Если твой отец — некудышный злодей...

Беккин осторожно припряталась за одним из углов. Вообще-то, в это время она должна была уже быть дома, но… Сегодня наконец стоило узнать, куда сбегает отец. Хотя бы потому, что этот вопрос интересовал её все лето. До этого она терпела, не придавая этой мелочи значения, думая, будто он задерживается на работе, но теперь, когда она могла наблюдать за ним… Заметив, как он внезапно ушёл на пару с Ларри, девчонка направилась следом. Она поморщила нос, когда эти двое зашли в какую-то забегаловку рядом с заброшенным кинотеатром. «Отец действительно может есть в таких местах?» — подумалось ей, и, желая всё выведать, она направилась следом. Уже опустив руки, уверенная, что ничего интересного её, увы, не ждёт, Беккин распахнула пошире глаза, стоило ей открыть дверь. Фил распахнул глаза в ответ. Риппен, к сожалению, дочери не заметил, как и Ларри (луч уже почти перетащил их в нужное измерение), и оно было к лучшему. Заметь он, как та стоит в полном шоке, наблюдая за тем, что происходит, задание точно бы было провалено. Хотя оно и так провалится в любом случае, но всё же… Когда же Риппен вылетел с экрана вместе с напарником, ворча что-то себе под нос и краем уха слушая того, Фил только вздохнул, кивнув в сторону одного из столиков. Глаза у Риппена резко распахнулись. Ларри же просто улыбнулся. — Привет, Беккин, — пролепетал он, пока Риппен пытался, только-только отошедший от горечи поражения, пытался подобрать хотя бы одну букву, с которой начнёт. — Я всё видела, — сказала вместо него Беккин, скрестив руки на груди. С отцом ей предстоял серьёзный разговор… *** — Так, значит… Ты злодей. — На полставки, — поправил Риппен. Беккин задумалась. Теперь, когда она знала всё, внутрь закралась довольно странное ощущение. Риппен явно нервничал всю их беседу. На столе его тарелка с ужином единственная осталась нетронутой. Беккин задумалась. Теперь ей стало немного понятнее, куда уходит отец и почему его не бывает так подолгу, но в то же время совсем непонятно, как он, чёрт возьми, может проигрывать школьнику, который, по голосу и виду (насколько можно судить в другом измерении) даже младше, чем она. Бабушка с дедушкой всегда пытались настроить её против отца, рассказывая, какой он неудачник, тётя всегда им поддакивала, перетаскивая Беккин на свою сторону, но… Теперь та видела почему. Не будь она хорошей дочерью, то решила бы точно так же. Однако Беккин всё же придерживалась немного других взглядов на жизнь. Возможно из-за влияния Ларри, а может и по собственной природе, она предпочитала хранить нейтралитет. Даже если её отец всухую проигрывает школьникам… — Что ж… В таком случае, есть ли у тебя ещё секреты? — прямо спрашивает Беккин, попивая из кружки то ли кофе, то ои чай, в обоих случаях отвратительный на вкус. Риппен же на это только косится в сторону Ларри и, тут же отвернувшись обратно, кашляет в кулак. — Да, пара есть, но… Лучше я расскажу когда ты будешь готова. Беккин вздыхает. Однако, всё же принимает эти слова. Пока что она действительно не готова. Пока что ей стоит переварить новую информацию о своём отце. Не каждый день выясняется, что он тайно подрабатывает злодеем. По-прежнему размышляя над этим и прокручивая увиденное в голове, девочка продолжает пить свой недокофе-недочай…

***

Беккин вздохнула, наконец вернувшись домой. Вот уже две недели прошло с тех пор, как она узнала, что её отец злодей на полставки. И, как бы не хотелось думать, что всё останется прежним, теперь изменения сами настигли её. Впрочем, не учитывая стыд за то, что её отца каждый раз нагинают дети, эти перемены были в лучшую сторону. Как сейчас, например, когда она зашла на кухню, голодная после трудного учебного дня, и, сев рядом с недавно вернувшимся отцом, начала делиться тем, как прошёл её день. Тот же в ответ рассказывал, что сегодня приключилось с ним, и каждый раз эти истории звучали всё фантастичнее. Не знай Беккин правды, то подумала бы, что Риппен тот ещё сказочник. Ларри сидел рядом со слоненком и рассказывал параллельно с ними. Дворецкие забрали грязные тарелки и подали десерт. Весьма неплохой, как и всё в этом огромном особняке. Есть, однако, не очень хотелось, и Беккин, лишь немного поковырявшись, оставила эту идею. В голове всплыл образ того мальчишки, который всегда уделывает отца, и девушка поняла, что до сих пор не знает его имени. — Пап, а тот парень, с которым ты сражаешься… Как его зовут? — Что? Неужели я ни разу не упоминал имя этого засранца? — Риппен нахмурился, осознав это. Как только он Пенна не называл, но точно не по имени. Теперь же, когда он оповестил о нём дочь, та впала в раздумья, где же могла это слышать. Однако, в голову ничего не приходило. «Ладно, мало ли Пеннов в мире», — подумала она, пожав плечами, и, оставив уборку дворецким, пошла из кухни в комнату, чтобы сделать уроки, поболтать с парой школьных друзей и завершить этот день. *** … А в школе всё ещё было непросто. Когда Беккин только пришла, никто не придал ей особого значения, зато теперь, стоило ей кое-как освоиться, по коридору поползли шушуканья. Все наконец поняли, что хвост её не накладной, что любимчик учителя изо она, возможно, не просто так, и что в целом девушка она странная. Лишь пара ребят желала водиться с ней, и те были на год младше, из параллельных классов, но её всё устраивало. Они успели стать ей неплохими такими друзьями, хотя бы потому, что на странный вид не обращали внимания. Заметила их, она улыбнулась. Те помахали издалека, приблизившись, и сели с ней за ближайшую скамейку. Довольно агрессивная девушка, тоже иногда выделяющаяся из толпы, и парень, который вообще, видимо, не знает, что такое проблемы. Саши и Бун. С ними было довольно весело проводить время. Они оба в какой-то степени понимали Беккин, и это грело душу. — Нет, ты представляешь, снова двоек понаставил! — немного бесилась Саши, зыркнув на Беккин, — Как ты это делаешь?! Почему тебе он ставит одни пятёрки?! — Не знаю… Солидарность? — усмехнулась девушка, глотнув газировку. Бун усмехнулся. — Самый простой способ получить пятерку — это нарисовать Пенна каким-нибудь уродом, тв же знаешь. Так почему… У Беккин что-то щёлкнуло. Точно. Вот откуда она слышала это. Их третий друг, с которым они так и не могут пересечься уже вторую неделю. Пенн. «Неужели тот самый?..» — подумала девушка, и вспомнила, что помимо героя были ещё двое. Ещё двое… Она кинула взгляд на Саши с Буном. Чёрт. Явно они. Беккин нахмурилась… И тут же со спокойным вздохом продолжила хлебать газировку. «Ну, по крайней мере, они вечно побеждаются. В этой ситуации все остаются довольны». Теперь, зная тайну ещё и своих друзей, она чувствовала себя тайным связующим звеном в этой истории. И даже если никто об этом и не догадывается, она была вполне довольна. Хоть какая-то мнимая ответственность впервые выпала на её долю.