Эвермор не шутка

       Нил вышел с поля. Конечно, ему не сильно нравилось то, что на банкете придется сидеть с другой командой, да и он прекрасно помнил, что было на прошлом. Сейчас лишь одна надежда на то, что Воронов посадят в другой конец, ибо он не уверен, что после трех недель в Гнезде сможет хоть немного спокойно отреагировать на Рико. Нет, тот не сломал его так же, как сделал это с Кевином, но лучше не стало.        Нил все еще не так сильно боится этого идиота, чтобы падать на колени и называть того королем. Нет. Его не смогли заставить так поступать, однако это может произойти с Дэем, тот от до сих пор привязан к Морияме, что точно плохо может сказаться, ибо никаких гарантий, что Рико останется в стороне, нет. Да и быть не может, тот сто процентов решит подойти и "поговорить", если это будет разговор, конечно.        Нил не хочет ехать, он знает, что будет тяжело, что у Эндрю будут другие заботы, ибо Кевину явно в разы хуже будет находиться там, а потому, как ему кажется, остаться здесь одному лучше, чем ехать туда, но он знает, что так не получится, его не оставят, не смогут без опасения, что что-то произойдет. — Будет еще тренировка перед Колумбией? — интересуется Нил, но этот вопрос также нужен и Кевину, отчего оба ждут ответа от Эндрю. — Нет. Я бы ее устроил, если бы вы сейчас не носились по полю как два ненормальных идиота-наркомана. Вы сейчас в общаге быстро переодеваетесь, и мы едем в бар. Мне плевать, что вам мало полутора часов, но больше вы не занимаетесь. Если ты, Кевин, еще мог бы, то Нилу еще не разрешили полноценные тренировки, но я не препятствовал тебе, Кролик, так что собрались и пошли.        Нил услышал, как на прозвище голос Эндрю стал немного мягче, и, несмотря на само прозвище, это было приятно. Конечно, «кролик» тот говорил чаще всего тогда, когда была публика, чтобы не использовать те, что нравились больше и что больше показывали мягкость, которую Эндрю постоянно прятал, открывая лишь наедине.        Это было приятно. Нилу казалось, что он знает куда больше других об этом человеке, и это было замечательно, легко, хорошо. Он мог видеть то, что всегда скрыто от большинства. — Не спать, Кролик, — Эндрю вывел его из мыслей, так что пришлось взять одежду и пойти в душ, дабы переодеться и поехать в Сумерки.        Лисы все еще возились с чем-то в раздевалке, не особо собираясь уходить, а потому ему нужно было уединиться, чтобы спокойно сменить одежду на ту жутко милую толстовку, которую они сегодня купили. Это было довольно интересно, а еще Нилу нравилось, что отражение прозвищ, слов Эндрю есть в том, что он надевает. Это было безумно мило для него, отчего откладывалось в сердце приятным воспоминанием, которое точно поможет потом пережить боль, если отец его найдет.        Нил вышел к Лисам, видя, что все же остальные уже ушли, скорее всего, ожидая его наверху. Почти все. Эндрю стоял прямо у двери, почти сливаясь с темнотой помещения, поэтому его и тяжело было увидеть. Он подошел ближе, замечая искорку интереса в карих глазах. — Да или нет, Зайчонок? — Да, — Нил не совсем знал, на что соглашается, но ему это точно понравится, абсолютно точно, без исключений, ибо он знает, что все будет хорошо, когда он продолжит раз за разом доверят Эндрю делать что-то, о чем он не догадывается сам. — Если что-то будет не так, ты сразу мне говоришь, Маленький, — Нил прикрыл глаза с улыбкой, когда его так назвали, после чего почувствовал руки на шее, тот слегка убирал начавшие отрастать волосы, снова закрепляя чокер. — Хорошо, Солнышко, — он все же снова смотрит в глаза, наслаждаясь. — Ты всегда можешь сам его снять или попросить меня, если вдруг почувствуешь удушение. Не терпи, Зайка, ты знаешь, что не должен. — Знаю, — он кивает, после чего наклоняется, оставляя между их губами сантиметр.        Конечно, Нил мог спросить разрешение и поцеловать, мог бы сделать это просто так, — не мог, но все же иногда думал об этом, но точно не сделал бы — мог бы попросить о поцелуе, но просто показал, что хочет этого, ожидая дальнейшие действия Эндрю, ибо не знал, что тот выберет. — Да или нет? — спрашивает Миньярд, отчего появляется лишь больше нетерпения. Тот чуть отклоняется, скользит взглядом по губам, но ждет. — Да, — Эндрю все еще медлит. Вместо того, чтобы быстро начать целовать, тот медленно поднимает глаза, наклоняется ближе, проходит кончиком языка по губам, заставляя раскрыть их, только после этого целует, пока завороженный Нил на автомате начинает отвечать.        Это прекрасно. Божественно. Нил просто снова повторяет за действиями Эндрю, стараясь тоже сделать приятно, чтобы не он один наслаждался поцелуем, однако думать слишком сложно, он просто растворяется в губах его солнышка, которые его целуют и целуют, не отпуская.        На щеке появляется теплая рука, что большим пальцем слегка гладит кожу, принося море мурашек, что расползаются по всему телу. Нил снова не сдерживается, отчего тихо-тихо стонет, почти незаметно, но Эндрю слышит, всегда и все, отчего, отстраняясь, оставляет несколько коротких поцелуев на губах. — Умничка, Зайчонок, не прячь свой голос, он чертовски милый, — тот подмигивает, отчего Нил краснеет, опуская взгляд, пряча его. — Все? — в этот момент для него не существовало Мориямы, не было никого лишнего, ничего странного, абсолютно. Только Эндрю и губы того. — Пока что да, Маленький. Нас же ждут, но потом, в Колумбии, у нас будет больше времени и места, чтобы продолжить. Не волнуйся, — тот протягивает ему руку, которую Нил радостно берет, идя следом к машине, где остальная компания уже нетерпеливо елозит на сиденьях, желая как можно быстрее добраться до бара и напиться до потери сознания. Ну, Кевин так точно, другие, ну, может быть.        Когда они садятся в салон, то получают только один, на удивление, комментарий от Ники, что продолжает фантазировать на тему их личной жизни, от Кевина о том, что тот успел бы еще раз потренироваться, пока их не было, и молчание от Аарона, что нравилось Нилу в разы больше.

***

       Уже когда они приехали в Сумерки, Нил снова выбирал, что делать, а он, честно говоря, не был уверен в правильности этого самого выбора. Слишком сложно решить, было бы проще, если бы Эндрю сказал, что нужно, а он послушался, но такое не работало, к сожалению. — Я хочу, Дрю, быть там, да и тебе так будет проще, но и не уверен, что прикосновения и громкая музыка — хорошие спутники на вечер. — Да или нет, Заяц? Возможно, решить и тяжело, но это можешь сделать только ты, я же не знаю, какие у тебя сейчас взаимоотношения с прикосновениями. — Я не знаю, — остальные уже были в здании, возможно, даже взяли выпивку, пока Эндрю выпытывал у него ответ на вопрос. — Нил, только ты можешь ответить. — Ладно, да, да, да, — он не знал, не был уверен, но лучше уже попробовать, раз есть шанс, что все пройдет хорошо, да и к универу надо подготовиться, там то он будет один. — Молодец, а теперь пойдем, — тот вылез из машины, подходя к нему и беря за руку. — Давай, если что, я могу позвать парней, чтобы они помогли добраться до места, — Нил лишь помотал головой на это, ибо не хотел напрягать других с тем, что для него неприятны касания. — Спасибо, — он улыбается, смотря в глаза Эндрю. — Не за что. — Есть за что, — для него Эндрю делает очень много всего, так что точно есть, за что благодарить. — Заткнись.