всё испортил

— Ну я ему и говорю: «Илья, ты сосчитать до стольки не сможешь, сколько раз я тягал эту штангу», — он осекается, замечает, что Екатеринбург смотрит на свои злополучные бумаги, да он отвяжется от них когда-нибудь или нет? — ну, ту, сто килограммовую. Для пауэрлифтинга… — ему не интересно? Многозначительный взгляд, брошенный из-под смольных ресниц не достиг адресата. — И этот ублюдок говорит, что он такие на завтрак ест, и мол я вообще на спичку похож, чмошник несчастный. — Неловко как-то, будто в пустоту говоришь, обратят ли на него внимание сегодня? Неприятно — Я бы и 120, да даже 140 тягал бы, да. И не соревнуюсь я ни с кем, нафиг оно мне надо. Но Курган, сука такая, вечно напра — — Юра, — Костя резко прерывает Татищева, поднимаясь со своего кресла. Его высокая фигура мгновенно заполняет Юрино поле зрение, заставляя его поднять взгляд выше, чтобы глаза в глаза. Костя в деловом костюме, белая рубашка плотно прилегает к его шее и Юра задается секундным вопросом — “Ему не жмет?” — когда его глаза цепляются за эту невзрачную деталь. Екатеринбург зачем-то оттягивает ворот на манер “душно” и его друг смешно хмурится. Костя оставляет этот жест без внимания. Он устал, он хочет закончить рабочий день как можно скорее. — Я же говорил, что у меня впереди ещё одно совещание, можешь пожалуйста приберечь этот рассказ на сегодняшний вечер, если ты, конечно же, не против увидеться и посидеть где-нибудь. — От Кости не укрывается разочарование, мельком сверкнувшее в глазах Челябинска. *Мило* думает он, запоминая образ Юры, так желанно делящимся с ним своими новостями за день. Он обязательно послушает эту историю, которая по содержанию сильно походит на предыдущие, включающие неизменного героя, любимца публики да просто красавчика - Юру и такую же неизменно дуальную личность - Илью. Он обязательно послушает эту историю, но не сейчас. Сейчас его ждёт ещё одна встреча, которая, он надеется, будет завершающей на этой неделе. Пятничное собрание Уральского федерального округа подошло к концу часом ранее. Все кроме Юры поспешили ретироваться и, на самом деле, правильно сделали: кому хочется добровольно сидеть в кабинете административного центра в свой «уже почти, но еще не совсем» выходной? Юра же, что ж, он остался просто так. Он интересный, кажется будто жизнь за немногие 300 лет уже приелась и каждый день сулит ряд одних и тех же действий, встреч, эмоций даже. Однако каждый раз, когда Татищев появляется на пороге этого кабинета, с ним приходят и совершенно несуразные, откровенно абсурдные ситуации, в которых тот успел побывать с момента его прошлого визита в столицу Урала. Челябинск крушит, ломает систему. Костя не против. Ему даже нравится. Как жаль, что приходится его сейчас выгонять. — Аэээ, ладно. — Юра неловко встаёт, отводя взгляд в сторону выхода, почему-то избегая взгляда Уралова. Может он обиделся? Да нет, Юра бы не стал из-за такого… - Куда хочешь сходить? - интересуется Костя. “Наверняка в бар” думает про себя. Когда дело касается досуга, Челябинск удивительно быстро терял свою оригинальность. *Господи, какая разница Где, если ты все равно ни черта в итоге не вспомнишь. Хоть на свалке в Красноярске… хотя нет, постой, только не там* с.Татищев Ю. - Мне все равно куда, - ответил и даже не обернулся, точно обиделся. - Тогда в кино, - Костя садится обратно в кресло наблюдая за тем, как было собиравшийся выйти Челябинск застыл у открытой двери. Он вытянулся как по струнке, обернулся со странным чуть нахмуренным взглядом - наверное, его такое предложение обескуражило. Ну ничего, переживет. А Екатеринбург хоть полюбуется на такого сбитого с толку Юру. Никому не убудет. - Кино? - с вопросом больше похожим на предъяву выкинул Татищев. Его нижняя губа смешно выпятилась, такой своеобразный бука. - С чего это вдруг? - Он даже засмущался, ну разве не прелесть? Учитывая сколько раз они уже подобное проходили, неизменная реакция Юры: удивление, испуг, отрицание, смущение - всякий раз забавляет Костю. Будто его и не динамят несколько сотен лет. - Просто так… нужен повод? - он откидывается на спинку кресла, чувствуя, как атмосфера между ними покрывается тонким слоем льда, который того гляди треснет от малейшего прикосновения. - Ну, - Юра теряется под таким вопрошающим взглядом, хоть он и понимает, что Костя не всерьёз, но все же тушуется, - да нет, пофиг вообще-то. Только если ты платишь, - смешно добавляет он, разминая шею. Напрягся? - Ну, конечно, я, - Екатеринбург закатывает глаза, одаривая парня напротив снисходительной улыбкой. Заметив как тот было встрепенулся, почувствовав свою ненароком задетую гордость: «В смысле «конечно ты», я чо немощь какая-то за себя заплатить не могу», Костя спешно добавляет наклоняясь ближе к столу, - если ты за меня заплатишь, я буду думать, что ты за мной ухаживаешь. Должно было прозвучать убедительно. Для Юры. Повисла короткая пауза. Комната превратилась в тишину. Наливающийся яростью Юра, чересчур невинный взгляд из кресла напротив. - Пошёл нахуй. - Татищев вылетает со скоростью ветра, дверь хлопает не по детски, надо будет потом проверить петли. - Я тебя наберу, - кидают ему вслед.

***

- Ну, и? Ты что-то конкретное хотел посмотреть? Они стоят, запрокинув головы возле кассы, рассматривают афишу. Выбор, почему-то, как всегда скудный. Третьесортные русские комедии, парочка голливудских провалов, одна страшилка с сомнительным рейтингом на Кинопоиске… У Екатеринбурга не было планов на этот поход в кино, да и вообще он предпочитал смотреть фильмы дома, где никто тебе не мешает, чипсы под ухом не жуёт и не воняет шаурмой, тайно пронесенной в дальнем кармане рюкзака. Однако он давно искал возможность провести время с Юрой… Он косится на него, отмечая, заметные мешки под глазами и нездоровую худобу. Видимо у него была тяжелая неделя. Опять. Они редко проводят время вместе, к сожалению. Или к счастью? У Кости дел невпроворот, у Юры, как ни странно, тоже. Когда им удается выйти из злосчастного рутинного колеса, они предпочитают напиваться до потери памяти. На утро болеть, но чувствовать себя гораздо легче. Лучше болеть похмельем, чем политикой! Однако Екатеринбург скучает за Юрой, за их разговорами, за его необоснованной резкостью и нежностью одновременно. Он не эгоист, но он хочет, чтобы сегодняшний вечер был наполнен общением, ими. Не пьяными в дрова. Обычными, честными и… сложными. Юра сложный. Его не понять простому человеку. Да даже лучшему другу придётся попотеть, чтобы открыть этот ящик Пандоры. Костя на правах того самого лучшего друга может с уверенностью сказать, что в Юре все противоречит друг другу. Он знает его слишком давно, чтобы не заметить, что Челябинск ведет себя с ним по-другому. Как назвать это явление Уралов так и не придумал. Это не слабость и ни в коем случае не двуличие, это что-то хрупкое и доверительное. Что-то, что может видеть только Костя. И это радует. Юра улыбается и дурачится, он лезет в драку и срывается на всех, кто посмотрит на него не под «тем» углом. Он много курит, рассказывает анекдоты и, как ни странно, заставляет Костю смеяться. Он внимателен ко всем и ко всему, сам также любит внимание и делает комплименты, не раздумывая. Он много думает, находясь рядом с Костей, превращаясь в комок нервов, затягивающийся с каждым невысказанным словом всё туже и туже. Почему он выставляет себя простаком с посредственным складом ума? Почему ему не все равно на мнение остальных? Почему он одевается в чёрное и любит сладкое? Почему он не воспринимает критику? Почему он не воспринимает Костины чувства всерьез? Почему поч ему п очем у Сложно. Иногда даже для Кости. Сегодня хочется простого общения. Посмотреть кино, обсудить его, покушать в ресторане, выпить на квартире у Кости… Многого ли Он хочет? Нет. Считает ли так хоть кто-то кроме Кости? Нет Неплохой план на вечер, однако. Надо придерживаться. - Вообще-то нет, не хотел. Думал, на месте фильм выберем. - с опозданием отвечает Костя. - Выбирай… - все еще дуется из-за подкола сегодня днём. Он был весьма опасным, стоит признать. Однако Уралов и подумать не мог, что Юру подобное Так сильно заденет, что-то с ним не то и с самого начала, с первого взгляда на Татищева, Костя понял «что-то случилось». - Ну, я бы предложил ужастик. - он неопределенно махнул в сторону экрана с афишей. - Хотя у него рейтинг 8.2 на Кинопоиске. Очевидно там будет чего пугаться, наверное, не будем рисковать. - Костя быстро отворачивается от друга, нарочито заинтересованно разглядывая брошюры возле кассы. Все это, чтобы не выдать свою предательскую улыбку. Как бы то ни было, но Юра лёгок на подъем. И на слабо его берут только так. Не может он не попасться на крючок ведь так? И как по команде, где-то сбоку удивленный вперемешку с возмущением тон врывается в кинозальную идиллию (если так можно назвать снующие туда сюда без умолку болтающие парочки) - Чегооооо? Ты че боишься страшилок? Или - Юра замечает скверно подавленную ухмылку на лице друга, - или ты думаешь я боюсь? Эй, алло? - он возмущенно пытается развернуть Костю к себе, хватаясь за его плечо, но тот не двигается с места, пытаясь совладать со своими внутренними бесами и наконец перестать давить лыбу. - Детектив про ряд самоубийств выглядит эффектно, на фоне остальн- - На ту страшную хрень пойдём. - перебивает Татищев и заглядывает в глаза друга, ища признаки того, что с ним играются как с ребёнком. Костя смотрит уже спокойно, оценивает свою работу - вроде расслабился парень. - Ладно - кивает он, подходя к кассе и оплачивая билеты. Свои размышления по поводу странного поведения друга он решает оставить при себе. Возможно Костя просто устал, вот и видится ему это напряжение повисшее между ними. Скорее всего он просто себя накручивает - и не такое бывает после чересчур загруженной недели. - Хочешь что-нибудь из еды? - интересуется Костя, подходя к диванчику на котором устроился Челябинск в ожидании их сеанса. - Нет. - он залипает в телефоне - не дело. - Карамельный, да? - Не надо ничего, я же сказ… АЛЕ ГАРАЖ - кричит Юра удаляющейся в сторону стенда с попкорном спине. - Блин… Он не может ничего с собой поделать. Почему ему так неловко от всей этой ситуации?! Лучше бы они просто пошли в бар и напились… Было бы проще, чем сейчас, когда он каждую божью минуту думает о том, что Костя привел его на свидание. Кто его за язык тянул вообще. “я буду думать, что ты за мной ухаживаешь” - у него в голове всплывают недавние слова Кости. Если бы он знал, что творится с Юрой в последнее время, он бы никогда не осмелился сказать подобное. Сейчас же, расшатав донельзя психику Татищева, Костя обрек себя на его гнев. Юра не хочет давать ему ложных шансов и надежд. Но он уже согласился на кино, мать вашу! Как много это значит для Уралова? “Надеюсь, ему хватит мозгов, чтобы не надумать себе слишком много” - Юра ищет глазами знакомую фигуру, успел потерять в толпе. Смешно, что такой шкаф способен затеряться в принципе. “Надеюсь, что Костян просто хочет позависать вместе” - пряча неведомо откуда взявшийся румянец, Челябинск закрывает лицо руками, опираясь локтями в стол. Он пару раз делает глубокий вдох, замечая, что слышит стук сердца, почему-то так отчетливо раздавшийся в его ушах. Погрузившись в вековые думы Юра дёргается, когда перед его носом возникает стакан с попкорном. Свежий. Юра по обыкновению тянется за едой, предпочитая не дожидаться начала фильма, или хотя бы трейлеров перед ним. Хватает самый привлекательный кусок и закидывает в рот. Сладкий. - Спасибо, - оборачивается, чтобы увидеть как Екатеринбург с кем-то говорит по телефону. Он жестом ему показывает: «погоди», отворачивается, трёт переносицу. “Опять трудности с работой, пиздец, он как будто всегда при исполнении…” комментирует про себя Юра. Он знает, что Костю раздражают звонки вне рабочей недели, поэтому он зачастую, чтобы унять внутренних бесов, во время разговора занимает руки чем-нибудь: трёт лицо, щелкает пальцами, рушит прическу, периодически запуская в неё пятерню. Сейчас он не в настроении на рабочий трёп, от слова совсем, потому что: - Решай проблему самостоятельно. - Костя трет глаза в раздраженном жесте, косясь на Юру, сразу же отворачиваясь от него. - Меня не интересует как ты это сделаешь. В понедельник чтобы все было улажено. - он бросает трубку и убирает телефон в карман брюк, и разворачивается к Юре. Спокойный как удав. - Че там такое? Проблемы? - ему не хочется ощутить на собственной шкуре такого злого Костю, было бы разумнее не поднимать тему, да? Юра спросил просто для проформы, на самом деле. - Забей, - Екатеринбург обходит диван, чтобы приземлиться рядом с другом. - Как попкорн? - смотрит на него и чувствует, что тому… неловко? - Вкусный, спасибо. - Они будто выбрали неудачный день, Юре некомфортно находиться в людном тц, он реагирует на всё особенно остро, если его окружают сотни людей. Почему он так взвинчен сегодня? Он знает ответ. Если подумать, неделя выдалась нелёгкая. Работа, нескончаемые приступы, небольшой по времени, но ощутимый по последствиям запой(до сих пор отходит). Недавняя стычка с Красноярском отзывается болью в солнечном сплетении, сука, стал бить больнее. Юра морально выжат, глаз иногда подергивается, весь на взводе. Неудивительно, что он так странно себя ведёт. “Надеюсь отпустит” - думает он передергивая плечами. Лишь бы он не испортил весь вечер своими выкрутасами. - У тебя все в порядке? - уголок губ нервно дергается, когда он слышит адресованный себе вопрос. “Блять, ну почему ты такой …” - Да, все норм. А у те- - Нет, Юр, давай на чистоту. Что-то случилось? - “А если я не хочу на чистоту?” - возмущается про себя Татищев. - Ну, я устал просто. Вся неделя под откос пошла. Приступов было особенно много. Из-за них я не спал нормально. - он осекается. Понимает, что это было чересчур “честно”. - Ну как обычно в принципе, хаха. Вот. - кидает взгляд на Костю и: - Нормально все. Я же не первое столетие живу. - Ты пьешь таблетки? - Нет, Костян. Я тебе сто раз говорил, что таблетки эта параша последняя. Я не стану закидываться химией в надежде что это сможет выиграть мне пару десятков лет. Нет такого лекарства, котор- - Юра, - голос Кости пускает стаю мурашек по Юриной спине и он поспешно отворачивается, - пей таблетки. Я тебе их покупаю не для того, чтобы они пылились на полке, ладно? - Взгляд сверху вниз, достаточно усмиряющий и унизительный, и: - Ты понял? - Давай просто сменим тему, Боже. Почему ты всегда проезжаешь по этим таблеткам, у тебя- Юра замолкает, встречаясь взглядом с Костей. Блин, он не шутит с ним. А стоило бы. Юра уже все давно для себя решил, нет смысла в борьбе за свое здоровье. Как минимум - это будет невыгодно, как максимум - он сам не хочет ничего менять. Но Косте же не объяснишь, что тебе элементарно пофиг на себя. В его светлой головушке, наверное, даже поселиться подобная мысль не сможет, что Юра не печется о себе и своем будущем. - Если надо будет, я буду приезжать и насильно заталкивать в тебя эти таблетки, - он заглядывает в телефон, сверяясь со временем. Юра сидит ошарашенный его словами, смотрит из под ресниц как-то хмуро, но благодарно. Очаровательно. - кто-то же должен заботится о тебе. - Но - Вставай, скоро сеанс начнется. Фильм и вправду оказался достойным. Помимо оригинального сюжета, который изначально задавал настроение всем зрителям, режиссёрская работа была выполнена также на ура. Напряглись все. Даже Костя, который, на секундочку, такого «не боится». В фильме не было грязных приемчиков, которыми зачастую пользуются создатели: а-ля «сейчас выпрыгнет обычная бабка, но вы всё равно обосретесь, потому что это будет быстро и ОЧЕНЬ НЕОЖИДАННО». Скримеров не было. Был сюжет. Косте было не по себе. Кому-то было откровенно страшно. Уралов косится на соседнее место, где предположительно должен сидеть Юра. Тот максимально сполз вниз по сиденью, очевидно, пытаясь продемонстрировать чудеса своей гнущейся спины. Всем корпусом завалился вправо, отстраняясь от Кости. Рука в уставше-презрительном жесте покоится на лбу, но все здесь понимают, что она на низком старте - готовиться спасти хозяина от страшной картинки! Костя с интересом наблюдает за ним, краем уха улавливая накаляющуюся обстановку в фильме. Юра тяжело дышит, глаза прикипели в экрану, рот чуть приоткрыт. Свободная рука почти что насилует кофту, мнёт ее, выворачивает. Юра сглатывает, рука потихоньку перемещается со лба на один глаз, спасая лишь наполовину. “Неужели так страшно?” - думает про себя Костя, искренне наслаждающийся таким милым, напуганным до чертиков Юрой. “А если напугать его сейчас…” Кто-то протяжно воет в фильме, пара резких звуков ударяют в уши. Юра дёргается, делает огромный вдох и почему-то забывает сделать положенный выдох. Костя готов поклясться, что у него руки трясутся. “Трусишка”, Екатеринбург мягко улыбается, решая вернуть своё внимание фильму. “И зачем только настоял на ужастике, если иногда даже собственной тени пугается?” В целом, фильм произвел хорошее впечатление. Обычно походы в кино не заканчиваются успехом. Туда, как правило, ходят ради атмосферы.. Посмотреть фильм в удовольствие - большая редкость, но сегодня видимо исключение. Выйдя из кинозала, Костя принимается разминать затекшую шею - сиденья, конечно, не ахти. Интересно какого Юре, который весь сеанс просидел буквой зю? Оборачиваясь, Екатеринбург никак не ожидает увидеть «это». Юра весь лохматый, похожий на чертика, с помятой кофтой и красными глазами, растерянно озирается по сторонам. Наверное, настолько впечатлился фильмом, что попав в галдящий зал, схватил дезориентацию. - Впечатлился? - хмыкает Костя, хватая Челябинск за локоть и отодвигая с прохода - мешает людям выходить. - Ну, не сказать, что прямо впечатлился. Так. Ничего фильм, нормальный. - перед кем красавец рисуется? - Да, мне тоже показалось, что фильм был неплохим - улыбается Костя. Почему Юра такой смешной? - Пойдем поедим? - Да!!! - тут же оживает Татищев, припуская в сторону фуд-корта. - Ээээ, - не собирается же Юра… - Костян, пошли в мак! Картошку кушать! - оборачивается Челябинск, в предвкушении вкусных вредностей. Как-то неправильно он живет: курит, пьёт, ест фастфуд, играет в танки. Он спутал себя с подростком? Кто ему скажет? - Юра, - Костя догоняет его, останавливаясь возле стойки заказов. - Давай лучше поедим в нормальном месте. - Чувак, ты серьезно? - такое обращение режет слух, но Екатеринбург не подает виду. “Уж лучше Катя” - позорно думает про себя. - После кино картошка фри самое то! - не видя поддержки или хотя бы развивающегося белого флага, Юра добавляет. - С сырным соусом! И… комбо? - он буравит друга взглядом некоторое время, после чего раздраженно закатывает глаза, понимая, что пытаться переубедить Костю - как об стенку горох. - Ладно, куда ты хочешь? - В ресторан, здесь не далеко. - Купи мне картошку, иначе не пойду в твой ресторан, - смотрит в пол, - блин… - бурчит сконфуженно. Ну разве можно ему хоть в чём-то отказать?

***

- Ах, простите, у нас со своим нельзя, - милая хостес краснеет при виде Кости, опускает глаза в пол, теребит край пиджака. - Это не наше, - Юру бесит эта девчонка, он хочет есть, а его не пускают в ресторан. И ещё с неё того гляди лужа набежит: строит глазки Уралову, смущенно улыбается, взглядом прося прощения за то, что она вынуждена отказать в обслуживании. Юра не дурак, конечно, он все понимает. Костя красивый, высокий, носит свой костюм, в котором выглядит, как мокрая мечта девушек во всей округе. Тембр у него приятный, а взгляд строгий, поэтому, когда он улыбается, зачастую кажется, будто только ты был избран достойным купаться в лучах его красоты и величия. Вот и сейчас, Костя улыбается слегка сконфуженно, не сводя глаз с хостес и, кажется, атмосфера становится липкой, затягивая Юру в самый эпицентр этого большого недоразумения, которым он смел называть весь сегодняшний день. *Простите меня, пожалуйста, я бы с радостью вас обслужила, но таков регламент в нашем ресторане* - она мягко подкрадывается к Косте, оглаживает воротничок его рубашки, задевая и оттягивая его краешек пальцем, с явным намеком на- *Знаешь, проблему можно решить. Пусть твой друг со своей картошкой фри свалит ненадолго, а я тебя как следует обслужу, хм?* - ее руки поглаживают бока мужчины, она прижимается ближе, обдавая его лицо своим тёплым дыханием. Ее язык тянется к чужой шее, когда: - Как не ваше? - удивленно спрашивает хостес. Ответа не следует, Костя бросает взгляд на витающего в облаках Юру и ловит себя на мысли, что тот особенно странно себя ведет сегодня. - Юра, - он легонько встряхивает его за плечо. - Оставь это, пошли уже нормально поедим - кивает на зажатую в крепкой хватке, очевидно уже смятую в кашу «фри». Юра на автомате разжимает руку, вздергивая голову на чей-то голос из вне, осматривается по сторонам. “Какого хрена? О чем я блять только что думал?” - Че? - слегка резко переспрашивает он, явно прослушав все, что ему сказал Костя. - Выбрасывай, говорю. Иначе не пустят. - Татищев следует за взглядом друга и замечает полуживое нечто в своей руке. - Черта с два я это выкину, - он запихивает все жалкие остатки в рот и с неуместной агрессией начинает жевать, проходя в зал. - Теей пуйтят(Теперь пустят) - кидает он, не оборачиваясь. Костя провожает его взглядом, чувствуя несоизмеримый стыд. Он медленно поворачивается к милой хостес и неловко улыбается. Девушка читает во взгляде Уралова «Боль» и кивком приглашает его пройти за ней. Она сопровождает ребят до столика и желает им приятного вечера. Внутренняя отделка ресторана - это что-то среднее между фьюжн и модерном. Взрывная смесь, однако смотрится органично. Удобные кресла, цвета чёрного моря. Узорчатый пол, на который долго посмотри - в глазах зарябит. Приятный тёплый свет от массивных ламп, стоящих возле каждого столика, создает атмосферу уюта. Желание вернуться появляется. Это хорошо для бизнеса, отмечает Костя. Юра же игнорирует все детали интерьера, плюхаясь на свое место, заранее схватив меню с соседнего столика. Благо пустующего. Глаза Татищева быстро бегают по строчкам меню, сам он, как было замечено Костей, на взводе. Что-то случилось? Они пересекаются взглядами, Юра равнодушно возвращается к меню. Что-то случается? - Выбирай всё, что захочешь. Не стесняйся. - Екатеринбург тоже открывает меню, правда с конца. - Я и не стесняюсь, - ухмыляется Юра. Его улыбка сулит большой чек, очевидно. - Ты че там смотришь в конце? - он заинтересованно тянется через стол , чтобы посмотреть. - Алкоголь, - поясняет. - О, круто. Я не против выпить! Никогда не против… - Я знаю. Через пару минут к ним подходит официантка, Настя, судя по бейджику. Юра подмечает густой волос орехового цвета, яркие карие глаза, пухлые губы, слегка вздернутый нос. Его взгляд спускается ниже, оценивая бюст - приличный. Осиная талия, длинные модельные ноги. Куколка. Он возвращает своё внимание к лицу девушки, которая в свою очередь также оценивающе рассматривает…Костю. Кого еще, да? Юра хлопает меню по столу, не сумев сдержать свой внутренний порыв прекратить все эти флирты. Почему-то ему стало это не нравиться, да и замечать он стал подобное намного чаще. - Добрый вечер, - услужливо произносит Настя, - вы готовы сделать заказ? - ее глазки стреляют в сторону Уралова, понравился видимо. - Да, - тот кивает в сторону Юры, - говори, что будешь. Пока Челябинск делает заказ, Костя быстро определяется со своим. Официантка повторяет все позиции, обещает скоро вернуться и уходит, напоследок кидая обворожительную улыбку Екатеринбургу. Тот же в свою очередь будто не замечает такого количества женского внимания к своей персоне, смотрит на кого угодно, но не на нее. - Мда, уж. Если ты скажешь ей встать перед тобой на колени и молиться три дня и три ночи, она будет только рада. - С натянутой улыбкой выдаёт Юра, кивая в сторону уходящей официантки. Зачем вообще это ляпнул - богу одному известно. - Что? - не понимает Костя. - Я не понимаю. - Ты серьезно? - Татищев скептически поднимает бровь, замечая тяжелый процесс мыслительной деятельности напротив. Он серьезно? - Костян, хочешь сказать, что ты не замечаешь, как буквально каждая баба на нашем пути вешается тебе на шею? - да ну, он не настолько… - Вешается мне на шею? - глупо повторяет он, потирая подбородок указательным пальцем - привычный жест задумчивого Екатеринбурга, но как же он раздражает прямо сейчас. - Да, - у Юры в голове что-то взрывается, он сжимает руки на своих коленях. - ВЕ-ША-ЕТ-СЯ-ТЕ-БЕ НА ШЕ-Ю - саркастически по слогам. Они секунду другую смотрят друг на друга. Екатеринбург - хмуро, Юра - раздражительно. Костя тупой? Ведомый неизвестным порывом, Челябинск пускается в объяснения: - Они строят тебе глазки, виляют задницей, улыбаются так, будто ты - это самый желанный подарок. - К Юре никогда не было такого отношения. И Юре стыдно. - Ты их вечно игнорируешь, - разве Костя не должен быть в восторге от такого внимания? - разве тебе не приятно это? Когда тебя все вокруг хотят? Костя чувствует как напрягаются его желваки, как бы это комично ни звучало, но теперь ещё чуть-чуть и уже Он грозил взорваться. Вся эта ситуация попахивала откровенным сюром. И было бы, наверное, даже смешно, если бы не Юра и его до невозможного подозрительное поведение. Весь день как на иголках, он буквально наэлектризован и все пространство между ними готово порождать опасные вспышки энергии. Он хмурится, их взгляды сталкиваются в немой борьбе - но только за что? Никто не знает Костю лучше Юры. Он посвящён во все, в его чувства по отношению к нему тоже. Они тысячу раз поднимали эту тему, в пьяном бреду, в трезвых ссорах. Юра все прекрасно знает. Так почему он постоянно говорит с ним о девушках, об их притягательных формах. Почему он вечно спрашивает у Кости «Разве ты не смотришь туда, когда она проходит?» Почему он ведёт себя так, будто не в курсе всего, что чувствует Уралов. Он вечно затевает эту игру, очевидно, в ожидании Костиных смущенных ответов, его прячущихся влюблённых глаз. Да? Так было всегда, Юра их получал, хотел он того или нет. Сегодня Костя сыграет тоже. Сегодня они будут на равных, решает он разворачивая в своей душе мрачное полотно, на котором сегодня ему предстоит много рисовать. - Ох, я и вправду не заметил, - он поворачивается в ту сторону, куда ушла официантка, как бы «выглядывая» ее. Костя не силен в импровизации, но актер из него мог получится очень даже ничего. - Что мне следует сделать? - обращается он к Юре. - Что сделать? - Татищев недоуменно кладёт руки на стол, выпучив глаза. - Ну, - Костя формулирует мысль - стоит ли мне, попробовать? Я не умею во флирт, но надо же с чего-то начинать, да? Юра смотрит будто сквозь Костю, переваривает все, что только что ему сказали. И все равно не понимает. Уралов что… Он что? Хочет попробовать познакомиться с симпатичной девушкой, оказывающей ему внимание? И более того просит Юру помочь ему в этом? Казалось бы, Юрины молитвы были услышаны, но… Почему? - Нуууу, - он пытается быстро вытянуть себя из размышлений, боясь, что Костя заметит откровенное замешательство на его лице.(он уже заметил). - Так, - Юра оглядывается по сторонам, не в силах смотреть на Уралова, - когда она подойдёт, скажи ей что-нибудь. - как он очаровательно нервничает. - Комплимент ей сделай, про волосы или фигуру. - Хм, комплимент… - Костя актерски задумывается. Однако он и вправду думает, но не о девушке и о предстоящем комплименте, а о реакции Юры. Странной реакции. Будто он не ожидал такого. Интересно чего он ожидал. Не пытался ли он вылечить его больные чувства всё это время? Получай фашист гранату. Теперь Костя «здоров». Ну, на сегодняшний вечер, по крайней мере. И то, только для Юры… Настя выплывает из другого конца зала, все также, как сказал Юра, «виляя задом». В ее руках узнается бутылка воды. Она подходит ближе, и Юра заметно напрягается, стреляя взглядом в Костю. “Ну-с. Начнём” - Вы не будете против минеральной воды? - она мягко улыбается, невинно приподнимая аккуратные брови. Смотрит все так же - на Уралова. Тот в свою очередь поднимает оценивающий взгляд на девушку, скользит им сверху вниз и обратно, после чего приподнимает уголок губ и говорит: - Не будем. - смотрит ей прямо в глаза и она жеманно выдерживает его приторный взгляд, сочащийся интересом. Юре неловко наблюдать за этим - чувствует себя третьим лишним. Может ему уйти нафиг вообще? - Вы тоже не против? - Настя поворачивается к Челябинску и, О БОЖЕ, ей так посрать на него, что этот утрированный тон а-ля «ты здесь не кстати» мог бы рассмешить Юру. Но он лишь закатывает глаза и говорит: - Не против. Она вновь удаляется, оставляя на прощание мечтающий вздох Косте. Парни молчат некоторое время. Юра не уверен, что он хочет разговаривать о чём-то. Настроения и так не было, а теперь им и ближайшие дни не пахнут. Почему его это так выводит из себя? Костя может делать, что пожелает. Юра всегда пытался наставить друга на путь истинный, он всегда хотел, чтобы он нашёл кого-то, кто его полюбит. Юра всегда хотел, чтобы он перестал бегать за ним. Так ведь? Тогда в чем дело сейчас? Казалось бы, вот он наконец флиртует с девчонкой, секс в конце вечера ему гарантирован. Почему у Юры сжимается сердце? - Знаешь, я недавно говорил с Аней. Кажется, она хочет нас куда-то пригласить. - разрушает гнетущую тишину Екатеринбург. - Да? - запоздало отвечает Татищев, все еще чувствуя тяжесть в районе рёбер. - Да, - кивает Костя Они сидят в неловкой тишине с минуту, прежде чем её нарушает обреченный голос: - Юр- - Кстати, я же не закончил рассказ про качалку. - возвращается Челябинск. “Надо отвлечься, я не хочу думать обо всем этом”. - Точно, - Костя позволяет перебить себя, поднося бокал с водой к губам и делая глоток. Как-то от напряжения за их столом горло пересохло. Юра с напускной радостью повествует об их перепалке с Курганом, в которой была драка, слезная тирада о братской любви, и опять драка. Костя предсказал исход этой истории, он научился предсказывать Юру. Все об одном и том же. Кто-то толкнул его плечом - драка, кто-то не согласился с его мнением на особо острую тему - драка, Илья съел все в одну харю - драка, Красноярск - драка. Аня прошла мимо - глаза-сердечки, собрание федерального округа - нытьё Косте в телефон за вечер до, очередной приступ кашля - предательские слёзы от удушья и равнодушная улыбка после, две бутылки водки - много сомнительных поступков, две бутылки водки в компании Кости - всегда ошибка. Костя знает его как облупленного. Юра смотрит вправо, если врет. Влево - если врет. Если он смотрит хоть куда, но не тебе в глаза - он врет. Знай! Костя знает, казалось бы, все. Но то, что происходит сейчас… Он в замешательстве. Стоит ли продолжать подыгрывать Юре? Не лучше ли прекратить это всё сейчас? Настя приносит им бутылку вина, как раз под конец Юриной истории. Она разливает красную жидкость по бокалам, не позволяя робкой улыбке сойти со своего милого фарфорового личика. Ее грудь в опасной близости от Костиного лица. Он смотрит «туда», ухмыляется, думая про себя, что девушка не из робкого десятка, стоит отдать ей должное. Уралов отводит взгляд, ловя Юру, тот смотрит прямо на него. Что? Что за взгляд у тебя Юра? Не нравится? - Насть, - обращается к официантке Костя, - надеюсь вы не против, если я буду вас так называть? - девушка спешно мотает головой, радуясь такому вниманию. - Мы не это вино заказывали. - Уралов мягко наклоняет голову в сторону бутылки. - Как? - девушка растерянно смотрит на принесенное ею вино и стремительно бледнеет - Господи, прошу прощения. - она тянется за наполненным бокалом Екатеринбурга, когда тот останавливает ее руку, накрывая своей. Бог знает, как ему тяжело это дается, но все «ради» Юры. Это Его личное представление. - Не переживайте, - он улыбается, утешающе заглядывая ей в глаза. - Это вино тоже хорошее, мы выпьем- - Нет, нет. Прошу вас, не надо. Я сейчас же все поменяю - разволновавшись, девушка пытается все же забрать Костин бокал. Тогда он мягко, успокаивающе оглаживает ее кисть своим большим пальцем, привлекая ее внимание. Настю бросает в жар, ее лицо становится ярко розовым. Она смущенно вперяет взгляд в Уралова. Искра, буря, безумие. Где-то со стороны слышится нервный кашель. Настя слабо вынимает свою руку, краснея пуще прежнего. Костин мягкий взгляд въедается в ее память, она лепечет какие-то извинения и убегает в сторону кухни, видимо за их едой. Уралов провожает ее взглядом, пока та не скрывается за дверью. Он тянется за бокалом, обращая своё внимание на сидящего напротив Юру. «Ну как я?» Опять молчат. - Ты издеваешься? - В смысле? - В прямом. Вы может… ещё и… засосётесь прямо тут? - он наливает вино себе в бокал, так как Настя не потрудилась позаботиться и о нем тоже. - Ну зачем сразу здесь? - громкий хлопок, бутылка ударяется о стол. Юра ее поставил крайне агрессивно. - Давай не при мне, ладно? - он понимает, как жалко выглядит, но ничего не может с собой поделать. Уж лучше прирезать проблему на корню, чем весь вечер наблюдать воркование. - А что я сделал то? - Ты?! - было начал Татищев, прокручивая в голове Костин неотрывный взгляд на женских формах, его ласкающие касания на чужой руке. Ну это было чересчур, даже для Юры и, в особенности, для Кости. Будто он не флиртует, а совращает. - Не важно. - Юра отмахивается, присасываясь к бокалу. Еду им приносят спустя пару минут. Настя периодически появляется в поле зрения, обслуживая другие столики. Костя всё цепляет ее взглядом, она неизменно краснеет. Юра пытается вести беседу с Ураловым, пытается игнорировать все, что происходит у него перед глазами. Они поговорили о нынешних задачах их федерального округа, обсудили некоторые города и их поведение…посплетничали, получается. Костя рассказал о проблемных деловых партнёрах, которые держали его нервы натянутыми на протяжении всей недели. Если так подумать, то Юра абсолютно нормально реагирует на всю эту пошлость, которая то тут, то там всплывает с их разговором. Чуть стоит симпатичной официантке войти в поле зрения Екатеринбурга, он тут же отвлекается от беседы. Разве Юра не вправе злиться на то, что его обделяют вниманием? Тем более на то, что это делает тот, кто веками с него глаз не сводил! В конце концов, это он был приглашен на сегодняшний вечер, это он должен купаться во внимании. Это логично и весьма резонно. Разве так было не всегда? Он не хочет, чтобы у него забирали хрупкое ощущение важности и нужности. Он не хочет, чтобы у него забирали- На стол пилотирует Юрин десерт, да, он заказал еще и сладкое. Большой тёплый яблочный штрудель с шариком ванильного мороженного, щедро политым шоколадным топпингом - это основа, фундамент. Юра мог вообще ничего кроме этого не заказывать. Остальное так, пришлось на всякий случай. Он облизывается в предвкушении, хватает с немыслимой скоростью столовые приборы, держит их крепко - не дай бог ускользнут. Костя удивлён, что тот вообще руками на блюдо не набросился. Он аккуратно прикрывает рукой рот, пряча нежную улыбку. Наблюдает за Юрой, который с огромной жадностью уплетает десерт и в какой-то момент ловит себя на том, что тоже хочет попробовать - так Челябинск аппетитно его ест. Когда со всей едой покончено, когда бутылка опустела, когда Юра не думая ни о ком, даже о бедном неуравновешенном Косте, смачно рыгнул, Настя приходит их проведать. Она перебрасывается парой дежурных фраз с Костей по типу: «Наличными или картой», «Я приношу свои глубочайшие извинения за конфуз с вином!», «Вам все понравилось?», «Да, особенно Ваше обслуживание». «Что?» “Что?” Челябинск сверлит своего друга взглядом, ну почему он не может уже заткнуться? Кто его просит продолжать этот спектакль? Костя же притворяется? Он ведь притворяется??? Раскрасневшаяся Настя убегает за счетом. По возвращении она мягко кладёт его на стол. Костя открывает папку, бросает взгляд на чек, но он его совсем не интересует. Он вынимает тонкую салфетку из внутреннего кармашка, аккуратно ее разворачивая. На ней номер телефона и «заканчиваю в 2 ночи». Уралов улыбается, снаружи - победно, а внутри - устало. Что ж, достать номер оказалось легче, чем он думал. Салфетка отправляется в карман брюк, сопровождаемая нечитаемым взглядом напротив. Юра так ничего и не сказал. Выйдя из кафе, они направились не спешным шагом вдоль улицы. - Прости, я не на машине. Но сам понимаешь- - Классно ты склеил чику, - Юра будто не слышал, что к нему до этого обращались, - Быстро, точнее. Самый лёгкий одноразовый перепих! - совсем невпопад вставляет он. - Одноразовый? - уточняет Костя, наблюдая за идущим впереди другом, он выпил больше - чуть шатался. Чуть-чуть. И говорил какую-то брехню, Екатеринбург уверен, что трезвый Юра умер бы со стыда от подобных слов. Жаль он не знает, что Юре и с ударившем в голову вином безмерно стыдно. он просто не может заткнуться, к сожалению. - Ну, - задумался, - стоп! А какой еще? - Не знаю, не думал об этом… - “так сильно как ты” -0 продолжает про себя Костя. - Пхахаха - Татищев невесело смеется, поднимая голову вверх и смотря на небо. Он делает выдох и морозное облачко стремиться вверх. Ноябрьский воздух освежал. - Ну и правильно. Зачем тебе об этом думать. - он поворачивается к Екатеринбургу и широко улыбается, так, что сердце щемит. У обоих. - Знаешь, я бы хотел продолжить «банкет». - Костя ничего другого и не мог ожидать, пути разные, цель одна. - Да? У кого? - Как у кого? Мы же у тебя в городе, елки палки. - Челябинск останавливается, резко поворачиваясь к отстающему другу. - Или что? Не хочешь, чтобы кто-то занимал твою квартиру сегодня? - его глаза сощурены, дышит неровно, кидает какие-то предъявы. Юра с половины бутылки вина ещё не пьянел, надо будет отметить этот день красным в календаре. - Нет, почему? Ко мне так ко мне. - Он огибает Татищева продолжая отрезвительную прогулку, - Правда нам придется пройтись, ничего же? - Ничего.