Свет во тьме

— Пошёл нахуй!!! — зычно рявкнул Рирз, бросившись на Мортона и заставив отпустить меня. — Рафаил!!! — завопила я, бросившись к дверям. — София!!! — он рванул ко мне навстречу, поймал и закружил, расцеловывая. — Софочка, Сонечка, моя милая девочка, я тебя нашёл! — Рафи, — всхлипывала я, сильно его обнимая. — Рафи, мой Рафи… — Ты плачешь? Тебе больно? Господи, это корсет? Почему ты в свадебном… — Я согласна! — я впилась в его горячие губы. Он удерживал меня на себе и ласкал, целуя в ответ. Фоном рушился алтарь, Рирз оторвал кому-то голову и откусил ногу, ещё где-то маячил Верд и что-то говорила Розина, а нам было всё равно. Рафаил отпрянул, посмотрел мне в глаза и прислонился к моему лбу. — Я люблю тебя, милая невеста. — А я тебя больше, милый женишок. — Валим реще! — к нам подскочил Верд и увидел меня в свадебном платье. — Вау… — Верд! — всхлипнула я, обняв брата, всё ещё сидя на руках у Рафаила. Рирз вытолкнул нас четверых в коридор, и с потолка начали падать камни. Ко мне телепортнулась Розина, в её руке мелькнул маленький ключик. Пара щелчков, и ошейник упал на пол. — Помни, не колдовать ближайших три часа. — сказала она и щёлкнула пальцами, после чего мир вокруг нас потемнел. От лица Рафаила Секунда — и мы стоим в коридоре замка Бладсвордов. Софа сильно прижимается ко мне и тяжело дышит, всхлипывая и шмыгая носом. У меня от радости подрагивали руки. Я ввалился в первую попавшуюся комнату, там сел на кровать и стал освобождать свою пышечку от гнёта тугого корсета. — На меня толпа мужиков пялилась, — всхлипнула Софа. — Один и вовсе раздевал. — В см…который? — Самый здоровый. — А я говорил, не зря ты ему рёбра сломал. — довольно прокомментировал Верд. Знал бы — сломал бы не только рёбра. Огромный мужик пялился и раздевал мою нежную и хрупкую девушку, надо было ему челюсть сломать. Я поцеловал Софочку в лоб, укачивая в своих объятиях. Когда я расшнуровал её платье, то животик сильно вышел вперёд. Мне кажется, или она тут успела поправиться? — Как вы меня нашли? Где папа? — спросила она, смотря на брата. — Вместе с Фейлном и войском осаждает замок. — Войском?! — Мы резонно рассудили, что тебя и Зейира прячут в землях Бладсвордов, и папенька пошёл тебя отвоёвывать. — Тебя бы получше спрятали, — продолжил Рирз, становясь человеком, — так что мы втроём пошли отдельно и тайно. И нас нашла Розина. И привела ко входу в катакомбы, и там я учуял твой запах. Ну а потом мы тебя услышали. Ты сильно кричала, я думал, тебя режут. — Зейир хотел выдать меня за лорда Мортона, чтобы он помог ему смести Глейгримов. Я моргнул. — Того, которому почти шестьдесят? — Да. — И который чуть тебе руку не сломал? — Да. — Ты его не убил? — спросил я Рирза. — Нет, он и Зейир сбежали с помощью тени. А что? — У меня к нему есть пара вопросов. — Ууууу, глянь, Рафаил ревнует! Рафаил не тряпка! — ухмыльнулся Верд. – Устроим ещё один забив! Я закатил глаза, поглаживая Софочку по спинке. — Давайте не будем отклоняться от плана? — сказал Холдбист. — Мы должны вернуться к армии лорда Дарона, пока он и Фейлн будут сжигать атакующих нас теней. — Парни, тут такое дело, — неуверенно начала Софа, — Я… ох, — она взялась за живот. — Больно… — Иди ко мне. — я снял плащ и отвернул её от парней. — Выйдите на пару минут, я её переодену, и мы свалим. — А так она не может? — Ей давит платье и тяжело дышать. Они вышли за дверь. Я снял с Софы платье и накинул свой плащ. Застегнул. — Ты что-то ела? И когда? — Вчера днём. Суп и пюре. — Моя бедная, — я поцеловал её, поднялся и взял на руки. — Мы уходим, я тебя понесу. Сейчас придём к папе, там тебе никто не посмеет навредить. Отдохнёшь, поешь, погреешься. — Мгм… Рафи… живот очень болит… — Корсет тебе всё сильно перетянул, сейчас всё пройдёт, пышечка. — я стал её лечить. Она обхватила мою шею рукой и уткнулась мне в грудь носиком. Я вышел в коридор. Там Рирз превратился в чудовище, на спину которого я залез. Бастард охнул. — Раф, пожалуйста… — Да знаю я, что толстый и тяжёлый! Сяду я на диету, просто вези нас. — Я хотел сказать, чтобы ты меня за волосы не дёргал. — А… оу… я подумаю. — Валим, там стража! — выкрикнул Верд, рванув к окну. Лорд Флейм взлетел, а Рирз в один прыжок оказался на стене, окружавшей Кнайфхелл. Софа пикнула и повернула голову. В полях у замка было столкновение армий Флеймов и Бладсвордов. Там часто вспыхивали ослепительные столбы огня, которые разжигали Фейлн и Дарон. Верд полетел вперёд, а Рирз помчался следом, спрыгнув со стены и рванув на своих четырёх. Правда, он тяжело дышал и запыхался. Не забыть, напомнить себе: скопить денег и купить пегаса, чтобы больше никогда не ездить на спине Холдбиста. Прямо перед нами с неба рухнул огненный метеор. Когда огонь вокруг него погас, перед нами возник лорд Дарон. Рирз остановился, и я спрыгнул с него. — Софочка! — воскликнул лорд. — Папочка! Флейм подхватил её на руки, забрав у меня, и стал целовать лицо. — Чш-чш-чш, всё-всё, папа рядом, не плачь, солнышко. Папа с тобой. — Папочка, — всхлипнула Софа. — Т-там Зейир хотел… о-он собирался… — Он хотел насильно выдать её за Мортона Бладсворда, — сказал я, поглаживая девушку по плечикам. Лицо лорда покраснело от злости, но он молчал, лаская и утешая дочь. Дарон крепко её поцеловал. — Поехали в лагерь. Фейлн и Верд взяли командование армией, а я уведу вас. Рирз, донесёшь Рафаила? — Не то, чтобы у меня выбор был. Я закатил глаза. Дарон взял дочь на руки поудобнее и сотворил из огня огромные пылающие крылья. Лорд взмыл в небо, напоминая огромный метеор, и понёсся к лесу. Я запрыгнул на Рирза, и мы побежали следом. Добежали мы где-то через полчаса. На небольшом возвышении поодаль от битвы был разбит лагерь Флеймов. В шикарном бронзовом шатре были Дарон и Софит, которую он уложил на подушки. Если честно, то когда я, Рирз и Крейд рассказали ему о похищении Софочки, он удивил меня дважды. Во-первых, я был уверен, что мой правитель уже лет пятнадцать не в состоянии летать. При всём уважении, но он толще меня, и весит сотни под две. А во-вторых, я знал, что из всех троих братьев самым храбрым был скорее Зейир, но точно не Дарон. Он не был в военных походах после свадьбы, и для меня было большим шоком, что он рванул созывать знамёна и самолично покинул сперва Санфелл, а затем и Файрфорт, ринувшись на Бладсвордов, чтобы спасти дочь. Я думал, в его возрасте (ну или просто с его комплекцией) уже не покидают пределов комфортных и тёплых замков с вкусной едой и кучей слуг. И я ошибался. Дарон пошёл пинать поваров, чтобы они подсуетились и накормили миледи, а я пошёл лежать с ней рядом. Я взял её ручки и поцеловал. — Моё солнышко, моя милочка. — Рафи, обними меня. Я улёгся на бок и обнял её. Софа прижалась ко мне и вздохнула. — Я потолстела, да? — Неправда. — Я чувствовала, как у тебя руки подрагивали. — Это от радости. — Давай честно, я поправилась. — Даже если да, то ты мне очень нравишься. — Я тебя люблю, — она чмокнула меня в щёку. — А я тебя, — я чмокнул в её другую. Через десять минут пришёл Дарон со скромным, по его меркам, перекусом. Софа принялась есть, а лорд всё присматривался и умилительно вздыхал. Ну да, тут в паре сотен метров резня и бойня — самое время полюбоваться прекрасным чумазым ликом доченьки. — Софочка, дорогая. — М? — она съела ложку супа. — Ты немножко… похорошела… ты беременна? Она аж подавилась. Я наклонил её и постучал по спинке. Софа вытерла губы и возмущённо посмотрела на отца. — Нет! Блин, папа! — Но я подумал… ох, извини меня, малышка! Я не хотел тебя обижать, Софочка, честное слово! — Меня откормили в плену, знайте все! — воскликнула она. — А вот вы так умеете? А я умею! Записывайтесь на мои курсы «как разожраться, находясь в плену, чтобы потом отец у вас спрашивал, не беременны ли вы, даже если вы парень»! — Ну София, милая, не злись на папу, я же не со зла. И я не говорил «откормили», ты просто похорошела, и всё. Она что-то пробурчала и скрестила руки на груди. Но затем всё-таки придвинула к себе поднос с едой и продолжила трапезничать. — Я тебе это припомню. — Ну, меня ты точно не обидишь, — посмеялся лорд Дарон и похлопал себя по внушительному пузу. — Я сейчас тебе одежду найду, кушай дальше. Он чмокнул дочь в лоб и вышел. Софа же проглотила очередную ложку супа и опустила взгляд вниз. Она стянула рукой ткань плаща, и тот стал плотно облегать её живот, бока и грудь. Девушка печально вздохнула и отпустила плащ, а потом откинулась на подушки, стянув со стола булочку и куснула. — Ты чего, дорогая? — я стал поглаживать её по ноге. — Дурацкая была затея — капать Зейиру на мозги. — В смысле? — Ну когда мы с ним ругались за столом, он говорил: «пока всё не съешь, из-за стола не встанешь». Вот я и не вставала. Аж целых семь раз. — А… о… господи, мне очень жалко твой желудок. — А мне жалко мою печень. И по-моему я потихонечку спиваюсь, — она стянула со стола кувшин с вином и выпила прямо из него, не наливая в кубок. Я аккуратно забрал у неё вино и отставил подальше. Софа съела булочку и улеглась мне на колени головой. Вздохнула и упёрлась щёчкой мне в живот, который немного сталкивал её с каждым моим вдохом. Софочка улеглась на бочок и уткнулась личиком мне в брюхо. Обняла. — Рафи. — Да, сладенькая? — Я хочу домой. В Файрфорт. — Дорогая, — я приподнял её и поцеловал, — лорд Дарон сметёт войско Бладсвордов, заберёт Зейира, и мы поедем домой. — Послушай, мне надо кое-что тебе сказать. — Что такое? — Я… видишь ли, я кое-что узнала, и… в общем… я тень. Я выкатил глаза и медленно моргнул. Мне сейчас не послышалось? — Я тень. — повторила девушка. — Но… нет. — Да. — Нет! — Да, да. Я должна была умереть, когда мы пришли к Расколу за моей магией. Ты спас меня и забрал у него, а я должна была упасть. Магия вернулась, потому что я становилась тенью. И женщина, которая управляет Расколом, ищет нас, потому что я должна принадлежать ей. Мы стали связаны в тот момент, когда ты помешал ей забрать мою жизнь. — она грустно опустила глаза. — Полумаг, полуФлейм, полутень. Наверное, я теперь ещё дефектнее, чем была. — Я не… Софа, — я взял её за плечики, — мне всё равно. Тень ты, бастард, полумаг, или вообще обычный человек, я тебя люблю. Тебя. Не твою родословную и не твою магию. Ты не дефектная, и я тебя никогда такой не считал. Даже если ты и должна была умереть, ты выжила. И я не допущу, чтобы Раскол добрался до тебя. Я не потеряю тебя ещё раз. Софа сглотнула и сильно меня обняла. — Ты самый лучший. — прошептала она, целуя меня в щёки. — Мой самый любимый. — Ты плакать собралась? — Нет, — она спрятала лицо у меня в плече и шмыгнула носом. — Сам ты плакать собрался. Я ласково улыбнулся, усадил её себе на колени и вытер слёзки. — Всё будет хорошо, моя любимая невеста. — Если у нас… нет, не так. Когда у нас будут дети, может случиться такое, что они будут одарёнными? — Это возможно. Ну или они будут управлять огнём, как и все Флеймы. — Или будут сильными целителями, как их папочка. И такими же сладкими булочками. — Да, как их мамочка. — ухмыльнулся я. — Интересно, папа разрешит мне взять твою фамилию, или нет? — Я могу взять и твою. — И будешь лордом, — она мечтательно улыбнулась. — Ты на Флеймов похож больше меня. Только ты очень высокий. — Да, и не очень маг огня. — Божечки, я уже представляю тебя лордом замка. Лорд Рафаил Флейм, хозяин Файрфорта. — Ой! Ой! Где хозяин Файрфорта, и где я! Хозяин Файрфорта сейчас тебе одежду ищет. — Ну тогда Сперафайра. — Разве это не замок лорда Крейда? — Тогда Файрлайта. — Я думал, там живут дети Зейира. — Ох, Рафи! Ты мне картину портишь. — Я реалист. — Давно ли? — усмехнулась Софа. — Почти месяц. Если серьёзно, то в Файрфорте ведь будет жить Верд, когда станет править. Фейлн собирался быть его советником, ну а я стану их вассалом. — Я ведь леди Файрфорта, мы с тобой можем остаться жить там, если ты не хочешь править какой-то территорией. — Править — не моё. Я не лидер. Я целитель. И не в моей компетенции решать судьбы людей. — Можно вопрос? — Конечно. — Твои родители знают, что ты просил меня помолвиться? — Ну… эм… они догадывались. — Ты им не говорил? — удивилась Софит. — Я резонно рассудил, что не хочу раньше времени выслушивать от папы и мамы: «Рафаил, ты с ума сошёл?! Где дочь правителя, и где мы! Она откажется, а если и нет, лорд Флейм не разрешит тебе на ней жениться! Давай не будем прыгать выше головы, лучше глянь, какая милая девушка продаёт цветы», поэтому решил сначала сделать, а потом говорить им. — Я думала, я им понравилась… — Ты и понравилась. Просто они явно не ожидали, что сынок влюбится в леди. — Ещё меньше они ожидают, что сынок станет лордом. Я обнял её и вздохнул, дыша в волосы. — Соф. — М? — Когда мы станем взрослыми и умными, и у меня будут усы, а у тебя морщинки, я буду водить тебя гулять по городу и говорить: «а помнишь…». — И мы будем степенно прохаживаться по улицам и провожать взглядом молодые пары, и вспоминать себя в двадцать лет. — И пить чай без сахара. — И есть перловку. — Ненавижу перловку. — А я — чай без сахара. Мы посмотрели друг дружке в глаза и улыбнулись. Софа погладила меня по щеке тёплыми пухленькими пальчиками. — Мы всегда-всегда будем вместе, правда? — Правда, любовь моя. И умрём в один день. — Нет, мы никогда не умрём. — Хорошо, мы никогда не умрём. Мы будем жить и жить.