Я... Дочь Данзо..?

      Мимо моего прекрасного лика просвистел кунай. Я резко повернулась в сторону, откуда предполагаемого исходила атака, и увидела фигуру мужчины. Рука противника потянулась к подсумку, а я не теряя времени…       — Помогите! — закричала в надежде быть услышанной одним из АНБУ, следящим за мной. Услышав мои, условно предсмертные, мольбы, сзади нападавшего появилась защитница в маске и вырубила его точным ударом в шею.              — Вы в порядке, Джун-сама? — спросила АНБУ. Её голос вывел меня из транса.       — Да, со мной всё хорошо. А что с этим будет? — указала на будущий труп, что валялся на земле. За покушение на мою жизнь Данзо отправит его на тот свет.       — Мы отведем его поговорить, — мило улыбнувшись, девушка сказала ложь не во благо.       — Не ври, — глаза блеснули сталью, а голос стал настолько твёрдым и слишком зрелым, что куноичи почувствовала себя на суде перед главой Корня. Скорее всего именно это и заставило её честно ответить маленькой наследнице клана Шимура.       — Решать будет сам Данзо-сама. Этот шиноби напал на вас, а вы его дочь. Не думаю, что после выяснения его мотивов он останется в живых, — нехотя призналась маска. — Вам стоит пройти с нами, Джун-сама, — и протянула мне руку.       — Поняла, — ответила я, сжав чужую руку.       Я немного волновалась. Отец стал холоден ко мне после подачи документов в академию, не думаю, что от этого визита выйдет что-то путное. Это показное безразличное отношение убивало. Может не стоило стоило идти в куноичи? Сидела бы спокойно в комнатке и… И смотрела на смерть своего отца. Смотрела бы, как верность Конохе его убивает, и при этом не смогла бы ничего сделать. Нет уж, я собираюсь стать куноичи! Теперь никакие преграды мне не помеха.       Я с АНБУ и «трупом» исчезли. В следующее мгновение мы появились посередине кабинета папы. Девушка объясняла отцу ситуацию, а он хмурился всё больше. Мужчина очухался и, увидев того, кто за мной стоит, стал бледнеть с невероятной скоростью. Папа приказал оставить в комнате только меня и связанный «труп». Что-то мне это не нравится. Данзо кинул к моим ногам кунай. Я все поняла и взяла его в руки, которые немного задрожали.       — Убей, — сказал Глава Корня и продолжил. — Не сможешь — не видать тебе профессии шиноби.       Поняв свою участь, мужчина начал трястись, походя на осиновый лист. Мне нужно убить человека. Я знала, что рано или поздно придётся это сделать, но… Но не настолько рано!       Ладно. Вдох. Выдох. Это лишь очередная преграда на моём пути. Куда бить? Череп — достаточно прочная защита, и кунай, скорее всего, просто проскользнет вдоль кости из-за недостатка сил. В глаз? Острый металл с легкостью пройдёт через глазницу и вонзится в мозг. Но такого повреждения будет недостаточно для быстрой кончины. Столь адские муки не пожелаешь даже собственному не состоявшемуся убийце. Шея! Это самое уязвимое место! Нужно перерезать сонную артерию, повреждение которой приведёт к мгновенному обмороку и смерти от катастрофической кровопотери.       Я двинулась к своей жертве, заходя за спину. Данзо явно оживился, но помрачнел. Он точно надеялся, что я откажусь от своего пути ниндзя. Схватив пока живой труп за волосы, я резко дернула назад, чтобы задрать подбородок. Одновременно с этим нанесла смертельный, как бы огибающий шею спереди от левого к правому уху, удар. Фонтан алой крови резко полил в сторону на несколько метров, где секунду назад стоял отец.       — Я сделала это, Отец, — и тут кое-что вспомнила, — а узнать мотивы не забыли?       — Ты можешь посещать академию. И нет, не забыли, да и тебе не нужно знать его мотивы. Шиноби — это инструмент в руках деревни. И тебя не касаются смыслы и последствия миссий, а теперь можешь быть свободна, Джун, — сказал угрюмый глава Корня. Мне два раза повторять не надо.       Как только зашла в свою комнату упала прямо на пол. Я смотрела на свои руки на которых не было ни следа после убийства. Заслужил ли он эту смерть? Он мог выполнять чей-то приказ. Нет, мне не нужно это знать. Это было мое крещение в мире убийц. Я теперь как они, убийца. Инструменту не нужно знать что он делает, он делает то, что скажет управляющая им рука. Без вопросов, без шума.

***

      — О, это же Джун! Привет, Джун! — подбежав ко мне, сказала Ино.       — Привет, Ино-чан, — равнодушно сказала я, словно напоминая самой себе Саске.       Что же изменилось с того дня во мне? Я не понимаю. Мне были слышны шепотки уборщиц, говорящих что я стала еще «мертвее», чем была раньше. В академию уже завтра, надо выспаться, правда как? Нет, кошмары снятся мне не только о прошлом. Там было много всего, начиная прошлым заканчивая смертью отца.       — Я надеюсь что ты, я и Сакура попадём в один класс! — сказала принцесса Клана.       — А я не надеюсь, — начала я с усмешкой, смотря на вытянувшееся лицо блондинки, — потому что знаю, что мы окажемся в одном классе!              Идя по коридору в сопровождении двух АНБУ, теперь меня всегда и открыто сопровождали две маски, даже на прогулке, я напевала незамысловатый мотив какой-то песни из прошлого. Завидев нужную дверь, я этично постучала.       — Ты можешь зайти, Джун, и твой хвост тоже, — сказал Данзо.       И как он узнал, что это я? Под «хвостом» он имеет в виду охрану, это слово больше всего подходит для описания ребят в масках. Они всегда подле меня. В уборной меня, слава ками, оставляли в покое.       — Здравствуй, отец. У меня просьба к вам, — дождавшись кивка, я продолжила. — Я хочу быть в одном классе с Ино Яманака и Сакурой Харуно, пожалуйста!       — Будет, что-то еще? — кивнул папа.       — Да… Папа, ты сходишь со мной на первый день в академии? — выпалила я, опустив голову вниз и совсем забыв про приличия. Чужая мозолистая рука опустилась мне на голову. Подняв голову, я увидела мужчину с тёплой улыбкой.       — Будет, — одно единственное слово, а счастья то сколько! Со мной на Первое сентября ходила только бабушка. А сейчас я буквально засветилась и в порывах радости прыгнула на отца с объятиями.       — Ах, и еще… — подняла голову вверх, чтобы заглянуть в лицо явно не молодого главы Корня. — Мы можем сходить поесть рамен завтра? Если и откладывать завтра дела, то все!       После хриплого приглушенного смеха последовал ответ:       — Будет.       

***

      Сегодня мой первый день в академии! Здесь важны все тонкости! Начнем с одежды, которую я выбрала. Это синие брючки с рюшками на карманах и бледно-голубая, почти белая, рубашка с короткими рукавами и фиолетовым поясом на талии. На руке красовался браслет дружбы. На ногах темно-фиолетовые сандалии шиноби, а завершают образ мои неизменные серьги с цепочкой и кулоном! Волосы же доходили до низа спины, поэтому я подобрала их в конский хвост, а лоб прикрывала чёлка. В руках сумочка с пеналом и свитком для книг.       — Я готова, папа! — сказала я, подбегая к нему, и взяла отца за руку.       Погода стояла ясная. Прохожие изо всех сил старались не смотреть в нашу сторону, слишком уж явно выглядели их потуги. Стоило человеку случайно наткнуться на нас взглядом, как он сразу же отворачивался на 180 градусов! Я тихо посмеивалась над особо неуклюжими людьми, которые умудрялись падать или хвататься за сердце.       — У тебя хорошее расположение духа, — это не вопрос, а утверждение от столь «наблюдательного» отца.       Да, у меня прекрасное настроение. Ведь уже месяц я изучаю приёмы тайдзюцу, а сегодня меня впервые похвалил папа. Видимо мои успехи не такие уж жалкие, раз старания лестно отметили. От медитаций есть толк. Чакра, что ощущалась как медлительная и раскаленная лава, стала меняться. Теперь она льется спокойным течением, но жар ушёл ещё не до конца. Ей уже очень легко управлять, и я учусь хождению по вертикальным поверхностям.       Буквально на днях я заметила некоторые странности: я могу влиять своей чакрой на насекомых и пауков. Видимо моя мать была из клана Абураме, ведь я могу контролировать шестиногих друзей. В отличии от жуководов, я не даю насекомым жить в своем теле в обмен на контроль, а просто беру их разум в заложники. Моя чакра оказалась ядовита для людей, грубо говоря если человек заберёт хоть шепотку моей энергии, то начнет «сгорать» изнутри, а на деле его чакроканалы повреждаются. Для своих жуков же я могу сделать её более безопасной, но даже так выживут далеко не все.       Всю теорию мне уже вбили в голову дяденьки из Корня на занятиях, а практику прошла до 4-го года обучения. К слову, в столовой Корня я стала частой гостьей, меня там подкармливала упитанная повариха, как бы яд не подсыпала…       Мы подошли к зданию академии. Тут уже потихоньку собирался народ, и я заметила много кого смутно знакомого. Мда-а, некоторые шиноби в отставке схватились за сердце и отвели детей в сторону, слабаки! Хм, а папе на эту реакцию побоку, ему, мне кажется, даже нравится. О! А там мама говорит Ино, чтобы та меня избегала. Ино отвечает что-то вроде: «Это же Джун! Я тебе про нее рассказывала». В итоге её мать со скрипом одобрила наше общение.       На небольшую сцену уже поднялся третий хокаге. Старик стариком, но его взгляд… Такой твердый и… Уставший? Он начал затирать что-то про волю Огня, что я благополучно прослушала. А потом учительница стала зачитывать имена и фамилии, чтобы каждый подошёл к своему классному руководителю, которые стояли с табличкой класса в руках. Родителей попросили зайти в час дня за нами.       — Ши-шимура… Джун, класс «А», — запнувшись, прочитала женщина. «А» значит?       Помахав на прощание папе ручкой, я пошла к пареньку, державшему в руках табличку «А». Нашла взглядом розовую и блондинистую макушки и присоединилась к ним. Как только собрались все, мы прошли в класс. Было решено отбивать первую парту второго ряда, с чем мы успешно справились, стоило мне скинуть сидевшего там мальчика за шкирку и припугнуть взглядом. Издеваюсь над детьми, хах. Уселись так: Ино, Сакура, я.       — Ино, Джун, смотрите какой красивый мальчик! — о нет, а вот и ближайший конец дружбы. Мальчик и правда красивый, но меня не тянет на семилеток, серьёзно.       — И правда красавец! Почти как я! — Ино действительно гордится своим личиком.       — Разве внешность главное, пусть ведет себя достойно, тогда посмотрим! — сказала я, вздернув подбородок как можно выше. -А может он плохой, что тогда делать? Надо узнать его получше!       — Ты права! — хором ответили подруги.       Учитель, после того как представился, предложил вставать всем по очереди и говорить имя, что нравится и немного о себе. Я прослушала почти всё, кроме реплик девочек, но смогла уцепить что-то знакомое.       — …ну Хокаге, даттебайо! — поднялся детский смех. Чего они? Теперь моя очередь       — Кхм! Мое имя — Шимура Джун. Мне нравятся Ино и Сакура, — я состроила безразличное лицо и холодным взглядом экзекутора посмотрела в самую душу учителя.       — С-следующий! — пискнул Умино Ирука.       — Меня зовут Харуно Сакура! Мне нравятся Ино и Джун! — мило улыбнулась подруга.       — Меня зовут Ино Яманака, мне нравятся Сакура и Джун, а остальное узнаете когда познакомимся! — не растерялась Ино.       После начались обычные уроки как во втором классе, дети в академию шиноби поступают уже с базовыми знаниями.       Ах, рамен вдвойне вкуснее, если есть его с дорогим сердцу человеком. После школы я распрощалась с подругами и отправилась поглощать еду в раменной Теучи-сана с отцом.       — Ради ками, скажи, зачем тебе становиться шиноби? Это самая последняя профессия, которую я бы тебе пожелал, — признался Данзо.       — Просто… Я хочу защитить тебя. Ты защищаешь деревню, а я тебя, правда здорово? — улыбнулась я.       — Кто же тогда защитит тебя? — хрипло посмеялся глава Корня.              — Насчет меня не беспокойся, меня защитят друзья, -нашлась с ответом я.