Тайна Красной Комнаты

— Что, милый, не удовлетворяю тебя, да? — пальцы нажимают на простату, а Арс мычит отрицательно, не в состоянии ответить нормально, ему закрыли рот, не желая слушать. — Нет? А чего ты тогда своими похотливыми пальчиками лезешь туда? — Шастун знает, что Попову для оргазма надо просто наговорить пошлостей, а его хорошая фантазия сделает половину работы. Всеми тремя пальцами Антон начинает давить на растянутый вход, но не входит, а просто ласкает и имитирует толчки. Парень всегда чувствительный, особенно во время дрочки. — Нравится? — стон, — Знаешь, чего я хочу? — парень смотрит на Антона помутневшими глазами. В голове каша, все мысли просто растворились, сейчас просто хочется слушать чужой голос и стонать от чужих пальцев, — Хочу прямо сейчас взять тебя в нашей спальне, чтобы ты держал собственные ноги, а я вбивался в тебя с пошлыми звуками и шлепками. Я уверен, завтра тебе будет ох как больно, а сегодня... — Два пальца входят до костяшек, заставляя парня сверху выгибаться, — сегодня ты будешь стонать и просить не останавливаться, — Арс прикрывает глаза, в голове уже во всю транслируется картинка, как его будут трахать и не давать никакой инициативы. — Просто представь мой член внутри, — два пальца проскальзывают внутрь, продолжая чуть ускоряться, каждый раз проходясь по точке наслаждения, — Я кончу внутрь и оставлю тебя такого..., — шëпот на самое ухо, — Грязного, использованного. Из тебя будет вытекать моя сперма, а ты будешь скулить, прося меня продолжить... — Арс готов заплакать от этих слов, ведь ему нравится, какая картинка вырисовывается. Попов начинает стонать громче, когда рука пропадает со рта и ложится поперëк груди. Ему нравится такой Антон, который злится и контролирует всё. — Но я не изверг, правильно? — брюнет приоткрывает глаза, смотря сквозь пелену возбуждения на своего любимого, ему уже интересно, что он ещё скажет, — Я стану тебя вылизывать. После фразы Антон сразу целует Арсения, начиная дрочить парню, который готов душу дьяволу продать, главное — кончить. Но его дьявол — Антон. Шастун впитывает каждый чужой стон, каждое движение чужого тела. Арсений кончает, сразу расплываясь лужицой в чужих руках. Арсений откидывает голову на чужое плечо. На лице спокойствие, а в теле опустошëнность. — Ты ж мой котик, — Шастун кладёт руку на мокрую грудь Попова, — ты как? — В норме... Поцелуй в висок. Ураган эмоций в душе стихает, и в ванной наступает штиль. — Бля... Одно слово из трёх букв заставляет Попова открыть глаза и посмотреть на своего парня с недоумением. — У нас от этих игрищ пол теперь мокрый, соседи явно будут недовольны. Попов садится в ванной, отлипая от родного тела. — Да бляяять. Вот она самостоятельная жизнь. Сами накосячили, сами люлей и получат от соседей. Главное — вместе.