2 kinks room

– Я сожалею об этом, — сказал Хёнджин, опуская голову между плечами. Сынмин фыркнул и махнул рукой. Это действительно не было большой проблемой. Он восхищался Хёнджином за попытку поднять его во время выступления на шоколадной фабрике. Но это были все чувства, которые он мог потратить на все это. Он не сказал Хёнджину, что его скорее бы подобрали Чан или Чанбин, но он также не мог отрицать, что это, по крайней мере, каким-то образом взволновало его. Сынмин предпочел бы забыть обо всем этом. Чтобы быть честным, ему просто нужно было бы признать свою дурацкую склонность к силе, а это было последнее, чего он хотел. Сколько бы раз все не повторяли, что надо честно говорить о том, чего они хотят и что им нравится и что не будет осуждения. Проблема была в том, что как только Чанбин узнает, он просто воспользуется этим. Сынмин гордился своей сильной волей. Особенно, когда дело касалось его прилипчивых хёнов. Возможно, Чан и не воспользуется этим знанием против Сынмина, но ему слишком не терпится поэкспериментировать. Сынмин действительно не хотел давать им еще одну причину, чтобы разбудить его в 3 часа ночи. Но, увы, он был всего лишь человеком. — Это было действительно ужасно, Джинни. ‐ Чанбин скрестил руки на груди, ухмыляясь. — Я думал, мы научили тебя лучше тому, как кого-то подобрать. — Ты можешь говорить громко, хён! Ты тренируешься каждый день. — Ли Ноу-хен прекрасно обходился без этого, — сказал Джисон, заработав на себе острый взгляд. Чанбин рассмеялся и обнял Сынмина за талию, притягивая его ближе. Он поднял бровь на Хёнджина. — Хочешь, я покажу тебе, как это сделать? Сынмин напрягся. Его глаза расширились. Где-то в глубине сознания он уже обдумывал всевозможные протесты и оправдания, но его горло сжалось, когда он открыл рот, и каждое слово замерло у него на языке. Он мог только взвизгнуть, когда другая рука уперлась ему в колени, и его ноги оторвались от земли. Несколько секунд он не мог осознать ситуацию. Он просто смотрел в никуда, глаза и рот были широко открыты, руки скрещены на груди. Затем сквозь глухую стену медленно просачивались голоса остальных. Всем другим ощущениям было легко следовать и подавлять его чувства Мышцы его спины и ног напряглись, пальцы крепко сжали его бок и колено. Сынмин немного повернул голову и увидел сияющее лицо Чанбина. Он был так чертовски горд собой, склонив голову набок, подталкивая Сынмина вверх, чтобы поправить положение. Как будто он был всего лишь подушкой, из-за чего все выглядело так просто. Сынмин сжал бедра вместе, крепче обняв себя. Ничего из этого не было хорошо. В любом случае, форма или форма. Его член дергался и пульсировал, а мышцы были натянуты, как тетива, его тело было готово лопнуть в любую секунду. — Хён… — Ты в порядке? Сынмин приоткрыл глаза, встретившись с взволнованным взглядом Чанбина. Как он, казалось, понятия не имел, что делает… Сынмин застонал и обвил руками шею Чанбина, уткнувшись лицом в изгиб, соединяющий горло и плечо. Он глубоко вдохнул, вздрогнув от подавляющей волны одеколона. Проведя носом по коже, Сынмин поднял губы к уху Чанбина. – Я возбужден. Отведи меня в спальню. Дыхание Чанбина сбилось, и его руки сжались вокруг Сынмина. Чем занимались все остальные в этот момент, не имело значения. Сынмин просто откинулся назад, достаточно далеко, чтобы посмотреть Чанбину в глаза, но все же достаточно близко, чтобы их горячее дыхание смешалось между ними. — Л-ладно… Сынмин крепко сжал пальцами рубашку Чанбина. Он практически подпрыгивал в своих сильных руках, пока они шли в комнату Чанбина. Кто-то пожелал им веселья, но голос был приглушен из-за того, что дверь спальни закрылась, и следующее, что осознал Сынмин, это то, как его ноги коснулись земли, а его спина врезалась в ближайшую стену. — Блядь… Сынминни… — простонал Чанбин прямо в шею Сынмина. – Хён… Их взгляды встретились. Зрачки Чанбина расширились, ноздри раздувались при каждом глубоком вдохе, губы сжались в тонкую линию. Его руки схватили запястья Сынмина и прижали их к стене железной хваткой, от которой Сынмин всхлипнул, а член болезненно пульсировал. — Что тебя так взволновало, щенок? Низкое рычание, казалось, вибрировало прямо через руки Чанбина в руки Сынмина, содрогаясь в его сердце. Там он взорвался фейерверком, который наэлектризовал каждый нерв в теле Сынмина, и в этот момент его больше не волновали последствия. – Ты. Ваши мышцы. Хён, ты выглядишь... таким сильным! Чанбин напрягся, хватка на запястьях Сынмина ослабла. – Хён… Сынмин оглянулся на него, обнаружив, что старший просто наблюдает, нахмурив брови, когда он, казалось, обдумывал ситуацию. – Я вижу. Чанбин крепче сжал пальцы, впиваясь ногтями в кожу и кости. Боль пронзила Сынмина от локтей до кончиков пальцев, и он снова заскулил, бездумно покачивая бедрами, темное пятно появилась там, где кончик его члена напрягся в штанах. Чанбин уставился на него, скривив губы в ухмылке. — Тебе нравится, какой я сильный? Сынмин лихорадочно кивнул. Чанбин заворковал и зацепил пальцами пояс узких брюк и нижнего белья. Они тепло прижались к коже Сынмина, скользя так плавно, когда стягивали одежду, достаточно низко, чтобы его член выпрыгнул наружу. — Не думал, что ты будешь в этом участвовать. - Сынмин фыркнул, изо всех сил пытаясь казаться раздраженным. Ему действительно хотелось ударить Чанбина и притвориться, что он не только признался в своем величайшем позоре, но крепкая хватка нашла место вокруг его члена, и его разум опустошился. — Но вот ты… - Чанбин упал на колени, - Тяжело и так охотно только потому, что я потенциально могу швырять тебя, как тряпичную куклу. Сынмин застонал, закрывая рукой рот. — Ты бы хотел этого, щенок? Хочешь, чтобы Хён трахнул тебя? Еще один нуждающийся шум. Щеки Сынмина горели, и он ненавидел себя больше всего на свете, но Чанбин провел языком по члену, и Сынмин был уверен, что в его мозгу произошло короткое замыкание. Он вздрогнул, сильнее сжимая лицо. Другая его рука опустилась и скользнула в волосы Чанбина, запутавшись в черной каше. Чанбин хмыкнул и повторил движение. – Хён… – Глубоко вдохни, щенок. Хён понял тебя. Сынмин мог только кивнуть, но его руки не разжались. Чанбин улыбнулся ему. Одна рука скользнула под колено Сынмина и подняла его через широкое плечо. В дымке удовольствия Сынмин покачнулся, упершись обеими руками в стену позади себя. Чанбин проворковал, крепко схватив Сынмина за бедро, от которого он не смог бы вырваться, даже если бы попытался. — Думаешь, ты сможешь удержаться? Сынмин действительно не был уверен, что имел в виду Чанбин, но все равно кивнул. Все, что угодно, лишь бы наконец-то вернуть язык старшего на его член. Все, что угодно, лишь бы успокоить огонь, ползущий в его животе, словно пытающийся заразить каждый сантиметр внутри него. –Хороший мальчик. Такой хороший мальчик для Хёна, правда? Сынмин снова кивнул. Посмеиваясь, Чанбин обхватил другой рукой другое бедро Сынмина так же, как и раньше. Считая от трех вниз, он дал затуманенному разуму Сынмина достаточно времени, чтобы понять, что на самом деле должно было произойти. Но не его тело. В тот момент, когда Чанбин закинул ногу через плечо, Сынмин вздрогнул с головы до ног, громко и пронзительно застонав. Его пальцы впились в стену, ногти впились в обои. Он скрестил лодыжки на спине Чанбина и сделал глубокий вдох, расслабившись на выдохе в устойчивой хватке вокруг его бедер. Мышцы его конечностей так идеально напряглись, а на лбу Чанбина не было ни капли пота. – Удобно? – Да… Лицо Сынмина горело от того, насколько разбитым он уже звучал. Но его тело дрожало от чистого экстаза, а член пускал естественную смазку, внутренности уже свернулись, готовые лопнуть. То, как Чанбин держал его с такой легкостью, накачиваясь бицепсами и крепко сжимая руки, было всем, о чем Сынмин мечтал. Чанбин счастливо хмыкнул и поцеловал кончик члена Сынмина. Эрекция прилипла к его губам, розовые губы красиво блестели, приглашая людей поцеловаться, но Сынмин не мог сдвинуться ни на дюйм, не опасаясь, что вот-вот упадет. Он также не был таким гибким, как Минхо или Феликс. В любом случае, губы Чанбина выглядели намного лучше на его члене. Они широко и туго растянулись вокруг кончика, и член Сынмина скользнул внутрь, как будто он должен быть там, именно там, где ему и место. Он застонал, его пальцы снова зарылись в волосы Чанбина, а другой рукой он все еще пытался ухватиться за стену, где не за что было держаться. Все, что угодно, лишь бы не упасть, но чем глубже он погружался в теплый рот Чанбина, тем труднее ему становилось сохранять позу. Сынмин достиг оргазма так быстро, что едва осознал тесное пространство, охватывающее каждый сантиметр твердого члена. Он посмотрел на Чанбина голодными глазами. Медленно Чанбин отстранился, пока только кончик не оказался тяжелым на его языке. Затем он нырнул обратно, опускаясь до самого конца, пока его нос не уткнулся в лобковые волосы Сынмина. Снова и снова Чанбин повторял это движение. В то время как все, что Сынмин хотел сделать, это умолять парня двигаться быстрее, он мог стонать, вздымаясь с каждым прерывистым вздохом. Его внутренности сжались сильнее, чем он мог себе представить, но у него просто хватило ума заговорить. — Так хорошо… как… когда ты научился глубоко заглатывать? Чанбин напевал, вибрации проходили прямо через член Сынмина, дразня его ближе к развязке. Он застонал, когда Чанбин медленно отстранился. Головка соскользнула с его губ с влажным, громким хлопком и с нитью слюны, соединяющей кожу с ртом старшего. Зрелище настолько непристойное, что Сынмину пришлось на мгновение закрыть глаза. — Хёнджин помог мне. Сынмин фыркнул и снова посмотрел вниз. – Конечно. Если ты можешь взять Хёнджин-Хёна, ты можешь взять кого угодно. Чанбин рассмеялся, ритмично похлопывая Сынмина по бедру. Его губы снова изогнулись в ухмылке, и он снова прижался губами к головке Сынмина, высунув язык и погрузившись в щелочку. Он с таким удовольствием напевал, проглатывая эрекцию, как будто наслаждаясь едой из пяти блюд, и Сынмин крепче сжал волосы в кулаке, оттягивая голову назад. — Ты грязный, Хён. Чанбин застонал. — Говорит тот, у которого член сейчас стоит прямо передо мной. Настала очередь Сынмина ухмыляться, — Покажи мне еще раз, как легко ты можешь делать минет~ — Черт, Минни-я… Чанбин на мгновение закрыл глаза, глубоко вздохнув. Оглянувшись, он также оттолкнул ноги Сынмина одну за другой, заставляя того спотыкаться и качаться, но, крепко схватив его за бедра, Сынмин нашел равновесие. Он все еще скулил, скользя руками по плечам Чанбина. Он сжал мягкую плоть и двинул бедрами, но Чанбин просто откинулся назад, отказывая ему во влажном тепле, о котором просил пульсирующий половой орган Сынмина. – Плохие щенки не получают лакомства. – Хён! Пожалуйста! — Хочешь, чтобы хён трахнул тебя? Ммм~? Хочешь, я тебя использовал? Не то чтобы ты мог что-то сделать против моих мускулов… Сынмин простонал, веки трепетали. Он согнулся пополам и сильнее сжал плечи Чанбина. Юноша проворковал, крепче обхватив руками талию Сынмина, притягивая его еще ближе. Одного рывка было достаточно, чтобы Сынмин свалился через плечо старшего мужчины, слабо трогая спину рубашки Чанбина. — Не волнуйся, я покажу тебе, насколько я силен. Чанбин поднялся на ноги одним плавным движением, и все, что смог сделать Сынмин, это повиснуть на нем, дрожа и дрожа при каждом шаге из-за того, как его член терся о рубашку Чанбина спереди. Его практически швырнули на кровать, при этом из его горла вырвался громкий стон. Его член дернулся, и снова потекла смазка, стекающая на голый живот, где задралась рубашка. Чанбин ухмыльнулся, вглядываясь в каждый кусочек Сынмина. — Хочешь, чтобы Хён жестко тебя трахнул? Сынмин отчаянно кивнул. – Ага? - Чанбин встал на колени на край кровати, схватившись руками за лодыжки Сынмина. Он шёл выше вместе со своим владельцем, пока не нашел свое место на бедрах Сынмина. Чанбин сел между бедер Сынмина. Его пальцы втерлись в мягкую кожу, растопыренное, как веер, давление было достаточным, чтобы и без того раскрасневшаяся кожа стала еще более темно-красной. — Думаешь, хён сможет сломать с тобой постель? Еще один быстрый кивок. Чанбин усмехнулся. Его руки крепко сжались вокруг талии Сынмина, глубоко впиваясь кончиками пальцев, и Сынмин застонал, двигая бедрами. — Черт, ты такой хороший. Даже если я не могу сломать кровать, я хотя бы сломаю тебя~