Happy Ever After

— Йонджи! Быть не может, чтобы я не говорил, что у Йонджи такие же волосы! — искренне возмутился Санджи. — Ублюдок вывихнул мне руку перед вступительными. И я завалил! Я уверен, он сделал это, потому что тоже запал на Лаки. Ик! — Санджи дернул рукой с бокалом, тот едва не расплескался, потому Зоро аккуратно перехватил его руку. Столика перед диваном больше не было, потому он просто бережно выпутывал бокал из пальцев Санджи. Тот не отдернул руки, а с любопытством наблюдал за пальцами Зоро. — Лаки? — бормотал Зоро. — Про него ты, кажется, говорил. В школе, да? Твоему брату тоже нравились парни? — Чего?! Что за дичь?! Лаки — это милая девушка, она играла на виолончели! И ее длинные черные волосы так мило выбивались из-за уха, когда партия была особенно трудной! О, Лаки всегда казалась такой недостижимой… — Погоди. Стоп, — Зоро недоверчиво повернулся к Санджи, все еще не выпуская его руки со стаканом из своей. Тот опять пытался им размахивать в порыве восторженных воспоминаний. — Как понять — она? Ты не просто память потерял, а башкой повредился. Лаки же парень из старшей школы, твой первый… — Что за хрень? — икнул опять Санджи. — Все у меня с мозгами нормально. Вряд ли мой мозг мог выдумать, как я на день Валентина не утерпел и решил вручить подарок ей самым первым. А первым уроком у нас была физкультура, а залетел в женскую раздевалку, ик. С самыми чистыми намерениями! Поскорее ее увидеть! И девчонки закидали меня под визг тампонами. Такое уж точно не забудешь! И уж точно я бы не пережил такого, будь Лаки парнем. Откуда у парней в раздевалке тампоны, Зоро? — Хмхмхмх, — Зоро пристально смотрел в слегка разрумянившееся от алкоголя лицо Санджи. И наконец резко выдернул бокал, пустая тут же покинутая рука бессильно упала ему на колени. — Значит, Лаки — девушка? А какие у тебя еще были девушки? — Ну… мне очень нравилась Кайя, она подрабатывала у Зеффа официанткой. Но потом я узнал, что Усопп влюблен в нее, потому мои чувства навсегда остались неозвученными. — Кайя и правда девушка, — кивнул сам себе Зоро и зловеще добавил: — И в нее, значит, ты тоже был влюблен… — Внезапно будто вспомнил что-то: — А взрослый бармен в забегаловке неподалеку от твоего Университета?! — Шакки? О, это было прекрасное чувство. Она была намного старше, с самой первой встречи стало ясно, что у меня нет и шанса… — Так это не был мужчина?! — Иди проспись! Шакки была женой декана! Я не сразу заметил, что она носит обручальное кольцо на цепочке, которая опускается в ее прекрасное декольте. Потому что я был очарован, как парят именно ее пальцы над бокалами, и не отводил взгляда от ее прекрасных пальцев. Мне кажется, она знала, почему я так часто таскаюсь в бар и просто молчу. Она так понимающе улыбалась и наливала угощение. Такая зрелая… — Так у тебя с ней даже не было ничего? А как же практика? — Какая практика? — уставился на него Санджи, и вдруг мечтательно улыбнулся: — Это была лучшая практика любви. Я любил ее бескорыстно и наслаждался чувством, не прося ничего взамен…       Зоро закатил глаза и показательно фыркнул. — Что?! — Любить того, кто тебя не любит, — тупо. — Охренел?! — Санджи было сполз по спинке дивана чуть ниже, но так резко дернулся от слов Зоро, что чуть не ударил его лбом по подбородку. — Любовь не бывает тупой! Она сама по себе награда! Я благодарен всем девушкам, кто, пусть мимолетно, но освещали мою жизнь. Пусть я и не смог удержать их возле моего костра… — по мере экспрессивной тирады Санджи все больше затихал, будто его запал быстро заканчивался. А потом он и вовсе скукожился весь, сжал плечи, как намокший цыпленок на жердочке, и протянул тихо-тихо: — И они все равно одна за другой уходили…       Он надрывно вздохнул и плюхнулся на бок, даже не особо замечая, что его голова приземлилась на колени Зоро. — Это одиноко…       Зоро выглядел невероятно перепуганным и вытаращился на Санджи, словно тот двухголовый.       Перспектива перед затуманенными глазами Санджи сменилась, он увидел наверху перед собой Зоро и он просиял: — Но в итоге у меня есть семья! Значит, я добился успеха! Ты, конечно, мужик, но стоит ли быть таким мелочным? Это все подробности, которые написаны внизу мелким шрифтом! — Вот уж точно, — выдавил Зоро, не зная, куда девать теперь руки. Он поднял их вместе с бокалом немного вверх, словно боясь дотронуться до развалившегося на коленях Санджи. Тот, к счастью, был под хмелем, а еще больше — под волной нахлынувших чувств, — и не замечал реакции Зоро.       Тот в итоге помотал головой, словно утрясая в голове кучу мыслей, и отхлебнул остатки вина из бокала. Поморщился: — Дрянь. — Цветочный букет, — не обиделся Санджи. И тут же, как капризный кот, перевернулся на коленях Зоро на другой бок. — Ах! Как же фрустрирует, что я встретил Рэйджу, именно когда ничего не помню! Как будто я одержал победу, но она не считается. Я всегда мечтал, что встречусь с Винсмоуками весь такой благополучный, со счастливой семьей, и они поймут… поймут… — Санджи сбился, как сломанный патефон. Зоро проглотил наконец остатки цветочной дряни. — Поймут что? — Что я тоже достоин семьи… — Что за херня? С чего они вообще решили, что нет?! — Ну… ты что — забыл? — искренне не понял Санджи. — Отец же выставил меня из дома, когда я отказался поступать на финансиста. Я сказал, что сам выберу свой путь. Йонджи выбил мне плечо из сустава прямо перед экзаменом, и я завалил поступление на кулинарный. Отец выгнал меня из дома… нет, я сам ушел. А он в напутствие сказал, что я все равно приползу назад, потому что там без фамилии Винсмоук я все равно никому не нужен. Я целый год проработал мойщиком посуды у Зеффа, делал вид, что ухожу домой, а потом пробирался через черный ход в ресторан и ночевал там, пока старикан меня не застукал. Я не мог вернуться, мне не было там места. Но я просто хотел доказать, что у меня будет семья, настоящая. Даже Нами-сан не говорил о них, пока она сама не разузнала… — Так Ведьма знала, — прошипел Зоро, а тонкая ножка бокала в его пальцах сделала стеклянный дзынь, готовясь лопнуть от нажатия. Санджи удивленно приподнял голову с колен: — Ведьма? Так ты зовешь Нами-сан?! Это несправедливо! Почему… — Почему? — Зоро перекосило, он не думал как-то отчитываться за то, что Нами — форменная ведьма. — Нами-сан — девушка с трудной судьбой, которой пришлось пробиваться в этом мире. — Если ты называешь трудной судьбой ее выбор обчищать до нитки влюбленных идиотов, то я принцесса Монако, — зло цыкнул Зоро, припоминая тонну гневных сообщений, что присылала ему Нами в последний месяц. Блокировать он ее не решался, справедливо подозревая, что за это кара будет более изощренная. — Ух ты, я женат на настоящей принцессе! — воскликнул пьяный Санджи с коленей, и Зоро против воли хмыкнул, тут же подавляя улыбку и намеренно хмурясь. — По крайней мере, ты уже привык к этой мысли. — У меня стадия смирения, — и тут же удивленно распахнул глаза. — Ух ты, у меня уже принятие! Я прошел через стадию депрессии благодаря этой нелепой встрече с Рэйджу. Но все равно, так обидно… я бы хотел хвастаться, что я счастлив, что у меня теперь есть настоящий дом, где меня ждут. Но встретить ее и не помнить ничего из этого — одиноко. Мне не нравится это чувство, что у меня семья, но мне все равно одиноко. — Кхмкхк, — Зоро прочистил горло и уставился в окно, игнорируя крутящегося у него на коленях Санджи. — Ух ты, принятие, — тот трогал себя за лицо, сам себе до конца не доверяя. — Лучше посмотрим телек, — неловко сменил тему Зоро, но потрясенный открытием Санджи лишь молча кивнул. — Надо же, конец чемпионата по боксу еще крутят. Мы его смотрели каждый год, я уж думал, в этот раз любимое шоу из-за больницы пропустишь. — Чемпионат по боксу? — Санджи опять уставился вверх с колен и приподнял смешную бровь. — Но я ненавижу бокс. — А?! Почему?! — это потрясло Зоро даже больше, чем «смена пола» Лаки и Шакки. Санджи неопределенно пожал плечами. — Бессмысленное насилие. Я люблю, когда сила применяется ради спасения, ну или ради подвига.       Зоро потребовалось несколько минут, чтобы переварить услышанное. В итоге он неуверенно выдал: — Ну, тогда крутые старые боевики? — Бессмысленное насилие с пулеметами!       Зоро наконец опустил неверящий взгляд на Санджи на своих коленях, словно у него было не все две, а целых три головы. — Ты вообще не любишь старые боевики?! — Только те, где главный герой женщина. Мне ужасно нравится смотреть, как она всех побеждает. — Ну да, конечно, про баб… — фыркнул было Зоро, но Санджи не прервался. — Когда я был маленький, моя мама заболела раком. Я любил смотреть фильмы, как сильные меллорин побеждают все на свете. Я воображал себе, что это моя мама. И что на самом деле она победила.       Зоро до боли прикусил язык на середине фразы. Поперхнулся воздухом, неловко почесал шею, всячески избегая глядеть вниз на свои колени. Хотел было коснуться волос Санджи, но в последний момент резко отдернул руку, словно обжегшись, и снова почесал затылок. — Ну тогда… эээ… может старый боевик, но с дамочкой? О, посмотрим «Чужого»! — Точно! — обрадовался Санджи на его коленях. — Там еще есть сцена, где она в таких маленьких трусиках!       Зоро поискал глазами подушку, чтобы придушить придурка. Заставил его испытывать такой жгучий стыд, а сам про женские трусы! Но Зоро так и не посмел двинуться с места, непривычно затекли ноги под неожиданно тяжелой головой Санджи. Когда же тот перестал наконец крутиться и засопел, уткнувшись носом в колено Зоро, сцена с трусиками еще даже не началась.       Зоро же досидел до конца фильма, но смотрел не на экран, а на крепко посапывающего прямо у него на коленях Санджи. Тот иногда хмурил во сне свою завитушчатую бровь. На лице же Зоро сменялись смятение, злость, непонимание, раздражение, тоска, жесткость и возмущение. Буря эмоций никак не могла уместиться в нем, то и дело прорываясь. Нога под тяжелой головой уже давно затекла и болела в непривычной позе, но Зоро не двигался ни на миллиметр, боясь разбудить Санджи, и не отводил буровящего тяжелого взгляда.       В итоге он поморщился и достал, предельно аккуратно, чтобы не разбудить Санджи, телефон из кармана. Пролистал, так и не читая, простыню сообщений от Нами, и сам написал:       «Эй, а ты знаешь Лаки?»       «Зачем она тебе, ты же не любишь классическую музыку, — тут же пришел ответ. Не успел Зоро убрать от насупленного лица телефон, как одно за другим посыпались сообщения вдогонку: — Дай телефон Санджи. Скажи ему, чтобы купил новый! Я сама приду, если не дашь ему телефон. Доктор сказал, что у него частичная амнезия. Не смей дурить ему голову! Это шанс для него».       Зоро даже читать не стал, как всегда просто отключил телефон и откинулся на спинку дивана, чтобы уставиться в потолок под титры старого фильма. Так Завитушка в своем уме, а то Зоро уже думал тащить его сломя голову к доктору Ло. Завитушка не чокнулся, просто Лаки и правда была девушкой.       Санджи проснулся на жестком диване, потому что ему было холодно и неудобно, помятый от легкого похмелья, он потянулся натянуть на себя повыше одеяло, но того не было. Никто не укрыл его во сне.       Надутый, он встал среди ночи и как лунатик потащился в спальню, чтобы обиженно посмотреть на своего незаботливого мужа. Тот храпел в лунном свете, широко раскинувшись на кровати. В одних трусах и майке, он выводил тихие мелодичные рулады храпа, совсем не резкие, даже убаюкивающие. И вообще, все в комнате было таким убаюкивающим — тишина, широкая кровать, мягкий матрас… К черту! Это двуспальная кровать.       Полупьяный Санджи вскарабкался на постель и прополз на четвереньках на свою половину кровати. Он и раньше инстинктивно засыпал с этой стороны, видимо, привычка въелась в голову.       Он улегся аккуратно, стараясь даже локтем не задеть Зоро. Можно представить, что они на ночевке в летнем лагере, или он остался в гостях у друзей. В детстве всегда было так весело, и пусть они были совсем карапузами, Санджи всегда старался лечь по соседству с девочкой, которая ему ужасно нравилась. Он любил слушать, как она дышит во сне, и воображать, что он ей хоть немножечко снится. — Завитушка… — смято пробормотал во сне Зоро, и сердце Санджи пропустило удар. Он и правда снится кому-то, кто спит рядом! — Обманщик… я был прав…       Санджи сжался в клубок, напуганно и по-детски, словно и правда снова был восьмилетним мальчиком на ночевке в незнакомом доме. Его семья — счастливая, его семья — счастливая, его семья — счастливая, убаюкивал он себя, вытесняя из пьяной головы любые дурные мысли. — Какого?!       Голос Зоро вместо будильника. Санджи приподнялся на кровати, продирая глаза, и тут же полностью проснулся от невероятной наглости. — Какого?! Ты в одном белье в моей постели! — он задохнулся от такой наглости, огромный мужик разлегся буквально в десяти сантиметрах от него. Это угрожает… чему-то там у Санджи, но угрожает. — Да уж не дамочка с космолета! — Что? Какая такая дамочка? От темы не уходи! Это моя кровать и моя очередь! — Санджи натянул на себя одеяло, как смущенная девица, хотя спал полностью одетым. — Не помнишь, значит, ничего после выпивки. Ну, как всегда, — крякнул Зоро и закинул руки за голову, снова демонстрируя, как даже свободная футболка для сна обтягивает его торс.       Санджи хотел его вытолкнуть, но боялся прикоснуться к мужчине в своей постели. Словно вот именно сейчас опасность заражения гейством максимальная. — Это домогательства! — О, узнаю твою подружку Калифу, — крякнул Зоро. — И я полностью с ней согласен. Я мирно спал в свою очередь, а ты залез ко мне под одеяло, непотребный ты человек. — Я?! — Санджи даже фальцетом пискнул. И испуганно уточнил: — Я неприлично себя вел и опорочил твою честь?       Зоро даже рот открыл и уставился на него, забыв все приготовленные шутки. — Мы пять лет женаты. Ты правда думаешь, что на мне… да в этой квартире еще есть места, которые мы не «опорочили»? — Ох, — Санджи эта мысль в голову не приходила. Он сморгнул и уставился на шкаф. — Да, внутри. Там душно. Но тебе нравится. Извращенец.       Санджи испуганно перевел взгляд ниже на ковер. — На ковре круто. Но у тебя на спине остался ковровый ожог.       Взгляд Санджи метнулся на тумбочку. — Ну само собой, только когда она трясется, вся мелочь внутри так гремит. — Да я просто пытаюсь никуда не смотреть! Господи, хватит! — возопил Санджи и зажмурился, для верности еще изо всех сил зажав глаза ладонями. Но он все еще мог слышать довольный тихий смех Зоро. — Это мы еще на кухню не вышли. — Аааа!!!       Санджи плохо помнил, что было вчера вечером. Кажется, он валялся на коленях у Зоро. И пусть от этой мысли его лицо окрашивалось краской праведного возмущения на самого себя, где-то в глубине души он признавался тихонько: ему стало чуть меньше одиноко, чем после столкновения с Рэйджу.       Но тем не менее, тем не менее! Какую подставу ему учудил он из прошлого, выбрав в супруги мужика! Санджи ходил все утро возмущенный сам на себя, даже пять минут холодного душа не помогли собраться с мыслями. Он выходил из ванной в таком же смятении, когда споткнулся о смех и замер.       Зоро сидел на диване, спиной к нему, и говорил по видеосвязи с телефона с каким-то черноволосым парнишкой. Тот постоянно крутился на месте и то опускал, то поднимал телефон, не переставая улыбаться. За спиной у парнишки в белом матросском кителе мелькали утренний слепящий океан и палуба корабля. — Я только и делаю, что драю палубу! Вся моя жизнь — это наряды вне очереди за проникновение на камбуз. Не так я представлял себе службу на море! — парнишка, почти пацан, по-детски дулся на мироздание.       И Зоро опять засмеялся, запрокидывая слегка назад голову. Во всю мощь своей огромной груди. И Санджи тупо подумал: «А, вот для чего она ему. Не для того, чтоб устрашать своей мужественностью. А чтобы как меха раздувать внутри этот летучий, густой смех». От звука этого смеха внутри живота сжимался комок и под коленками появлялись мурашки.       Зоро смеялся словам парнишки тепло и искренне, Санджи ни у кого не слышал еще подобного смеха. Смех словно очищал воздух вокруг себя от пыли, обид и тяжелых мыслей, все в мире становилось понятным и правильным. Не таким чужим. Санджи испугался, потому что понял, почему влюбился в Зоро. Он просто услышал этот смех.       Он вцепился в косяк, чтобы не упасть. Тем временем Зоро смотрел с искренним участием на юнгу-недотепу. — Осталось полгода службы. Ты сам решил записаться. — Да, но в пункте призыва они не пишут на плакате меню обедов! Кто же знал, что так мало кормят!       Зоро опять запрокинул голову и рассмеялся самым обволакивающим и искренним смехом, который гипнотизировал Санджи. И вдруг тот понял: погодите, с ним Зоро тоже никогда так не смеялся!       Моментально, даже не признав своих чувств, Санджи ощутил жгучую, острую ревность к этому тощему парнишке со шваброй. Зоро же считается его мужем, он тоже имеет право на этот смех!       Делая вид, что хочет раздвинуть шторы, Санджи прошел в гостиную и встал точно перед диваном, чтобы телефон был на прямой линии между ним с Зоро. Тот беспечно улыбался словам парнишки, но Санджи уже готовился, что его новый раскат смеха облетит по параболе телефон и приземлится в него. Санджи впитает его освежающую лечебную силу, острые, колючие углы мира станут гладкими, а краски на два тона теплее.       Зоро заметил его и нахмурился, с лица мигом исчезла вся просвечивающая изнутри искренняя привязанность. Глаза стали сосредоточенными, рот сжался в линию. — Сан-тян тут? — почему-то тут же спросил парнишка. — Нами сказала, что он получил травму и потерял память. Эй, эй, Сан-тян, ты помнишь, как готовить пиццу с беконом?! Это очень важно!       Паренек не волновался, помнит ли Санджи его, Зоро опять улыбнулся. Уже не так широко и привольно, но было видно, разговор его радует, а вот Санджи — омрачает своим присутствием. — Ему строго запретили волноваться и сразу много впечатлений. Так что поговоришь с ним потом, когда он привыкнет заново ко всему тут дома, — Зоро быстро положил трубку, паренек даже попрощаться не успел. Санджи снова неприятно кольнуло, словно Зоро скрывал эти искренние отношения от него.       Словно Зоро воровал улыбки, ради которых Санджи женился на нем, и контрабандой отправлял их налево. — Это твой друг? — неловко помялся Санджи, чувствуя себя по-дурацки теперь посреди комнаты, куда забрел ловить смех. — Ага, — коротко буркнул Зоро. Теперь, когда Санджи увидел его в общении с другим, он четче отмечал контраст в интонациях своего мужа. Тот порой был до рваного короток и резок в ответах с ним, без всякой на то причины. — А, ум… хорошо, — Санджи еще более глупо перекатился с пяток на носки, чувствуя, что ему некуда деть руки. — Он есть на фото, — кивнул на прикрепленные на кухне фотографии Зоро. Наверное, Санджи не помнил, он рассматривал только себя и Зоро, силясь разгадать ребус, который теперь казался таким очевидным.       Ни у кого на свете не было такого смеха, как у Зоро. Он звучал, как возвращение домой.