Личность виновного

Часть 26 — В каком смысле вы не можете найти семью Пак? — недоумевал следователь, как только в кабинет ворвались молодые работники участка, — Вы издеваетесь?! Мы и так ищем Паксу по всему городу! — И-Извините, господин Лим, нам не удаётся связаться хоть с кем-то, кто видел их недавно, — кланялся запуганный юнец и заикался. Я сидела в кресле, прямо в середине большого помещения, пока рядом находилась моя мать и остальные. Родители ребят тоже присутствовали в участке, хмуро подглядывая на своих детей, но во взгляде все равно мелькал страх. — Вы про моего коллегу? — подал голос господин Ли, что стоял рядом у стенки. Минхо сидел на стуле, стараясь не смотреть в сторону отца, опасаясь стать вновь причиной всех бед, как любили делать родители. Его мать осталась дома, не решаясь влезать во все эти разборки, зато вот младший брат, обеспокоено оглядывал всех вокруг и не до конца понимал происходящего. Феликс казался вообще неродным братом Минхо, но на удивление, родители у них были одни. Его фигура выглядела худощавей, а лицо украшала россыпь заметных веснушек. Даже черты лица казались с мелкой примесью иностранной крови, но и Минхо скорее походил на японца, чем на коренного корейца. Из-за простого любопытства, мне захотелось увидеть их мать. Интересно, какая внешность у неё, если отец казался самым обычным жителем Кореи? Странная семейка, но Минхо от этого я любить меньше не стала. — Тот не приходил на работу вчера и начальство звонило ему, но быстро прекратили попытки. Сами понимаете, после всех новостей, нашу компанию стали проверять с ног до головы и многие отделы лишились управляющих, — Старший Ли хотел помочь делу, хотя прекрасно понимал, что информации не было никакой. После выпуска статьи прошёл один день, а мы снова собрались в участке, только уже со всеми родственниками. Кстати о родне. Моя мать была в гневе, стоило той узнать, чем я занималась на самом деле, когда уходила гулять. Я понимала ее волнение и гнев, ведь являлась единственным дорогим для неё человеком на этой планете и могла исчезнуть как те самые жертвы Паксу, найденной потом полицией в какой-нибудь канаве. Попытки, что я предпринимала, успокаивая маму, увенчались лишь ссорой и нагнетающим молчанием после. Она пылала от эмоций и я решила отступить в объяснениях, давая такую возможность следователю Лим. Тот, к слову, снова вошёл в стандартный состав работников этого участка и принимал активное участие в расследовании. Уже были готовы адвокаты и все возможные документы, но семья Пак пропала со всех возможных радаров. — Тц, — недовольно цокнула, сжимая пальцы на подлокотнике сильнее, — Кто бы мог подумать, да? Нужно было сразу ехать к ним, а не звонить по телефону. Мое недовольство остудил серьёзный взгляд матери и всех взрослых, которые находились в помещении. Я притупила взор, стушевавшись от такого внимания, но постаралась держаться и не говорить ещё чего лишнего. — Приговор будет понятен после суда? — тихий, но полный надежды голос, разрезал мое сердце напополам. Мать Джисона. Эту женщину мне было жалко больше всего, ведь пришлось столько узнать и пережить буквально за один вечер, что я боюсь представить, сколько понадобилось выпить успокоительного, чтобы так спокойно стоять на своих двух. Краем глаза, мной был замечен момент, когда она взяла руку дрожащего сына и ободрительно улыбнулась. «Я же говорила, Хан, — она примет тебя любым» — ухмыльнулась своим мыслям, поражаясь выдержке этой женщины. — Да, госпожа Хан, — следователь устало потёр глаза, — Но могу вас заверить — ему смягчат приговор. Слева от стола стояла семья Ким. Сынмин устало облокотился на стену, отдавая стул матери и поглядывал на меня в немой поддержке. Я поймала его взгляд и немного приподняла уголки губ в улыбке, как наткнулась на глаза его мамы. Та смотрела с беспокойством, но немного винила меня в такой опасности. Ведь, ни для кого не было секретом, что расследовать все начала я и лишь привязала к себе остальных, подкидывая в самое пекло преступности. Мин объяснил ей, что выбрал следовать за мной сам и, вроде как, госпожа Ким успокоилась, но все равно прожигала меня напряженным взглядом. Я отвернулась обратно, дрогнув от снова резко открывшейся двери. — Следователь Лим! — вбежал более взрослый работник, с видным потом на лбу и ошарашенными глазами, — Тут!.. — Смирно, — осадил того старший, пригвоздив взглядом. — Есть! — встал по струнке и преподнёс руку к брови, отдавая честь, — По нашим данным, Со Паксу был замечен сегодня в районе Каннама. — Тогда чего вы ждёте? Следователь быстро направил наряд полицейских, которым удалось узнать местонахождение преступника и те, не теряя ни секунды, скрылись за дверью. — Я могу помочь… — Сиди спокойно, ХюнКи, и не зли меня ещё больше, — мама взяла мою руку, как только я подорвалась с места. Глубоко вздохнув, присела обратно и стала слушать подробный отчёт следователя Лим, который итак знала наизусть. Это собрание состоялось лишь для того, чтобы наши родители не устраивали панику, а спокойно приняли действительность и побеспокоились о нашей дальнейшей безопасности. Из-за того, что мы влезли в криминальную сторону города, наши жизни могут оказаться в опасности, но полиция так же заверила, что будет патрулировать улицы во избежание дальнейших преступлений. После подробной лекции, родители все равно остались недовольны, но уже поглядывали на нас с ноткой гордости. Для них, мы всю жизнь будем маленькими детьми, которые влипли в большие неприятности. — Что ж, пока мы ищем семью Пак, — в разговор вмешался помощник Им, стоящий все это время за спиной следователя, — Суд пройдёт по делу Хан Джисона. Завтра вас ждут в главном корпусе и, желательно, полным составом. В этом деле важно учесть, что парень хоть и являлся соучастником, но во многом помог. Вы же, будете его опорой и защитой, а наш адвокат гарантирует о более хорошем итоге. Наша огромная компания вышла из участка и я вдохнула свежий воздух подступающей весны. За эти пару дней, в Сеуле заметно потеплело, а ветер наконец перестал ломать ветки деревьев. — ХюнКи, верно? — юношеский голос позвал меня откуда-то сзади и я поспешила повернуться, встретившись с тёплым взглядом младшего брата Минхо. — Да. а ты, Феликс? — неловко улыбнулась, кое-как выдергивая из памяти его имя, сказанное другом лишь один раз, в новогоднюю ночь у меня дома. Шатен кивнул головой, нервно поглядывая на своего отца, пока тот переговаривался о чем-то со следователем. Минхо заметил нашу компанию и уже надвигался вперёд, но Феликс быстро повернулся ко мне и привлёк внимание. — Спасибо, что приглядываешь за моим братом. Моей помощи он бы не принял, — быстро пролепетал юноша, одаривая меня солнечным теплом улыбки. — Ох, что ты. — ощущение неловкости накатывало ещё больше и я почувствовала жар в щеках, не зная, как реагировать на такие слова. — Эй, о чем вы болтаете? — недовольно спросил Минхо и я вдруг почувствовала присутствие Сынмина с другой стороны. Тот тоже подошёл к нам и оглядывал Феликса с небольшим подозрением. — Уже ни о чем. У тебя прекрасный брат, Хо, — кивнула рыжему, замечая, как уши младшего начинают загораться красным. — Тц, — рыжий цокнул и закатил глаза. Я сконфуженно подметила, что в нашей компании назрело тяжёлое молчание, а лицо Феликса успело побледнеть и покраснеть с завидной скоростью. Глаза Сынмина все ещё глядели на юношу с подозрением и я даже заметила нотки ревности в его легком прикосновении к моей руке. — Как думаете, куда могла пропасть семья Пак? — перевела тему, стараясь разбавить молчание. — Уехали куда-то за город, — Минхо пожал плечами и почесал за ухом, — Не удивлюсь, если они исчезнут как и Чиа. Ее родители сейчас тоже под подозрением в коррупции. — Эй! — тыкнула локтем в ребро парня, кивая в сторону подошедшего Джисона. — Оу, Хан, прости, — виновато скривил лицо. Мы все прекрасно понимали, что тема с Чиа не особо удачна в присутствии Хана. Ему было сейчас тяжелее всех и пропажа старой знакомой, тоже нанесла по нему неплохой удар. На извинения тот лишь покачал головой в отрицании и повернулся ко мне. Весь бледный и с красными капиллярами в глазах, он выглядел очень болезненно, от чего я тяжело вздохнула. — Хюн, у тебя остались какие-нибудь записи с диктофона, которые как-то могут помочь? — Ох, и правда, — удивлённо кивнула, вспоминая впервые за долгое время о своих записях в таком ключе. Шутить о моём ненормальном увлечении было уже нормой, поэтому я перестала даже думать об этом, как о чем-то серьезном. Но Хан был прав — мои записи тоже могут помочь. — Приду домой и все проверю, — заверила парня. — ХюнКи, поехали! — голос матери громко прервал нашу идиллию и я виновато глянула на парней. — Мне пора, — попрощалась со всеми, напоследок обняв Сынмина. — Напиши, если твоя мать совсем разойдётся, — тихо прошептал на ухо, пока мы стояли в объятьях друг друга. Его тепло всегда меня так приятно обволакивало и убаюкивало, что я боялась уснуть прямо так, стоя у полицейского участка. Да и голос Сынмина всегда мне казался созданным для спокойных баллад или колыбельных. — Думаю, твоя мать будет ещё больше в бешенстве, если увидит меня на вашем пороге, — усмехнулась, зарываясь носом в его любимую синюю толстовку. — Она сейчас зла, но ты ей уже как родная, — немного отстранился и взял в свои ладони мое лицо, — Все будет в порядке. — Фу, вы бы хоть предупредили, — Минхо скривился и пошагал в сторону машины отца. — Он сейчас ещё больше вредный, чем обычно, — произнёс Феликс, смотря тому вслед, — Что ж, пока! — Пока! — помахала им в спины. Повернув взгляд обратно на Сынмина, я встретилась с приподнятой бровью на его лице и немым вопросом в глазах. — Что? — не поняла, опуская махающую руку. — «У тебя прекрасный брат, Хо»? — Мин процитировал мои слова, стараясь сделать голос похожим, — Что это было вообще? — А разве, это не так? Он кажется довольно милым, — задумчиво протянула. — Милым?! — ХюнКи, быстрее! — кричала рассерженно мать, поглядывая на нашу пару из своего окна автомобиля. — Когда ты встретила меня, то твое лицо было каменнее, чем бетонная стена, — наигранно обидчиво протянул он, выпуская меня из своих объятий, — А тут, ты и краснела, и назвала его милым! — Боже, Мин, я просто сделала комплимент! — весело усмехнулась, оборачиваясь в его сторону, пока шагала к бибикающей машине и помахала Джисону. Как только моя туша оказалась в салоне автомобиля, мама тут же поехала, поворачивая на главную дорогу. В момент вождения ее лучше не трогать, поэтому я повернулась к окну и надела наушники. Сынмин и Джисон стояли на улице, провожая взглядом уезжающие машины семьи Дунг и Ли. Молчание восставшее между ними, немного напрягало, но стоящие сзади мамы обоих о чем-то разговорились и не спешили по домам. — Так. — протяжно выдохнул Хан, неловко повернув голову к первогодке, — Вы с ХюнКи встречаетесь? *** Жаркое солнце опустилось ближе к горизонту и миниатюрная фигура вышла из кирпичного дома, развешивая на веревки только что постиранное белье. Чиа и мужчина убирались весь день, выезжая один раз в магазин за подходящей мебелью и обустраивали комнаты. Уборка забрала больше всего времени и сил, а с наступлением вечера, девушка решила отдохнуть на улице. — Ох, — протянула она, устало растекаясь на скрипучем старом стуле. Рядом присел и ее, в настоящее время, единственный друг и советник, подавая в руки железную чашку с горячим чаем. Они молча смотрели на красивый огненный шар, который затекал за темную равнину поля и вдыхали сладкий аромат цветов. — Что хоть написала в письме? — спросил неожиданно старик, поправляя на ногах рабочие ботинки — в них было гораздо удобнее собирать весь мусор со двора. — Прощание и извинение подруге, — тихо ответила та, с легкой улыбкой поглядывая на жужжащего шмеля неподалёку, — Письмо — это довольно жалкий поступок в ее сторону, ведь она была единственной близкой подругой. Но по-другому, уже поступить просто нельзя. — Ты всегда можешь вернуться обратно, — заверил он, накидывая на ее плечи свою тёплую рубашку. Чиа помотала в отрицании головой, молча засовывая руки в рукава. С наступлением темноты, в этих краях становилось довольно прохладно и лёгкая футболка совсем не помогала. Так они и просидели до появления ярких звёзд на небе, очаровавшись этим зрелищем. Без уличных огней мегаполиса, небо стало казаться ещё больше волшебным и завораживающим, а множество созвездий находились без особого труда. «Так будет правильнее» — подумала черноволосая, отпивая ещё глоток остывшего чая. *** — Сонхи, не спи, — тормошил за плечо Дэ свою сонную сестру. Они ехали уже очень долго, а отец столько же времени ужасно матерился и проклинал все на свете. Мать, что сидела на переднем сиденье, предпочла просто молчать и не попадать под горячую руку мужа, ведь все знали, как страшен глава семьи в гневе. Граница Сеула давно помахала им рукой, а впереди проглядывались редкие огни частных домов. Где-то в ночной темноте проглядывались и горные возвышенности, все ещё покрытые толстым слоем снега. Город Тхэбэк на землях провинции Канвондо, ничем не отличался от обычных деревушек. Только зимой здесь довольно снежно и люди зарабатывают, в основном, сельским хозяйством. — Что нас ждёт, Дэ? — тихо спросила Сонхи, поглядывая на открывающейся вид из окна. Парень не знал ответа. В такой глуши можно только полностью отдаться физической работе, либо спиться с местными пьянчугами. Ведь особых развлечений или престижной работы тут попросту не найти. *** Я зашла в квартиру вслед за молчавшей матерью, что не проронила ни слова с того момента, как мы приехали. Ссора, произошедшая ещё утром, разожгла между нами громкое молчание, наполненное недосказанностью и подкрепленное обидой с огромным количеством переживаний. Мама боялась, как и я. Как взрослый человек, что тянет на себе огромное количество обязанностей и забот, она выбилась из обычного ритма жизни, как только на ее телефон поступил звонок из полиции. Думаю, для каждого родителя будет страшен этот миг, который решает дальнейшую судьбу семьи. Сначала, она подумала, что я и другие ребята натворили что-то в школе или пока гуляли в центре города. С шкодливым характером Минхо и моей легкостью на подъем, по ее мнению, мы могли сотворить что угодно и только один Сынмин обладал хоть чуть-чуть чувством самосохранения. Я немного с ней согласилась, но поспешила разъяснить ситуацию и тогда произошёл целый взрыв со стороны старшей Дунг. Она кричала о моей безответственности и эгоизме, ведь за собой я потянула и других. Маму обижало так же и то, что я не поделилась всем изначально, оставляя ее в неизвестности до самого конца. «А, если бы, с тобой что-то случилось?!» — этот вопрос она задавала с пеленой слез на глазах и гневом. В следующую секунду полились и проклятия в сторону Джисона, который изначально был правой рукой Пак Дэ. Мои попытки доказать обратное не увенчались успехом и я плюнула на это, понадеявшись, что она сама все поймёт, когда выслушает таких же взрослых людей в участке. Сейчас же, как только мы перешли порог квартиры и я проходила дальше по коридору к своей комнате, мама вдруг подала голос, спокойно останавливая меня. — Извини, — тихо начала, смотря куда-то в сторону кухни, — На самом деле, это плохо, что за тобой не доглядела я сама. Стоило больше уделять время дому и с тобой, а не рваться за повышением. Извини, за то, что я такая некудышная мать. Я сразу же повернулась к ней, ошарашено расширив веки. Не такое ожидалось услышать от неё, после всего произошедшего. — Нет, мам, — подошла снова ближе, мягко касаясь ее плеча, — Мне очень дороги наши с тобой вечера, проведённые дома или, как тогда, мы вечерами сидели во дворе старого дома и ели вкусную вишню. Ты прекрасная мать, что воспитала во мне чувство справедливости и уважения к чужим жизням. Если ты стала больше работать, то это не значит, что упускаешь меня, а лишь доказывало твое доверие. Ты доверяла мне свободу и самостоятельность в решениях и я благодарна за это, ведь, теперь, в нашем городе стало на несколько преступников меньше. — Но этим должна была заниматься не ты, ХюнКи. Существует множество способов решить проблему, не прибегая к такой опасности. Почему же ты. — она всхлипнула, захватывая своими пальцами мою ладонь и сжала, — Почему же ты молчала, когда так старалась и страдала? Я поджала губы от подступающих к глазам слез и отвела взгляд. Становилось тяжело в душе, как только кто-то спрашивал такое. — Да, было тяжело, но рядом со мной всегда были друзья, — натянула улыбку потрескавшимся губами, — Хоть ты и не была рядом, но я всегда помнила о тебе, когда шла на риск. Именно поэтому, у нас все получилось. Мама молча обняла меня, роняя тихие слёзы на мой тонкий серый свитер. Свет из окна освещал ту часть коридора, где стояли мы и я вглядывалась в эти лучи, пока в воздухе летали мелкие частички пыли. — Я люблю тебя, мам, — прошептала, собирая часть ее кофты в свой кулак и прижала к себе сильнее. Та ответила невнятно, все ещё борясь с вырывающимися всхлипами. Объятья продлились буквально несколько секунд, но этого хватило, чтобы мы обе успокоились и снова взглянули на другом друга с теплотой и облегчением. — Мне не стоило говорить столько гадостей в твою сторону и в сторону Джисона, — старшая Дунг вытерла мокрые глаза и щеки, неловко улыбаясь, — Парень хороший и принял свои ошибки. Все мы когда-то ошибаемся, но самое главное вовремя остановится и понять. — Ничего страшного, — покачала головой в отрицании, — И ты меня прости за все. Следущий час, я пила горячий чай в компании родственницы, что так давно не могла выбраться из лап постоянной работы. Печально то, что только в такой ситуации, мы смогли наконец провести время вместе, но я все равно радовалась этой возможности и обсуждала с ней все происходящее. Когда время близилось к четырём часам вечера, я вспомнила о обещании Хану посмотреть свои записи на диктофон и найти что-то подходящее к делу. Мама отправилась спать после такого стресса, а я присела на стул у компьютерного стола, доставая почти половину карт памяти из картонной коробки. Близилась долгая и нудная работа, чтобы прослушать почти все. Но сейчас времени предоставлялось достаточно. *** Старший Пак зашёл в старый маленький домик, где уже давно никто не жил. Обстановка совсем не богатая, не сравнимая со старым местом жительства, но никто из их семьи не смел сказать и слова. Все понимали, в какой они ситуации оказались. Пак Дэ оглядел свою комнату, которую придётся делить с сестрой из-за нехватки предоставленной площади. За этим местом ухаживали арендодатели, поддерживая порядок до приезда новых жителей. Здесь холодно и совсем неуютно, ведь морозный ветер задувал в маленькие щели дверей и окон, а в самом помещении расставлено минимум мебели. Сонхи, почти безразлично, оглядела все вокруг, устало присаживаясь на одноместную кровать у стены. У окна стояла ещё одна и Дэ уже представлял, как будет холодно засыпать в этом месте. — Даже не скажешь ничего? — спросил юноша, кладя тяжелую сумку с вещами на пол у единственного огромного шкафа, — Обычно, ты не замолкала, если тебя что-то не устраивало. — Думаю, мы не в том положении, чтобы себя так вести, — прошептала она, оставив свою сумку у кровати и легла к брату спиной, — Я устала. Они все устали. Мать и отец тоже ходили с хмурым видом и опечаленным лицом, осознавая, как тяжело им будет ужиться здесь. Ни шанса на возвращение, ни должной зарплаты, ни того статуса, которым обладали в Сеуле. Все исчезло, как будто это был лишь мираж в пустыне. *** — Вот оно! — тихо ликовала я, пытаясь сильно не шуметь. Над моей комнатой слышалась негромкая музыка из квартиры Сынмина, от чего я могла убедиться, что семья Ким уже дома. Сам парень мне не писал, ведь знал о моём занятии и решил не отвлекать звонками или сообщениями. Чего нельзя было сказать о Минхо. Сообщение от: Минхо — »Ты нашла что-то? Расскажи-расскажи, пож-а-а-алуйста», — подобные сообщения разрывали мой телефон и я отключила уведомления, пока действительно не нашла кое-что стоящее. Следом раздался звонок от того же человека. Моя рука быстро приняла вызов, испугавшись резкого звука и того, что он потревожит спящую мать. — Алло? — зажала телефон между ухом и плечом, пока двумя руками убирала со стола ненужные карты памяти. — Не игнорируй меня, — недовольно проворчали на том конце, от чего закатила глаза, — И глаза не закатывай! — Хорошо, мистер «я-все-должен-знать», — пробурчала в ответ, — Да, я нашла пару записей, что помогут нам. Сейчас включу. — Давай, — послышался непонятный шорох. Видимо, парень решил лечь удобнее на кровати, не задействовав при этом раненую ногу. Найдя глазами нужную запись, я поднесла руку с телефоном ближе к колонкам и нажала на кнопку плей. Из динамиков сразу же послышался звук разных голосов на фоне, пока не раздался более четкий тон Пак Дэ. — Думаю, скоро можно будет избавиться от Хана, как от лишнего свидетеля, - его самоуверенный тон успел взбесить меня даже через запись, — Мы подкупили достаточно людей из компании, чтобы те смогли свергнуть семью Ли и продвинуть моего отца. — В каком смысле, убрать Хана? - не поняла Сонхи, что тогда спокойно сидела на лавочке у спортзала. Была перемена перед третьим уроком. Намечалась физкультура и я тогда шла в нужное место, пока не услышала за углом знакомые голоса. Брат с сестрой обсуждали дальнейшие планы и мои пальцы быстро вынули телефон, делая очередную запись на диктофон. — Можно его как-то подставить или просто заставить директора отчислить, — пожал плечами, вынимая из рюкзака любимые сосательные конфеты, — Это будет легко, учитывая то, что некоторые учителя его недолюбливают. — Но, вы же друзья, разве нет? - Сонхи обескураженно смотрела на то, как ее брат спокойно говорит о таких вещах, — Я считала вас идеальным дуэтом. — В таких делах не бывает друзей, Сонхи, — черноволосый устало вздохнул, — Либо ты, либо тебя. На этом запись обрывается, ведь в дальнейшем не происходило ничего интересного. На тот момент, я ещё плохо знала Джисона и совсем не предполагала, что когда-то воспользуюсь этим файлом. Минхо на том конце молчал еще минуту, и я уже подумала, что тот отключился от звонка, пока его голос, полный возмущения, не разорвал тишину. — Это же!.. — Да, — перебила его, — Я не решилась показать такое Хану изначально. Подумала, что ему не самое время знать о таком, а потом и Чиа исчезла. Парень совсем осунулся, потеряв одного из друзей и я боялась его реакции на эту запись. — Хорошо, что мы успели первее и Дэ не смог подставить его, — хмыкнул Ли, уже более спокойно вздохнул, — Ладно, с этим разобрались. Есть ещё что? — Да, тут парочку фотографий, где над Мунбёль издевается их компания и одна запись разговора ещё с начала моего обучения в этой школе. Они там обсуждают то, с кем можно повеселиться в этом году и присматривались к Сон. — Получается, даже Сонхи не особо была согласна с братом, — выдал свою мысль рыжий, — По ее тону не скажешь, что она в восторге от множества идей Дэ. — Это не отменяет того, с каким удовольствием она издевалась над Мунбёль, — вынула нужную карту памяти из компьютера, помечая ее маркёром, как важный элемент. Устало вздохнув и откинувшись на спинку стула, я посмотрела на время. На циферблате отображалось семь часов вечера, а глаза уже слипались от долгого нахождения перед экраном компьютера. Минхо спокойно попрощался, договорившись встретиться со всеми завтра до суда и поддержать Хана. Я согласно угукнула, заканчивая наш недолгий разговор и отправилась на кухню. Есть хотелось неимоверно, но ещё больше, мне было интересно, где же сейчас находилась семья Пак. *** — Следующий день. Здание главного суда — Моя мать не смогла явиться сегодня из-за работы, но тут и так толпилось приличное количество людей. Я стояла в окружении Минхо и Сынмина, родители которых все же смогли прийти, решив зайти в здание раньше нас. У входа ютились журналисты и репортеры, пытаясь узнать хоть какую-нибудь информацию у выходящих людей, но многие отнекивались и проходили мимо. Мы спрятались за колонной, поджидая нашего друга Хана и его адвоката, но пока те не спешили объявляться. — Волнуешься? — тихо спросил Сынмин, поддевая кончиками пальцев мои, пытаясь немного прикоснуться, — Моя мать тревожится, будто судят меня, а не другого человека. Она сдружилась с мамой Хана и довольно быстро поняла, что он не плохой человек. — Как тут не волноваться, если решается судьба нашего друга, — ответила на прикосновение парня, слегка переплетая наши пальцы в замок. Тепло тут же прошлось по моему телу мурашками. Все были одеты официально: белая рубашка, чёрный пиджак и такие черные же штаны. На улице сегодня солнечно, от чего приходилось постоянно щуриться и прикрывать рукой глаза. Минхо мирно стоял у стены, облокотившись на неё спиной и что-то высматривал в телефоне. С самого утра, у юноши было скверное настроение, отображаясь на его лице раздражительностью и излишней ворчливостью. Я быстро поняла причину его настроения, ведь с ним сюда приехал отец и снова увязался брат, который все хотел подойти к нему и что-то сказать. — Эй, Минхо, — позвала его, отвлекая от телефона, — Почему ты так отталкиваешь Феликса? — Не знаю я, — он снова отвернулся, недовольно надув губы, — Мелкий ещё, чтобы рядом шататься. — Думаю, он просто хочет тебя поддержать, — пожала плечами и посмотрела в сторону его брата. Тот увидел мой взгляд и весело помахал рукой, на что я ответила вежливой улыбкой. — Ты, я смотрю, его только и замечаешь, — Ким немного дёрнул меня за руку, заставляя переключить внимание на него. — Нет, мне лишь не по себе, что он стоит там один в окружении взрослых. — Ему не привыкать, — закатил глаза рыжий, отталкиваясь от стены, — Он же будущий владелец акциями и ему нужно крутиться в таком обществе. Пошлите уже. Мы двинулись в сторону входа, где как раз находился Феликс, окружённый собственной семьей и работниками полиции. Младший почти радостно встретил нас и я заметила, как лёгкая улыбка тронула лицо Минхо, пока тот наблюдал за братом. «Кого ты пытаешься обмануть, Хо?» — усмехнулась своим наблюдениям, следуя за руку с Сынмином внутрь здания. *** — По предоставленным доказательствам, что передала нам полиция, Мы можем сделать вердикт, что Хан Джисон, являющийся учеником старшей школы, класс 2-Е, совершивший уголовное преступление, в виде держания видео сексуального характера, с целями шантажа, приговорён к исправительным работам на год, — Судья громко проговорил вердикт, стукнув деревянным молотком, символизирующего акт правосудия. Сидящая рядом мать Хана вздохнула с облегчением, что все два часа мяла в руках собственное чёрное платье. Она вся извелась, пока наблюдала за лицом сына и тем, как адвокат защищал его. На экранах показывали все найденные нами доказательна, включая как записи с моего диктофона, так и заключительное видео с той самой поляны у окраины города. Я успела обрадоваться тому, что моя мать не смогла явиться на суд. Такого бы зрелища она бы точно не выдержала, ведь даже родители друзей смотрели на меня с сочувствием в глазах и некой тревогой. Хан все же услышал ту запись, где Дэ обсуждали с сестрой о его устранении. Мне было больно наблюдать, как он сдерживал в себе слёзы и не хотел верить в то, что его почти подставили близкие на тот момент люди. Облегчение все же отразилось на его бледном лице, как только все это закончилось и он мог спокойно подойти к нам. Его тут же обняла мать, крепко прижимаясь к себе родное тело сына. Мы с ребятами не решились подойти в такой момент, поэтому просто вышли в коридор, дожидаясь следователя Лим. Тот подошёл через минут десять, оповещая о том, что Паксу смогли задержать. Вчера, когда наряд полицейских обнаружил его в районе Каннама, те смогли отследить его движения и схватили у чёрного входа в общежитие. Видимо, тот хотел собраться пожитки и свалить из города, но, к счастью, не успел. Сейчас будут проводить суд над ним, на что нас конечно же тоже пригласили. Я согласилась, желая увидеть напоследок его омерзительно лицо и то, как он наконец-то будет платить по заслугам. — Останетесь? — спросила стоящих сзади ребят. Хан подошёл пару минут назад, вникая в весь разговор и кивнув головой на мой вопрос. Их родители решили уехать, оставив нас под наблюдение следователя Лим, чему тот был совсем не против. — Конечно, — кивнул Сынмин, — Как тебя оставить в такой момент? Минхо поддакнул его словам и я улыбнулась, оглядывая лица всех троих. «Как хорошо, что в моей жизни появились вы» Толпа вновь собралась в огромном зале и все тот же судья восседал за высоким столом. Рядом сидящие помощники подавали ему различные бумаги и проговаривали все детали дела, пока мы рассаживались по своим местам. Я сидела между Сынмином и Ханом, наблюдая, как впереди садится Минхо и его брат. Тот тоже решил остаться, чему рыжеволосый снова был не особо рад. В зал вошёл Паксу, заключённый в наручники и под руку с работником полиции. Его уже переодели в одежду, которую выдают тюремщикам, состоящую из обычной футболки и штанов песочного цвета. На секунду, наши глаза встретились и я увидела зверский гнев в его остром взгляде, слегка раскосых очей. Мое тело дрогнуло в импульсе страха и промелькнувших воспоминаний. Следы, что остались на моем лице и теле, будто снова загорелись в боли, но это не сравнится с тем, что было той ночью. Язык все ещё чувствовал вкус тлеющего табака сигареты. — Мы начинаем суд по делу Со Паксу, обвиняемого в производстве и продаже наркотиков, изнасиловании и убийстве как минимум, трёх девушек, ранее учащихся в старшей школе, — голоса судьи разорвал гул из голосов людей, обратив все внимание на себя. В процессе суда, стало так же известно, что сегодня утром задержали и всю их подпольную компанию, которой управлял тот самый господин Чхве. Суд над ними будет произведён завтра, но меня это уже мало волновало. Самое интересное происходило сейчас и я сполна упивалась восторжествовавшей справедливостью. Этот процесс продлится целых три часа, от чего мне уже становилось больно сидеть и слушать монотонный голос адвоката убийцы. Кто вообще додумался представить ему адвоката? Смягчить наказание? Не смешите меня и всех тех жертв, что пали от его руки. Восседающие за нами репортеры и несколько молодых стажеров, тут же начали записывать происходящее на камеру и что-то черкать в своих блокнотах. Надо же, а эта сенсация действительно привлекла внимание множество газет и новостных форумов. По новостям даже крутили скрины статьи Хана, с большим энтузиазмом оповещая всех жителей о раскрытом деле, с помощью обычных школьников. Да, сейчас наша компания была некой горячей темой в кругах Сеула, из-за чего не хотелось возвращаться в тусклые стены учебного заведения. Там, наверное, сейчас обмусоливают каждое наше действие и брошенные когда-то взгляды в сторону других сверстников. Что ж, они такое любят и я даже не буду сердиться на перешёптывания за спиной, прекрасно понимая, что будь я на их месте, то поступала бы точно так же. Мысли о школе пробудили во мне что-то необъяснимое. Одновременно было как-то горестно и неимоверно скучно думать о ней, но те эмоции разбавляли множество моментов проведённые с Минхо и Сынмином. Они буквально спасали меня от упадка сил с наступившей зимой, постоянно звали куда-то поесть и просто не давали задохнуться от душноты многих преподавателей. Надо признаться, что и моя инициатива в расследовании убийства Мунбёль тоже принесла свои плоды и незабываемые моменты. Как хорошие, так и не очень — все это невероятный опыт, показывающий ту самую сторону жизни, которую хотелось бы видеть не каждому. Но меня устраивал исход данной истории, заканчивающийся весьма неплохо. — Хан, — тихо позвала сидящего рядом второгодку, — Ты веришь, что это действительно происходит? Светловолосый повернул ко мне голову, замечая мою резкую растерянность и некий шок. Поверить было трудно, что мы добились своего, запрятав опасного убийцу за решётку. Теперь, мне становилось хоть чуточку не совестно перед погибшей Мунбёль, ведь, теперь, все знали правду. Жаль только, что человека это не вернёт. — Ох, не знаю, — вздохнул, оглядывая всех людей вокруг, — Для меня все только начинается. — Точно, — кивнула, — Семью Пак ещё не нашли и твой приговор будет длиться целый год. — После исправительных работ, мне будет запрещены пути к многим профессиям и обучению в различных институтах, — пробормотал он, нервно загибая пальцы рук и оттягивал рукава чёрного пиджака, — Даже не знаю, куда мне теперь поступать и какое будущее планировать. — Есть много профессий, позволяющие зарабатывать и без высшего образования, — успокоила его, немного притесняя своим плечом, давая некую тактильную поддержку, — Пройди какие-нибудь курсы, это будет даже полезнее, чем многолетняя учеба в институте. Хан ещё раз оглядел мое лицо, которое оставалось повернутым к судье. Краем глаза я заметила его немного расслабленные руки, а так же успокоившиеся дыхание. — Ты права, Хюн, — кивнул, возвращая внимание к процессу суда. Моя левая ладонь находилась во власти черноволосого юноши, спокойно сидящего на стуле и наблюдающим за происходящим. Я невольно засмотрелась на его профиль, вспоминая те первые моменты нашего знакомства и дальнейшей дружбы. Славный сосед, что вначале бесил меня громкой музыкой, хоть наши вкусы и были весьма похожи. Его растерянное лицо, как только он встретился с ничего не выражающим лицом моей матери и первый смех от общей удавшейся шутки над Минхо. Он подарил так много хорошего для меня, что меня вдруг захватила волна бесконечной благодарности. Он являлся первым и единственным парнем в моей жизни, которому действительно удалось показать мне, как чудесны написанные романы и невероятны обычные посиделки у кого-то в гостях. Сынмин стал моим домом, что всегда ждёт и дарит своё тепло, не прося ничего взамен. — Ты чего? — спросил он, замечая мой долгий взгляд на своём лице, — Я испачкался? — Нет, — отрицательно помотала головой, улыбаясь очаровательному виду парня, — Просто подумала о том, как сильно люблю тебя. Ким оцепенел в образовавшемся неловком шоке и тут же слегка покраснел. Его глаза забегали по моему лицу и остановились на улыбающихся губах. Через секунду, его карие глаза потеплели, а рука сжала чуть сильнее, притягивая к себе ближе. — И я люблю тебя, — тихо прошептал, уткнувшись губами в мое раскрасневшееся ухо, — Если бы мы были в другой обстановке, то я бы тебя и поцеловал. Не самое удачное ты место выбрала для первого признания. — Ох, ну извините, — усмехнулась замечанию юноши и немного отстранилась от его тела. Тем временем, суд все продолжался, а сидящий Со Паксу сверлил взглядом образовавшуюся толпу журналистов. Его адвокат так и не смог вытянуть из процесса какого-нибудь смягчения приговора и, в принципе, оставался бесполезным предметом интерьера, чьи потуги не были никому интересны. Итог был следующим: Паксу приговорили к лишению свободы на двадцать пять лет и каторжным работам с последующим приостановлением квалификации. Дело об убийстве Мунбёль и той самой последней жертве, наконец раскрыли верно и закрыли, с чистой душой, отправив в дальний ящик. Завтра состоится суд над господином Чхве и его прихвостнями, которым выдадут такой же билет до тюрьмы и долгим годам перевоспитания. Нам осталось ждать только хоть какого-то продвижения в поисках семьи Пак, чтобы все точно довести до разумного конца.