Право выбора

Она пришла прямо посреди дня, как будто ей не было страшно, что их могут увидеть. Под мантией, конечно, но все же. У Грейнджер действительно родился план. Он был сумасшедшим и отчаянным, но, кажется, именно отчаянные поступки характеризуют гриффиндорцев. -Малфой, если ты скажешь, что я сошла с ума, я отвечу, что ты сделал это первым, — Грейнджер не знала, чего от него ожидать, и нападала первой. Было бы весело поспорить с ней, но Драко мог лишь блаженно ухмыляться, как последний болван. -Этот этап можем пропустить, давай сразу к делу. -Прекрасно, я правильно поняла, что ты выйдешь из камина вот тут, в этой комнате? -Да, это комната для приема посетителей. -Потом ты можешь пойти к себе? -Да, вполне логично. Я оставлю вещи и приведу себя в порядок, чтобы в подобающем виде явиться к столу. -Так я себе и представляла. Нарцисса может по какой-то причине зайти в твою комнату? Например, чтобы взять что-то? -Вообще, это не принято. Нужно, чтобы она что-то взяла? -Да, нужно именно это, ты понял мою идею. -Нууу, не знаю, если бы это был какой-то хрупкий предмет, который нельзя перемещать магически и доверять эльфам, то я мог бы вручить ей его лично. -Понятно, а ты можешь дарить ей подарки и не дарить отцу? -Исключено. -Тогда нужно найти два подарка. Времени у нас мало. Склизкий холод снова наполнил желудок Драко. Времени действительно осталось мало, он провалялся в больнице почти три недели. Гермиона лишь мельком взглянула на него, когда вставала, чтобы закутаться в мантию. Ее взгляд никак не отрывался от его шеи. Она ухмыльнулась совершенно по-слизерински и прощебетала: «Гарри зайдет к тебе попозже» за секунду до того, как её коварная физиономия скрылась под мантией. -Я передам тебе мои сбережения, — пробормотал Драко в пустоту. Он подошел к зеркалу. На шее красовался фиолетовый засос. Надо же быть таким дураком! Какая удача, что его видела только Грейнджер. Он взмахнул палочкой, и засос пропал, но там, под магией, он все еще горел и кожу щипало.

***

Поттер возник из-под мантии, когда тьма сожрала последний лунный блик. Он все еще держался довольным павлином, Драко задумался, неужели он теперь всегда будет таким? Хотелось бы, чтобы у него была возможность оперировать такими отрезками времени как «всегда». -Привет! Как ты сегодня? Гермиона сказала, что вы к чему-то пришли, и теперь зарылась в каких-то пафосных каталогах. Ты не знаешь, откуда тут ноги растут? — тарахтел Поттер на невероятной скорости. -В тебя бросили проклятье, ускоряющее речь? — Малфой говорил недовольным голосом, но улыбался открыто и просто. Так, как Гарри нравилось. -Я хочу поскорее пропустить всю неинтересную часть. -Мое самочувствие — неинтересная часть? — Драко продолжал разыгрывать вредного аристократа. -О, я вчера имел возможность убедиться, что твое самочувствие превосходит все ожидания. Малфой, наконец, смутился. Гарри вновь сиял от самодовольства.

***

Гермиона подловила его в гостиной перед обедом. Вид у нее был одновременно ехидным и подозрительным. -Гарри, что у тебя с Малфоем? -В каком смысле? -В том смысле, что вы оба какие-то странные последние два дня, и Малфой сверкает засосом на шее. -О, ну я не знаю, что тебе сказать. Может, к нему заходила Паркинсон? — с надеждой в голосе спросил Гарри. -Та самая, которая обжимается с Гойлом на каждом углу? — лучезарно улыбаясь переспросила Гермиона, -Ты влюблен? -Я не знаю, Гермиона, я не знаю, что такое «быть влюбленным». Грейнджер смотрела на него долго и задумчиво. Она знала определение «быть влюбленным». Но книжки не всегда помогали в жизни. -Ты хочешь спасти его и его мать? -По правде говоря, только этого и хочу. -В начале этого года ты бы не мог так ответить. Она замечала, что творилось с ним весь этот год. Удивительно, что ей хватило такта ничего не сказать, Гарри был уверен, что превосходно скрывает от друзей свое состояние. -Да, пожалуй, ты права, — наконец, согласился он. -Тогда это и есть твой ответ. Я постараюсь помочь тебе. В Гермионе было что-то от матери, она принимала его любым.

***

-Малфой, доброй ночи! Гермиона была особенно лохмата, она держала в руках какие-то свертки. -Знакомься, это твои подарки отцу и матери. Не знаю, как ты умудряешься выбирать что-то для Люциуса. Она протянула ему сверток поменьше. От него исходили волны темной магии. -Это артефакт, который вселяет страх -Ты что, решила подарить моему отцу темный артефакт? — Малфой был поражен, ужасно, но это действительно был подходящий подарок -Моему папе я бы подарила бритву, но, кажется, твой не порадовался бы маггловским изобретениям. -О нет, это был бы провал, — Малфой засмеялся. Он смеялся над своим отцом, и Гермиона видела, как смех в нем побеждает страх. -А это для мамы. Из обертки появилась невероятной красоты ваза. На белом фоне распускались затейливые красные и синие цветы. Очень по-восточному. — Это хризантемы, символ «зрелой красоты» и мудрости, а сама ваза китайская. Она очень старая и очень хрупкая, весьма дорогая, кстати, я потратила все твои деньги, — Гермиона рассказывала о вазе, как будто защищала очередной проект. -Деньги — это мелочи. Ваза очень красивая, это то, что надо. Поттер все это время стоял за ее спиной и молча наблюдал. Было что-то удивительное в том, что Гермиона по-настоящему постаралась выбрать подарки для родителей Малфоя. -Гарри верит тебе, а я верю Гарри. Не подведи нас, хорошо? — она положила руку ему на плечо. Малфой кивнул, Гермиона снова завернула подарки и убежала из больничного крыла. -Гермиона все знает. -Так ты же сам ей все рассказал! У тебя опять проблемы с памятью? -Ты не понял, она видела засос у тебя на шее -И что же «все» в таком случае она знает? -Что ты мне дорог. Вот так просто. Они проводили оставшиеся ночи, обжимаясь на тесной больничной кровати. Было ужасно неудобно, некоторые бинты еще не сняли — под ними заживали самые глубокие порезы. Иногда Драко осматривал себя и ужасался. Раны держались дольше обычного, а шрамы не получалось заживить мазью полностью. Вся его грудь была исполосована. В темноте Гарри их не видел, но чувствовал, конечно. Драко смущался. Не то чтобы у него не было других поводов для смущения, и пусть это по-детски, но ему все равно было неловко.

***

За день до выписки он проснулся ни свет, ни заря. Накануне они обсудили окончательный план: он приходит в Мэнор по камину в 14:00, приветствует родителей и отправляется в комнату. В 14:30 активируется ваза, зачарованная в портключ. В этот момент они с матерью должны держать вазу в руках, тогда они перенесутся в безопасное место, о котором ему толком ничего не сказали. Грейнджер подготовила какие-то вещи, которые, с ее слов, помогут его матери в мире магглов. Она собрала сумку и для него. От этого места он без магии должен был добраться до какой-то точки, а куда потом — неизвестно. План, надежный как швейцарские часы. Столько всего могло пойти не так на каждом из этих шагов! Умственные способности Грейджер начинали вызывать у Драко Малфоя сомнения. От гнетущих мыслей его отвлек звук приближающихся шагов. Дверь в его палату открылась и так же стремительно захлопнулась. Перед ним стоял Северус Снейп. Он бросил заглушающее заклинание и сел на стул для посетителей. -Драко, я бы хотел поговорить с Вами. -Вы уже со мной разговариваете, профессор, — Драко попытался разрядить обстановку, но его шутка повисла в тишине. -Верно. Вы помните, что единственный специалист по заклинанию, которым Вас поразили, находится в Хогвартсе? — Драко кивнул — Так вот. Этот специалист — я, я его изобрел. Я много размышлял над той обстановкой, в которой Вас нашел. Совсем не похоже, чтобы там была драка. Я не считаю интеллектуальные способности Поттера исключительными, но зная его характер, мог бы предположить, что он не из тех, кто заглядывает в туалет и бросается первым вспомнившемся ему неизвестным заклинанием, которое он прочитал в старом учебнике. К тому же, он был напуган последствиями этого заклинания, но кроме страха было что-то еще. Он был доволен, а это уж совсем не укладывается в образ героя-спасателя. Посещение Хогвартса Малфоем-старшим тоже выглядит необычно. И то, что вы используете при нем окклюменцию. Скажите, Поттер сделал это специально? Драко вновь отгородил сознание, представляя свои детские драки с Поттером. -Ну конечно, профессор, он сделал это специально. -И поэтому вы даже сейчас закрываете сознание? — Снейп усмехался. Если Снейп так легко раскусил его, значит, и отец мог. Драко представил, как его хватают у камина и тащат в подвал Мэнора. -Профессор, мой отец, он тоже заметил это? Я часто использую при нем окклюменцию. -Послушайте, вы очень недурно преуспели в этом мастерстве. Уж получше Поттера. Не было похоже, чтобы Люциуса что-то удивляло в тот день. Что бы Вы ни задумывали, Драко, берегитесь. Вы еще дети. Драко был сражен таким проявлением заботы. Снейп всегда был нелюдим, не допускал хоть сколько-то личных отношений с учениками. -Спасибо, профессор. -Ну что же, завтра вас выписывают, желаю удачи, — сухо ответил Снейп и порывисто вышел из палаты. -Мерлин, это еще что такое? — спросил Драко у тишины.

***

Вечером его навещала вся золотая троица. -Малфой, я немного поколдовала над твоим чемоданом, он уже собран, — начала Грейджер -Ты что? -Пришлось его выкрасть и я применила заклинание незримого расширения, там есть все, что может понадобиться твоей маме и тебе на первое время. -Оно запрещено, разве нет? Золотой девочке можно нарушать правила? — Драко веселился, но веселье было болезненным. -Ой, ну тебя. Так вот, зачарованная ваза уже там, в 14:30 она активируется, как мы и планировали. Надеюсь, у тебя все получится. После того, как перенесешься, не используй магию, ее можно отследить. -Понял -Тогда удачи, нам с Роном уже пора. Гермиона схватила Уизли за руку и побежала из больничного крыла. Коварная ведьма. -Драко, — начал Гарри. Голос его охрип, а синяки под глазами приняли поистине грандиозный масштаб, — все обязательно получится. Мы будем ждать тебя. Куда дальше — я сам не знаю, Гермиона ничего не рассказывает из соображений безопасности. -Умно, — протянул Драко. -А я тебе говорил, что она очень умная! Гарри метнулся к Драко и сгреб его в охапку, целуя щеки и шею — все, до чего он мог дотянуться. Ужас, который сковывал Драко весь день, отступил и на его место пришла страсть, граничащая с истерикой. Он срывал с Поттера мантию, а Гарри потянулся к пуговицам на пижамной рубашке. Драко сжал его руки. -Послушай, — прервал его Малфой, тяжело дыша, — с меня сегодня сняли последние бинты. И там все… ужасно. Не стоит тебе смотреть. Взгляд Гарри помрачнел. Он разжал пальцы Драко, нервно комкавшие ткань. Медленно, пуговица за пуговицей, он расстегнул рубашку и одним движением распахнул ее. Драко вздрогнул от холода и отвел взгляд. Все его тело — от ключиц до пупка — было изрезано шрамами. Они были еще бледнее, чем его кожа, тонкой паутиной сплетаясь на хрупком теле. Гарри резко выдохнул и задержал дыхание, рассматривая каждый из них -О, Мерлин, это сделал я? Их нельзя убрать? — вот этого Драко и боялся. -Нет, — холодно ответил он и попытался снова запахнуть пижаму. -Мне так жаль, Малфой, я не знал, что так будет. Я такой дурак, надо было придумать заклинание получше, а не хвататься за первое, что пришло в голову. Ты… очень сердишься на меня? -Что? — Малфой опешил. Последнее, о чем он думал — сердится ли он на Поттера за то, что тот спасает его шкуру, — Я подумал, тебе будет противно. -Ты прикалываешься? Гарри наклонился и медленно поцеловал самый верхний шрам, прикусив ключицу, он поднял на слизеринца совершенно безумный взгляд. Из-за очков его глаза закались еще больше. У Драко засосало под ложечкой. Он снял с Гарри очки и положил их на тумбочку. Расценив этот жест как приглашение, Поттер набросился на него с какой-то совершенно дикой, животной яростью. Он целовал его везде, каждый шрам. Драко терялся в ощущениях, он забыл, о чем так мучительно размышлял в последние дни. Казалось, он вообще забыл, как думать. Было сладко, и больно, и весело, и голова кружилась. Он не понял, когда они оба успели раздеться и забраться к нему под одеяло. Стало жарко и тесно. Драко хныкал: ему хотелось большего и хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Поттер сжал его член и Драко выгнуло дугой. Воздух щекотал его ухо, когда Гарри шептал: -Послушай, я не так себе это представлял, но я… (Гарри с трудом подбирал слова) я не хочу ни о чем жалеть, понимаешь? -Драко распахнул глаза. Он пытался собраться с мыслями, но у него ничего не выходило. Он водил мутным взглядом по Гарри, пытаясь понять, что он хочет сказать. Поттер переместил руку ниже и его палец закружил по отверстию. -О, — только и смог произнести Драко, — а ты раньше? -Нет, но я читал, — перебил его Гарри. Драко потянулся к палочке, направил ее на себя и прошептал заклинание смазки. Внутри стало неприятно холодно. -Давай, Поттер. Гарри впился в его шею, толкаясь внутрь одним пальцем, и между поцелуями шептал какие-то глупости. Драко пытался расслабиться, раствориться в этом водовороте чувств и забыть, кто он вообще такой. Все это было странно, Драко смущали новые ощущения и Поттер, умудрявшийся выглядеть так, как будто он знает, что делать. Наконец, Гарри прекратил трахать его задницу пальцами и поднял на Драко вопросительный взгляд. Драко кивнул, и Гарри мучительно медленно начал погружаться в него. Теперь стало по-настоящему неприятно, Драко зажмурился и постарался дышать глубоко и медленно. -Тише, тише, сейчас все пройдет, — шептал ему в шею Поттер. И правда, боль совсем скоро прошла. А потом Гарри поменял угол, и из глаз Драко посыпались искры. Это было так хорошо, лучше полета на метле, лучше Рождества, так хорошо, что стиралась грань между удовольствием и болью, и не оставалось совсем ничего. Драко мог лишь бессвязно бормотать просьбы, чтобы это чувство длилось вечность. А потом Гарри схватил его член и несколько раз ритмично двинул рукой, кончая в него с тем же сумасшедшим выражением на лице. Драко закричал, напряжение, копившееся в нем, вырвалось наружу. Это был катарсис: Драко взорвался на кусочки и собрал себя заново, он стал другим человеком. -Черт, надеюсь, ты не всех так принимаешь в союзники? -О, что ты, специальный сервис только для тебя. -Лестно это знать. Было неловко. -Когда ты понял, что тебе нравятся парни? — набравшись смелости, спросил Драко. -Когда понял, что хочу тебя поцеловать. А ты? -Ничего себе. Я ожидал услышать историю, что ты заглядывался на мальчиков с 12 лет, а встреча со мной вообще перевернула твой мир. Хотя на самом деле у меня было примерно так же. -Да знаешь, я больше времени трачу на попытки выжить, как-то не располагает к размышлениям о сексуальности. -Прекрасно понимаю. В моем случае и размышлять было нечего, я должен был жениться не позже 20 и обзавестись наследником как можно скорее. -Должен был? -Если сумасшедший план твоей подружки сработает, мое имя выжгут на семейном древе, как произошло с моим двоюродным дядей. Так что, думаю, я уже никому ничего не буду должен, я буду просто Малфоем, а не наследником древнего чистокровного рода. -Ты не жалеешь, что решился на это? — Гарри было страшно спрашивать. Это все была его ответственность, он практически силой затащил Драко на сторону света и понимал, что за пару месяцев нельзя пересмотреть все свои убеждения. Хоть Драко и не казался их строгим приверженцем, та жизнь была ему понятна. А Гарри мог предложить ему лишь неизвестность. -Ну кое о чем я определенно не жалею, — Драко улыбался открыто и искренне. Гарри решил, что он может собой гордиться, хотя бы чуть-чуть. Они лежали в обнимку до самого рассвета, болтая о всяких пустяках, пытаясь заглушить росшую с каждой минутой тревогу. Наконец, Гарри сказал, что ему пора и оставил Драко одного. Он так и остался лежать на скомканной постели, повторяя себе, что у него обязательно все получится.