Тот, кто стоит за спиной

Геллерт Гриндельвальд уже давно потерял надежду на то, что снова увидит голубое небо, траву, людей. Он не знал, сколько лет провёл в камере, лишь изредка навещаемой аврорами и мерзким предателем Дамблдором. Он не знал, сошёл ли он с ума от одиночества, насколько сильно постарел, сможет ли вообще когда-нибудь подняться. Ноги Геллерта уже не держали, руки отказывались слушаться. Единственное, что не давало ему умереть — магия. Его собственная магия отчаянно желала спасти хозяина. Раздавшийся звук шагов был словно гром в вечной тишине. Геллерт с трудом повернулся к железной двери. Альбус приходил не так давно. Кого ещё могло принести? Послышались тихие заклинания, затем в замке повернулся ключ, и в глаза пленнику ударил яркий свет. — Кхм, прошу прощения, — произнёс слишком молодой женский голос, обладатель которого тут же уменьшил яркость «Люмоса». — Давно у меня не было гостей. Что вы здесь делаете? — едва различимо из-за хриплого голоса, поинтересовался Гриндевальд. — У меня к вам один вопрос. Вы жить хотите? Костлявый старик кивнул, не зная, чего вообще ожидать. — Тогда вам придётся вспомнить былые деньки и мечты о захвате мира. Пейте. Девушка вошла в камеру и поднесла к губам Геллерта склянку с зельем. Тот замешкался, но неожиданный помощник не стал ждать, а просто надавил на челюсть, вылил зелье и закрыл рот так, чтобы нельзя было выплюнуть. Гриндевальд почувствовал, как на место беспомощности, медленно возвращаются силы. И пусть не так много, но теперь он смог бы даже нормально поесть. — У меня к вам предложение. Геллерт, наконец, смог рассмотреть своего предполагаемого спасителя. Совсем ещё молодая девушка лет шестнадцати с волнистыми темно-рыжими волосами и пронзительными зелёными глазами. Черты лица слишком мягкие, даже детские, вовсе не соответствуют металлическим ноткам в голосе, да и в принципе тому, что она пришла в Нурменгард. — Могу я сначала узнать ваше имя… мисс? — поинтересовался Геллерт, понимая, что девушка говорит на английском, а значит, скорее всего из Британии. — Кармела Лилия Поттер, герр Гриндевальд, — поморщилась она, — итак, у меня к вам предложение. Я вас освобождаю и помогаю в кратчайшие сроки восстановиться, а вы приносите мне клятву на крови о непричинении вреда, а также о сохранении моей жизни и свободы. Полный текст у меня есть. — И зачем вам это, мисс Поттер? — Видите ли, на дворе уже девяносто шестой год. Вас давно все забыли, особенно в Британии. Зато появился новый Тёмный Лорд, гордо именуемый Волдемортом. А так как Дамблдор до сих пор Великий Светлый волшебник, — с явной неприязнью произнесла девушка, — то эти двое, соответственно, грызутся друг с другом. И мне было бы плевать на это, если бы я не была крайней у обоих. Для одного я — марионетка и жертва, а для другого — самый желанный мертвец. Поэтому, я буду очень рада скинуть ношу по уничтожению обоих на вас. — Это, конечно, весьма… логично, мисс Поттер. Только вот я немного не в той форме, да и возраст уже не тот. И с чего вы решили, что я вмешаюсь в события в Британии? — С вашей «формой» я разберусь. Главное, чтобы вы были в своём уме. И неужели вам не хочется отомстить Дамблдору? Хотя, я предполагала, что за пятьдесят лет жажда власти, как и мести, могла угаснуть. В таком случае, я найду другой выход. — Постойте, я согласен. — Тогда прошу. Вот договор. Можете прочитать. — И вы хотите защиты только для себя? Не боитесь за друзей, семью? — Герр Гриндевальд, — девушка ухмыльнулась, но как-то грустно, — моих родителей совместными усилиями убили Дамблдор и Волдеморт. Все мои друзья рядом со мной лишь из-за приказа или из-за денег и положения в обществе. Я — национальная героиня, понимаете? — У меня нет палочки. — Вот кровавое перо. Просто подпишите. Следующие полчаса Кармела отпаивала Геллерта зельями и вправляла неправильно сросшиеся кости. — А теперь, гвоздь программы, — из сумочки девушки появился маленький пузырёк с янтарной жидкостью. — Что это? — Не волнуйтесь, не яд, — хмыкнула Поттер и наколдовала зеркало. Гриндевальд замер, глядя на то, как зелье возвращает ему прожитые годы. Морщины разглаживаются, волосы приобретают прежний светло-русый оттенок. В итоге, всё остановилось примерно на том, как он выглядел в тридцать. — Эликсир из философского камня. И не смотрите так. Больше нет. Я смогла лишь маленький кусочек умыкнуть, иначе бы бородатый козёл заметил. Ещё час Кармела рассказывала о своей жизни и о том, что происходило с падения Гриндевальда. Девушка достала из сумочки с расширенным пространством сундук и начала показывать то, что находится внутри. — Это зелья, так сказать, на все случаи жизни. Оборотного только мало, всего три порции, но думаю, это не проблема, — девушка подвинула отсек с колбами и сразу стало понятно, что сундук тоже не простой, — это газеты из Европы и Британии за последние пятьдесят лет, может, вы найдете что-то интересное. Это палочки, тут штук двадцать, может, вам что-то подойдёт. А тут, — снова новый отсек, — две тысячи галеонов. — Мисс Поттер, я, конечно, польщён, но уж обеспечивать меня не надо, — усмехнулся мужчина. — Я не обеспечиваю. Такая сумма, герр Гриндевальд, по моим карманам не ударит. Не знаю, где у вас тайники, поэтому лишним не будет. Вы планируете остаться здесь? Это же изначально был ваш замок? — Да. Настрою защиту и подниму купол. Мисс Поттер, вы закончили Хогвартс? — Нет, перешла на шестой курс. И, к сожалению, уйти из школы не могу, пока там сидит Дамблдор. Зовите меня по имени, пожалуйста. — Тогда и ты тоже. Хочешь сказать, что ты — шестнадцатилетняя школьница — смогла убрать всю охрану и взломать чары на двери в мою камеру? — праведно удивился Геллерт, зная, что защиту ставил никто иной, как дражайший Альбус. — Вообще, шестнадцать мне будет только через неделю. Авроров тут было всего десять. Они меня даже не заметили. Кстати, валяются где-то внизу, живые. А чары на вашей двери практически идентичны чарам на потайной комнатке директора в Хоге. Я их взломала ещё на третьем курсе, правда восстановить не смогла. На это Гриндевальд лишь поднял брови и пообещать себе получше приглядеться к девчонке. — Это артефакты для связи, — Кармела достала два маленьких металлических шарика, — вставляются в уши. Сообщения передаются мысленно, нужно только подумать о получателе и направить немного магии. А теперь прошу меня простить, Геллерт, но, если меня долго не будет у родственников, птички Дамблдора тут же ему сообщат. _______________ За неделю Геллерт смог восстановить связи и даже завербовать новых сторонников. Под его крыло сразу перешла вся французская ветвь Розье. Гриндевальду оставалось лишь с грустью вспоминать Винду, которую убили люди Альбуса ещё пятьдесят лет назад. Невольно на ум пришла девчонка Поттер. Ещё в прошлый раз бывший (или уже нет) Тёмный Лорд заметил, что она слишком худая, явно от недоедания, но при этом тело подтянуто с помощью долгих и упорных тренировок. А уж внимательные взгляды и лёгкие движения руки при каждом подозрительном действии самого Геллерта… Он мог бы поклясться, что именно таким движением девчонка достаёт палочку, которую он с трудом смог заметить под чарами на предплечье. Кроме того, раз уж она смогла распутать чары Альбуса и убрать авроров… Последняя из Поттеров была сильна. Сильна, умна, осторожна и хитра. Ну кто бы мог вообще додуматься до освобождения побеждённого Гриндельвальда для собственной безопасности в новой войне? ____________ — Геллерт, ты специально закрыл доступ в замок и для меня? — раздался вовсе не возмущённый, а скорее усталый голос в голове. Лишь через пару секунд Гриндевальд понял, что это артефакт. — Хочешь наведаться в гости? Сейчас открою. — У меня день рождения, — надула губы Кармела, появившись спустя минуту пред очами Геллерта, — старик прислал письмо, что заберёт меня завтра в супер секретное и безопасное место, а Дурсли и вовсе решили в подарок завалить меня ещё большим количеством работы. Чувствую себя хуже, чем домовой эльф. — Дурсли? — Я ведь полукровка. А эти… люди — магловские родственники моей матери. Дамблдор заливает про то, что Лили каким-то чудесным образом поставила на их дом кровную защиту. Настолько мощную, что Волдеморт не может меня достать. Но сколько бы я не пыталась, никакой защиты так и не обнаружила. Кроме сигналок. Да и как моя маглорожденная мать могла такое сделать, даже защитив меня собой? И с какого перепугу, эта защита привязана на дом тётки, а не на меня саму? Ты извини, мне просто пожаловаться некому. — Виски будешь? — понятливо кивнул Гриндевальд. — Геллерт, — рассмеялась Поттер, — во первых, мне шестнадцать, а во вторых, я девушка… вино есть? — Дожил. Спаиваю несовершеннолетних, — театрально вздохнул мужчина, доставая бутылку из тайника за картиной. — Сам предложил. Не волнуйся, не напьюсь. Хотя, судя по рассказам, в прошлый раз, после бутылки огневиски я подкатывала к нашему грозному профессору зельеварения. Который, между прочим, страшный, как смерть, злобный, как мантикора, и, к тому же, был влюблён в мою мать. — Понял. Спаивать буду аккуратно. — Вот уж не думала, что буду отмечать День рождения в компании столетнего старика, — хмыкнула Поттер, принимая бокал. — Я ещё молод! — возмутился Гриндевальд, — в самом расцвете сил. — Ага. Это я просто малявка.