je suis habitué à l'hémoptysie le matin.

      яркое солнце озаряло улицы Томслана с самого начала дня. яркий свет пробивался в каждое окно, даже если то было зановешено узорчатыми шторами, лучи всё равно пробивались сквозь мягкую ткань, падая прямиком в глаза жителей города.       именно сегодня в планах Альбедо поспать подольше, чем обычно, ведь в последние несколько дней лил сильный дождь, зачастую перемешивающийся с градом, что своим назойливым стуком о крышу мешал химику вдоволь выспаться. ещё вчера он проверил прогноз погоды, в котором обещали тёплое солнце с переменной облачностью на всю последующую неделю, чему юноша не мог не обрадоваться, поэтому лёг пораньше, наслаждаясь пеленой снов. но солнце решило, что вершить чужую жизнь сегодня будет именно оно, поэтому игривые лучи разбудили парня ещё в самом начале дня. наручные часы показывали полшестого утра, чему алхимик был крайне недоволен, ведь сегодня выходной, а желание спать совершенно исчезло, оставляя после себя лишь смутные воспоминания о последнем сне. кажется, он был о его новом открытии в сфере биохимии, которой он начал увлекаться ещё с детства, чему положила начало его мать, показывавшая ещё юному парню различные опыты с веществами, которые она тайком брала с работы, ведь была медиком, хотя делать этого явно не стоило.       это были голодные годы, когда платили не деньгами, а различными снастями для жизнедеятельности, а иногда даже бесполезными для неё. Рэйндоттир — так звали мать юноши, всегда была женщиной с приличным достатком, и даже в последствиях революции, она чувствовала себя не так уж и плохо. но всё хорошее однажды кончается, Рейн куда-то подсыпали объемную дозу дешёвого наркотика, погубившего столь стальную женщину. никто даже не задавался вопросом, почему же с ней так поступили, ведь все знали, что это была элементарная зависть, переросшая в устрашающую ненависть, вскоре дошедшую до убийства. как и говорилось ранее, Рэйн не стоило брать различные ампулы с лаборатории. с какой-то стороны они поспособствовали продвижению плана по избавлению от столь заклятой и враждебной для убийцы женщины. тогда все добывали как могли, многие коллеги женщины скатились до воровства и контрабанды. хозяин клиники, и по совместительству — глав. врач в те годы успел уехать из страны, оставив все дела на Рэйн. раньше она была лишь правой рукой хозяина, да, это не радовало всех коллег, но и не так сильно раздражало, все просто смирились с этим. изначально все пускали слухи о том, что дама добралась до столь высокого чина через постель, но даже такие слухи спустя пару лишений премии и отпускных затихли, ведь их распускатели усвоили урок. но когда даму назначили временной хозяйкой и глав. врачом клиники, люди уже не могли сдержать зла. обвинив тогда Рэйн, они сами себе подписали так называемый, смертный приговор, ведь женщина сразу уволила всех недовольных, а более или менее адекватных оставила на должностях. среди таких были семейные пары, работающие вместе. кто-то один был совершенно не рад новым должностям Рэйн, а второй отнёсся более менее нейтрально, так и разделилось немалое количество пар. безработица быстро росла, как и человеческий гнев, поэтому собравшись, коллеги Рейн написали объёмную жалобу правительству на то, что женщина ворует химикаты и лекарства больницы, якобы для последующей перепродажи. избавиться от Рэйн юридическим путем у её коллег не получилось, поэтому те прибегнули к крайним мерам. никто не знает как, где, и вообще как, но факт остаётся фактом — женщину отправили дешёвым наркотиком, погубившим её окончательно.       всё это Альбедо вспоминал с неимоверной горечью. душу терзали ужасные воспоминания, которые он так старательно пытался забыть. мать погибла ещё когда юноше было двенадцать, а сейчас ему уже почти двадцать два. десять лет после смерти матери, десять лет после расставания с ней.