Вечеринка в загородном доме

      Антон провёл всю ночь и утро в загородном доме. Сначала он убирал труп Ангелины. Расчленив её тело разложил по двум пакетам и оставил их в одном из углов подвала, а в паралельном — стулья и веревку. Они ему ещё пригодятся. После расчлененки, он выдраил весь подвал от крови, до идеального состояния. Затем, когда он закончил с подвалом, начал уборку в самом доме. Ведь скоро здесь будут гости и нужно, чтобы они пришли в чистый и уютный дом. Антон чувствовал себя странно. С одной стороны его преследовало умиротворение и спокойствие, но с другой… Появился страх. Было бы удивительно, если бы Шастун и дальше продолжал быть равнодушным к убийству девушки, но, так как это был его первый раз, когда он намеренно убил человека, тревожные мысли начали постепенно проявляться. Вдруг, кто-то узнает об этом? А если его посадят в тюрьму? Как ему находиться среди нормальных людей? Он же убил человека. В этой ситуации его никто не простит и не пожалеет. Он — убийца. У него проблемы с головой и психикой. Антон был окутан сильной ревностью, местью и он считал это нормальным поведением. Но нормально ли убивать? Нет. В его голове происходила невыносимая борьба. Одна сторона каялаясь, ему хотелось сбежать, другая же хвалила его и говорила о том, что он поступил совершенно нормально. Кто же победит? Здравый смысл или внутренний эгоист? Сам Антон мог лишь «наслаждаться» своим монологом в голове, дрожа от страха, боясь что-то ответить внутренним «Я».       Все утро Антон занимался уборкой и подготовкой, а закончил только днём. Приведя в порядок дом, он пристроил наконец свою пятую точку на диван, мгновенно вырубился и погрузился в длительный глубокий сон. Слишком много вещей произошло за этот день, ему нужен был отдых, в первую очередь, от самого себя. Ведь сон, это то место, где Антон не убегает от своих проблем и встречается со своими страхами лицом к лицу.       Наступил вечер. Антон проспал около семи часов и проснулся только под вечер. Голова была наполнена приятной пустотой. Как же ему хотелось, чтобы она была такой, всю жизнь, чтобы не было этих отвратительных мыслей, размышлений и раздумий. Все это будто забирало его энергию, благодаря чему он становился овощем на весь следующий день. Но в этот раз, ему повезло и сон помог освободить голову на достаточно долгое время. Шастун спокойно ходил по дому, разглядывая свой интерьер и любуясь чистотой, которую он навёл этим утром. — Ты хорошо потрудился, молодец! — сам себя не похвалишь — никто не похвалит. Ему нужно было снова, начать чувствать себя лучше всех, выше всех. Он не хотел прощаться со своей гордостью, которая спасала его все это время. Но правда ли она именно спасала его? Конечно же нет. Она все портила, начиная от его внутреннего состояния, заканчивая его жизнью. Но Шастун не видел этого. Он находился в розовых очках, которые не хотел снимать. Парень боялся ответственности за все свои действия, поэтому максимально успокаивал себя тем, что никто об этом не узнает и все будет хорошо.       Когда время близилось уже к ночи, Антон чуть не забыл написать ребятам о том, что он приглашает их к себе завтра. Быстро взяв телефон он зашёл в их общий чат, чтобы не писать каждому лично и написал приглашение.

Антон:

Ребят, всем привет. Надеюсь вы не спите. Я чего пишу то, хотел бы пригласить вас завтра к себе на вечеринку в загородный дом, отметить отработанную неделю, да и давно мы уже все вместе не собирались. Что думаете? По времени, думаю, часов в 5-6 вечера. Единственное что, принесите с собой какую нибудь еду на закуску, а с меня бухло. ;) 23:27.

Пироженка: 23:35. Оп-па, неожиданное приглашение, но я всеми руками и ногами за! Без б, будет тебе еда) Дима: 23:43. Я тоже не против! С едой что-нибудь придумаю. Арс♡ : 23:44. Хорошее предложение, я за. Без разницы, какую еду брать?

Антон:

Да без разницы, несите все, что хотите) Раз все согласны, жду вас завтра. Адрес все знаете?

Арс♡ : Да. Дима: Вроде да. Пироженка: Ага!       Антон вышел из чата и довольно улыбнулся. Все идёт по плану, как ему нужно было. Он уже с нетерпением ждал встречи со своими друзьями, чтобы посидеть вместе от души, как в старые добрые. Чтобы скоротать время, Антон решил лечь спать пораньше, чтобы завтра быть в хорошем настроении, бодрым, полным силы и энергии. Выпив таблетку Феназепама, Шастун решил далеко не ходить и поэтому лёг на диване. Он просторный, удобный и пригоден для сна. Взяв телефон в руки, он начал что-то делать в нём ожидая действия таблетки. Пролежав так около часа, он почувствовал желаемую сонливость, отложил телефон в сторону, закрыл глаза и начал погружаться в мир снов. Спустя пару минут его тело расслабилось, голова снова начала понемногу опустошаться, а сам Антон уже был в глубоком сне.       В это время Арсений, после неожиданного приглашения на вечеринку, очень сильно волновался, но в то же время радовался. Их отношения с Антоном за эту неделю улучшились, они больше разговаривали и хорошо взаимодействовали, без всякой неловкости и отвращения. Но несмотря на их прогресс в общении, он все ещё боялся рассказать Антону о измене, о его ужасном поступке и буквально предательстве. Ему лишь хотелось верить в то, что когда он осмелится поговорить с Антоном на эту тему, он воспримет это адекватно и постарается понять его. Главное - не врать. Рассказывать все, как было на самом деле. Попову было все ещё обидно за то, что Антон так и не позвал его поговорить ещё раз. Обидно за то, что Антон так и не извинился за свой отвратительный поступок. Но Арсений уже не так сильно злился, ведь понимал, что скорее всего не услышит от него извинений. Предложение Антона прийти к нему на вечеринку звучало для Арсения словно звоночек надежды. В конце концов он сможет отвлечься, хорошо выпить и отлично провести время со своими друзьями и Антоном. В этом же нет ничего плохого, если он поговорит с ним немного позже? На следующей неделе, например. Да. Арсений был полон энтузиазма, он уже представлял, как расскажет ему об этом, как они спокойно поговорят, Антон, возможно, извинится перед ним, как Арсений и они снова будут жить как раньше: встречать вместе закаты и рассветы, уверенно чувствовать себя на сцене, да и просто рядом друг с другом. Завтра Арсений сделает первый шаг, к еще большему улучшению их отношений, но уже наедине. Конечно, мечтать мужчина бесконечно не мог, было уже поздно, поэтому, чтобы быстрее встретить завтрашний день, он тоже, достаточно рано для себя, лёг спать. На удивление с хорошими и не надоедливыми мыслями, которые на протяжении всей недели преследовали его, и наконец мучения закончены. Но надолго ли?       День встречи ребят настал. В два часа дня Антон уже проснулся. Сладко потянувшись и немного размявшись, но находясь все ещё в сонном состоянии, он пошёл умываться. Времени до прихода ребят было полно, поэтому он делал все свои действия медленно и лениво. На водные процедуры у него ушло почти сорок минут, ведь его застала некоторая маленькая неприятность. К его сожалению, у него не оказалось зубной щётки, поэтому ему пришлось чистить зубы пальцем, что не особо нравилось Антону. Но даже это не испортило ему настроение. Большую часть времени он провёл в душе что-то напевая и немного пританцовывая.       После водных процедур Шастун пошёл заниматься напитками и потихоньку подготавливать стол. Он взял из мини-бара вишневую водку, сливочный ликёр, пиво и на всякий случай вино. К сожалению, стол выглядел не очень. Пусто. Очень не хватает какой-нибудь еды, одни напитки совершенно не заполняли пустоту стола, а только наоборот, словно расширяли её. Порывшись в холодильнике парень смог найти только половинку лимона, заплесневелый хлеб, чеснок и одну уже явно тухлую рыбу в морозильной камере. — М-да, не густо… — Встречать гостей с таким столом ему было немного неловко, даже несмотря на то, что ребята принесут с собой еды. Но вдруг в уже польностью больной голове Антона возникла идея. Безумная идея. Парень закрыл холодильник, достал из подставки для ножей парочку и стремительно направился в подвал.       Уже находясь в сыром небольшом помещении, которые уже начало понемногу пропитываться запахом гнили, он подошёл к пакетам с расчленённым трупом и начал вытаскивать оттуда нужные ему части тела. Шастуну хватит буквально двух её бёдер и нижней части живота для нужного количества мяса. Когда он разложил все части тела перед собой, то начал вырезать более жирные куски плоти с ног и живота. Да, он собирался приготовить её, отжарить в прямом смысле. Без всякой жалости и без каких-либо эмоций, он закончил с вырезкой мяса. Закинув остатки девушки обратно в пакет и взяв всё мясо, которое он вырезал, парень пошёл на выход. Убирать за собой кровь ему было лень, поэтому он оставил все как есть.       Уже находясь на кухне он пристально смотрел на плоть. Странное чувство в голове не покидало его. Осознаёт ли он, что сейчас собирается делать? Если так подумать, ситуация хуже уже точно не станет? Поэтому, будь что будет. Шастун принялся за готовку столь, специфического блюда. Как вообще готовить человечину? Какова она на вкус? И приносит ли мясо вред организму? Все-таки каннибализм очень странная вещь, отвратительная, пугающая. Только вот Антона это совершенно не пугало. Он готовил настолько спокойно и даже в какой-то мере профессионально, будто он каждый день ест и готовит человеческое мясо. Беспокоился он только за вкус и качество мяса, все-таки оно пролежало больше девяти часов в сырости и тени, мало ли что уже успело произойти за это время с трупом. Благо пахло оно пока что не тухлятиной, поэтому беспокойство Шастуна быстро развеялось.       Когда блюдо было полностью готово, он выложил куски мяса на большой тарелке, рядом разложил несколько долек лимона и пару кусочков чеснока. На самом деле, это и правда выглядело аппетитно и было максимально похоже на куриную грудку. Если бы Антон не знал, что это мясо человека, то никогда в жизни бы не поверил в это. Именно на это расчитывал Шаст, что его друзья не заметят подмены и странного вкуса. Тем более, никто даже и подумать не может, что это человеческое мясо. Поставив тарелку посередине стола, парень довольно улыбнулся. — Вот сейчас, выглядит отлично, ты молодец! — Не обошлось и без собственной похвалы за хорошо проделанную работу. Сейчас Антон и правда был похож на психически нездорового человека, да что уж… Он таким и являлся.       Время шло с невероятной скоростью, вроде бы Антон только недавно закончил готовить мясо, а на часах уже пол шестого. Это не могло не радовать юношу. Уже через небольшое количество времени около его ворот прозвучал короткий сигнал машины. Выйдя из дома Антон увидел автомобиль Димы. Шастун открыл ворота, чтобы Позов смог проехать. После чего он припарковался и заглушил мотор. Дима приехал с ребятами, поэтому все трое начали выползать из транспорта, а Антон с милой улыбкой стоял рядом. — Здарова, Антоха! — Выкрикнул Дима и заключил друга в недолгое рукопожатие. — Привет-привет. — Тоха-а! Привет! — Вылезая из авто, кричал Серёжа. — Привет, Антон. — Арсений мило улыбнулся Антону в ответ и после Димы пошел к нему в объятия. — Привет, Арсюх — Антон не отказался от объятий, поэтому с удовольствием обнял Арсения в ответ.       После приветствия ребята достали четыре пакета с разной едой и направились в дом к Шастуну, попутно разглядывая красивые окрестности около здания, сопровождая все это удивленным «Аханьем». Зайдя в дом, ребята почувствовали очень вкусный запах жареного мяса. — Как вкусно пахнет! Но ты же говорил, что у тебя нет еды — удивленно поинтересовался Серёжа. — Ааа, ну, оказывается есть, какое-то мясо в холодильнике нашел, решил, приготовить. — Какое-то мясо? А если оно умерло? — Не, срок годности нормальный был Серёжа в ответ лишь неловко хмыкнул, пожал плечами и вместе со всеми направился в главный зал.       Находясь уже в зале, парни начали выкладывать яства из пакетов: огурцы, помидоры, сыр, оливки с маслинами, чипсы различных вкусов, сухарики, в общем всё, что они нашли у себя дома. Антона очень удивило количество еды, которую они принесли. — Признавайтесь, вы ограбили магазин? — Вовсе нет. Ты попросил принести все, что мы захотим, и вот что из этого получилось. — Арсений указывал на полный стол еды, который, в прямом смысле, был заполнен до краёв. Особенно, на фоне всей этой разнообразной пищи, выделялось мясо.       Помещение заполнилось приятной, дружеской атмосферой. Все расселись по местам, куда кому было удобно. Ребята сразу находили темы для разговоров. Между ними была лишь тёплая и приятная аура. Все делились своими впечатлениями за обработанную неделю, уже охотно попивая алкогольные напитки и закусывая сочным мясом. — Ммм… Вкус немного странный и специфичный, надеюсь это не из-за того, что оно пропало, но все равно очень годно. — Первым попробовал Серёжа, прокоментировав блюдо Антона, а за ним уже и все остальные подтянулись. Мясо оказалось и вправду достаточно неплохим, не супер вкусным, потому что казалось, что это смесь свинины и курятины, но не так ужасно, как предполагал Шаст.       Все ребята снова собрались вместе, дружной компанией с приятными диалогами и шутками. Но никто из троих ребят даже не догадывались, что сейчас среди них находится убийца, что в подвале лежит труп, а едят они совершенно не мясо животного. Никто из них даже не подозревает, что вся эта идея с вечеринкой сделана не просто так. Но Шастун был актёром, и он отлично отыгрывал роль хорошего и послушного мальчика, который в жизни и мухи больше не обидит.       Взаимодействия Арсения и Антона, под действием алкоголя стали более откровенными. То Арсений погладит Шастуна по коленке, то приобнимет за плечо, делая маленькие намёки на то, что у них должно быть продолжение. Антон же в свою очередь, не отказывался от его настойчивости, хотя в душе ему было мерзко, ведь он осознавал и вспоминал поступок Арсения, и что он прикасался в интимном плане не только к нему. От этого парень немного приходил в бешенство, но переводил это все в шутку, чтобы не вызывать подозрения.       Дима, который к сожалению не мог сегодня выпивать из-за того, что он за рулём, в свою очередь замечал тонкие намёки от Арсения Антону и очень даже радовался, что сегодня, возможно, их отношения снова станут прежними. Серёжа, тем временем уже был бухой в дрова и вновь рассказывал очередной глупый анекдот, с которого он сам же потом и посмеётся до приятной боли в животе.       Время тянулось медленно, каждый хотел растянуть удовольствие, насладиться приятным вечером, но к сожалению, когда на часах уже близилось 11 вечера, Диме нужно было уходить, так как завтра у него были дела рано утром. — Ох, спасибо тебе, Шаст, что пригласил. Это было просто нечто, классно посидели. — А ты уже уходишь? — Да, завтра дел много, и я, пожалуй, вот этого с собой заберу, а то до дома не доберётся, а оставлять его тут тебе не хочу, лишние хлопоты, думаю, тебе ни к чему. — А, ну, хорошо, вас проводить? Или сами? — Сами. Серёнь, пойдём. — Он подошёл к Серёже и взял его за предплечье. — Я ни..куда не пойду! — Пьяно и лениво проговаривал букву за буквой Сережа, напрочь отказываясь куда-либо идти. — Матвиенко, блять! — Ла-адно. Дима взял его под руку, попращался с ребятами и направился к выходу. Уже на улице он еле-еле приволок Серёжу к машине, посадил его на переднее сидение рядом со своим, и они вместе направились в долгий путь до города.       Парни остались вдвоём. Атмосфера была дикой, неловкой и странной. Как только Арсений увидел, что Дима выехал за ворота, то накинулся на Шастуна, повалил его на диван, прижав его руки своими и ехидно улыбнулся. — Ты… чего это делаешь? — удивлённо спросил Шаст, явно не ожидая таких резких действий от мужчины. Хлопая своими зелёными глазами он вопросительно смотрел на него. — Я уже давно планировал это… Может, это будет лучше, чем второй разговор? — Арсений уже приготовился прильнуть к его сладкой коже на губах, как тот, немного отстранился. — Подожди-подожди, я не против, но… У меня есть в честь такого случая для тебя маленький сюрприз, давай я тебе его покажу, и потом мы продолжим? Как тебе предложение? — Антон не хотел останавливать Попова, но отвращение и ненависть к нему были сильнее. — Сюрприз? Звучит заманчиво, давай, только быстро. — Арсений высвободил его из своей хватки. — Отлично, можешь, пожалуйста, встать и закрыть глаза? — Без проблем. — Арсений встал и закрыл глаза, с нетерпением ожидая приятный сюрприз, в его голове было много всяческих вариантов, что бы это могло быть, но узнать наверняка он мог только от Антона. Шастнун быстро покинул зал, постоял несколько секунд в другой комнате, будто что-то действительно хотел принести, и медленно направился обратно к Арсению. Стоя рядом с ним, он пристально смотрел в его глаза. — Ну что? — А вот и сюрприз! — Антон резко поднял руку, вложил в неё всю силу и ударил мужчину по сонной артерии ребром кисти. Арсения, который ничего не успев понять, окутало сильное головокружение, его начало качать из стороны в сторону, а после он и вовсе, потерял сознание. — Арсюш, это было необходимо. — Антон с лёгкостью поднял тело Арсения и понёс его прямиком в подвал.

♬

      Одной рукой он держал Арсения, другой открывал дверь в подвал. Тускло. Сыро. Когда он занёс Арсения полностью, то неряшливо, без особой осторожности положил его на пол, а сам пошёл за стульями и верёвкой, которые стояли в противоположном углу подвала. Поставив стулья таким же образом, как и в прошлый раз, он сначала посадил Попова, крепко привязал, а сам, покинув подвал, пошёл подготавливать и брать все, что ему нужно было. Не зря же тут стоит маленький столик, хотя, казалось, что все, что приготовил Антон, для Арсения, просто не поместится на нём.       Сначала, по стандарту, он взял с кухни пару ножей и достал рыбу из холодильника. Быстро закинул все это в подвал и пошёл дальше. Путь его лежал на второй этаж в одну из комнат, в которой были все остальные необходимые вещи. Находясь уже в ней, он открыл одну из тумбочек, достал от туда ножницы, кляп, сигареты и зажигалку. Антону уже не терпелось начать все эти издёвки над Арсом. Испробовать все, что он только захочет. Он будет максимально сильно мучать его, чтобы тот понял свою вину и просил у него прощения на коленях.       Антон вернулся в импровизированную пыточную, разложил все красиво на столике и стал ждать пробуждения Арсения. Он медленно ходил от стены к стене, от угла к углу, представляя в голове разные образы Арсения после его пыток. Представлял его мольбу, крики о помощи. Все это заряжало его ещё больше. Но когда Арсений не приходил в себя уже достаточно долгое время, терпеть и ждать он уже не мог, поэтому подошёл к нему и дал смачную пощёчину, после которой Арсений резко дёрнул головой и постарался открыть глаза, что не особо выходило из-за малейших лучей света. — Я уже устал ждать, когда ты очнешься. — Антон сел на стул, облокотился локтем о колено и оперся головой о ладони. Попов не понимал, что с ним, почему его движения ограничены, и вообще, где он находится? Сказать что-то сейчас, для него было пыткой, голова гудит, звон в ушах, глаза слепит вроде тусклый свет, но глазные яблоки резало знатно.       — А..антон? — Хрипло и еле-еле проговорил Арсений.       — О! Память не отшибло, узнаёшь и помнишь меня, уже хорошо.       — Что происходит? Почему я н..е могу двигаться?       — Потому что ты связан, идиот. Сегодня ты будешь принимать наказания, за свои действия.       — Наказания? Антон… Ты же не собираешься… — От страха, который так и нарастал в груди Арсения, он смог полностью раскрыть глаза и оглядеться. Подвал. Антон, сидящий перед ним с безумной улыбкой на лице.       — Что такое? Страшно? Ты не переживай, все то, что я сегодня с тобой сделаю, ты заслужил. Поэтому, все мои действия обоснованы.       — Антон, ты совсем с ума сошёл? Ты понимаешь, что ты делаешь? Давай просто поговорим, я все смогу объяснить.       — Мне ни к чему твои объяснения, ты уже совершил то, что совершил и никакие извинения и оправдания тут тебе не помогут. И вообще, ты слишком много разговариваешь. Парень, так же сидя на стуле, протянул руку до столика и взял маленький ножик. Встал перед Мужчиной и наклонился к его лицу.       — Открой рот. Если будешь дёргаться и вырываться, сам себе хуже сделаешь и можешь остаться с одним глазом на всю жизнь. После этих слов, Арсению пришлось смириться с происходящим. Когда его рот был открыт, Антон одной рукой придерживал нижнюю челюсть Арсения, а другой засунул нож в его рот понемногу проводя лезвием по обеим внутренним частям щëк. Только стоило ему провести первую полоску на щеке, Попов уже во всю корчился и мычал от боли. Проделав две тонкие линии, он убрал нож и закрыл его рот. — Пей кровь и не смей выплевывать. — Антон внимательно следил за ним. Лицо мужчины было скукоженным, очень неприятное чувство на щеках, противный вкус во рту, и жидкость, которую ему нужно было глотать. Все это - цветочки, по сравнению с тем, что у Антона было дальше в планах. — Тебе не нравится вкус собственной крови? — А зачем ты заставляешь пить меня, мою же кровь? Какой в этом смысл? — Ты что, все ещё не понял? В моих действиях смысл лишь в том, чтобы наказать тебя, чтобы ты почувствовал всю боль, которую чувствовал я. — Ты вообще слышишь, что ты несёшь? У тебя явно появились проблемы с головой… и с психикой, давай я… — Да что ж ты все никак не умолкнешь то? Сам напросился. — Не дав Арсению закончить, Антон взял кляп и вставил его в рот Попову, чтобы прекратить его бесконечный поток слов. Арсений скривился ещё больше, Антон затянул его настолько сильно, что казалось, кожа на губах рвалась, а вкус крови смешивался с едким вкусом пластмассы. — Вкус дешевой пластмассы тебе тоже не по душе? Ну тогда я не знаю, что с тобой делать. Пока как-то скучно, тебе не кажется? — Знав, что ответа он не получит, Шаст немного усмехнулся. В его сторону летело лишь непонятное возмущеное мычание. На глазах Арсения уже проступали слезы. — Ладно, если ты будешь только мычать, будет не интересно. — Он снял с него ротовую пытку и откинул её в сторону. По краям губ Арсения уже виднелись маленькие ранки, которые были не менее неприятными. — Х..хочешь, давай поговорим? Пожалуйста. — Ну и о чем же нам разговаривать? Единственное мне на самом деле интересно… Почему ты так отвратительно поступил со мной? — Какой ответ тебя устроит? А то, как ты со мной поступил, тебя совсем не смущает? Хотя, бесполезно тебе сейчас что-то доказывать, ты же не можешь признать свою вину и поэтому ты продолжаешь винить всех окружающих тебя людей. — Арсений кипел изнутри, его настолько взбесила бестактность и неуважение Антона, что хотелось врезать ему по лицу, да с такой силой, чтобы он наконец опомнился. Но его крепко держали оковы в виде верёвок, которые уже натерли ему ссадины на руках и ногах, и каждое движение сопровождалось болью. — Я не могу понять, неужели тебя и правда, задела эта безобидная шутка, что после неё, ты сразу кинулся мне изменять? Тут уже проблема только в тебе. После такого, ты хочешь вернуться на сцену? — Я просто хочу вернуться в нормальную жизнь, а не терпеть твои ебаные выходки и капризы. — Ну что ж… По твоим словам, я понял одно, находиться в одной комнате с тобой невозможно. — Парень отошел от него к столику и начал рассматривать оставшиеся принадлежности. — Это мало похоже на комнату. На какой-то момент, в воздухе повисла тишина. Было слышно лишь тихое шипение Арсения от боли и тяжелое дыхание Антона, который по прежнему стоял около стола. Не имея представления, что можно было бы сделать следующим, он решил предоставить выбор Арсениию. Он повернулся к нему и спросил. — На хуй сесть или рыбку съесть? — Что за вопросы такие? — Значит, рыбка. — Антон развернул тухлую рыбу из целлофанового пакета и поднес к лицу Попова. — Оближи от хвоста до головы. У Арсения сразу же появился рвотный рефлекс, который он через силу смог сдержать. — Я же блевану. — Твоя проблема, мне это никак не помешает. — Он продолжал держать рыбу около его губ. Арсений, откашлявшись, открыл рот и дрожащим языком, провёл линию от хвоста до головы. Но на этом все не закончилось, Антон прислонил всю рыбу к его лицу и подержал её немного. Поняв по лицу Попова, что сейчас будет водопад, он кинул рыбу ему на колени и отпрыгнул на добрые два метра. Ну конечно. На такие действия Попов мог ответить только блевотней. Не сдержав рвотный рефлекс, он извергся на пол, успев повернуть голову, тем самым стараясь не запачкать себя. Рыба так и продолжала лежать у него на коленях и Арсений никак не мог её скинуть на пол. — Я лучше уберу её, а то заблюешь тут все на свете. — Антон взял рыбу с его ног и откинул в сторону к кляпу.       Арсений уже чувствовал себя отвратительно. Блевотина только ухудшила положение. Ранки начали щипать ещё больше и его шипение стало более частым, уже сопровождаясь вздохами.       — Знаешь, твои волосы… Я знаю, как ты дорожишь ими, и я был бы просто извергом, если бы что-то посмел с ними сделать.       — Шаст… Нет.       — Как же хорошо, что я изверг и могу делать с тобой все, что только захочу. — Парень уже полностью отсутствовал в нормальном мире, и обитал уже в своём, жестоком, безумном и ненормальном. Не медля, он схватил ножницы, подошёл за спину Арса и начал рукой поглаживать и перебирать его локоны. — Антон, блять! Остановись! Все, что угодно, но не трогай волосы! — Сейчас он начал паниковать. Волосы — это практически самое ценное на его теле. То, чем он очень дорожит и бережёт. И сейчас все его многолетние старания обрушатся в один момент. Но Шастуну было все равно, он просто брал и делал. Понемногу отстригая волосы Арсения, парень чувствовал себя удовлетворённым. Он чувствовал, как все больше и больше идей приходят к нему в голову. Лысым он Арсения делать не хотел, поэтому он лишь немного подпортил его красивую стрижку, отрезав некоторое количество локонов по всей голове. На этом моменте Арсений не выдержал и заплакал. Ему было настолько больно морально, что казалось, ещё немного, и он не выдержит. Но, Антон на удивление вовремя остановился. Он убрал ножницы на стол, мало ли, пригодятся. И снова сел перед Арсением. Увидев его слезы, Шаст был доволен. — Волосы не зубы, отрастут. — эгоистично сказал парень, смотря на злое и разочарованное лицо Арсения. — Ты ублюдок, как ты вообще… Блять. — Мужчина отвернул голову и умолк, оставляя после себя лишь мимолетные всхлипы, на которые Антон уже и не реагировал вовсе. — Ладно, пора показать тебе ещё один сюрприз, помнишь Ангелину? Услышав это имя, Арсений повернулся и обеспокоенно посмотрел на Антона. — Что? Откуда ты… знаешь, как её зовут? — Она мне сама сказала. И кстати, она сейчас вместе с нами. — Парень встал со стула, пошёл к углу где лежали пакеты с частями трупа, взял их и положил перед Арсением. — Что это? Пахнет отвратительно… — Уж точно не хуже рыбки, да? — игриво задал вопрос Шаст, уже вытаскивая голову трупа. — Сюрпри-из!!! На лице Арсения было написано, что он просто в ахуе. Перед ним, в руках Антона и правда была голова Ангелины, от этого он потерял дар речи и просто сидел с открытым ртом. Это шутка? Розыгрыш? Антон не мог. Нет. Это все неправда. Просто фальш. — Смотри, тут ещё есть ручки и ножки, жаль, конечно, что они сейчас все по отдельности, но так даже лучше, ведь так? — Антон с удовольствием смотрел на эмоции Арсения, на его удивление и шок. Но добить он решил его немного другим. Достав одну из ног, он показал место, где он срезал плоть. — Видишь, тут нет куска мяса? А теперь, вспомни, что ты ел, пару часов назад. От этой информации, холод прошёлся по всему телу. Мурашки. И новый рвотный рефлекс, который было уже невозможно сдержать. «Это все не правда. Я не верю. Он врёт. Но почему, почему так много совпадений. Антон, что же ты сделал с собой?»       Когда все, что было внутри Арсения, вышло наружу, он выдохнул. Его тело было полностью опустошенно. Говорить что-то, он не мог, да и не хотел, это было бесполезно. Делать что-то и пытаться сопротивляться, тоже. Безысходность, вот какое чувство пришло к нему. Полная беззащитность. — Вижу, ты сразу потускнел, словно из тебя выжали все соки, а ведь это только середина от всего того, что я подготовил. — Шастун отнёс пакеты обратно в угол и по пути назад, взял со столика сигарету, зажигалку и закурил. — Будешь? — обратился Антон к Попову. Но тот никак не отреагировал и просто сидел с опущенной головой и пустым взглядом. — Как хочешь. — Он стоял около него используя его как пепельницу, сбрасывая пепел на волосы и плечи. В конце, он потушил об его запястье сигарету, а окурок приказал съесть, поднеся его ко рту мужчины. Арсений, уже полностью измученный, просто взял его губами и начал жевать. —Ты даже не будешь сопротивляться? Конченый идиот. — Говоришь про меня, переводишь на себя. — Прожевав и проглотив окурок, холодно произнес мужчина. — Вот… скажи честно, ты хочешь убежать? — Он с интересом смотрел на реакцию Арсения. — Какая разница, если я не смогу этого сделать? — Он поднял голову на него и, смотря в его малахитовые безумные глаза, словно говорил ему «Продолжи уже и закончи все это поскорей». — И то верно. Антон, словно услышав взгляд Арсения, взял со стола нож побольше. — Пришло время, украсить тебя немного. Шастун приподнял футболку Арсения и начал выводить на его животе кровавые эскизы. Медленно и постепенно он поднимался выше, переходя на руки, ноги. Он рвал одежду, вырезал новые узоры, картины и различные надписи. Неравномерно распределял глубину надрезов. Где-то он лишь слегка проводил лезвием, а где-то резал настолько сильно, насколько мог, чтобы остались шрамы, на всю жизнь. Чтобы Арсений запомнил этот день навсегда. День, когда Антон стал для него преградой для дальнейшей нормальной жизни. Все время, пока Антон вырезал на его теле различные рисунки, полосы и тому подобное, ему просто хотелось умереть. Просто закончить все это безумие. Терпеть такое — невозможно. Жить после такого — невозможно. Его жизнь рухнула. Он и подумать не мог, что все будет именно так. Крики, возгласы и стоны издавал Арсений на протяжении всей этой «процедуры». Громко это ему не удавалось делать, голос охрип, сил не осталось вовсе.       Когда Антон уже был в районе ключиц, решил немного разбавить обстановку, если можно так сказать, и завёл диалог. — Тут очень душно, тебе не кажется? — Мне холодно. — Шепотом проговорил Попов уже держась из последних сил, чтобы не отключиться и не упасть в обморок. — Странно. Никакого ответа на это Антон не услышал. — Кстати, у нас с тобой два-два. Мы, получается, квиты. — Мм… Почему ты так уверен в этом? — хрипло промычал Арсений посмотрев на Антона уже практически чистыми глазами. — Потому что, так и есть и не делай вид, что не слышишь меня и мои слова. Я вижу, как ты хочешь в обморок упасть. Впереди ещё столько интересного, продолжай разговаривать со мной. — Разговаривать с тобой, невозможно. — После этих слов, Арсений закрыл глаза и вырубился. — Эй! Я же сказал не переставать разговаривать! — Он дал ему пару пощёчин, но реакции не было. — Арс? Ну давай, не придуривайся, открывай глазки. — Он поднял одно его веко, но реакции все так же никакой. Тогда Антон начал немного паниковать. — Попов, не смешно, открой глаза. — Но Арсений уже, теперь точно ничего не слышал. Все его тело, было залито кровью, одежда порвана. Он просто стал безжизненным, потрёпанным куском мяса. Когда Антон не услышал хриплого дыхания, не чувствовал биения сердца. В его голове все разрушилось. — Нет, Арс, я не хотел, это же… Ты же живой, да? — парень начал судорожно развязывать его, освобождать от оков в виде верёвок и стула. Сев на колени, он положил его перед собой на пол. И просто смотрел на него. На лице была истерика, в душе ураган, а в глазах пустота. — Я не хотел убивать тебя… Я просто, просто наказать хотел и все. Извини меня, прошу, прости. Я каюсь, каюсь перед тобой за то, что был таким идиотом. Знаю, ты никогда в жизни бы не смог простить меня, потому что такое не прощают, но я не мог по-другому понимаешь? Ты понимаешь меня? Я слишком эгоистичен для этого мира. Может, все так и должно было случиться? Я все равно люблю тебя, но встречаться с тобой, после смерти или в другой жизни я не буду, ты заслуживаешь лучшего. Я больше никогда тебя не потревожу. Твои руки стали, такими холодными. Навсегда.       Шастун захлебывался в собственных слезах, которые падали уже на бездушное и пустое тело. Он обнимал его, целовал губы, щеки и все, что только можно было, чтобы попрощаться с ним. Навсегда.       Арсений никогда в жизни бы не простил Антона, будь он живым, после всего этого хаоса, который он устроил. Арсений бы больше никогда не полюбил его так же сильно, как несколько лет назад. Арсений бы не хотел даже видеть его. Его смерть к лучшему. Его страдания закончены, как он и хотел. Уж лучше так, чем жить всю жизнь в страхе, с психическими расстройствами, травмами и тому подобными симптомами.       Антон по-прежнему держал в руке нож. Во время истерики он не выдержал. Он не смог бы прожить всю оставшуюся жизнь в одиночестве и в тюрьме. Единственный выход, пойти вслед за Арсением. Шастун, не жалея себя, делал надрез за надрезом на своём запястье. По горизонтали, по вертикали, как только можно было, превращая свои руки в фарш. В конце концов, когда он почувствовал, что конец близок, он взял холодную руку Арсения, лёг рядом с ним, закрыв глаза и ни о чем не думая. Его голова стала абсолютно пустой, навсегда, как он и мечтал, всю свою жизнь.       

«Темнота и холод, будут преследовать их, даже после смерти.»