосом спросил маг, - и чего бы вам хотелось узнать? - Как твои дела и как поживает мама, - рыцарь начал диалог с монотонного сарказма, - У меня к тебе много вопросов накопилось. - Ну, с твоей мамой у нас все хорошо: она прекрасно проводит со мной время, - злорадно хихикал колдун, глядя прямо в глаза Легендарному, однако у того и брови не пошевелились. - Сколько людей знают про твоё убежище в Степен-Роге? - после этих слов колдун моментально умолк и удивленно посмотрел на рыцаря: в его голове нервно и торопливо крутились соображения и непонимания, где и как его враги узнали об этом? И причём он назвал конкретное место; те трое собирались пытать его ради какой либо информации, а это ничтожество все уже знает. "Но откуда?!". "И зачем ему моё логово?". Совершенно очевидно, что у него все необходимое на серебряном подносе и он хочет узнать - какими столовыми приборами с него есть. - А это где? - вдруг как рефлекторно выдал растерявшийся Карр; его противный скрипучий голос понизился до еле разборчивого писка и оглушил всех в комнате. Улыбка чародея в миг исчезла; он съежился под таким же ледяным взглядом парня. - Далеко, если двигаться не на поезде, - выдал таким же тоном Данаэль, но дальше его голос становился чуть мягче, - если бы ты также ответил той троице, то пожалел, что нас рядом нет. Но сейчас мы здесь, Карр. Ни я, ни Гриф и ни Рацио тебе не друзья, но мы не причиним тебе зла и не будем мстить. Сейчас мы сможем тебя защитить, но ты должен сказать от кого. Чародей сидел молча и всматривался то в потолок, то в пол, то сквозь собеседника, но через минуты он пальцем подозвал того поближе и нагнулся вперёд, как бы кто не подслушал; Данаэль пододвинулся ближе к Карру; ягуарец навострил уши - даже из другой части комнаты он легко мог услышать даже шёпот. - Я чувствую, что о моем сокровище известно не только тем трём. Так-то из следовало получше спрятать, - тут Карр на секунду умолк и увёл взгляд в угол, где сидел Гриф; через секунду он продолжил шептать, настороженно глядя прямо рыцарю в глаза, - я мишень для одних очень неприятных людей. - Угу, я рад...нет, не в этом смысле, продолжай, - парень прервал чародея оживленным тоном. - Я знаю, что они из себя представляют и....могу дать их приблизительное описание. - Так, так, продолжай, - Данаэль был весь во нимании, как и его друг в углу. - Один из них недавно простился с жизнью, его я не буду описывать, а вот остальные - на редкость тупой вышибала с противным голосом и лицом, мерзкий баствард и его дружок - слабый, ничтожный и ещё более тупой и трусливый, чем первый, только прикрывается "честью". Оба состоят в секте с точно такими же уродливыми приматами - представителями богопротивных видов ПАРАЗИТОВ, и гнездятся в моих окорочках вот уже целый год, занеся туда заразу от прошлого носителя - ещё более тупорылого недочародея! - в конце предложения маг, с трудом сдерживая крик, чуть не развергся пеной изо рта и весь задрожал от злости, - Знаешь таких, а?! - Ещё одно такое слово, и я выкину тебя нахрен из окна! - с этими словами Гриф в гневе встал со стула и вновь оскалился как две минуты назад. - Твой дружок будет кормить червей уже завтра, тупая скотина!! - выкрикнул разгневанно пернатый и рефлекторно попытался встать, но верёвки его удержали и стул просто подскочил; его голос понизился ещё больше и мог встревожить всю степь, а сам Карр уже потерял все остатки тревожночти и страха за свою целость - Ты - корм для блох и клещей, будешь следующем!! Весь твой род передох от сифилисных комков шерсти!! Хорошо, хоть ягуарцы догадались убивать таких, вот только не учли одного - каждый, подобный тебе - это сифилисная прастетутка, которой плевать, под кого ложиться! До сегодня, до сейчас, до этого момента оборотень, оказывается, был достаточно спокойным и дружелюбным котом, который легко относился к каким-либо подколам, ценил жизни и не переваривал насилие, приходил к нему только в самых крайних случаях. Ведь все та прежняя агрессия несравнима с той демонической злобой, из-за которой кровь покидает все жизненноважные органы, в том числе и мозг, и переходит в смертоносные лапы, а из глаз струиться серое вещество, и из них выглядывает жестокий, безумный, беспощадный серийный убийца с довольно спецефичными пристрастиями. Издаётся оглушающий, приводящий в ужас любое живое создание, львиный рев - ягуарец выпустил когти и устремил взор на жертву, на месте которой уже видел разорванную в клочья пташку, чьи внутренности и перья красовались на полу, стенах, кровати и потолке; зверь готов был с бешеной силой оттолкнуться когтистыми ногами от пола и со звенящим хрустом пробить руками торс мага, как рыцарь молниеносно встал и развернулся на 180 градусов - в его правой был крепко сжат револьвер; от силы точка стул отлетел в лево прямо в стену и раскололся. Два Легендарных встретились взглядами: взгляд бешеного льва в пылу битвы и окаменелый, леденящий душу, хладнокровный взор провидца, вооружённого кольтом - потому, что он точно предсказывал результат, если зверь сейчас ещё раз дёрнется в сторону пленника. Грифу было уже глубоко наплевать не ресторан или деньги, в его голове было только одно - смерть этой облезлой курицы; но спустя несколько секунд раздумий под дулом, у оборотня появился вопрос: зачем Данаэль это делает? Что ему с сокровищь? Раздать их бедным? А вот это не исключено. Ценой моей жизни и жизни Рацио? Зачем он настовил на своего друга оружие? - Выйди и успокойся. Остынь, Гриф - произнёс вооружённый парень совершенно спокойным тоном, как будто он не слышал этого рёва и не видел этих безумных глаз. Не так Гриф себе представлял путешествие с друзьями - один уже одной ногой в смертельном овраге, другой готовится заставить ЕГО шагнуть туда. Ягуарец решил не доводить ситуацию до летального исхода наверняка - вышел и с грохотом захлопнул за собой дверь. Он злился уже не из-за Карра, а из-за непонимания: что происходить с Данаэлем?

***

*** Как только дверь "закрылась", стрелок засунул оружие в кабуру и перевёл дыхание; ему снова было слышно то же сумасшедшее сердцебиение, на лице показался пот. У Карра было все тоже самое, но он никогда так сильно не пугался; маг был нескозанно рад, что этот желтоволосый организм имеет хоть какой-то авторитет среди своих псов. - Психопат мохнатый, - неожиданно выскочило у пернатого из уст, после чего он с опаской посматривал на дверь. Данаэль вытер пот своим платком и развернулся; диалог продолжился: - Я скажу безумную вещь, Карр: вот он и я - единственные, кто сейчас на твоей стороне. - Охренеть, ты ополоумел? Это вот ОН? - с возмущение прервал маг, но его тут же также прервали. - Ты не умеешь хранить секреты, - рыцарь достал из внутреннего кормана жилетки дневник Карра, от чего глаза его владельца от удивления чуть на лоб не залезли, а челюсти разошлись так, что чуть не порвались. После шока чародея вновь поразил гнев, но уже в адрес светловолосого. - До сегодняшнего дня я думал, что только я знаю про него и твоё логово, но теперь мне ясно - у Легендарных появились конкуренты. Одним мы уже показали чудеса вместительности почтовых ящиков, да, но сколько их ещё? Карр смотрел сквозь собеседника, но одним ухом прекрасно слушал - все эти теории уже поситили его до этого разговора. - Ты догадываешься, какой стимул у тех, кто читал твой дневник - 4 тонны золота из королевского хранилища и коло 30 магических артефактов разного назначения, которые ты добывал большую часть жизни с неподъемными усилиями, ведь так? - Тупой сопляк, продолжай говорить очевидные вещи. Давай! - думал Карр, но говорить пока не собирался. - Ты ведь не хочешь лишиться всего этого? - после этих слов, чародей невольно взглянул на Легендарного; сказанное его злило ещё больше, но в тоже время и напрягало, - ты расскажешь нам, как обойти твои ловушки у входа и внутри логова, а мы гарантируем то, что кроме нас только мы попадём в твоё хранилище. - Вот так облегчение! - со смешком воскликнул маг, - спасибо, что проходного двора для воришек не будет, да? В моих вещах будете рыться только вы - мои злейшие и заклятые враги!? - Дослушай! Мы возьмём только ТРИ вещи, которые посчитаем необходимыми - каждый то, что захочет, - от этой фразы парня Карр ещё больше охренел и презрительно фыркнул, - Слушай! Мы не будем трогать какое либо оружие или очень древние артефакты, нет. - Пытайся дальше обвить меня вокруг пальца, плесень, у тебя пока не получается! - со зловещими усмешками отвечал чародей, - и что же вы тогда возьмёте, а? Сахар и молоко? - Ну, мы же не вечно будем геройствовать. Легендарным тоже нужна спокойная и сбалансированная жизнь, - почти товарищеским тоном ответил рыцарь, - вон Гриф и Рацио к примеру: хотят открыть ресторан в честь нашей команды, и я клянусь - они возьмут ровно столько, чтобы открыть ресторан и только. - Ах вы у нас тут измученные людишки, устали ломать мои пла...и скоро вы планируете закончить? - пернатый ждал ответа с непотдельным интересом, - и сколько необходимо тебе, что бы насытиться? Данаэль выпрямился и гордо посмотрел на плененного противника, - Я даю слово рыцаря, что все мои слова будут закреплены делом, а тебя не будут трогать без моего официального разрешения, которое я никому не дам. - Хм...я думаю, это плохая идея, но по другому не должно быть, - говорил чародей, всматриваясь в пол и проклиная свое положение, - определённо да: я не позволю себе умереть и отдать свои драгоценности. Ну, раз нас связывает сделка, пожмем руки, как это делают людишки, только...эх...ослабь веревки. - Хм...я думаю, это плохая идея, - с сарказмом промолвил Данаэль, - развязывать я тебя не буду. - А если не развяжешь, я ничего не скажу тебе, адское создание! Заметь: у меня по прежнему более выгодное положение, ведь ты не посмеешь меня пытать! - Карр вдруг как по щелчку сменил позицию и привёл парня в оцепенение. - Тогда ты поедешь привязанным к лошади вечность, раз уж мы не поедем на поезде, - Данаэль вовремя нашёл подходящие слова. Незабываемый опыт такой езды пернатому не понравился, поэтому он секунд 5 молчал, а затем продолжил: - И что это за транспорт - Поезд? Легендарный с огромными усилиями передвинул стул с гигантской птицей к окну и ткнул в едва заметный огонёк вдалеке во тьме: - Это станция. Рядом рельсы, по которым он подъедет. Завтра сядем на него и доедем в мгновение ока. - На человеческом языке это означает "моментально", - произнёс про себя чародей и продолжил смотреть на огонёк, - человек с тобой! Игру начнём на твоих условиях. Такой странный ответ обрадовал героя, вот только сработал его обычный рефлекс - нахождение подвоха в радостных новостях. Через какое-то время Легендарные улеглись спать, а вместе с ними и Карр. Напряжение было точно такое же, как и сегодня днем в том ущелье, вот только травмы могли быть ещё впереди.