Драгоценные камни

      Мантия насыщенного ярко-зелёного цвета, обитая изнутри чёрным шёлком, строгий костюм, остроносые, начищенные до блеска туфли, аккуратно уложенные волосы. В правой руке трость, на указательном пальце массивный перстень, на котором выгравированы гербы двух Родов. Белозубая улыбка, холодный взгляд (вот где Люциус видел этот цвет) и безупречные манеры. Так не похож был этот Лорд Поттер-Блэк на Гарри Поттера. Он вёл светские беседы с Северусом и Нарциссой, пил вино и не гнушался прислуживания домовых эльфов.       Северус держался с ним холодно, но что-то в их отношениях определённо изменилось. Пропала та всепоглощающая ненависть, которая опутывала этих двоих все предыдущие годы. Больше не темнели от гнева глаза профессора, когда он смотрел на Гарри. Больше не огрызался на каждое слово Северуса бывший ученик.       Нарцисса улыбалась. Это всё, что интересовало Люциуса в жене в этот вечер. Она не улыбалась с тех самых пор, как возродился Тёмный Лорд. А тут появляется какой-то мальчишка, которого и мальчишкой-то язык не поворачивается теперь назвать, и заставляет её улыбаться. Снова быть той живой и настоящей, в которую Люциус когда-то влюбился. Снова быть собой. Что-то произошло между этими двумя там, в лесу, когда она его не выдала, когда соврала Тёмному Лорду. – Почему Вы не ответили ни на одно моё письмо, Лорд Поттер-Блэк? – спросил вдруг Люциус в одной из пауз. – Я прошу прощения, Лорд Малфой. Это было крайне невежливо с моей стороны. В любом случае, визит я Вам нанёс. Надеюсь, это в определённой степени загладит мою вину.       Люциус задумчиво кивнул. Ему не давали покоя метаморфозы, произошедшие с этим, кхм, юношей. Чем он был занят, пока игнорировал его письма? Штудировал пособия по этикету и древние трактаты о родовой магии? Что у него с ногой, зачем ему трость? И когда он, Мерлина ради, успел вступить в права наследования сразу двух Родов? Северус – и тот ходит в Наследниках Принцев, а тут вдруг Лорд Поттер-Блэк. Вопросов было гораздо больше, чем ответов. Но выпытывать правду было непозволительно. Следовало или ожидать, что юноша расскажет всё сам, по доброте душевной, что представлялось крайне сомнительным, или надеяться, что слухи просочатся «в народ», что казалось ещё более невероятным. – Какие планы на будущее, Гарри? – Люциус даже не заметил, как Нарцисса перешла с ним на «ты».       Северус отчего-то едва заметно напрягся. Если бы не годы, проведённые бок о бок в услужении у психопата, Люциус бы и не обратил внимание. Едва заметный взгляд глаза в глаза с Поттером-Блэком – словно упражнение по легилименции, в которой юноша не был силён. Раньше не был силён. Как обстояли дела сейчас, Люциус не имел возможности знать. И уже совершенно не удивился бы, если новоиспечённому Лорду двух Родов подчинилась и эта наука. – Вернусь в Хогвартс. Надо закончить школу. К тому же это даст мне возможность обдумать следующий шаг. – Драко однажды обмолвился, что ты собираешься стать мракоборцем.       Гарри как-то горько усмехнулся и легонько подбросил в воздух трость, которая стояла, прижатая к его стулу. – Боюсь, с этой штукой меня в мракоборцы не возьмут. Да и отборолся я своё, честно говоря, – Гарри вернул трость на место. – Нужно что-то поближе к земле. Артефакторика, ритуалистика, зелья? – Из всего перечисленного, смерти ты ещё не поискал только в первой области, – холодно заметил Северус. – Я бы даже сказал, что нашёл там жизнь. Но ведь и ритуалы лишними не оказались? – Понравилось ходить за грань? – Разонравилось по эту сторону?       Обстановка накалилась за долю секунды. Наследник и Лорд прожигали друг друга нечитаемыми взглядами. Малфои понятия не имели, о чём говорят эти двое, но было точно ясно, что их надо срочно разнять, пока они не сцепились физически. – Северус! Гарри! – воскликнула первой Нарцисса. – При всём уважении, Леди Малфой, не лезьте не в своё дело, – в голосе Поттера-Блэка было столько металла, что он почти звенел. – Как ты смеешь разговаривать так с хозяйкой дома, в котором… – Помолчи, Люциус, – прошипел Принц.       Оба Малфоя замерли. Это удивительное единодушие было даже страннее внезапно вспыхнувшего конфликта. – Я не просил. – Но и не отказался. – Как будто у меня был выбор. – Был. Выбор был даже у меня, после того, как Волан-де-Морт бросил в меня вторую Аваду. – И почему же ты не выбрал уйти? – Потому же, почему и ты: потому что хотел остаться.       Как давно эти двое перешли на «ты»? Что вообще происходит? Люциус осторожно переглянулся с Нарциссой, но та лишь пожала плечами и слегка покачала головой. – Ритуалистика – не игрушки. К тому же бОльшая её часть запрещена. – Я догадался, – Гарри вновь подбросил трость. – Тогда зачем вообще заговорил про неё? – Потому что это интересно. И у меня неплохо вышло. – Частично вернуться – это не неплохо. – Да ладно. Зато в артефакторике я оказался гораздо успешнее. – И только потому жив. – Но благодаря ритуалу жив ты! – И наполовину мёртв ты! – Процентов на 15, не больше. Да и трость успешно выполняет функции и якоря, и защиты.       Северус закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Люциус почти услышал, как он говорит себе: «Очисти разум». – Мы ходим по кругу, – наконец произнёс Северус, а потом обратился к Малфоям: – Прошу прощения за наше неподобающее поведение. Мне не следовало выходить из себя.       Люциус поражённо молчал. Нарцисса же вдруг вскочила со своего места и крепко обняла сначала — опешившего Северуса, а затем — обескураженного Гарри. – Это правда? – спросила она, всё ещё придерживая юношу за плечи и заглядывая ему в глаза. – Ты отправился за грань, чтобы вернуть Северуса? – Это правда, – ответил Северус быстрее, чем Гарри успел открыть рот. – Для этого ты принял наследство и стал Лордом? – продолжала Нарцисса. – Нет, не Лордом, только Наследником. Лордом пришлось стать, чтобы смастерить вот эту вещицу, – Гарри указал глазами на трость. – Потому что на то, чтобы вернуть Северуса и вернуться целиком самому, не хватило даже сил Наследника, – подытожил Люциус.       Северус и Гарри кивнули. Нарцисса вновь прижала к себе юношу. – Могу я?.. – Не стоит, Люц. На ней заклятий больше, чем на всём вашем Мэноре, – Северус перехватил трость раньше, чем Люциус успел подойти к ним. – И как же тогда ты… – Я помог её создать. Совсем немного, но достаточно для того, чтобы она не признавала меня врагом.       Люциус вернулся на своё место и лишь перевёл удивлённый взгляд с Северуса на Гарри. – Во что же вы вляпались?       Ответа, что резонно, не последовало. Нарцисса ещё раз сочувственно взглянула на этих двоих и тоже вернулась на своё место – Если вам понадобится помощь – любая помощь – обращайтесь. – Благодарю, Лорд… – Люциус. Просто Люциус. Тем, чем моя семья не обязана Северусу, она обязана Вам, Лорд… – В таком случае и меня не надо называть Лордом. Веет чем-то… Тёмным, – юноша усмехнулся. – Просто Гарри. – Хорошо, Гарри.       Нарцисса улыбнулась. Её взгляд, направленый на Гарри, говорил: «Про меня ты и так всё знаешь». – Ты выступил в нашу защиту из-за Северуса? – вдруг напрямую спросила она.       Гарри покачал головой. – Не только и не столько. Ты спасла мне жизнь. Ты практически не участвовал в войне из-за и после Азкабана. А что до Драко… Он бы не пережил ни Азкабан, ни тем более дементоров. Это едва не сломало тебя, боюсь представить, что стало бы с ним. Вы все не совершали того, за что полагалось бы сгнить в тюрьме или умереть страшной смертью. А за остальное, мне показалось, вы настрадались достаточно.       В этот момент в коридоре что-то упало. Послышалось громкое ворчание. Нарцисса насторожилась. И она, и Люциус выхватили палочки. Гарри взял трость. Северус просто медленно повернулся к дверями. Через мгновение двери распахнулись, и в столовую вошёл ругающийся Драко. Все расслабились. – Какого Мордреда, я в собственном доме не могу попасть в собственную столовую?!       Он оглядел всех присутствующих, и взгляд его замер на Гарри. – Что за..? – Сын, поздоровайся с Лордом Поттером-Блэком, – Люциус убрал палочку и поднялся со стула.