Young time

song: 

The Night We Met — Lord Huron

«Жизнь как вождение велосипеда, чтобы сохранить равновесие, ты должен двигаться.»

Альберт Эйнштейн 

Хогвартс. 1971 год. Дни текли, образуя недели, втягивая меня в монотонную и обыденную рутину, к которой мой организм почти привык.

Середина сентября выдалась теплой, и, несмотря на небольшие тучи, которые столпились на небе, образуя своеобразную стену, дождя не было, а ветер пускай и проскальзывал, но ничуть не снижал температуру.

Все две недели я училась, причем очень старалась, чтобы не только побольше узнать о мире, но и оправдать ожидания о чистокровной волшебнице. Вот серьезно, повезло же, что мне на голову упало столько обязанностей. Нет, я, конечно, умею быть ответственной, пришлось, когда забота о младших с самого детства является важной частью твоей жизни, но это ничто по сравнению с теми ужасами, с которыми я столкнулась здесь. Все предметы давались мягко говоря сложно.

Прежде я никогда не сталкивалась с чем-то подобным, хотя признаю, Травология и Зельеварение очень напоминают наши Биологию и Химию, которые я собиралась сдавать в виде экзаменов для поступления, поэтому с этими предметами у меня, так сказать, есть некоторая связь. Травология оказалась очень интересной, хотя по большей части только практическая часть, а вот с теорией стоит поработать, потому что, даже несмотря на все конспектирование, мне не очень удается нормально фокусироваться на уроке. Тут, конечно, и не совсем моя вина. Как назло или, может, специально меня посадили с Браун, а, когда я спросила добрую и пухлую женщину, какова причина, та просто покачала головой и улыбнулась, говоря, что ее решение не обсуждается. Ну что за напасть такая? Эта дура каждый раз стремилась испортить мне всевозможные опыты или записи, а потом обвиняла в этом меня.

Джеймс и Сириус сидели позади нас, поэтому количество шума возросло в несколько раз. Я каждый урок отчитывала Джеймса за абсолютно все: шум, неуместные шутки и небольшие розыгрыши, которые они с этим Блэком устраивали всем и вся, хотя ребята только на первом курсе. Честно говоря, меня ужасно бесило его поведение и вечный гам, поэтому пришлось пару раз хорошенько стукнуть сумкой, чтобы мальчик усвоил урок и больше не приставал ко мне со своими замашками единственного ребенка в семье. Однако, должна признать, я была не одна в этой небольшой компании по избавлению пары Поттер-Блэк. Маленькая рыжая девочка с изумрудными глазами, в которой я сразу же узнала Лили Эванс, мать-героиню знаменитого Гарри Поттера и будущую Миссис Поттер, была однозначно на моей стороне. Она вечно шикала, когда этого не делала я, и бросала в ребят убийственные взгляды, которые они благополучно игнорировали. На самом деле, я реально радовалась каждому ее слову, которые на удивление были брошены предельно метко. Сразу же взяла на заметку познакомиться с ней как-нибудь, потому что наша ненависть к этим двоим определенна входит в список общих тем для разговора. Другие предметы давались мне так же хорошо, хотя, наверное, все дело было в долгом и муторном заучивании, потому что с практикой пока что только проблемы. Трансфигурация вместе с грозной кошкой оказалась намного познавательнее и интереснее, чем я думала, но из-за огромной практики и малочисленности сил пока не входит в список любимых предметов. На самом деле, профессор Макгонагалл смотрела на меня с одобрением после практически каждого моего опыта, но я все еще думаю, что пока недостаточно хороша. Чары мне давались еще сложнее, возможно, все дело было опять же в слабости тела. Когда я подошла выяснить, в чем тут дело, маленький и добрый профессор сказал, что дело в моей голове, но если честно, я не совсем поняла, о чем он. Друзей помимо Алисы я так и не завела, хотя я, конечно, общалась с другими ребятами и даже с некоторыми из старших классов, потому что, ну, в таком мире очень полезны связи, но такому общению было далеко до дружбы. Если честно, самой мне тоже не слишком хотелось заводить целую компанию, Алисы вполне хватало, а тут еще и вечные проблемы с Браун, поэтому пока что решила воздержаться от инициативы к знакомству. Гамп, разумеется, уже успела обзавестись целой кучкой подружек, хотя на первый взгляд была совершенно тихим человеком. Что ж, разумеется, запретить я ей не могла, поэтому мешать не стала. Хотя сразу же предупредила, чтобы несильно таскала меня с собой из-за моей нелюбви к большим компаниям. Кэти и Рови тоже были милыми по большей части, но часто ходили в компании Лили Эванс и других девочек незнакомых мне. Рови же оказалась ужасной сплетницей, вечером постоянно рассказывала нам о каждом ученике, о котором узнала за день, но в основном эта информация — лишь беспочвенные слухи. Некоторые из них очень даже интригующие, а иногда являются фантазией детей, которая даже в таком возрасте может вырасти во что-то страшное. Таких слухов я обычно избегала. Кэти была дерзкой и немного бунтующей, особенно это выражалось в её идеях по поводу равенства всех учеников и её вечных недовольствах требованиями родителей, которые, по всей видимости, хотели видеть в юной волшебнице будущую леди, а не активного маленького мальчика. Но в принципе, Кэти была довольно неплохой девочкой. Часами говорила о каких-то спортивных соревнованиях, на которых была, и попросила меня рассказать о спорте волшебников. Ну, я рассказала ей то, что знаю, но посоветовала обратиться к Джеймсу или кому-то другому.

***

В один из дней, я как обычно засиделась после уроков в библиотеке и пролистывала весь сборник законов волшебного мира. Поттер пару раз увидел его и задался вопросом — зачем? Мне пришлось качать головой и говорить, что ради забавы. Разумеется, этот остолоп меня не понял и только обозвал занудой. Сам Поттер и его друг Сириус, кстати, учатся довольно хорошо, но я бы не сказала, что это нужный уровень для чистокровных отпрысков. Однако оно и к лучшему, соперника мне хватает в лице Эванс, которая так же, как и я, решила взяться за книги. Но сдаваться я точно не собиралась, мое стремление к первому месту взяло верх, и я очень тщательно следила за своими оценками. Глаза уже стали слипаться, и заболело под веками, поэтому я потерла виски, чтобы немного снизить боль, и закрыла книгу. Мадам Пинс была очень добра, когда поняла, что книги для меня так же важны, как и для нее, и выделила специальное место в тишине, с темно-деревянным, небольшим столиком, резной лампой и с окруженными со всех сторон стеллажами. Это очень помогло мне в учебе. Тусклый свет лампочки заморгал, и я увидела мотылька, порхающего у самого света. Я всегда была очень любвеобильна к разным мелким существам, поэтому что-то в груди щелкнуло, и я подумала, что было лучшей идеей отпустить его на улицу. Потянувшись и зевнув, я встала на стул, предварительно убрав в сторону книги и сумку, и залезла на подоконник, настежь открывая высокое окно с витражным узором. Мотылек тут же скрылся в вечернем небе, которое уже отливалось закатным солнцем, и я закрыла окно, прикрывая доступ кислорода. На часах было полседьмого, и ужин вроде бы уже через тридцать минут, поэтому можно собираться. Алиса обещала зайти за мной, так что, может, взять еще парочку книг? В любом случае, если что я могу и зайти на обратном пути, так сказать, напоследок. — Добрый вечер, мадам Пинс, — я улыбнулась и положила книги, которые успела прочитать. Краешки губ женщины поднялись, но она продолжила оставаться суровой, наверное, ради репутации, и подписала библиотечный лист. — Молли! — раздался мальчишечий голос позади, и я увидела лохматую копну темных волос. Мне сразу не понравилось его прибывание в этом месте. Мы одновременно шикнули на Джеймса, и тот остановился, сбавляя темп. — Что ты тут делаешь, Джеймс? — я посмотрела за спину мальчика и вздохнула, как и предполагалось, Сириус Блэк собственной персоной стоял возле входа, устало зевая и покачивая палочкой. — Проходил мимо и решил поздороваться. Я скептически выгнула бровь и сжала губы. Мне не нужны были собеседники, особенно сейчас, однако по собственному опыту знаю, что его не переубедить. После первого учебного дня Джеймс стал все реже и реже приставать ко мне, по всей видимости, занятый этими бессмысленными догонялками с парнями и моими братьями. Вы не подумайте, для меня это только в радость, потому что этот парнишка по прежнему меня раздражает, а его друг Сириус вообще косится на меня, как на мерзкого червяка, хотя по сути, я ему даже ничего не сделала. Может, он от природы такой подозрительный? Не знаю. Я еще раз улыбнулась библиотекарше и, схватив книги, пошла к выходу, надеясь, что мальчик отстанет. — Помочь? — Поттер не стал дожидаться моего ответа и тут же выхватил пару книг из рук, причем не очень аккуратно, за что получил от меня порцию острого взгляда. По дороге к выходу он что-то долго болтал о спорте, квиддиче и ужасной игре команды. Он часто посещал их тренировки, говорил, что на будущий год пригодится. — Джеймс, не понимаю, почему ты везде таскаешься с этой…— Сириус фыркнул, — девчонкой. Я зло уставилась на мальчика, который говорил так, будто меня здесь нет. Это вообще нормально? Что я ему сделала? Может, он ревнует к своему дружку Поттеру, так и я не заставляла его дружить со мной. — Сириус, опять? — Джеймс закатил глаза и извиняюще улыбнулся мне. Что значит опять, черт подери? Они уже говорили обо мне? — Не опять, Джеймс, мне просто надоело ждать эту зануду в коридорах, когда она и сама в состоянии дойти. — Мы ждем ее в первый раз, — усмехался брюнет, подправляя очки, сползавшие ему на нос. — Джеймс, — резко спросила я, переключая внимание друга на себя, — я вот не пойму, тут кто-то щебечет, или мне кажется. Просто такое ощущение, что я слышу лай очень блохастой собаки, — я посмотрела на Сириуса, который уже побелел от злости, и продолжила, ухмыляясь, — знаешь, ты хороший друг. Отличный, — я увидела, как Джеймс удивленно улыбнулся. — Я очень рада, что мы с тобой, — специально выделила эти слова, — хорошо поладили. — Да, Молли, — он неуверенно посмотрел сначала на меня, потом на друга. — я тоже рад этому, — Джеймс коснулся моей руки, и я улыбнулась так искренне, насколько могла, радуясь маленькой победе над твердолобым Блэком, который стоял рядом и взрывался от злости. — Ладно, идем. Мы скоро опоздаем на ужин. — Я жду кое-кого, — быстро отозвалась я, поправляя ремешок сумки и устало вздыхая. — Идите. Парни переглянулись и, оставив мои вещи, убежали к Большому Залу. Я закатила глаза от такого возмутительного поведения, особенно поздно вечером, когда не только ученики, но и картины уже собираются отдыхать. Буквально через несколько секунд после того, как лохматые макушки скрылись за лестничным проходом, появилась чересчур радостная Алиса с большим мешком сладостей и вкусняшек. — Долго ждала? — Нет, — девочка оглядела мои книги, и ее глаза комично расширились от удивления. — Мерлин всемогущий, ты хочешь все это прочитать? — Почему бы нет? — я правда не понимала такой реакции. Лили точно так же, как и я, постоянно ходит с горой книжек, но на нее никто так не смотрит. В чем тогда проблема? Достаточно понять, что в волшебном мире нет ничего простого, поэтому приходится много работать, чтобы стать хотя бы кем-то среди высоких личностей. Гамп устало покачала головой, но решила промолчать, и мы вместе направились к ужину. — В честь чего это? — когда подруга посмотрела на меня в немом вопросе, я показала на ее большой мешочек, видимо появившийся после того, как Алиса решила сходить в Совятню, и в ее глазах появилось понимание. — Родители отправили в честь начала года. — Которое было несколько недель назад? — мне стало ужасно смешно от нелепости совиной почты, которая не только старомодна, но и не практична. Вот в мое время есть смс, набрал и все. Хотя надо признаться, посылки отправить онлайн еще не додумались, а потому пока что Почта России не может похвастаться отличным обслуживанием. — Проблемы с доставкой. — Молли, — раздался возле входной двери голос, и я поежилась. Прошло уже две недели, даже чуть больше, с того инцидента на лестнице, когда я подвернула ногу и упала в руки Артура. Само собой, нога болела еще долго, хотя сходить в больничное крыло я не намеривалась. Джеймс, когда на следующее утро увидел, что я хромаю, достал с расспросами и, пока я ему не объяснила всю ситуацию, не отставал. Упрямый, однако, парень. Что касается Артура, то этот вообще прилип, как банный лист, и никакими силами не отлипал. Он стал скрытно (ну, он так думал) ходить за мной, караулил и следил, за что не раз получал порцию гнева, только это вот не помогло. Как я могла понравится ему с одной только встречи? Это пугало и ужасало, но сообщать никому мне не хотелось. Алиса, конечно, сама видела, как Уизли вечно рядом и даже пыталась что-то сказать мне об этом, но я щурила глаза и отмахивалась, не видя в этом серьезной проблемы. Сам рыжий вообще не нравился мне. И стал не нравится еще больше, когда я проводила с ним столько времени. Он, конечно, умный, начитанный, но в голове каша. Я со своими мыслями не могу разобраться, а тут целый ворох чужих. Парень был рядом и в библиотеке, пытаясь завести со мной какие-то бессмысленные разговоры, и в Большом Зале, подсаживаясь рядом, несмотря на мои разговоры с друзьями. Мне это ужасно надоедало, но пока я терплю его общество только из-за возможных связей, правда, скоро перестану. Один человек не стоит такой головной боли. Плюс ко всему появились девочки, которые спросили, кто он и как звать, а потом еще и вечно были рядом, расспрашивая. Только мне по чем знать? Я не интересуюсь Уизли, но девчонки этому не верили и только фыркали. Знаете, я только сейчас поняла, но почему-то Джеймса выносить гораздо легче, хотя ведет он себя намного хуже. Возможно, все дело в его слишком живом характере? Да, именно так. Алиса вообще смеялась и хохотала, слушая нелепые истории с этим поганцем, что собственно, если честно, приносило некую радость, хотя бы так. — Привет, Артур, — я стала звать его по имени после того, как он, наверное, седьмой раз поправил мое к нему обращение: «Мы же друзья, зови Артур, а не Уизли», — и я сдалась. — Привет, — он провел рукой по волосам, почти как Джеймс, и улыбнулся. — Привет, Алиса. — Привет, — Алиса хитро усмехнулась, однако рыжий этого не заметил, потому что упрямо наблюдал именно за мной. Это ужасно напрягало и я прямо-таки чувствовала, как каждая клеточка моего тела кричит мне бежать от него как можно дальше. Серьезно, это совсем не нормально. — Ты идешь? — Уизли предложил мне руку, и я опасливо покосилась на подругу, требуя ее помощи. Девочка среагировала мгновенно и, быстро извинившись перед мальчиком, потащила к столу сквозь толпу, чтобы побыстрее убраться оттуда, оставив растерянного Артура одного. Мы сели рядом с Кэти и Рови, и я поблагодарила бога за это место, потому что только они могли меня спасти от очередной нотации Алисы, которая сто процентов снова будет говорить мне о неправильности ситуации. По правде, я знаю это, но почему-то все равно не могу рассказать хоть кому-нибудь о его преследованиях, даже своим братьям, которые к слову, легко бы это исправили. Но, в конце концов, он просто ребенок, которому понравилась достаточно (не побоюсь этого слова) симпатичная девочка, с кем не бывает. — Вы где были? — Кэти оторвалась от созерцания журнала и оглядела нас с блондинкой, откусывая огромный кусок от тоста. — Я ходила за этой заучкой, — указала Алиса, весело посмеиваясь от моего возмущения. — Я не заучка! Просто учиться нужно, — девочки продолжали смеяться, и я махнула на них рукой. Потом сами поймут все мои слова, а пока пускай развлекаются, им еще понадобятся силы, чтобы осознать всю правоту моих слов. Ужин закончился быстро, потому что нормально поесть я так и не смогла. Хотя за эти недели мое здоровье улучшилось, оно все еще было недостаточно хорошим, и от больших порций еды меня все еще тошнило. Девочки давно заметили это, но не спрашивали, а я лишь могла благодарно улыбаться, зная, как тяжело в таком возрасте скрывать свое любопытство. — Эй, я пойду, надо еще зайти к девочкам. Ты как, со мной? — Алиса потянулась и схватила свою сумку, ловко переступая через деревянную скамейку. Я оглянулась на Кэти и Рови, которые во всю болтали, обсуждая какие-то нелепые сплетни, до которых, честно говоря, мне не было никакого дела, и, не долго думая, кивнула, улыбаясь тому, что хотя бы Алиса не помешана на всем этом. Быстро повторив действия блондинки, я махнула рукой девочкам и, коротко обнявшись с каждой, двинулась к выходу. — Так куда ты там хотела? — вспомнила я, быстро соображая с какими еще девчонками на нашем курсе она знакома. — К девочкам, — Алиса посмотрела так, словно я должна была знать, и мне стало не по себе. — Ну, Лили, Марлин и Мэри. Ты что, забыла уже? Я и правда не помнила. По правде, из всех имен, которые сейчас перечислила Алиса, я знаю только Лили Эванс, а остальные мне не о чем не говорят. Разве что я слышала упоминание о них в книгах пару раз, но не сильно в это уверена. По правде, прошло всего месяц или около того, с тех пор, как я прибыла сюда, а все мои воспоминания из прошлой жизни постепенно исчезают. Может, это какой-то побочный эффект, или, может, так устроена Вселенная, я не уверена. Знаю только, что была молодцом, когда в начале года записала все, что помнила на тот момент: и про книги, и про воспоминания, и про ту информацию, которая мне пригодиться в дальнейшем. Жаль только, что место побезопаснее, я не найду, потому что все, что у меня там слишком важно для этого мира и его процветания. Ладно, позже я обязательно что-нибудь придумаю. — Эй, Молли, — подруга щелкнула пальцами прямо перед моим носом, выводя меня из раздумий. — Ты слушаешь? — девочка не весело нахмурилась и поджала губы то ли от беспокойства, то ли от злости, в любом случае, я была не очень вежлива. — Извини, — небольшая улыбка и яркие глаза и все забыто.— Что ты сказала? — Я говорю, — она вздохнула, поправляя до ужаса тяжелую сумку. И боже, как я ее понимаю, — девочки действительно очень милые, может, тебе стоило пообщаться с кем-то кроме твоих соседок? Я притворилась, что задумалась. На самом деле, я уже думала об этом и не один раз, но всегда приходила к выводу, что в начале первого курса мне это не нужно. Хватит и того, что я полностью забила свой график учебой, а излишнее общение мне пока не доставит расслабление, а только усугубит ситуацию. Поэтому, пока я еще не смышленый котенок, которого выбросили на улицу со словами: «Выживай или будешь раздавлен!», — я не могу позволить себе отвлекаться. Медленно качнув головой, я извинилась: — Думаю, пока не стоит. Знаешь, мне достаточно того, что у меня есть сейчас. Алиса обеспокоено прикусила губу, но разглагольствовать на эту тему дальше не стала, и я облегченно выдохнула. Почти всю дорогу я слушала ее разговоры обо всем на свете. И по правде, это было интересно. Пока Алиса говорила, я успела услышать много важного для себя. Думаю, что смогу использовать это в своих интересах. — Ладно, — мы остановились возле входа в гостиную, и я вспомнила, как хотела еще раз заглянуть в библиотеку, — я пойду. — Куда? — ее светлые брови мигом взлетели вверх, и я улыбнулась. — В библиотеку, конечно. — Боже мой, — девочка закатила глаза и потерла переносицу. — Опять? Мы только ушли. Я в немом извинении пожала плечами, хотя внутренне не понимала ее негодования и, быстро попросив ее отнести все книги в комнату, убежала в надежде успеть до отбоя. Собственно, успеть, то я успела, другое дело — но пустая библиотека наводила некий ужас или иррациональный страх внутри, уж слишком огромным казался зал для даже такой девушки, как я. А если судить по тому, что мой рост сейчас не больше полутора метра, кажется, я больше похожа на мелкого таракана в этом помещении, чем на ученицу. Мадам Пинс быстро подняла глаза и, коротко взглянув на меня, нахмурилась. Вероятно, считала, что такое позднее время не самое хорошее для студентки первого курса. Я нерешительно застыла у входа в библиотеку, рассматривая столики снаружи и чувствуя, что мои ноги вот-вот повернут обратно. Идти в комнату не хотелось, Алиса наверняка начнет меня упрекать даже мыслью об учебе в позднее время, а девчонки-соседки снова станут обсуждать мальчиков, а сейчас эта перспектива меня совсем не устраивает. В конце концов, вокруг меня и так полным полно идиотов. Боже, я стала говорить, как самая настоящая зубрилка? Докатилась, что называется. Я прислушиваюсь и понимаю, что в конце коридора эхом разбивается от стен стук детских каблучков, быстрый и нетерпеливый. Поворачиваю голову, и перед глаза мелькает рыжая макушка Эванс, лицо которой полностью закрыто огромной грудой учебников. Значит, я была права? Она ведет себя точно так же. Мне стало смешно ужасно, и я кое-как сдержалась, чтобы не рассмеяться в голос, однако, улыбка все-таки растянула губы. Лили внезапно пошатнулась, и часть книг на самом верху свалились на пол, рухнув с таким оглушительным стуком в полной тишине, что показалось, будто весь Хогвартс сейчас это услышит и проснется. Эванс тихо выругалась и попыталась присесть, но не смогла и раздраженно вздохнула. По крайней мере, не у меня одной так, это утешает. Недолго думая, ринулась к ней и подняла книги с пола, решив не перекладывать дополнительную тяжесть на ее итак не шибко легкую стопку. — Спасибо, — Лили улыбнулась и выглянула из-под учебников, поправляя груду так, чтобы она не упала. Ее глаза заинтересованно блеснули, а благодарная улыбка стала еще шире. — Мы ведь на одном курсе, да? — Точно, — я сжала книги и улыбнулась в ответ.— Давай я тебе помогу. А то ты, похоже, достаточно натаскалась. Выхватываю еще пару книг из ее рук и вижу, как заметно расслабляются ее плечи и спина. Оно к лучшему, в самом деле. Таскать такую тяжесть девочке было бы неудобно — пускай я и делаю то же самое, но мне, по крайне мере, помогают друзья. Кстати о друзьях, кажется, Алиса говорила, что пошла к Лили, так что, собственно, она делает здесь? — А ты почему не в комнате? Мы прошли в библиотеку и дошли до стойки библиотекарши, где сама женщина тщетно пыталась пересчитать все книги в каком-то листке у студента, очередного забывшегося бедняжки, потерявшего что-то ценное. Впрочем, все книги ценные. Лили поставила стопку на стойку и вздохнула, пока я проделывала тоже самое. — Решила заскочить в библиотеку, пока не стемнело. Нужно было отнести книги и взять новые, — с легкой заминкой сказала девочка. Как будто я имела право ее осудить, когда поступала точно так же? — А ты? — То же самое. Лицо Эванс вытянулось в удивлении, а уже спустя какие-то секунды озарилось неподдельным счастьем. Серьезно, она выглядела так, будто я только что сказала что Санта-Клаус — это правда. — Надо же. Я думала, что ты просто решила прогуляться…— она бросила взягляд на мою сумку. — Хотя если так подумать, то можно было догадаться. Я поправила лямку сумки и улыбнулась, кивнув. Ну, догадаться правда было можно. — Я Лили, кстати, — девочка протянула руку, и я быстро подала ее в ответ. На удивление, ее хватка была достаточно крепкой, я бы сказала, очень крепкой для девочки ее возраста. Знаете, Лили Эванс нравится мне все больше и больше. — Молли. Мадам Пинс расписалась и отдала библиотечный билетик Лили, которая почти сразу же направилась к полкам чуть поодаль, с, кажется, зарубежной литературой. — Ты хочешь взять романы? — с выжиданием отметила я и вспомнила, что кое-что было действительно глупым. Пробыв почти две недели, грубо говоря, в библиотеке я совсем забыла, что помимо учебы существует куча других интересных книг, которые можно было бы изучить. Для общего развития, к слову. — Фантастику? — я посмотрела на полки около которых ходила ведьмочка. — Что ты, — Лили поморщилась. — Ты вообще читала их фантастику? Это что-то странное. Я усмехнулась и мотнула головой. — Не доводилось. Но почему бы и нет, да? Лили усмехнулась и провела пальцем по корешкам, прежде чем прищуриться и вытащить одну из книг. — Вот эту попробуй. Она самая странная. Я схватила произведение в темно-синей бархатной обложке, и с прочтением названия мои брови ползли вверх. «Кто такой «Вещь»?» Это не просто странно. Это… Ладно, это просто странно. — Знаю, знаю, — Лили кивнула и прошла чуть дальше, снова внимательно рассматривая книжные полки. — Но книга оказалась интересная. Кстати, я слышала, ты чистокровная волшебница, да? — Да, — машинально ответила я, все еще заинтересованно читая первые строки главы книги. В последние недели мне приходилось отвечать на этот вопрос чаще, чем хотелось бы. Хуже всего то, что я буквально слышала расслабленные вздохи детей, когда отвечала положительно, и это меня действительно пугало. Вернее, нервировало. Ну правда, волшебники настолько застряли в восемнадцатом веке, что не понимают элементарных вещей. Это и грустно, и страшно одновременно, поскольку именно это подразделение привело к войне. — А я вот магглорожденная, — осторожно ответила Лили и выжидающе посмотрела на меня. Она ждет, что я начну осуждать ее? — Здорово, — просто ответила я. — У меня много знакомых магглорожденных. Ну, это не было правдой, но и ложью не считалось. Лили улыбнулась и схватила еще пару книг. — Просто многие с таким пренебрежением относятся к таким, как я, даже сказала бы, с презрением, и…— девочка нахмурилась.— Я вроде как стала потихоньку понимать — кто именно. — Это глупости все, — горячо возразила я. — Они просто жалкие, раз считают, что дети, рожденные от простых людей, чем-то хуже. Эванс улыбнулась еще шире и посмотрела на меня как-то слишком благодарно. В сердце даже защемило, я вдруг подумала, что Эванс ужасно похожа на мою младшую сестру — может быть, поэтому меня к ней так тянет. Я не успела опомниться, как девочка схватила меня под руку и потащила к библиотекарше. — Ты мне очень и очень нравишься, Молли, — искренне ответила Лили, и я не смогла сдержать широкую улыбку. В последнее время я часто улыбаюсь. — Ты мне тоже, Лили, — я легко кивнула и, когда Эванс снова перехватила меня под руку и потащила к коридору, даже не сопротивлялась. Черт, я совсем забыла, зачем пришла к библиотеке. Впрочем, это было уже не так важно. — Кстати, ты ведь знакома с Джеймсом? — как-то неловко спросила Лили и посмотрела мне в глаза. Не то, чтобы по ней можно было что-то понять, хотя её лицо было абсолютно открытым. — Еще как знакома… — вздохнула я и провела рукой по лицу. Честно. — Дружить с Джеймсом Поттером оказалось сложнее, чем пытаться убедить всех вокруг, что розовый совсем не так ужасен для рыжих волос. Лили замолчала на минуту, а потом вдруг ярко и живо рассмеялась, запрокидывая голову назад. Она была удивительно веселой, мне даже показалось, что она прямо-таки выдавливает из себя такой смех, потому что быть настолько живой и яркой — невозможно. Хотя, возможно, я просто забыла какого это — быть ребенком. Девочка обняла меня и чмокнула в щеку. Я слегка опешила. Вот чего-чего, а этого я не ожидала. — Молли! Ты мне абсолютно точно очень нравишься! Ты мне тоже Лили. Теперь я понимаю — ты мне тоже.