Тот, кто стоит за спиной

— Я так и знал, что он пожиратель! — радостно воскликнул Рон, как только Кармела рассказала о повязке на предплечье Малфоя. — Может он просто связки потянул… — тихо предположила Гермиона. — На той самой левой руке в том самом месте? — скептически изогнула бровь Поттер. — Вот именно. А я говорил! — Ладно, не важно. Но я думаю, не просто так Хорьку метку поставили. Нужно за ним проследить. — Под твоей мантией мы сможем узнать все его секреты. — Мантия может задраться или упасть. Лучше заклинание. Герм, ты знаешь дезилюминационное? — Я всё ещё не поддерживаю вашу идею. — Ну, Герм. Ну, всё же и так ясно! — возмутился Уизли, — в любом случае, нужно проследить, чтобы удостовериться. — Предлагаю следить по дням. Завтра вы, а послезавтра я, — уже предвкушая свободу, выдвинула идею Поттер. — А почему это ты одна? — Потому, что я знаю заклинание и Гермиона знает. ______________ — Шоколадные эклеры, — назвала пароль Кармела. Ей было интересно, когда же, наконец, закончатся сладости. За все года её обучения пароль ни разу не повторялся. — Профессор Дамблдор, а что у вас с рукой? — при первой же возможности поинтересовалась гриффиндорка. — Ох, ты заметила? Что-то я совсем уже стар стал, — посетовал Альбус, — к сожалению, девочка моя, тёмные силы не дремлют. Меня смогли достать очень древним и давно забытым проклятием. Поттер обеспокоенно ахнула, а про себя ухмыльнулась. Как же. Очень древнее и забытое. Которое изучается на восьмом курсе в Дурмстранге, если верить словам Гриндевальда. Но правда тёмное и — без определённых ритуалов — смертельное. — А мы будем сегодня снова смотреть воспоминания, директор? На этот раз волшебники очутились в уже знакомом магазине «Горбин и Беркс». Том Реддл очень сильно изменился со школьных времён. Его кожа побелела, а само лицо превратилось в восковую маску, на которой ярко горели красноватым цветом глаза. Кармела решила не удивляться решению Реддла пойти работать в лавку. Даже ей было понятно, что в таком месте, где много всяких проклятых и старых вещей, можно найти что-нибудь полезное и интересное. Впрочем, всё прояснилось чуть позже. Воспоминания сменились. Судя по всему, они были взяты у домового эльфа. Вот, Том заходит в какой-то дом, заваленный всяким барахлом. Вот, беседует с хозяйкой — женщиной лет пятидесяти. Кармела не могла не признать, что Реддл очень даже харизматичен. Благодаря долгой беседе и лести, Хэпзиба Смит показала ему чашу Хельги Хаффлпафф и медальон Салазара Слизерина. Тот самый медальон, который продала Горбину Меропа. — Эти реликвии — гордость всей моей коллекции, — с любовью смотрела на них Хэпзиба. — Вы правы. Не хотите их продать? Я готов купить их за достойную цену. — Нет, мистер Реддл, извините, но с медальоном и чашей самих Основателей я не расстанусь. Хотя, думаю, я смогу заинтересовать вас чем-то другим. — Боюсь, я заинтересован именно в них. — Ничем не могу помочь. — Но Волдеморт же достал эти предметы, не так ли? — спросила Кармела, когда воспоминания оборвались. — Верно, девочка моя. Он представил всё так, будто несчастная Похлёба — домовик — случайно отравила свою хозяйку. Впрочем, то, что именно чаша и медальон пропали, говорит гораздо больше, чем воспоминания эльфийки. Но это ещё не всё, что я хотел тебе показать. Поттер и директор снова оказались в кабинете Дамблдора. Казалось, что он ничем не отличается. Но вот, в дверь вошёл Реддл. — Профессор, я хотел бы занять должность преподавателя по ЗОТИ, — на лице Волдеморта виднелось лишь превосходство и уверенность в собственных силах. — Я уже один раз говорил тебе, Том. Я не возьму тебя в Хогвартс. — Я лучший ученик за последние пятьдесят лет, никогда не нарушал правила и за время отсутствия в Британии смог много чего узнать. Почему вы снова мне отказываете? Я уже не слишком молод. — Ты не сможешь учить детей, Том. Мое решение останется неизменным. Кармела с некоторой жалостью посмотрела на Реддла. На его лице едва заметно проступали злость и разочарование. Возможно, если бы Дамблдор не отказал, не было бы и Лорда Волдеморта? А может и нет. Скорее всего, Тёмный Лорд просто вербовал бы детей. — И не забывай, девочка моя. Воспоминания профессора Слизнорта очень важны. — Да, директор, я помню. Но, к сожалению, я не думаю, что сейчас профессор откроет их мне. — Я уверен, ты найдешь решение, — с намёком сказал Дамблдор. Хотя, на его лице была лишь добродушная улыбка, — ступай. Скоро отбой, не стоит нарушать правила. — Конечно, директор. _____________ — Медальон, чаша, кольцо. Зачем Волдеморту эти вещи? — Не думаю, что он их просто коллекционирует. У меня есть идеи, — проговорил Геллерт. — Да? — Я изучил его возрождение. Ритуал не сложен. Кость родственника, кровь врага, плоть слуги. Только в случае полукровки все пошло наперекосяк. — Почему? — Для начала, он взял кость отца-магла. Это может объяснять нечеловеческую внешность и возможные проблемы с магией. Дальше — кровь врага. Для ритуала подходит только кровный враг. То есть либо ты должна была ритуальной фразой обозначить кровную месть, либо ты или кто-то из твоих родных должен был убить кого-то из родных полукровки. — Но я же убила его? — По факту, его убило его же заклинание. Это не считается. Потом, плоть слуги. Это должен быть преданный от и до. Тот, кто готов отдать жизнь, свободу и душу за хозяина. Судя по твоему описанию, Петтигрю — крыса. Слабая, трусливая. Он никогда не был предан. Его заставляли служить страх и желание могущества. — Да уж. Точнее и не скажешь. То есть, если бы ритуал был проведён правильно, то Волдеморт получился бы человеком? — Именно. И это мы ещё не знаем, есть ли у него какие-нибудь проблемы с магией и телом. Про разум и так всё ясно. Но не возьмусь сказать, что до ритуала он был адекватнее. — Ладно. Это понятно. Но почему он вообще не сдох до конца? — А вот тут интереснее. Каким-то образом он задержал свою душу и не дал ей уйти за грань. При этом, хоть какое-то тело он получил не сразу. Иначе бы не вселился в вашего профессора по ЗОТИ. — Так как же он это сделал? — нетерпеливо перебила Кармела. — Если учесть твой второй курс и якобы воспоминание полукровки, через которое он хотел воскреснуть… — Гел! Ну, скажи ты уже. — Думаю, это крестраж. — Крестраж? Что это? — Если простым языком — это предмет, в который заключается часть души с помощью ритуального убийства. — Оу. Часть души? Это как? Как душу вообще можно разделить, она же не материальна. — Но и делится она магией. — Но если я уничтожила дневник, то почему Волдеморт не умер окончательно? — Потому, что у него не один крестраж. Скорее всего. Могу предположить, что именно из-за разделения души он стал безумным. Конечно, это помножилось и на наследственность Гонтов… — Погоди, но если Волдеморт собирал реликвии Основателей и кольцо Перевеллов… Думаешь, он сделал из них крестражи? — Если учесть его любовь к пафосу и гордыню. То вполне возможно, что после дневника он решил, что всякие безделушки не подойдут. — А Дамблдор знает? — Догадывается — это точно. Возможно, в воспоминаниях Слизнорта именно об этом и говорится. — Мерлин, как же сложно! — упала на кровать Поттер, — его ж так вообще не убить! — А зачем убивать? — Геллерт явно поднял брови. — Ну, а как же. Пророчество… — Как ты там описывала Трелони? Алкоголичка-наркоманка? Мэл, Альбус великолепный манипулятор и мастер интриг. Дам руку на отсечение: пророчество — подделка. Да и вообще, там всё так туманно, что нельзя даже сказать, что именно ваш полукровка подходит. — Но что же тогда делать? — Сиди, учись. Кажется, ты хотела, чтобы я разобрался и с полукровкой, и с Альбусом? — Но… — Мэл, тебе шестнадцать. Время развлечений, веселья, любви и алкоголя. Прекрати забивать свою голову, — вздохнул Гриндевальд. — То есть по твоему я ничего не могу, кроме этих глупостей? — ахнула Поттер. — Я говорю о том, что дети должны быть детьми, а не спасителями. Или тебе так хочется умереть? — Ну и ладно. Разбирайся сам, раз такой взрослый и умный, — фыркнула Кармела и отключила связь. Почему её все считают слабой и глупой? Почему её не могут воспринимать всерьёз? _____________ — Чтобы тебя воспринимали взрослой, нужно вести себя не как ребёнок, — пожала плечами Дафна, когда выслушала длинный список претензий к Геллерту. — Но я нормально себя веду! — Тяжёлый случай. Может твой ручной Тёмный Лорд прав? Отдохни немного. Ты уже сама на себя не похожа. — Да не ручной он! — Ладно. Твой Тёмный Лорд, — хихикнула Гринграсс. — Дафна! — зарычала Кармела. — Молчу, молчу, — впрочем, взгляд слизеринки говорил больше, чем все её слова. — А давайте устроим вечеринку, — глаза Астории загорелись. — Да какая вечеринка?! — Хорошая идея, — покивала на предложение сестры Дафна. — Даф?! — Тебе не твой не ручной Лорд сказал отдохнуть. Вот мы и будем отдыхать. — Предательница.