Желание

*** Солнечные лучи пробились сквозь плотную ткань на шторах, и Оля нехотя открыла глаза. За окном звенела капель и появлялись первые проталинки. На дворе конец марта. – Паш, помоги мне встать, пожалуйста. – Рыков молниеносно подошёл к любимой и галантно подал руку. – Ты выспалась? – Не очень. Пол ночи проворочалась, под конец, когда уснула, кое-кто отбил мне почки. Паша положил уютные ладони на живот и нежно произнёс: – Доченька, давай потише, а? Мамочке больно. – Паш, всё нормально, пусть пинается. Немножко осталось. – Ольга очень ждала маленькую дочку, которая активно толкалась, их встреча назначена на двадцать седьмое марта. Рыков отодвинул стул, усадил Олю завтракать и заботливо кормил с ложки творогом. – И ещё ложечку за маму. – паясничал Паша. – Тренируешься? – спросила она, закинув ноги вверх, чтобы снизить отёки. – Конечно! – ответил Паша и поцеловал её в макушку. Заметив, что ей неудобно, Паша массировал ноги, а Оля блаженно раскинулась на стуле. – Вещи я собрал, завтра поедем в клинику. – Почему ты за меня решаешь, может, я не хочу? – Никто ничего не решает. Просто сегодня двадцать третье число, у тебя тридцать восьмая неделя, кесарево на носу. Ольга насопила брови и надула губы. – Уговорил. *** В назначенный день Ольгу готовили к предстоящей операции. Бодрая подруга и лечащий врач, Наташка, бодро зашла в палату. – Готова, Оль? – Волнуюсь очень. – из глаз брызнули слёзы и Паша нежно сжал её ладонь. – Я хотела сама её родить, Паш, посмотреть на неё. – Ччч, у тебя зрение минус четыре,тебе нельзя рожать самостоятельно. Всё будет хорошо. Я буду вас ждать здесь, и сразу сделаю фото, хорошо? – Угу. – вымолвила Оля, протянула руку анастезиологу и через минуту уснула. *** В операционную Павла не пустили, он ждал своих девочек в палате. Спустя час Ольгу транспортировали в реанимацию, а Паша впервые увидел хрупкую розовенькую девочку, завёрнутую в пелёнку. – Папочка, держите вашу красавицу. – Медсестра положила свёрток ему на грудь, и он с волнением поглаживал маленькую дочку, на ручке которой висела бирочка: «Арефьева Ольга Кирилловна, девочка — 52 см, 3100 г,КС, 27 марта 2018, 10:30». Паша изумлённо смотрел на дочурку с забавными складочками и пухлыми щёчками. – Какая ты смешная… – с благоговейным трепетом поцеловал он дочку, – К Ольге можно? – Скорр переведём. *** От наркоза Арефьева отходила тяжело: её тошнило, голова кружилась, а сознание плыло. – Паш, на кого она похожа? – взволнованно спросила она. – На смурфика. – усмехнулся он. – Она такая забавная, щёчки такие славные. – он пристально смотрел на Ольгу и суетился. – Плохо? – Пойдёт. Тебе не сказали, когда ее принесут? – Часика через два, потерпишь? – Придётся. *** Маленькую, громко кричащую девчонку принесли в палату, Оля почти мгновенно вцепилась в свою крошечную, капельную девочку. – Ругаешься, да моя сладкая? – ласково обратилась она к дочери, – Сейчас мама тебя покормит. – Ольга оголила грудь, приложила дочурку и чуть вздрогнула, когда малышка начала усердно сосать молоко и громко глотала. – П-а-а-ш, – с придыханием и волнением произнесла Ольга, – спасибо тебе за неё! – У Павла бешено заколотилось сердце, и по телу разлилось приятное тепло. – Как назовём? Паша поправил выпавшую прядь волос любимой. – Помнишь, мы на днях обсуждали? – Полина? Малышка чихнула и уткнулась носиком в грудь. – Вот видишь, дочь одобрила. Полина Павловна. – горло произнёс Рыков.