Не взаимная взаимность.

- Ну, вот... Снова дождь... Не люблю его. Мне по душе больше теплая погода, но сейчас этот чертов дождь, прямо летом, летом, когда хотелось поехать в отпуск... - А я люблю дождь... - Кто бы сомневался... - повернув голову к этому бестолковому "романтику", я оглядел его. Тилль сидел на кухне и клеил свои книги. Он работает в школе, вместе со мной, правда он библиотекарь, а я учитель. Этот здоровяк до мурашек обожает книги. Смотрел на своего "книгомана", который чинил корочку книги, щупал листы бумаги и нюхал их. - Запах книг и земли после дождя - мои любимые запахи, - сказал он, в очередной раз вдыхая аромат бумаги. - А я люблю тепло, - снова отвернулся к окну и посмотрел на улицу, - но что-то в этом году его не наблюдаю... - Бедные детишки... Все каникулы насмарку... Тилль отложил книгу в сторону, взял кружку и хотел хлебнуть чая, но... - Ну, вот... Закончился... Даже не заметил, как выпил... - грустно сказал он. - Давай налью тебе ещё? - выхватил у него из рук кружку. - Спасибо! Тилль был рад, его глаза засверкали. Большущие, щенячьи глазищи. Он, наивный, полагает, что о нем заботятся. Но именно я допил его чай. *** Ненавижу телячьи нежности, но этот книжный червь опять меня сунул под плед. Мы сидели в гостиной на кресле. Он прижимался ко мне, дышал прямо в шею и колол её своими проросшими щетинками... Вот он - тот самый минус в отношениях с мужчиной... - Что ты такой напряжённый? Я посмотрел на него взглядом убийцы. Честно, хотелось его грохнуть. - А ты не понимаешь? Ты меня всего замучил. Не один раз говорил тебе, что ненавижу... Вот засранец. Он заткнул меня, как всегда, очень умело. Я смотрел в его глаза, которые от чего-то были на мокром месте и на улыбку, такую теплую... - Ты такой... Милый, когда ворчишь... На его щеках появился румянец. Ну, вот... Этого только не хватало... - Ладно. Давай... Обойдёмся без этого... Без комплиментов всяких. Сиди уж, давай, мучай дальше. В принципе, я говорил, что тепло люблю, мне достаточно уютно и тепло... - Волнуешься... - его улыбка стала ещё шире. Теперь он похож на чеширского кота. - С чего бы это? - Ты на самом деле любишь комплименты. Тебе приятно. И нежность ты любишь. Просто, вероятно, кто-то тебя обидел, обманул, сделал больно... - Хочешь сказать, что видишь во мне обиженку? - чувствовал, что начинаю закипать. - Нет, Рихард. Ты очень сильный. Я тобой восхищён... - он погладил меня по щеке тыльной стороной ладони, - знаешь... Ты мне напоминаешь котёнка, которого на улице подобрали... - Чего? Да пошёл ты... - я оттолкнул его руку. - Ну, подожди. Послушай меня, дай объяснить. Когда с улицы подбираешь котёнка, он шипит, нападает. Что бы ты не сделал, он злится. Это очень сложно, научить его верить, а тебе заслужить доверие. Он привык к плохому: к боли, от пинков людей, страху, от злых собак, к голоду и холоду. Он помнит только зло вокруг себя и не верит, что может быть иначе... Я попытался выбраться из-под пледа. Чувствовал, как где-то внутри что-то закололо, будто только что коснулись раны... - Тише... - он обнял меня и снова уткнулся носом в шею, - постой... Много раз говорил и скажу ещё: я не обижу тебя. Никогда не обижу и не дам в обиду. Я так хочу, чтобы ты мне верил... Буду терпеливо ждать момента, когда доверие будет заслужено... Глупый Тилль... Верю ему, искренне... Но не могу его пустить ближе. Не в нём причина, а во мне... Не считаю, что заслужил такого, как он. Он должен быть с другим человеком... С тем, кто будет веять такое же тепло, как он... А вокруг меня только холод. Он никогда меня не покинет и мне не хотелось бы, чтобы Тилль заледенел, как и я... - Люблю тебя... - прошептал он. Прикрыв глаза, я вздохнул. - Прошу... Верь мне... Почувствовал, как мою шею коснулись его такие красивые, мягкие губы. Он словно легонько подцепил ими мою кожу. Я ощутил приятный поцелуй. *** Лежал на животе, смотрел куда-то в пустоту. Моё тело приятно укрывало одеяло, а мягкое темного цвета белье и светлая майка неплохо гармонировали с цветом постели, а ещё с Тиллем, который был одет точно также, но в светлое белье и черную майку... Он вошёл в комнату, толкнул дверь и залез в постель. Послышался стук. - Вот зараза... Это об стенку... Рукой... - Да, понял уже... - я лежал с краю, он у стенки и каждый раз, когда он ложится - ударяется чем-нибудь об эту чёртову стену... - Может, закроем окно на ночь? - Душно, - сказал я. - Хорошо. Просто я переживаю, вдруг ты замёрзнешь... - Не мёрзну, - протянув руку, выключил свет. - Ну... Тогда, спокойной ночи? - в пол голоса произнес Тилль. - Угу. Я поправил подушку, сунул под нее руки и опустил на нее голову. - Можно тебя обнять? - тихо, почти шепотом спросил Тилль. Вздохнул. Моя грубость когда-нибудь добьет его... - Ну, обними. Я почувствовал, как крепкие руки опускаются на мою поясницу... Уснул быстро, а проснулся от того, что Тилль лежит у меня на груди и пускает слюни. - Фу, Тилль... - я попытался оттолкнуть его, но потом... У него милое выражение лица. Так сладко спит... Да и мне приятно... Ладно. Спи, здоровяк... *** - Вот угораздило же мне мыть окно сегодня! Чуть не выпал из окна, Тилль успел меня придержать. - Полетать захотелось? - посмеялся он. - Не ржи, а помоги, а не то ты полетишь! - теперь с опаской мыл окно, пока Тилль придерживал меня. Пропуская мимо эти моменты, когда он гладил меня по ногам, я пробубнил: - Нет, понятно дело, будь они прелестными ножками без плотных штанов, которые на мне, что сейчас их наглаживать? - Они прелестные в любом виде... В штанах и без них... До сих пор не понимаю, под чем или чьим влиянием я был, когда согласился с ним жить... Проигнорировав его дешёвые подкаты, домыл окно и слез с подоконника. - Тебе не жарко в такой плотной одежде? Сегодня тепло... - продолжал он. - А мне холодно, - я спешил избавиться от ведра и тряпки. - Ты такой вредный Рихард, что иногда думаю, как ты вообще учителем стал... - Больше думай. Тебе идёт. Ушел в ванную. - Хорошо бы помыться после уборки... - произнес вслух сам себе. - Можно... С тобой?.. - влез в ванную Тилль. - Нет. Я привык мыться в одиночестве! - крикнув, спешно попытался закрыть дверь, но он сильнее... Тогда прибегнул к хитрости. Взял мокрую тряпку и кинул ему в лицо. - Ах... Он снял тряпку с лица. Я не сдержался и засмеялся. Это было ошибкой. Получил тряпкой сначала по руке. - Э-эй! - не успел возмутиться, как был схвачен и отшлепан по заднице рукой и тряпкой. - Пусти меня! - сквозь смех кричал, пытаясь выбраться из его крепкой хватки... А потом перед глазами промелькнуло неприятное воспоминание... Чувствуя, как паника охватывает меня, мне стало тяжело дышать... - Тилль... Тилль, отпусти меня... Прямо сейчас! - кричал и дёргался я. Он отпустил сразу же. - Что такое?.. Сделал тебе больно? Прости, пожалуйста... - он взял мою руку и поцеловал её. - Нет... Нет... Тилль отпустил меня. - Ладно. Не буду тебе мешать, - сказал он улыбаясь и покидая ванную. *** Я решил, что всё осталось в прошлом и нужно жить настоящим. Набрал ванную, сделал себе пену. Медленно раздевался и смотрел на себя в зеркало. Вроде бы симпатичный. Да и тело ничего... Но не могу... Не могу смотреть на себя... Шрамы не давали забыть то страшное прошлое... Я отвернул голову, поморщился. Приготовил полотенце и чистую одежду и стал опускаться в теплую водичку... Красота... Когда оказался в ванной, то сразу почувствовал слабость... Приятную слабость... Задремал. И не заметил, как в ванную вошёл... Тилль... - Ты как? Я резко открыл глаза и сел. - Какого хрена ты так резко врываешься?! - крикнул, быстро закрывая пеной просветы в воде. - Прости... Просто очень за тебя переживаю... - Не надо за меня переживать! - Хорошо... Я ещё кое-что принёс тебе... Может, это поможет расслабиться? - Тилль показал бутылку вина. - Не пью, - сказал я, складывая руки на груди. - Немного... - он налил вина в бокал, - выпей, расслабься. Хочешь - побуду с тобой, но если сильно смущаю и мешаю, то уйду. Он протянул бокал и улыбнулся. Я немного мялся. Не знаю, как быть... Он не хочет ничего плохого, но... Чёрт, я не ребёнок, знаю, что он давно меня... Хочет... И все его действия - только ради этого. С другой стороны... Чего я боюсь?.. Сам согласился жить с ним, сам дал согласие на отношения... А взрослые отношения они такие... Не стоит винить его в чем-то. В моих проблемах он не виноват... Может, действительно дать ему? Ну, пусть он получит то, что хочет. Я потерплю... Ведь... Люблю его... Как мне не хочется его терять, но потеряю его, если буду себя так вести... Приняв бокал, улыбнулся. - Спасибо... Останься. Тилль улыбнулся тоже. Взял стул и сел рядом. - Слушай... Не знаю, что так... Сделало больно тебе, но хочу, чтобы ты всегда помнил - я не причиню тебя вреда. У меня и в мыслях не было... Что-то плохое в твой адрес... - начал он. - Знаю, - ответил я и снова лёг, - дело во мне. Говорил, что не люблю всё это и говорил не один раз. - Да... Но... Иногда не могу сдержать себя и не обнять тебя или не поцеловать. Я... Очень сильно хочу подарить тебе любовь... Мне бывает тяжело, когда ты отвергаешь меня. Знаю почему - ты мне не доверяешь... Я пил вино и вздыхал. - Полностью тебе доверяю. Если бы это было не так, то тебя здесь бы не было. Ни в ванной, ни в моей квартире. И я бы не засыпал с тобой и не просыпался... - Да. Только раньше ты и этого боялся, а сейчас для тебя это в порядке вещей, - он взял меня за руку, - давай не будем останавливаться на этом. Давай укрепим наши отношения. Позволь мне... Подарить тебе нежность... Он погладил меня по щеке. Это либо вино так на меня действует, либо это его... Мужское обаяние... Не знаю... Но я начал что-то ощущать. Внутри. Во всем теле. Только снова дрожь... Может, это стоит перетерпеть? Что если он говорит правду и не... Не воспользуется мной?.. Я ведь благодаря ему начал верить в любовь... Начинаю... Признаюсь сам себе, что испытываю к нему чувства, люблю... Он приблизился ко мне и поцеловал в щеку. - Не бойся... Тилль гладил меня по коленке торчащей из воды. - Ты очень... Нежный, - после этих слов его щеки покрылись румянцем. Сначала я приблизился к нему, но потом... Потом, как впрочем, всегда, словно почувствовал стену перед собой. Неприступную стену. Стену, которую никому не удастся разрушить... - Нет! - резко убрал колено под воду, - не рассчитывай ни на что! Я отвернул голову. Чувствовал гнев... Сердце будто холодело, но в остальном теле всё горело от ярости... - Рихард... - Будто отношения нужны только для этого. Если что-то не устраивает, то найди себе другого! - злился я. - Нет... Мне не нужен никто другой. Конечно, не только для этого. Просто люблю тебя и иногда из-за этого веду себя глупо... - он хитро улыбнулся, поджал губы и отвёл взгляд в сторону. - Ты меня в своей тупости не обвиняй. Между прочим, ты таким же был, когда мы познакомились, - допил вино, - спасибо больше не хочу. Поставив бокал на тумбу, я разместился удобнее. Тилль коснулся пальцами воды. - Слушай... Ты тут не сваришься? Вода горячая. - Это она от меня горячая. Скоро закипит, - убрал руки за голову. - Ага. Ты красный как рак. Почему-то от этого мне стало смешно. - Уйди уже. Дай помыться нормально, - толкнул Тилля в плечо. - Ладно. Вообще я пришел сказать тебе кое-что, - он налил вина в бокал, - поедем в гости, в одну деревушку очень классную. Ты же отдохнуть хотел? - На море хотел, - прямо сказал, - деревушка? Серьёзно?.. - Ну... Я думал, что ты обрадуешься... Там поля красивые, озеро есть, горы... Ехать нужно на поезде, помню, что ты говорил мне, как любишь ездить на поездах. - Ну, да. И что? Всё равно на море хотел! - внутри разрасталась обида. - Помню, Рихард. Ты мне с прошлого года об этом говоришь. Поедем. Может, в этот раз. Но сначала мы съездим к моей сестре, как раз в деревню, она заболела тяжко... Хочу ее навестить, - Тилль выглядел таким грустным, что мне стало очень жаль и его, и его сестру. - Оу... Ну... Не знал. Ладно, в принципе, почему бы и не съездить? Красивые поля и озеро, говоришь? - я ткнул его пальцем в плечо и улыбнулся. - Ага. Она хозяйство держит. Овец, коров, птицу... - Ох... Отвратительно... - Ничего отвратительного. Они с мужем держат ферму. Красивая, между прочим, всё очень чисто, ухожено... - У них дети есть? - поморщился я. - Нет, у них всё никак не получается завести ребенка, да и сестра сейчас заболела... - Ну и хорошо, - облегчённо выдохнул, - мне детей в школе хватает. Всё, иди. Выйти из ванной хочу. Тилль улыбнулся и вышел. *** Уже сегодня вечером мы должны были поехать к его сестре. Я укладывал свои вещи. - Ты сестре хоть везёшь какой подарок? С пустыми руками нельзя ехать! - кричал Тиллю из спальни, укладывая носки с трусами и футболками в чемодан. - Да! Книгу! - Кто бы сомневался, - тихо сказал я. - Что?! - Ничего! Говорю, ещё что-нибудь надо! Конфет хоть для приличия! - я искал свои любимые шорты. В них хотел быть в поезде. - - Посмотри, может, из этого что-то с собой возьмём, - Тилль нёс чистое белье из сушилки, - что ты говорил? - Говорю, конфет ей хоть купи для приличия, а то опять книга, - выдернул свои красные шорты из кучи чистого белья. - Книга - самый лучший подарок. - Ты, сколько с тобой живу, всё время ей только книги даришь. Восьмое марта? Книга! День рождения? Книга! Рождество? Книга! - Ага, она любит читать, - кивнул Тилль. - А-а-а, так это у вас семейное... Шорты положил... Ты свои вещи даёшь или как? - Да, даю. Я их приготовил, - он взял с кресла вещи. - Так... Надо аккуратно сложить. Складывал футболку, как вдруг почувствовал, что его рука гладит меня по спине. - Ты очень аккуратный, хозяйственный, внимательный... - ласково говорил он. - Да. В отличие от тебя, - положил вещи и закрыл чемодан, - его несёшь ты. - Хорошо, - он опустил подбородок мне на плечо, - обожаю тебя... - За что? - За всё, - Тилль перебирал мои пальцы. - Иди, купи сестре конфет. Она болеет, ей будет приятно. Сладкое неплохо помогает с грустью. - Ты столько сладостей ешь, а всё хмурый, - сказал он тихо посмеиваясь. Я стукнул его кулаком в бок. Не сильно, но так, чтоб почувствовал моё недовольство. *** Мы оказались в своем купе только к темну. Когда вошёл, то сразу посмотрел на верхние свободные полки. - С нами ещё кто-то будет ехать? Так не хочу, - поморщился я. - Не знаю. Да, ладно. Завтра вечером уже на месте будем. Потерпи немного, - Тилль убрал тяжёлый чемодан и стянул сумку с моих плеч. - Устал... - признался честно и сел на свое место. - Так давай, разложимся и ляжем отдыхать, - Тилль снял кофту и стал стелить постельное бельё. - Постели мне тоже. Пойду умоюсь, - достав из сумки умывальные принадлежности, ушел чистить зубы. Когда вернулся меня уже ждала постель и теплый чай. - Садись, попей чаю перед сном, - Тилль достал печенье. - Спасибо. Теперь он ушел умываться, а я сел и стал наслаждаться поездкой. Тилль вернулся быстро и присоединился. Мы ещё немного поговорили, потом легли. Я быстро уснул, потому что спать сильно хотелось, а в поезде меня хорошо укачивает и вырубает... Проснулся только тогда, когда дверь к нам открылась... Вошли двое мужчин. Оба с большими сумками и оба такие здоровые и... Очень знакомые... Мне сразу подурнело... Они извинились за шум и стали раскладываться. Тилль, оказывается, уже давно проснулся и пьет чай. Утро, как-никак, а я сплю. Но притворился, что уснул обратно, накрылся одеялом... За что со мной так обходится жизнь? Почему едут с нами именно они?..