Сосед

Неделя у Алекса проходила не очень хорошо. Фактически, она была точно была плохой.   Оглядываясь назад, возможно, ему следовало остаться в Челси больше, чем на один вечер, после миссии в Канэри-Уорф. Вместо этого ни свет, ни заря, на следующее утро он сел в поезд обратно в Бристоль и снова погрузился учебу. Ему также настоятельно рекомендовали посещать лекции, организованные на каникулах для студентов, у которых были пропуски. Хотя, если учитывать работу в МИ-6, можно с уверенностью сказать, что его количество пропусков в этом году было относительно низким.      Замотавшись между миссиями МИ-6 и горой университетских заданий, он начал чувствовать выгорание.   Кофе по-прежнему оставался его близким другом, он продолжал его пить и злоупотреблять им.   Его уровень стресса уже был высоким… а потом его банковская карта перестала работать. Он быстро набрал в банк, где ему сообщили, что карта заблокирована из-за подозрения в мошенничестве. Он с трудом верил, что его билет на поезд, кофе из Starbucks и новая куртка действительно могут спровоцировать систему мошенничества, но вот он здесь.   Это были дни, печеных бобов, супов и всего остального, что завалялось в его шкафчиках. Мысль о том, чтобы на время попросить денег взаймы у друзей, была слишком неловкой, чтобы всерьез думать об этом.      К четвертому дню он начал чувствовать еще более потерянным, все еще не имея доступа к деньгам. Он потратил мелочь в своей сумке, чтобы купить в супермаркете жалкую буханку хлеба, но вряд ли ее хватит надолго…   Он уже несколько раз заходил в бристольское отделение своего банка, но «дополнительные меры безопасности», принятые на его счете, сделали невозможным снятие денег. Видимо, это то, что можно получить за обеспеченную шантажом работу на МИ-6.   Он решил, что если МИ-6 прикроет его спину, то это будет сделано за его же счет, причем в буквальном смысле.  Очередной звонок в банк подтвердил, что его новая карта была по ошибке отправлена ​​на его адрес в Челси, несмотря на то, что он просил отправить ее на адрес в Бристоле, и это уже не впечатлило.   Утром пятого дня он начал ломаться.   Он проснулся в холодном поту с беззвучным криком в горле. Он посмотрел вниз и увидел, что лежит в постели, и сделал несколько глубоких вдохов, вернуться в реальность, в то время как в тихой комнате неприятно звенел будильник его телефона.   Просто сон. Кошмар. Он схватил телефон и со вздохом выключил будильник.   Он вернулся в шахту лифта в Канэри-Уорф, когда лифт поднимался вверх, грозя раздавить его. Лестница никогда не заканчивалась, и его безумное восхождение прекратилось только тогда, когда его нога споткнулась на следующей ступеньке. Он падал спиной, вниз и вниз по шахте лифта, пока она не привела в открытый океан. И, боже, океан.   К счастью, этот кошмар длился недолго, так как при ударе в воду его разбудил шум будильника.   Ему уже несколько месяцев не снились кошмары о море, и он надеялся, что они не вернутся. Эта миссия прошлым летом… запомнилась ему сильнее, чем хотелось бы.   Он передумал, нет, у него не была плохая неделя. Честно говоря, у него была дерьмовая неделя.   Как только он получит новую банковскую карту, он создаст резервный счет, чтобы такого больше никогда не повторилось.  

Алекс (07:12): Хей. Приходили ли ко мне какие-нибудь письма?

Яссен (07:32): Нет, никаких. Все в порядке?

Алекс (07:34): Банковскую карту аннулировали несколько дней назад, и новую отправили на дом вместо Бристоля.

Яссен (07:36): Я отправлю, когда она прибудет.

Алекс (07:37): Спасибо.

Яссен (07:38): Кроме этого, все в порядке?

Алекс (07:40): Конечно.

Алекс со вздохом положил телефон в сумку. Карточки по-прежнему не было, а это означало, что остается только смириться с еще большим количеством бобов на тосте. Он ненавидел быть резким с Яссеном, но последнее, что мужчине, вероятно, было нужно, это стоны Алекса из-за таких незначительных вещей. Как например невозможность позволить себе еду.   Кроме того, его неделя не может стать еще хуже.   Ну блядь.   Неужели он только что сглазил? Он просто, блядь, сглазил сам себя, не так ли...   И с этой последней чертовой мыслью он схватил куртку и рюкзак и приготовился покинуть свою комнату, готовый провести удивительно долгий день на лекциях натощак.   Ему потребовалась вся энергия, чтобы сдержать желание хлопнуть дверью спальни. Возможно, он злится на мир, а теперь и на себя, но он не собирался быть засранцем для своих соседей, которые, вероятно, спали.  

***

  Прошло 10 минут, и автобус сломался по дороге в универ из-за того, что, конечно-блядь- он-должен-был.   Пытаясь, пытаясь мыслить позитивно, он думает, что прогулка пойдет ему на пользу. Немного упражнений, чтобы избавиться от разочарований, и немного свежего воздуха, чтобы очистить разум. На улице немного сыро, но легкий туман дождя был терпимым, и, как он с трудом убеждал себя, освежал.   Он был почти там. Черт, он даже мог видеть университетские здания с того места, где шел по тротуару.   Бегунья и ее собака быстро приближались с противоположной стороны, но Алекс не обращал на это внимания, а просто был доволен тем, что наконец-то смог добраться до занятий и, возможно, даже прийти вовремя.   Затем в быстрой последовательности произошло 3 события.   Во-первых, собака отклонилась от девушки, что, во-вторых, привело к тому, что поводок зацепился за ноги Алекса, когда тот пытался пробежать мимо. В-третьих, и к сожалению, это означало, что перед Алексом возникла подножка.   Неуклюжим прыжком и некоторым спотыканием ему почти удается удержаться на ногах, но он в замедленной съемке наблюдает, как телефон выпадает из его руки.   Раздается удар о бетон, более тихий, чем должен был быть.   Владелица собаки кричит извинения, но удаляется, продолжая бежать по улице.   Алекс просто смотрит на свой телефон, лежащий на полу, который теперь демонстрирует новую функцию — растрескавшийся экран. Он смотрит и смотрит, не пытаясь поднять его. Может быть, если он будет смотреть достаточно долго, он проснется, и все это будет каким-то нелепым сном.   Опустив плечи, он наклоняется и берет телефон. По крайней мере, экран все еще светился и показывал уведомления. Но он не распознавал ни одного касания Алекса, а это означало, что он ничего не мог сделать со своим телефоном. Даже разблокировать.   Он увидел, что Яссен отправил еще одно сообщение, снова спрашивая, как он, но теперь ему придется остаться без ответа. И Алекс теперь будет выглядеть игнорирущим его придурком.   Без денег. Без телефона. И теперь он определенно опоздает на занятие.   Он заебался от этого дня, а еще не было даже восьми-блядь-утра.  

***

  Алекс вошел в лекционный зал и сразу почувствовал себя неловко, встретив взгляды более пятидесяти студентов. Он вздохнул с облегчением, когда увидел, что Ник машет рукой, чтобы привлечь его внимание. По крайней мере, он знал здесь хоть одного человека.   Сев, он почувствовал, как Ник бросил на него обеспокоенный взгляд, но проигнорировал его и достал свой блокнот.   Он уже чувствовал себя потерянным без денег, но теперь и телефон? Это было несправедливо.   Он хотел откинуться на сиденье и просто немного пожалеть себя.   Следующие два часа время тянулось невероятно медленно, и он обнаружил, что безжизненно смотрит на доску лекционного зала, изо всех сил пытаясь усвоить хоть какой-то материал. Единственное, что он узнал сегодня, это то, что его гнев мог сохраняться долгое время, все еще кипел в нем даже через два часа.   Лектор прекращает говорить, когда дверь в зал открывается, и входит администратор, с которой Алекс уже разговаривал сегодня. Она направляется к лектору с листком бумаги в руке.   Взгляд Алекса снова лениво возвращается к часам. Было едва больше 10 утра. Еще осталось семь ебанных часов. Мысль о том, чтобы просто уйти и залезть обратно в постель, была соблазнительной. Ему следовало сегодня просто остаться дома, к черту посещаемость. Он явно не собирался учиться.   — Мистер Райдер? — Позвал его голос. Он поднимает взгляд на лектора в передней части зала, осматривающую студентов. — Здесь есть мистер Алекс Райдер?   Алексу вдруг стало не по себе. — Да? — Сказал он, слегка приподняв руку, показывая, где он находится.   Она посмотрела на него, а затем снова на записку в своей руке. — На стойке регистрации сказали, что твой папа пришел забрать тебя.   Алекс замер. Его взгляд сузился только до преподавателя и до бумаги в ее руке. В голове только белый шум   Его сердце забилось быстрее, он смотрел на нее, широко раскрыв глаза и, откровенно говоря, чувствуя себя нехорошо.   Затем посмотрел на Ника, который, возможно, выглядел немного обеспокоенным — в конце концов, он знал семейные обстоятельства Алекса. То, что их не было.   Зачем кому-то говорить, что он его отец? Что за чушь. Это какой-то пиздец.   Затем внезапно возникает вопрос, кто мог сделать что-то подобное, и у него срывает крышу от гнева, потому что, как блядь они смеют.   МИ-6.   Теперь он очень зол и, честно говоря, немного встревожен тем, насколько сильно его тело дрожит от гнева.     Должно быть, это МИ-6. Никто другой творил бы такой пиздец. Его челюсти крепко сжаты, когда он хватает свою сумку, он не замечает, что Ник обеспокоенно смотрит на него. Алекс подавлен, разъярен и готов высказать им свое мнение.   Возможно, сегодня он наконец-то покажет Алану Бланту средний палец.  

***

Он быстро шел по парковке университета, со сжатыми кулаками и глазами, азгляд которых метал молнии.   О, задание, хорошо. Он собирается устроить им ебаный разнос. Его шаги отчетливо разносились по улице, на лужи он внимания не обращал. Возможно, он не был бы так зол, если бы весь мир не заебал его сегодня, но сейчас это довело его до крайности.   Он посмотрел на небо. Что ж, сглаз сработал. Он думал, что этот день не может стать хуже, и вот, посмотрите, каким глупым он был.   И да, вот черная «Ауди» на полосе посадки/высадки. Вот только это не обычная модель.   Он смотрит на номерной знак и хмурится. Стоп… он знает эту машину…   Это была ни разу не МИ-6. Это был Яссен. Какого хера.   Все еще полный ярости, он направляется к водительской двери, а не к пассажирской. Он резко открывает ее, не в силах сдержать гнев, который он чувствовал от того, насколько хуево все это было.   —Мой папа?? — воскликнул Алекс, глядя на сидевшего на водительском сиденье Яссена, который встревоженно посмотрел на него. — Ты конченный, ты знаешь это?   Алекс собирается хлопнуть дверью, кипя от ярости, но рука Яссена быстро останавливает ее.   Алекс немедленно разворачивается и уходит, не обращая внимания на то, как Яссен возится с ремнем безопасности, чтобы выбраться из машины.   Вместо этого Алекс сердито выдыхает, едва соображая, в каком направлении идти. Он едва может дышать от эмоционального потрясения, которое испытывает его тело. Он злится. И, если честно, слегка задет. Он также испытывает небольшое облегчение от того, что это не МИ-6. Вспыхивает так много противоречивых эмоций, что он полностью подавлен ими, в его мозгу происходит короткое замыкание.     Прогноз показывал, что дождя не будет, но в этот момент гроза бушевала в полную силу.   К черту все это, он возвращается в постель. Место, которое он не должен был покидать этим утром.   — Алекс, подожди. —Сказал голос позади него. Алекс не останавливается, даже не замедляет ход. «Как ты мог это сделать», крутилось в его голове. — Что произошло? — спросил Яссен, когда догнал его.   — Ты мне скажи! — вырвалось у Алекса, после чего тот остановился, повернулся к Яссену сверкая темными глазами, и взмахнул руками. «Ты сказал им, что мой отец здесь, чтобы забрать меня. —  Голос Алекса был полон яростного гнева, сердце колотилось.   Яссен, к удивлению Алекса, стал выглядеть немного испуганным и поднял руки вверх. — Алекс… — начал он медленно. — Я только сказал администратору, чтобы тебя позвали на выход. Я не говорил им, что я родитель, не говоря уж о том, что твой — Он останавливается, не говоря этого слова, чтобы не спровоцировать еще одну волну ярости. — Они, должно быть, предположили, из-за разницы в возрасте.   Возмущение Алекса стихает от слов Яссена. Недопонимание. Адреналин все еще струится по его венам, ведь он думал, что это была МИ-6, и он все еще чувствует себя очень раздражительным.   — Ты понимаешь, что можешь просто написать мне? Я не в плену на занятиях. — сказал Алекс, скрестив руки на груди и глядя в другую сторону, крепко сжав челюсти и продолжая ощущать стук сердца.   — Мне жаль. — сказал Яссен. — Я… — Он замолкает, не зная, как продолжать, и чувствуя себя немного не в своей тарелке. — После твоих сообщений сегодня утром я подумал, что тебе не помешает «побег из тюрьмы».   Алекс снова посмотрел на Яссена, который смотрел на него только с чистым беспокойством. Гнев Алекса постепенно совсем утих.   Он пытался успокоить себя тем, что это не МИ-6. Никакой миссии нет. Даже слово «папа» было ошибкой университета.   А потом внезапно на накатило чувство вины. Намерения Яссена оказались откровенно добрыми, а Алекс…   Алекс зажмурился и прижал ладони к глазам. Он был голоден. Он был уставшим. Он был в стрессе. И сейчас он только что кричал на Яссена, хотя даже не имел на это оснований. Ему хотелось плакать. Ему действительно хотелось плакать. Неделя победила. Он окончательно сломлен. Она мог бы взять его тело и избавиться от него прямо сейчас.   — Прости, — прохрипел Алекс, массирую глаза руками, совершенно удрученный и побежденный. — Это была та еще… неделя.   Яссен внимательно изучал Алекса, рассматривая бледную кожу и слегка трясущиеся руки.   Затем он провел длинное мгновение, обдумывая следующее действие, прежде чем сделал осторожный шаг вперед и нежно, очень нежно обнял Алекса. Он почувствовал, как мальчик напрягся под его руками, но с места не сдвинулся.   Яссен ожидал и боялся, что Алекс отстранится от контакта, все еще находясь на взводе. Но вместо этого он был слегка удивлен, когда почувствовал, как голова Алекса с дрожащим вздохом упала ему на плечо. Яссен машинально притянул его ближе и мягко положил руку на заднюю часть шеи, медленно и успокаивающе проведя по коже большим пальцем   Тон сообщений Алекса этим утром предупредил его, что, скорее всего, у него была тяжелая неделя. Яссен просто не ожидал, что все будет настолько плохо.   — Прости меня. Мне не следовало кричать. — Пробормотал Алекс ему в плечо, прежде чем прислониться к мужчине. Яссен прижал его немного крепче, для того, чтобы показать, что все хорошо.   — Ты в порядке. Просто дыши. — Яссен пробормотал это рядом с его ухом, продолжая поглаживать шею Алекса неторопливыми ритмичными движениями. Он почувствовал, как Алекс глубоко вздохнул и медленно, судорожно выдохнул.   Дождь начал усиливаться, и он чувствовал, как затылок Алекса начинает намокать и холодеть.   — Давай пошли. Я не хочу, чтобы ты заболел. — сказал Яссен, акцент которого стал немного сильнее, когда он неохотно отошел от прижавшегося к нему теплого тела.   Однако он держал руку за спиной Алекса всю дорогу до машины.  

***

Алекс бросил свой рюкзак в пространство для ног со стороны пассажира и сел в машину Яссена. Сделав еще несколько глубоких вдохов, он провел рукой по лицу и откинулся на спинку сиденья, медленно успокаиваясь.   Он чувствует, как машина оживает, когда Яссен запускает двигатель и регулирует ручки управления, направляя теплый воздух в сторону Алекса. Он также ощущает, как включается подогрев сидений, и инстинктивно кладет руки на кожу.   И только когда они проехали достаточно много и сердцебиение Алекса значительно замедлилось, он посмотрел на Яссена.   — Подожди, куда ты меня ведешь? — сказал Алекс, нахмурив брови. Судя по тому, как проходил его день, кто знал, куда Яссен вез его. Алекс почти надеялся, что мужчина просто отвезет его обратно в квартиру, чтобы он мог снова заснуть.   — Тебе не кажется, что об этом надо было спросить, до того, как сесть в машину? Яссен легкомысленно пошутил. Алекс нахмурился, понимая, что этот человек был прав. Алекс был удивлен доверием, которое незаметно возникло между ними за последние несколько месяцев.   Алекс ждал, пока Яссен продолжит, но он этого не сделал.   — Да ладно, ты должен мне рассказать. В противном случае это твое второе похищение, Яссен. — Мужчина тихо рассмеялся. Машина замедляется и останавливается на красном светофоре, и именно тогда Яссен тянется к бардачку, при этом задевая тыльной стороной руки колено Алекса.   Яссен оставляет его открытым и возвращает руку на руль к вождению, когда загорается зеленый свет. Алекс хмурится и смотрит вниз.   В перчаточном ящике лежат сладости и холодная банка колы, которая из-за конденсата банка стала влажной снаружи.   Алекс удивляется снова, когда понимает, что сладости — это «Swedish Fish». Он долго смотрит на Яссена, изучая его профиль сбоку. Что-то подсказывало ему, что Яссен не случайно купил ему его любимые сладости. Это означало, что мужчина принял к сведению и запомнил, когда он ел их в Канэри-Уорф. Тепло наполнило его целиком. Он сделал еще один глубокий вдох, меняя настроение.   — Если подумать, — начал Алекс, — я не так сильно возражаю против похищения. — Сказал он, и легкая улыбка появилась на его лице, когда он открыл кока-колу. Он снова посмотрел на Яссена. — Хотя ты очень похож на похитителя детей. Заманиваешь меня конфетами.   — Ты не ребенок. Совсем не похож. — Сказал Яссен, коротко оглядевшись. — Но я думаю, что это многое говорит о твоих привычках в еде. Алекс надулся, но на его лице явно расцвела глупая улыбка. В груди у него стало легче, и настроение постепенно улучшалось. Он еще раз взглянул на Яссена, чувствуя себя немного менее потерянным, чем сегодня утром.   Он смотрел, как мир на большой скорости проносится вокруг них, с тех пор, как Яссен выехал на автостраду. В машине стало невероятно жарко, и он почувствовал, как расслабляется в кресле, а его глаза закрываются.   Если Алекс не знал его лучше, то это выглядело бы так, как будто мужчина намеренно пытался усыпить его.   Он даже не почувствовал, как задремал.

***

Алекс проснулся через несколько часов, чувствуя себя немного дезориентированным, но отдохнувшим. Он отклонился от окна и стал разминать шею.   Яссен ничего не сказал, но сделал музыку на несколько пунктов громче.   Алекс пришел к выводу, что, возможно, можно чувствовать себя спокойно, будучи пассажиром автомобиля. Такое случалось редко, потому что в основном на машине МИ-6 забирали его на задание или привозили обратно избитого и в синяках.   Но сейчас? Это было расслабляюще. Хорошая музыка, тихая компания и тот факт, что его заботы и проблемы буквально остались позади. Это было классно.   Что, пожалуй, было не очень классно, так это слишком активные мысли Алекса о том, куда его везет Яссен.   И почему.   Он знает, что это не поможет, но все его мысли о том, что ему может понадобиться от Алекса.   Наиболее вероятный сценарий заключается в том, что Алекс нужен ему для прикрытия какого-то не очень легального бизнеса. Ведь Алекс уже доказал в Канэри-Уорф, что он относительно адекватный товарищ по команде, исключая огонь.   Затем он остановился на другой идее. Ранее Яссен пошутил о побеге из тюрьмы. А что если это была не шутка? И в данный момент они собирались кого-то вызволить.   Или что, если этот человек собирался совершить покушение?   И о боже, Яссен собирался кого-то убить, не так ли?   С этой навязчивой мыслью, внезапно возникшей в его голове, он выпрямился, чувствуя, что, вероятно, не так нервничает, как следовало бы. Он знал, что это маловероятно, особенно после того, как этот человек никого не убил в Канэри-Уорф.   Но Алекс не мог понять, почему еще Яссен мог прийти и забрать его без предупреждения.  

***

  Они выехали с автострады недалеко от Ливерпуля полчаса назад, и теперь наконец въехали в небольшой жилой район с большими шикарными домами.   Алексу хотелось полюбоваться домами, но его голова застряла на одной весьма яркой мысли.   Да, это определенно было покушение.   Кем бы ни был этот несчастный ублюдок, Алекс ему не завидовал. Он тихо сидел на пассажирском сиденье, вертя большими пальцами, чувствуя себя чертовски неловко, гадая, в каком доме они собираются остановиться и что ему, черт возьми, делать. Его телефон не работал…   Но затем, казалось бы, из ниоткуда, конец дороги уходит прямо в лес. Справа находится киоск Национального фонда.   Добро пожаловать в Формби.   Он сморщил нос. Странное место для убийства, но какая разница.   Они едут по небольшой дороге через лес, вдоль забора припаркованы автомобили. Это было совсем не то, чего он ожидал. Они продолжают движение по дороге еще полминуты, прежде чем она начинает покрывается легким слоем песка с обочины.   На другой стороне леса находится пляж.   Алекс нахмурился, увидев, что машин тут почти нет. Он посмотрел на Яссена.   — Ты собираешься рассказать мне, зачем мы в Национальном фонде? Это все больше похоже на похищение.   — Для заложника ты удивительно спокоен. — сказал Яссен, ставя машину на ручник.   — Знаешь, учитывая наши обстоятельства, я не могу сказать, сарказм это или нет.   Яссен только рассмеялся и вышел из машины, собираясь оплатить парковку.   Алекс огляделся вокруг. Моря отсюда не было видно, казалось, что чтобы попасть на пляж, нужно было пройти через песчаную дюну.   Дождь давно прекратился, и Алекс мог видеть участки ясного неба сквозь облака высоко над головой. Он снял куртку и положил ее в машину, после чего Яссен вернулся.   Затем они пошли обратно по дороге, по которой приехали, придерживаясь пешеходной тропы с левой стороны. Похоже, они собираются в лес. Алекс все еще был в не понимал, что происходит.   — Постарайся не смотреть на знаки. — тихо сказал Яссен, устремив взгляд вперед.   Они почти добираются до одного из входов в лес, когда к ним начинает приближаться чрезмерно энергичная сотрудница Национального фонда, несмотря на то, что Яссен, избегая ее, перешел на другую сторону дороги.   — Добро пожаловать в Формби! Дом-   — Нет, спасибо. – коротко сказал Яссен, прижимая руку к спине Алекса, чтобы отвести его от женщины. Несмотря на свое замешательство, Алекса странно позабавила вопиющая попытка мужчины удостовериться, что Алекс не узнает никакой информации.   Лесная тропа окружена знаками, и Алекс, опустив голову, входит в лесной массив, окруженный деревьями со всех сторон.   Когда они заходят вглубь леса, Яссен замедляет ход и жестом предлагает Алексу идти впереди него.   Алекс ошеломленно посмотрел на Яссена, прежде чем сделать несколько шагов за угол и остановиться.

На табличке написано «Беличья тропа»

  Алекс широко раскрыл глаза и с молниеносной скоростью развернулся к Яссену.   — Белки, Яссен?! — сказал Алекс, смеясь.   — Я думал, тебе понравится здесь. — Сказал он: — Это одно из немногих мест в Англии, где живут красные.   Алекс несколько секунд смотрит на вывеску, не совсем веря в то, что видит. Яссен привел его сюда…   И тут же мимо Алекса на максимальной скорости пробежала маленькая рыжая белка и взбежала на дерево впереди.   Алекс резко посмотрел вверх, чтобы найти белок и обернулся, улыбаясь, сверкая глазами и перебегая взглядом от дерева к дереву.   Яссен тоже улыбался. Но не из-за белок  

***

Формби прекрасна, решил Алекс. Солнце светило, бросая теплые лучи между кронами деревьев вокруг него.   Здесь было уединенно и мирно. За тот час, что они были здесь, они встретили только двух человек.   Алекс чувствовал себя счастливым. Он не мог представить, что мог бы чувствовать себя так, не смотря на все то, что произошло сегодня. Или на этой неделе. Казалось, что утренние события произошли в другой жизни.   — Знаешь, — начал Алекс, задумчиво глядя высоко на верхушки деревьев, — я никогда не был так одержим белками, пока... — и он резко останавливает себя, когда понимает, что не может выговорить конец предложения.   — Пока что? – переспросил Яссен, и Алекс почувствовал на себе взгляд.   Пока я не встретил тебя. Пока не произошла та ночь, которую ты провел за рулем, чтобы помочь мне, когда я был пьян.   — Пока я не переехал в Бристоль. Там их много. — Солгал Алекс, не сводя взгляда с деревьев, зная, что он не сможет встретиться взглядом с Яссеном. В надежде сменить тему он добавляет: — До сегодняшнего дня я видел только серых. Мой друг сказал мне на днях, что есть и черные. Я этого не знал.   — А в Японии белые. — Сказал Яссен, кивая. Алекс задается вопросом, откуда Яссен узнал об этом, и у него возникает забавный мысленный образ Яссена, гуглящего факты и ареолы обитания белок.   Небольшая группа рыжих белок внезапно приблизилась к ним, отвлекая Алекса от размышлений. Зрелище было действительно чем-то особенным, и он машинально вытащил телефон. Ах.   — Эм… ты можешь сделать для меня несколько фотографий? — Неловко спросил Алекс, почесывая шею. — Мой телефон сломался сегодня утром. — сказал он, с гримасой показывая Яссену треснувший экран.   Яссен нахмурился и произнес: — У тебя действительно была тяжелая неделя, не так ли? — Он достал свой телефон.   — Ты даже не представляешь. — Сказал Алекс, покачал головой и отошел. Внезапно он замечает бельчонка и бросается к нему, пока тот бегает и прыгает по деревьям.   Яссен поднимает телефон и делает несколько фотографий группы белок. Затем он делает несколько шагов назад, чтобы запечатлеть вид как можно лучше, радуясь тому, что Алекс хочет фотографии.   Он собирается сделать последний снимок, но в последний момент Алекс случайно попадает в кадр, совершенно не осознавая этого и зациклившись на белке. Яссен смотрит на свой телефон.   Он сфотографировал Алекса. Он смотрит фото несколько долгих секунд.   Алекс купается в солнечном свете, на его губах играет улыбка, а его яркие глаза были устремлены на белку. Его светлые волосы казались золотистыми на солнце, сияющем сквозь деревья лучами, которые, казалось, окутывали Алекса.   Яссен тяжело сглотнул. Он должен удалить его. Он знает, что должен.  

***

  День продолжался, и в конце концов они вернулись на пляж, прогуляться по дюнам.   К счастью, вид моря вызывает у Алекса лишь легкую дрожь в спине, а не длительное чувство паники. Сегодня у него было больше, чем положено, негативных чувств, поэтому он собирался сесть и расслабиться на песке.   Яссен ненадолго исчезает, а затем возвращается с бутербродами и бутылками воды. Алекс чувствует укол вины из-за того, что тот не смог хотя бы пообедать.   — Извини, я бы предложил пообедать где-нибудь, особенно учитывая, что ты вел машину. Но моя карточка… — Он замолчал, ковыряя ноготь и чувствуя себя неловко.   — Я бы все равно не согласился. - просто сказал Яссен, прежде чем остановиться. Он повернулся к Алексу, слегка нахмурившись. — У тебя нет другой карты?   Если Алекс не покраснел до этого, сейчас это точно произошло. Жар захлестнул его еще больше, когда он почувствовал, как румянец заливает его щеки. Он наклонил голову и покачал ею, внутренне умоляя мужчину просто забить на это.   Яссен еще на мгновение выглядит задумчивым, а затем отводит взгляд. Алекс делает глоток воды и хочет, чтобы румянец скорее прошел. Есть причина, по которой он никому не рассказал о своей безденежной ситуации — одна только неловкость…   К счастью, они больше об этом не говорят, и во время еды между ними воцаряется приятная тишина.   Яссен время от времени уходит, чтобы ответить на звонки, и несколько раз возвращался к машине. Алекс рассуждает, что он, вероятно, готовится к их следующему месту, куда бы мужчине нужно было отправиться дальше.   Алекс не думает о том, куда они поедут сейчас. Побег из тюрьмы или убийство, ему все равно. Ему достаточно оставить себе воспоминания о пляже навсегда.   В какой-то момент он откидывается на песок и закладывает руки за голову, олицетворяя собой слово «расслабленность». Совсем не похоже на то, как он, вероятно, выглядел сегодня утром.   Он открывает глаза, когда Яссен подходит.   — Хорошо, готов? — спросил Яссен, подходя рядом с ним. Алекс кивнул, медленно отводя взгляд от берега, дюн и вставая.   При мысли о следующем месте назначения, Алекс внутренне съёжился.   — Тогда возвращаемся в Бристоль. — сказал Яссен, залезая в карман за ключами от машины.   — Возвращаемся в Бристоль? — в замешательстве спросил Алекс.   Яссен вопросительно посмотрел на него.   — Ты имеешь в виду ты… Подожди, ты не… — Алекс запнулся, не находя слов. Он остановился и уставился на Яссена. — У тебя нет другой причины находиться здесь?   Яссен тоже остановился и весело посмотрел на него.   — Ты буквально проехал весь этот путь ради меня? — спросил Алекс, сдвинув брови.   — Да? — Озадаченно сказал Яссен.   — …Почему? — тихо спросил Алекс, чувствуя себя очень смущенным.   — Каждый заслуживает выходного, Алекс.   Алекс не отвечает. Вместо этого он смотрит в затылок мужчины, когда тот идет к машине.     Это была такая долгая поездка. И все это было для Алекса…  

***

  На обратном пути, пока солнце освещает автостраду теплым светом, Алекс понимает, что единственное, что единственный убитый сегодня — это плохое настроение Алекса.   Несмотря на неудачные обстоятельства, было приятно сбежать на один день. Он делает глубокий вдох и смотрит в окно, снова чувствуя себя сонным и в тепле.   Его отвлекает телефон, гудящий уведомлением.

Том (17:17): Ты все еще за, чтобы я навестил тебя на следующих выходных, приятель?

Настроение у него поднимается еще больше. Том тоже скоро приедет. Надеюсь, к этому моменту Алекс догонит весь материал.   Алекс метафорически скрестил пальцы и попытался разблокировать телефон. Но экран был действительно испорчен. Позже ему придется отправить сообщение Тому с ноутбука   Он поднял глаза, когда они проезжали указатель на Бристоль, и был смущен чувством, которое его охватило. Все утро он хотел вернуться в свою комнату, а теперь…   Он повернулся и посмотрел на Яссена, который теперь был в солнцезащитных очках-авиаторах, когда мужчина сменил полосу движения, выезжая с автострады.   Когда они наконец подъезжают ко двору его общежития, он покрыт глубоким янтарным сиянием заходящего солнца.   Алекс не совсем знает, как отблагодарить этого человека, но он, конечно, пытается, и, бессвязно, говорит с улыбкой: — Спасибо тебе.   Он выходит из машины и собирается закрыть дверь, но останавливается. У него было непреодолимое желание спросить, не хочет ли этот человек поужинать, хотя бы для того, чтобы продлить день.   Он наклоняет голову и смотрит на Яссена, смотрящего на него.   Алекс понимает, что Яссен уже так много проехал сегодня. Вероятно, он просто хотел вернуться в Лондон.   И поэтому Алекс просто говорит: — Еще раз спасибо за сегодня. — Он колеблется еще мгновение, а затем кивает, закрывает дверь и уходит.   Только когда Алекс вошел в дверь и распаковал рюкзак, он нашел конверт.   Почему этот человек так часто подбрасывал секретные записки? Подумал он, забавляясь. Когда он открыл ее, он понял, почему конверт был подброшен в его сумку. Он бы никогда не взял его, даже если бы ему предложили.

В конверте лежало письмо.

Алекс, Если ты поднимешь эту тему, я не вспомню об этом письме. Используй эту карточку, пока не придет твоя новая. Я не хочу, чтоб ты ее возвращал. На Глостер-роуд есть мастерская по починке телефонов, и теперь у тебя есть там предварительная запись. Приходи в любое время, и они починят его в первоочередном порядке. Я не могу допустить, чтобы ты остался без телефона. На случай если тебе понадобится помощь… от тех белок. Я.

Так же в конверте была анонимная дебетовая банковская карточка

  Его руки дрожали, когда он перечитывал записку снова и снова. Сердце колотилось в груди при мысли о еще одном важном поступке, который этот человек сделал для него. Яссен, должно быть, разобрался во всем, пока Алекс был на пляже. Он внезапно задумался, что он сделал, чтобы этот мужчина так заботился о нем… Он даже не смог написать ему, чтобы поблагодарить (еще раз).   Он сел на кровать и долго держал записку в руках.  

***

  Вечером того же дня Яссен возвращается в дом в Литтл-Челси и направляется к своей кровати. Это был долгий день, наполненный вождением день, но оно того стоило.   Он улыбнулся, вспоминая все, что произошло. Он все еще не был уверен в их отношениях, и это могло привести к неприятным последствиям. «Черт, да это почти привело утром», — подумал он, слегка вздрогнув. Его присутствие только усугубило плохое настроение Алекса, но, по крайней мере, он смог это изменить.   Алекс был счастлив остаток дня.   И это произошло из-за него. Алекс определенно потеплел к нему, и выглядело так, что он собирался что-то сказать, когда выходил из машины. Ему повезло, что Алекс медленно, но впускал его.   И еще была улыбка Алекса.   Сев на кровать с телефоном в руке, он разблокировал его и открыл галерею, чтобы нажать на фотографию с Алексом.   И там. Улыбка Алекса. Потенциальная причина недавно обнаруженных у него проблем с сердцем, ведь это вызвало еще одну сильную боль.   Он должен удалить фотографию.   Он знает, что должен. Так почему же он так много думает об этом?   С небольшим грустным вздохом он смотрит на фотографию еще несколько секунд, прежде чем нажать на опции, а затем быстро нажимает «Удалить», прежде чем успевает отговорить себя от этого.  

Вы уверены, что хотите удалить это фото?

 

Яссен останавливается и долгую минуту смотрит на телефон.   Он смотрит на два варианта, его большой палец зависает между ними.

Отмена.

  Он уверяет себя, что удалит его завтра. Или, может быть, на послезавтра.   Или, может быть, возможно, никогда.