Эвермор не шутка

       Эндрю ему ничего не рассказал, но это ни капли не расстроило. Нил знал, что не всегда хочется погружаться полностью во что-то такое, далеко не всегда есть желание поведывать какую-то историю, даже если ответ лежит на поверхности и понятен безо всяких пояснений к нему.        Сейчас, например, Нилу казалось, что он знает, почему Эндрю выгнал всех остальных. Ну, этот ответ довольно очевидный после рассказа о Би и новом специалисте. Как бы слишком прозрачно, что тот не хочет говорить с кем-то таким в общежитии или при других, которые, по-хорошему, не должны видеть ничего такого.        Нил понимал, что Эндрю лишь пытается скрыться от близнеца, кузена и друга, просто не хочет показывать им то, что может произойти после разговора. Он знает, но не уверен. В его голове все сложилось именно так. Сначала Миньярд говорит ему об указании Би, о смене психолога, а потом просит увезти остальных. Для него картина ясна, но он не может быть уверен на все сто, пока Эндрю не скажет ему, так что он не предполагает, оставляя на того решение, нужно ли Нилу это знать или он обойдется без этого. Он не против и того, и того, прекрасно осознавая, что в любом случае поймет, когда это самое событие произойдет.        Он выдохнул. Нил уже был одет, так что дожидался, когда остальные соберутся, дабы отвезти их обратно. Он довольно давно уже не садился за руль, но знал, что сможет без проблем вести машину, ведь это не так уж и сложно, да и ему явно хватало мышечной памяти, чтобы все это хорошо работало.        Прошло еще десять минут, когда Аарон соизволил спуститься с максимально недовольным лицом, ибо его заставляют покинуть Колумбию раньше времени, когда Кевин, все еще полусонный, выполз из комнаты, еле-еле перебирая ногами, тот никогда не был ранней пташкой и когда Ники чуть ли не вприпрыжку спустился к ним, оказываясь самым веселым человеком в этой сонной и недовольной компании. — О, а Эндрю уже в машине? — интересуется Хэммик, когда понимает, что другие даже не заметили отсутствие голкипера рядом с ними, скорее всего, из-за того, что совершенно не в том настроении, чтобы хоть немного думать о других присутствующих здесь людях. — Он не поедет с нами, — быстро отвечает Нил, наконец-то подходя к двери и выходя на улицу. Там было в разы лучше, чем в душном помещении, хотя, будь рядом Эндрю, он даже не обратил бы на это никакого внимания. — Что?! — громко воскликнул Ники, что Нил стал бороться с желанием заткнуть уши, совершенно не понимая, как Эндрю терпит эти крики от кузена. — Он остается в Колумбии, как я. Сейчас я верну вас в общежитие и приеду сюда, — проговаривает он план действий, показывая, что будет происходить. — То есть мы должны раньше свалить, чтобы вы остались здесь? А не пойти бы вам? Достали, — недовольно бурчит Аарон, однако все равно садится в машину. — Я тоже хочу провести все выходные в Колумбии, — канючит Ники, показывая то, как недоволен, что его оставляют за бортом всего веселья.        Хэммик на самом деле вряд ли понимает, что ничего прям безумно хорошего не будет. Если догадки Нила верны, то сегодня Эндрю, скорее всего, будет весь на нервах, закроется, попытается скрыть, что переживает, а опровергнуть это и помочь может и не получиться. А в воскресенье после разговора легче вряд ли станет. Ну, тут два варианта развития событий. Это может быть чем-то нейтральным, как бы страх уйдет, но нервы так просто точно не успокоятся. Это в хорошем случае, если та или тот окажется нормальным. А второй... Эндрю будет тяжело, тому понадобится разговор с пчелкой, хотя, возможно, тот в любом случае ей позвонит, но это не важно. При плохом развитии событий она точно будет нужна, ведь один Нил вряд ли поможет, когда не знает, что делать в таких ситуациях. — Перехочешь, — бросает он, ожидая, когда другие наконец-то сядут в машину.        Кевин оказался за ним и сразу уснул, Аарон по центру, а Ники на другом конце. Никто и не рискнул занять переднее место, что хорошо, потому что постоянно обращать внимание на дерганья и шевеления сбоку от себя он не хотел на пути, так что было хорошо сидеть одному. Конечно, наличие Эндрю сильно бы облегчило задачу, но и так было не плохо.        Они ехали в спокойном темпе. Нил не гонял так, как это делали Ники и Эндрю, а потому вождение было более безопасным. Конечно, случись что, он мог бы начать рвать вперед, ехать бешено, быстро, ибо опыт ухода от погони имеется и достаточно хороший, однако сейчас ему не нужно его использовать, можно не торопиться, а наслаждаться этой легкой поездкой, давая еще время Эндрю собраться с мыслями, прежде чем он вернется.        Они доехали, парни вышли из машины, все еще оказываясь безумно несчастными, что им не позволили остаться в Колумбии на больший срок, но Нилу было абсолютно плевать на это. Он без зазрения совести вырулил с парковки общежития, оставляя позади этот надоедливый бубнеж.        Ехать обратно одному было в разы лучше. Никто больше не отвлекал его, не мешал надоедливыми разговорами, да и тишина салона успокаивала куда лучшем, чем что-либо еще. Он знал, что с Эндрю было бы также. Они могли бы разделить между собой эту тишину, насладиться ей вдвоем или же наоборот. Они могли бы заполнить ее легким разговором, не напрягая разум, не уходя в прошлое, просто снова обсудить. Нил мог бы снова слушать то, как Эндрю его смущает, называя то огромное количество прозвищ, которое у него появилось. Ох, вряд ли он сможет вспомнить самостоятельно все, как его называли. Это было бы безумно сложно, отчего еще интереснее, что Эндрю придумывает к этому новые, а старые спустя время имеют то же свойство, что и только что придуманные. Это было идеально.        Конечно, ему было неловко, однако все равно очень нравилось то, как с ним играли. Это придавало интереса, ибо он никогда не мог предугадать то, что сделает Эндрю следующим. Он не мог заранее знать, ибо не читал того слишком просто, каждый раз приходилось долго думать, и все равно выводы могли оказаться неправильными.        Черт. Нилу, наверное, не стоило в голове подымать эту тему, когда теперь снова захотелось услышать от Эндрю все те прозвища, захотелось, чтобы тот перечислил все, что помнит, что знает, что говорил и будет говорить. Это слишком прекрасно каждый раз, чтобы он отказывался, если предложат, но тут Нил сам захотел, причем понимая, что вряд ли это произойдет скоро. Он не уверен, будет ли его солнышко в настроении для этого сегодня или завтра.        Он решил попытаться забыть об этом, отложить мысль на потом, дабы сейчас не накрутить свое собственное смущение одними воспоминаниями и фантазиями, так что да. Он попробовал отвлечься на что-то другое, пока не подъехал к магазину. Конечно, Эндрю не просил ничего покупать, но Нил был уверен, что пополнить запас мороженого стоит. Это точно было необходимо, ибо, когда он уезжал, там оставалась всего одна баночка, а этого чертовски мало, если у Эндрю будут сложные дни, так что он купил еще пять, будучи уверенным, что, если не сегодня, то завтра, все будет съедено. Он даже не сомневался в способности Миньярда уплетать эту жуткую сладость.        На магазин ушло еще около пятнадцати минут. Он не задерживался среди рядов стеллажей, это было лишним, ведь он уже давно выучил, что и где здесь лежит, чтобы быстро взять. Нет. Была проблема только в том, что в этот раз ему не повезло и на кассе столпилось слишком много людей, которым зачем-то понадобилось идти в магазин в субботу днем, когда, по-хорошему, те еще могли отсыпаться от пятницы. Хотя Нил понимал, что вряд ли те старушки, что заполняли большую часть очереди, могли бы напиться вчера, чтобы сегодня отсыпаться от этого.        Он ненавидел так стоять и ждать, однако спустя почти семь минут смог все же пробить покупку, где захватил еще сигареты, ибо его кончались, и несколько вещей для ужина и обеда, помня, что нужно будет разбавить мороженое чем-то еще.        Он любил долгие путешествия, был приучен к ним, ведь с матерью они постоянно находились в движении, однако медленная езда по дороге, когда ты не следишь за каждой машиной, что едет рядом, когда ты не вжимаешь педаль в пол с огромной силой, молясь, что авто сможет превысить собственные возможности, вот такая спокойная нравилась ему больше.