Последние аккорды

                                 Любовь — это наркотик. Поначалу это доставляет удовольствие, эйфорию, лёгкость. На следующий день — хочется ещё. Тебе это нравится, но ты уверен, что в любой момент сможешь обойтись и без неё. Словно наркоман, уверяющий сам себя о непотребности иголки. Ты думаешь о любимом человеке всего две минуты, потом забывая его на три часа, а потом снова вспоминая. Но постепенно, ты привыкаешь к этому человеку, и становишься зависим от него. Ты все ещё думаешь, что сможешь и сам, хотя вспоминаешь его уже три часа, забывая на две минуты. Если его нет рядом, тебе так же плохо как наркоману, пропустившему очередную дозу. Ты начинаешь искать его, везде. В такие минуты, ты готов пойти на убийство, грабёж и на любое преступление. Как наркоман, ради новой дозы кайфа, — ты пойдёшь на все, ради любви.       Десять лет спустя.       Невысокий парень двадцати восьми лет спешит по улице. Знойная жара повисла в воздухе, размывая очертания. Каждый вдох давался с огромным усилием. На парне блестела потертая Панамка, с милой мордашкой лягушки. Бирюзовые волосы спадали на бледно розовую футболку; на ногах красовались бирюзовые шорты, и такого же цвета кроссы. Парень шёл в припрыжку, вставив в уши старые-добрые AirPods. Он подпрыгивал, срывая с деревьев листики, затем прокручивался на носочке, разрывая растения и делая из него салют. Он подошёл к тротуару, и увидел, краем глаза, подъезжающую машину. Парень легонько ухмыльнулся, и быстро убрал наушники. Подождал, пока машина будет совсем рядом, и резко развернувшись наклонил голову, чуть выдвинувшись на дорогу, раскинув руки.       — Привееееетиииик!       Bugatti резко затормозило. Крыша была свёрнута, и было чётко видно лицо сидящего. Тёмные волосы, янтарные глаза, чёрная футболка под цвет шорт, и кроссы. На лице играла уставшая гитара, и парень, тяжело вздохнув, сказал:       — Ты не исправим! — В ответ Венти сел с другой стороны, состроив мордашку. На это Сяо лишь закатил глаза, и легонько поцеловав парня в губы отстранился, нажав на педаль газа.       — Как там Эмбер? — Голубоглазый откинулся на сиденье кресла и наблюдал за проплывавшими облаками. Он только что вернулся со встречи с подругой.       — Её фирма набирает обороты. Она сказала, что одежда с моим принтом очень много прибыли приносит, и она планирует переименовать магазин в мои инициалы…       — Оу, этот контракт настолько хорошо идёт? — Венти закатил глаза.       — За недельную выставку мы получили почти миллион долларов. Её фирма уже на одном уровне с Gucci. — Янтарноглазый улыбнулся.       — Нуууу, конечно, с контрактом с человеком получившим Оскар, главной звездой музыкальной индустрии, лучшим… — С каждым словом Венти краснел всё больше и больше. И, наконец, не выдержав, пнул его в бок.       — Да всё, всё, хватит! — Получив в ответ лишь легкий смешок, он закатил глаза.       — Лучше скажи, как там Кли! — Сяо сразу перестал смеяться, лицо смягчилось.       — Ей меньше годика, а она уже ходит!!! — Тучка говорил об этом с таким очарованием, которое заставило Венти улыбнуться.       — Я рад, что ты помирился со своей семьей…       — Всё благодаря тебе. — Подмигнув, напомнил Ясуда.       — Неееет, это ты мне жизнь подарил!       — Ооой, кто б говорил! — Сяо засмеялся, утянув за собой Венти.       Что произошло за десять лет:       Эмбер рассталась с Итером, долго плача парочке СяоВенов. Но девушка была очень сильной, и закончив универ увлеклась мыслью о продаже одежды. Со временем, её магазины разрослись по всему миру. В самом начале своей карьеры Эмбер встретила Элой, как потом оказалось, любовь всей её жизни. В данный момент они женаты и ведут вместе свой бизнес, который с каждой минутой, всё приближается к постаменту с цифрой один во всём мире.       Еимия закончила универ в Лас-Вегасе на отлично. Девушка стала работать в «Time», к этому времени став главным журналистом и редактором газеты. Она часто избавляла брата и его парня от интервью, заминая скандалы и всячески им помогая, за что они были ей очень благодарны.       Саю выросла и стала настоящей девушкой. Малышка победила сахарный диабет, с помощью главного лечащего врача — Чжун Ли. Она стала настоящей красавицей, и в данный момент, заканчивая школу на отлично, успевая работать моделью в журнале сестры.       Мона, как она сказала, «Освободилась наконец от этого ублюдка», продолжая работать в Голливуде. Её студия стала очень известной, и женщина положительно отнеслась к выбору своего сына. Она действительно его любила, пусть и понимала, что была и не лучшей матерью. Мона помогла начать карьеру Венти, искренне гордилась им и стала чаще встречаться с Сяо.       Чжун Ли, обрёл полную свободу после ухода Моны. Его отец помог ему развить сеть своих больниц. Мужчина изобрёл новые лекарства от множества болезней, став одним из лучших врачей в мире. Он помирился с братом и новой любовью своего отца, наконец обретя свою семью.       Люмин, стала новой женой Тартальи. Они действительно очень любили друг друга, и хоть Сяо и скептически отнёсся к новому человеку, совсем через малое время, женщина сумела своей добротой расположить к себе всех членов семьи.       Кли — маленькая дочка Люмин и Тартальи. Девочка была очень весёлой и жизнерадостной, как часто называл её отец. Она была настоящей копией мамы. Светлые волосы, красные глаза и острый ум. Она была настоящим золотцем в семье Ясуд.       Тарталья, отслужив народу, наконец ушёл, так сказать, на пенсию. Обретя новую семью, он никогда не забывал о старой, стараясь потихоньку налаживать отношения с сыновьями. С младшим это складывалось совсем туго, но после многих искренних разговорил по душам, — отец и сын наконец простили друг друга.       Сяо унаследовал от отца работу, став премьер-министром и набрав честных девяносто шесть процентов на выборах. Этим он поставил рекорд. И он действительно получил эти девяносто шесть процентов заслуженно, подняв Японию до уровня одной из самых продвинутых стран мира. Его уважал каждый человек, не только в стране, но и во всей Азии. А капитал мужчины, перевалил за отметку квадрнатилион евро. Парень, хоть сначала и не очень относился к новой семье, но со временем стал действительно доверять им. А особенно, ему полюбилась Кли. Сяо даже хотел её усыновить, из-за чего, правда, был огромный скандал с отцом, в котором они делили девочку. Разрешилось всё в пользу Тартальи: Кли осталась с отцом, а Сяо просто старался чаще к ней приезжать. Да, и потом, он сам согласился, — что не смотря на всю любовь, вряд ли смог бы уделять девочке достаточно внимания.       Венти, закончив университет, стал музыкантом. Продвижение давалось легко, он безусловно был талантлив. Совсем скоро стадионы стали занимать тысячи зрителей, со временем перерастая в миллионы, а затем и миллиарды фанатов по всему миру. С ним делали плакаты; бренд Эмбер, с начала официального контракта с ним, взлетел. Он любил музыку, в ней было его всё.       Сяо и Венти подарили друг другу всё. Они вытянули и дополнили друг друга, помогли семье каждого. Их характеры казались такими противоположными, такими разными. Но когда парни встречались вместе, они были непобедимы. Каждый из них боялся и подумать, что могло произойти, если бы однажды, по чистой случайности, Панамка не перешёл дорогу перед машиной Тучки. Если бы молодой Лягушка, не опоздал на заселение, и они бы не жили вместе. Если бы они не разбили ту самую бутылку вина в магазине; если бы не ехали в больницу; не встречали вместе Новый год; не были в Финляндии… Всё это время, очень сблизило их, дало пожить жизнью друг друга, позволило открыться, прочувствовать переживания другого.       Они полюбили друг друга.       И подарили друг другу жизнь.       Сейчас.       Машина мчалась по трассе, ветер развивал волосы, а в воздухе повисла музыка. Янтарные глаза не могли оторваться от дороги, но белая, светлая рука уже лежала на ляжке голубоглазого. Панамка, в одной руке придерживал гитару, параллельно зажимая аккорды, а другой медленно и плавно проводил по струнам. Те бренчали, гудели, и всё это сливалось в такую нежную мелодию…       Светлая кожа заливалась солнечным светом, а на пальце, под лучами, искрилось золотое обручальное кольцо. Тонкие пальцы провели по струнам, золотой блик заискрился ещё ярче, когда две руки сплелись между собой под тихий звук гитары, издававшей свои счастливые, любимые, последние аккорды...