Артефакт рода Долоховых

Долохов стоял в тени не большой пещерки и наблюдал за тем, как великий светлый волшебник идёт на свою предполагаемую смерть. Он тут же дал знак через специальный кулон Романовой и затаился. Ему нужно было лишь подождать, пока Дамблдор не пересечёт бушующий океан и не попадёт на остров. Долохова раздражало то, что старик вёл себя так, будто совершенно расслаблен, хотя в записке от Алекс было очень ясно сказано, что она сейчас медленно, но верно убивает его любовь. Антонин не знал всех планов девушки, не знал, что она собирается делать и как победит действительно сильного волшебника. И его это крайне волновало. За неделю в её поместье, они много говорили, соревновались в боевой магии, смеялись и шутили. В Алекс вновь проскальзывали те нотки беззаботности и счастья из воспоминаний. Из-за этого, Долохов просто был не в силах её покинуть. Он связался с Томом, сказал, что у него тут дело и всё в норме. На душе было неспокойно от этого, но он чувствовал, что если уедет от этой удивительной девушки, которая любит его всем сердцем так, что готова убить и умереть за него, то потеряет её навсегда. А он не хотел и не мог. Антонин лишь наслаждался её обществом и по ночам думал о том, как спасти Риддла от участи стать чудовищем. *** Альбус Дамблдор не спеша шёл по коридору известной ему тюрьмы. В единственную камеру, где находился человек. Сканирующие чары показали, что он там один, это навевало мысли, что угроза была пустой и кто-то просто за ним следил и пытался выведать местоположение знаменитого Нумергарда. Но хвоста за ним тоже не было, да и портал нельзя было заметить. Лишь на мгновение, на побережье, ему почудилось чужое присутствие, но если это и было действительностью, то этот человек уже знал о местоположении острова, а значит, в письме не лгал. Дверь со скрипом открылась, являя директору замученного, отрешенного Гриндевальда. Но что-то было не так. На краю сознания засела эта мысль и не давала расслабиться. — Альбус? — глаза заключённого на мгновение прояснились. — Геллерт, — кивнул Дамблдор, не теряя бдительности, — мне сказали, у тебя были гости? — Гости? — хриплый смех разнёсся по пустынным коридорам, — твоя рожа, дорогой — единственная отрада. Десендио. Директор не заметил, как из рукава заключённого выскочила палочка, лишь обрушившийся потолок. Не успел волшебник защититься от обломков, как в него уже полетела серия чар от уже поднявшегося заключённого. — Неужели не способен узнать своего бывшего любовника? — Геллерт рассмеялся и на глазах стал меняться. Одежда превращалась в подобие костюма аврора, лицо медленно приобретало женские черты. — Хитрый ход, — прокомментировал Дамблдор, быстро выстраивая защитные чары. — Видите ли, директор, у меня на вас и свой зуб есть, но на данный момент ничего лично. Вы, можно сказать — моя работа. Секо, Эванеско, Экспульсо. Альбус мгновенно отражал атаки, рассматривая девушку перед собой. Совсем молодая, но быстрая. Заклинания сильные и отточенные. А на лице ни единой эмоции. Глаза выдают опасность и силу. — Интересная у вас работа, девочка моя, — проговорил мужчина и пошёл в атаку. Пока лишь совсем безобидные заклинания — парализующие, обезоруживающие, отвлекающие внимания. Но и его мощь была видна. Палочка быстро летала в воздухе, с лёгкостью и игривостью отбивая и нападая. — Это можно считать за оскорбление. Какая ж я вам девочка? Ваша девочка? — Алекс усмехнулась и театрально поклонилась, уворачиваясь от жёлтого луча, — позвольте представится. Лукреция Лейн. Вы конечно великий светлый, но наверняка вам птички шептали про меня. Сбитая с ног девушка перекатилась по полу и в движении стала выводить какие-то странные знаки. Сначала из палочки вырвался мощный щит, напоминающий Патронус, а затем, будто бы ледяным ветром стали доноситься чёткие слова. Лейн всё время находилась в движении, будто танцуя. Перебивая серии заклинаний маленькими огненными ножами, вылетающих из левой руки. Директор ещё не сильно напрягался, но чувствовал, что сейчас будет что-то страшное. Попытавшись отвлечь от заклятия противницу, Альбус трансфигурировал обломки камней в псов и направил на девушку. — Mors sequitur in secuntur defectum. Cor paulatim coit, exsiliens pulsat. Horologium ticking, ruentes in, accipiens minutes, * — голос становился громче, растягиваясь, будто в песню. *Смерть идет по пятам, преследуют неудачи, медленно замирает сердце, пропуская удары. Часики тикают, спешат вперёд, забирая минуты. Собаки резво двинулись в сторону Лейн, повинуясь хозяину. Но даже, когда зубы впились в ноги, явно прокусывая кожу, девушка лишь остановилась, но не замолчала. Альбус в ужасе понял, что ни одно заклинание не может пробить щит вокруг противника. Даже Авада рассыпалась зелёными искрами. Ничто не могло преодолеть, кроме живого существа. Стараясь как можно быстрее пересечь с десяток метров между ними, директор ринулся вперёд. Собаки рвали кожу, не давая стоять, но девушка не замолкала, будто не замечая, что её ноги разрывают на куски. — Ego tolle quod tuum est fortitudo, ego animam tuam. Maledicam anima mea in aeternum. Ego privare vos in pace* *Забираю я силу твою, забираю жизнь. Проклинаю душу, лишаю покоя. На последних словах, Дамблдор понял, что не может пошевелиться. Он стоял прямо рядом с щитом девчонки, но был не в силах двинуться с места, с ужасом наблюдая, как вокруг него проступает ритуальный рунный круг. Лейн упала на колени, а псы остервенело принялись рвать плоть на её руках, спине, груди, пытаясь добраться до шеи. — Protector meus, et in tenebris, anima mea, est atrum, nigrum. *Темны мои помыслы, темна душа, черна словно ночь. На последнем слове всё будто замерло. Псы окаменели, словно приросли к жертве, а сама девушка содрогнулась и выгнулась дугой, заставляя собственную кровь из укусов литься с большей силой. Когда кровь достигла рунного круга, раздался громкий хлопок. Волна сильнейшей магии вырвалась из уже, казалось, мёртвого тела Лейн, разнося в крошку стены и потолок. Дамблдор закричал и упал на пол, содрогаясь всем телом, будто под действием пыточного. Ещё хлопок… И всё замерло, затихло. На верхнем этаже тюрьмы не осталось ничего. Лишь ровная площадка с обломками и два тела по середине. *** Увидев взрыв, Долохов наплевал на всё, снял чары и понёсся по лестницам и коридорам, на самый верх. Два тела. Чёрный круг с рунами. И зуд по всему телу от чернейшей магии, что он только встречал. Отмахнувшись от всех мыслей, Антонин склонился над Алекс, стискивая до скрипа зубы. Девушка лежала в луже крови. Ноги представляли собой месиво, видимо постарались разбросанные вокруг трупы собак. На спине, животе и груди также укусы. Но всвсе они затянулись чёрной дымкой, то ли защищая, то ли… Антонин не знал. Он замер, не понимая, что делать. Голова будто опустела, не подкидывая ни одной идеи. Только когда из носа Лейн потекла тоненькая струйка крови, волшебник, наконец, пришёл в себя и позвал эльфа, немедленно убираясь из пропитанного тьмой места вместе с девушкой. *** — Что с ней? — Лестрейнджу показалось, что друг действительно беспокоится. — Организм пропитан чёрной магией, она не даёт ядру восстановить тело. Поэтому, не смотря на то, что я восстановил почти все физические травмы, она не может проснуться. Долохов стиснул зубы, смотря на бледную девушку, лежащую на кровати. От укусов остались лишь шрамы. Отсутствующая плоть была снова выращена зельями и заклинаниями. Ричард был в этом профессионалом. — Что там произошло? Ходят слухи, что Дамблдор вернулся в Хогвартс будто постаревший ещё на двадцать лет. И заперся у себя. — Не знаю, — устало ответил Долохов, не в силах отвести взгляд от Алекс, — она ждала его в Нумергарде, где, оказывается, был заперт живой Гриндевальд. А потом магией снесло весь этаж. Осталось лишь два тела — она и директор. Я думал, они оба мертвы. — Такой уровень магии я не видел даже у Тома. Это явно был какой-то ритуал. Что же она сделала с Дамблдором? — Выполнила заказ. Она и сама знала, что в честной дуэли не победить. А отравить или застать врасплох старика не получится, — пожал плечами Антонин, думая, что не следует выдавать того, что видел в рунном кругу. — Почему ты остался с ней? Мы уже думали, что тебя убили или связали какими-то клятвами. — Как-нибудь расскажу, — мотнул головой Долохов, — но это дело моей семьи. Я пока не могу уйти. — Семьи? — удивился Ричард, пристально вглядываясь в лицо друга, — ладно, я передам Тому. Долохов подумал, что не следовало бы знать Риддлу о состоянии и об уровне магии Лейн, но сам бы справиться не смог. Лестрейндж был вынужденной мерой. — Гостю господина Долохова пора уходить, — вдруг появилась маленькая эльфийка. Ричард удивлённо посмотрел на существо. Никогда он ещё не видел, чтобы домовые так нагло разговаривали и почти отдавали приказы: — А как ты меня впустил в родовой особняк, Тони? — Понятия не имею, — пожал плечами Долохов, — но эта малышка тут явно заправляет, пока хозяйка не может. Пойдём, я тебя провожу до комнаты с порталом. Как только Антонин вернулся с телом Алекс, он тут же сказал эльфу, что нужен целитель. На это Тикки лишь фыркнула и провела его к специальной комнате, магия которой не давала понять, куда именно перенёс портал и не давала возможности вычислить место, или хотя бы увидеть его снаружи. Долохов и сам поражался тому, что эльфийка свободно говорила с людьми и даже командовала, но не смел ослушаться. Существо явно было преданно хозяйке. А Алекс в свою очередь доверяла Тикки. *** — Говоришь, старик жив? — Том напряжённо выслушивал своих сторонников, постукивая пальцами по столу. — Да, но постарел лет на пятьдесят. А также моей племяннице показалось, что от него больше не идёт сила, будто бы перед ней совершенно обычный волшебник, — доложил Адам Розье. — Что там с Лейн и Долоховым? — Где они обитают, не знаю. Но явно родовое поместье, — начал Ричард, — девчонка в плохом состоянии. Кстати, то, что ты видел — настоящая внешность, по всей видимости. От неё так и несёт чёрной магией. По настоящему чёрной. Из-за неё она без сознания уже неделю. Не может очнуться. Была в ужасном состоянии. Тони сказал, что её покусали собаки. Не знаю, почему она их не убила, но видимо было какое-то проклятие или ритуал, от которого не могла отвлечься. — Она спокойно стояла, пока её разрывали псы? — казалось на лице Тома проскользнуло удивление. — Выглядит именно так. — А что с Гриндевальдом? — Не знаю, в тюрьме его уже не было. Куда его дела девчонка никто не знает. Она не пускала Антонина дальше. Лишь описала его роль. — И что же он делал? — Доложил о появлении старика и поставил барьер, чтобы он не сбежал. — Меня напрягают его «дела семьи», — на этот раз Том был по-настоящему удивлён и задумчив, — Адам, ты нашёл связь между Лейн и Долоховыми? — Никакой. Возможно, Лукреция Лейн — не настоящее имя. — Тогда она не могла бы закрепить непреложный обет. — Если она его официально изменила, сделала это и на древе рода, то оно, фактически, считается её втором именем. Значит, можно заключать магические контракты под ним. — Крайне загадочная личность, — заключил молчавший до этого Малфой. — Дождёмся Долохова, — заключил Риддл. *** — Пришла, разрушила моё представление о мире, а теперь уходишь — Антонин усмехнулся, сам не зная почему, поглаживая по волосам бессознательную девушку. — Не собираюсь я умирать, — раздался слабый голос, от которого мужчина вздрогнул. — Твою мать, целый месяц ты только и доказывала обратное. — Наоборот. Месяц? Я провалялась месяц? — Романова попыталась сесть, но упала обратно, болезненно поморщившись. — Месяц я проторчал в твоём доме, слушая причитания и даже оскорбления твоего домового эльфа, — серьезно, но со смешинкой в глазах ответил Долохов. — Та-а-ак. Не надо мне на Тикки и остальных наговаривать. Без нее я бы уже сотню раз легла в могилу, — девушка фыркнула и всё же с трудом села, облокотившись на подставленные мужчиной подушки, — я чувствую чужую магию. Кто тут был? — Чувствуешь? Лестрейндж приходил три недели назад. — Этот дом — часть меня. Я ощущаю каждую пылинку, — Алекс мгновенно стала собранной, в глазах мелькнула опасность, — что здесь делал этот… Пожиратель? — Спасал твою шкуру. Я не силён в целительстве. Не волнуйся, твоя домоправительница в лице Тикки одобрила. Ты бы слышала, как она пищала, когда увидела вместо твоих ног одни кости с кусками мяса. — Чёртов Дамблдор, — застонала Лейн, — со своей чертовой трансфигурацией. — Не рассчитала? — Да я потратила три мощнейших артефакта, чтобы он не ушёл и меня не убил! Он не смог бы подойти. Но на эту мерзкую живность я не рассчитывала. К счастью боль я не могла чувствовать. — Что за ритуал ты провела? Старик жив. — Это не надолго, — уголок рта поднялся в презрительной усмешке, — а что ты уже доложил Риддлу? Я не хотела, чтобы он считал меня опасностью для своей власти. Но видимо, это неизбежно. — Скорее всего только то, что видел на тебе Ричард. Я сильно не распространялся. Так и чувствовал, что ты меня за это прихлопнешь. Но теперь Риддл копает в сторону твоей родственной связи с моей семьёй. — О как. Но ты не прав. Я бы тебя не убила, — серьёзно заявила Алекс, — зря, что-ли спасала? Я бы скорее заперла тебя в подвалах замка и постепенно показывала, во что превращается в твой дражайший друг. — Ты знаешь, что время твоего контракта истекло, почему и ты и Дамбодор живы? — перевёл тему Долохов. — Потому что старик мертв. — Это как? — Когда кто-то в последний раз заходил в его кабинет? — Наверняка учителя его видели на педсоветах. Они всё еще проходят. — Я забрала душу старика. Забрала его магию. Точнее она постепенно перетекала ко мне. Возможно я не умерла от переизбытка тьмы именно из-за этого. Сейчас от Альбуса осталась лишь оболочка. Он может говорить «доброе утро», кивать, есть, спать. Но никто не заметил сильных изменений в поведении, кроме того, что он всё время проводит у себя. Всё смахивают на болезнь. Но на деле. Личность Альбус Дамблдор мёртв. Мертва его магия. Поэтому считается, что я выполнила условие. Он больше не живет. Существует его тело. Но и оно скоро умрёт. Как только я ритуалом разрушу нашу связь. — То есть сейчас ты можешь конролировать его? — Антонин смотрел на Алекс с долей страха и уважения. — Если бы. Я просто являюсь его якорем. Моя магия заставляет его сердце биться. И да, Тони, — слишком ласковым голосом продолжила Лейн, — если о ритуале и о том, что я тебе сейчас сказала узнаёт хоть одна душа. Живая или мёртвая. То твоя не будет ни живой, ни мёртвой. Ты меня понял? *** Ещё месяц Долохов прожил у Романовой. Несмотря на то, что её сила и слова иногда пугали, ему нравилось её общество. Их дебаты по поводу политики, магии, общества. Их тренировки. Которые скорее были помощью Лейн привести организм в норму. Она пару дней только училась снова стоять на ногах, постоянно глотая зелья, которые приносила эльфийка. И вот, она снова смеялась. Тьма будто бы ушла, не давила больше грузом ни на неё, ни на него. Она снова стала прежней, даже больше напоминая девочку из воспоминаний. Но Антонин видел, что такой она была только с ним. Пару раз к ней приходили какие-то люди. И все участники таких собраний были явно под иллюзией или оборотным. Кто-то давал информацию о ситуации в мире. Долохов только удивлялся, сколько они знали о действиях Риддла. Неужели крыса? Кто-то приносил зелья. Кто-то приходил за легкими беседами, смысл которых от Антонина ускользал. — Это не просто разговоры. Это влиятельные и важные люди. Мы прощупываем почву. За речами собирая информацию, чем можем быть полезны друг для друга. Личные встречи необходимы. Я хочу знать об этих людях всё. Понимать их эмоции и маски. А также я связываю всех контактами о конфиденциальности. А еще Антонин не понимал, зачем Алекс открывает это всё ему. Она и сама не знала. Просто она поняла, что за собственными масками, личинами, подставными личностями… теряет себя. И ей нужен кто-то, кто будет рядом, чтобы не давать ей упасть в пропасть. Она слишком долго была одна, а видя человека, с которым разделила лучшее в своей жизни, которому всегда безоговорочно доверяла. Она просто не могла действовать по другому.