ID работы: 12209651

Я влюблен в своего соперника

Слэш
NC-17
Завершён
245
автор
fleurixiie соавтор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
17 страниц, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
245 Нравится 16 Отзывы 47 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Примечания:
      Конный спорт — безумно красивый вид спорта. Роскошные лошади и такие же изящные наездники. Зеницу всего год занимается этим прекрасным видом спорта и уже достиг многого. У него есть награда за первое место, которую он получил на первом серьезном соревновании, но к сожалению она у него единственная, остальные вторые и третьи места.       Зеницу Агацума — до безумия вредный юноша, трусливый, но, не смотря на это, у него с детства была любовь к лошадям, и, наконец, его мечта сбылась. Только вот за этот год было и много неприятностей, одна из них — Узуй Тенген. Мужчина, что поистине красив и статен, даже его лошадь соответствует ему, она скачет так же грациозно.       Узуй Тенген — красив, складен, ему двадцать пять лет, но в конном спорте он около шести, но добился достаточно многого. У него множество наград, даже были денежные призы, благодаря которым два года назад он открыл свой ресторан. Но как раз к двадцатипятилетию он решил, что конный спорт больше не для него. Нет, он не бросил этим заниматься, просто теперь ему не приносит удовольствия выигрывать. Наоборот, нравится соревноваться просто так, получать от этого кайф.       Эти двое познакомились еще тогда, когда Агацума только учился ездить на лошади. Узуй был первым, кто видел как Зеницу падает и плачет от того что не получается, за исключением Берейтора. На самом деле отношения у них не заладились с самого начала, Узуй любил глупо шутить и приставать. Зеницу воспринял это как вызов.       Теперь в этом маленьком двадцатилетнем парне полыхает огонек азарта и дикое желание соперничества, которое он сам себе и выдумал. Тенгену же это было не нужно, однако он не отрицал, что ему нравилось смотреть на то, как Агацума старается все больше и больше, отдаваясь на все сто этому делу. Узуй видит в нем начинающего себя, и наблюдая за тем, как он старается, просто не может не скрыть собственного умиления. Но вот в Зеницу будто горел огонь, он часто показывал язык или шлепал ладошкой по заднице, после чего подставляя уже обе к носу и крутил пальцами, мол, смотри какой я молодец, я лучше тебя. А Тенген иногда как шлепнет, да так, что зад болит потом несколько дней.       Со стороны может показаться, что они враги, но на самом деле это не так. Между ними не было никакой ненависти, даже наоборот, им нравилось это. Они просто считали себя друзьями, ровно до одного момента… На зимних соревнованиях, как раз когда Зеницу получил первое место и обошел Узуя своими результатами, радости у парня не было предела. Тенген не знал, что на него тогда нашло, но… В ту ночь между ними случилось совсем не то, что происходит между друзьями. Узуй просто предложил выпить, и кто же знал, что Зеницу так реагирует на алкоголь? Тогда и случился их первый раз. Но он не был против, да ему было стыдно, но ночи с Узуем были прекрасны.       Вот с тех пор жизнь Зеницу полностью изменилась. За каждый лучший результат он получал поощрение в виде сладкой ночи с Узуем. Об этих «наградах» никто не договаривался, просто это случилось само собой.       Казалось бы, просто милый и вредный мальчик, но что он творит в постели… Но в этом всем виноват Тенген, именно от него Агацума стал зависимым. Он старается достичь большего результата уже даже не для себя и собственного развития в этой сфере, а чтобы получить личное поощрение от мужчины.       Узуй — это просто что-то с чем-то. Прекрасный любовник. Губы мужчины ласкают так, что Агацума не может найти себе место, сжимая простыни Тенгеновской кровати, и это только губы. Что Узуй вытворяет руками… Каждый раз у Зеницу как первый, такое же волнение и желание большего. Агацуму начинает трясти даже тогда, когда Узуй еще всего лишь растягивает бедного парня… А какие слова он говорит ему на ушко, шепчет так сладко и горячо, будто специально дразнит, а если он еще и прикусит мочку уха, то у Зеницу и вовсе звездочки перед глазами сверкают.       Но не только Зеницу тает от сладких ночей с Узуем, сам пепельноволосый точно также желает этого юношу. Ему безумно нравится смотреть на то, как блондин прикрывает рот и пытается скрыть стоны, как он ворочается на кровати и просит большего, одновременно и стыдясь этого. Ему безумно нравятся его стоны, то, как он плачет от удовольствия и кричит его имя, Тенген получает от этого наслаждение. То, насколько Зеницу чувствителен в постели просто не передать словами.

Оба они получают кайф друг от друга…

      Три часа дня. Любимое время Зеницу, так как в это время он освобождается от учебы университета и собирается на тренировку на стадион, там его наверное уже заждалась любимая лошадь — Ферида. Красивая и изящная лошадь черного смольного цвета. Прибежав домой, он взял все нужные вещи и поехал за город на стадион.       Он ехал туда с прекрасным настроением, и уже понятно почему, ведь там Тенген. На самом деле у них странные отношения, они спят, но отношений у них нет, хотя оба друг к другу испытывают больше, чем нужно. Просто оба ещё просто не поняли этого.       Блондин приезжает на место и первым делом бежит переодеваться в наездную форму, а далее выводит лошадь из стойла. — Ферида, милая… — Зеницу улыбается и обнимает шею своей любимой лошади. — Давай сегодня хорошо постараемся? Завтра отборочный тур, нам надо войти в число победителей.       Агацума довольно улыбается и открывает бутылочку йогурта, что захватил с собой и немного отпил, после чего убирает баночку, но на губах остаются белые следы. — Привет, Зеницу. — С довольной улыбкой к нему подходит Узуй, кладя руку на плечо. — Привет, будешь йогурт? — Спрашивает блондин и протягивает ему напиток, но Тенген лишь берет его за подбородок и нахально улыбается. — Знаешь, что тебе идет на губах еще больше, чем йогурт? — Вдруг с пошлым помыслом спрашивает мужчина, слизывая языком йогурт с чужих губ, от чего Агацума отпрыгивает и сам вытирает губы. — Н…Не говори о таких вещах… — С заиканием просит золотоволосый и прячет свое лицо от Узуя, а после и вовсе отворачивается. -Хаха, ну как скажешь, удачи на тренировке, а мне к сожалению уже нужно идти. — Уже? Почему так быстро? — Чего ты так тускло расстроился? Дела в кафе, нужно идти, а ты блестяще готовься к завтрашнему соревнованию. — Пепельноволосый щелкает младшего по носику и уходит. Зеницу теперь один.       С тех пор, как он сблизился с Узуем, он сильно привык к нему и когда его нет в конном колледже, то настроение сразу же падает и появляется грусть. Но он старается ее скрыть и продолжать заниматься тем, чем надо. Сегодняшний день не исключение, тем более завтра важный день — отборочный тур. Сегодня Агацума посвятил себя полностью тренировкам.

***

      Десять утра, вторник. Сегодня важный день. Блондин с самого утра как на дрожжах. Казалось бы, что такого? Но если он войдет в число победителей, то он поедет в столицу на соревнования, а это уже серьезно. Как рассказывал Тенген, то именно на этом соревновании он получил первый денежный приз, а вот кстати Агацуме деньги как раз не помешают, надо же как-то сессию оплатить.       На стадионе нужно быть к 11, уже собранный и с подготовленной лошадью. Зеницу было сложно собраться, от слова, у него дрожали руки. Но тем не менее к десяти он был уже в колледже и готовился, точно также как готовился и Узуй.       Тенгену же это вообще не нужно, даже место победителя для него смысла не имеет, но от соревнований он получает кайф, особенно если соперники сильные. — Ну, Зеницу, ты готов? — Уже находившись на стадионе, он подходит к младшему, за собой ведя и своего коня. — Конечно. — Младший улыбается и гордо поднимает голову. — Готовься к поражению. — и вновь довольная улыбка. Как же Тенген любит эту довольную улыбку и гордость этого человека, даже не смотря на то, что он сейчас дрожит от волнения и страха.

Время…

      Каждый из учеников выводит свою лошадь и показывает программу, и Агацума тоже. Все было настолько красиво и изящно, что у Агацумы медленно падала самооценка, видя как все красиво делают остальные. И вот его очередь… Набравшись смелости он сделал все как надо, однако по его вине один раз лошадь споткнулась, а вернувшись на свое место после показа, у Агацумы и вовсе слезы из глаз потекли.       Все остальное время тура он сидел как мышь и Узуй это видел, однако подойти не мог. И вот… Судьи решают свои вопросы и продиктовали три фамилии, кто поедет на соревнования, и среди них конечно же был Агацума, а вот Тенгена не было, но ему не особо то и обидно.       Радости Агацумы не было предела, он буквально запрыгал на месте от счастья. Он попадет на центральные соревнования… А что же его еще сегодня ждет… Зеницу поворачивает голову в сторону Узуя, а тот уже давит довольную ухмылку.       На самом деле Узуй тоже был рад за Зеницу. Для каждого спортсмена, не важно какой это вид спорта, важно попасть на какое то большое мероприятие, особенно если это соревнования…       Люди расходятся и Зеницу отводит свою лошадь в денник, снимает с нее все снаряжение и после переодевается в раздевалке сам, снимая любимую форму и одевая толстовку и спортивные штаны желтого цвета, раскрашенные в белые треугольники. И как только он выходит, его тут же встречает Узуй. — Поздравляю тебя, Зеницу. — Мужчина притягивает его к себе и обнимает, а Зеницу, будто расплываясь в теплых объятиях, также обнимает его и тихо вздыхает.       Только вот ждет Агацума совершенно другого, но спросить он как обычно боится. Он ведь любит выигрывать не только ради победы… Он буквально зависим от этого и желает этого, скорее всего не меньше Тенгена. Да, он зависимый от него будто от наркотиков, и больше всего он любит предвкушение того, что вскоре будет… — А мы… К тебе поедем? — Все же спрашивает Агацума, стыдливо пряча свое лицо в одежде мужчины.       На лице Узуя расцветает довольная и пошлая улыбка. На самом деле он тоже ждал этого, он зависим от Зеницу, также как и Зеницу от Тенгена. Словами даже трудно это передать, ведь между ними нет никаких отношений, но ночью Агацума плавится от чужих прикосновений, а Узуй этим наслаждается. — Поедем, милый… — Шепчет он ему на ушко и беря за руку, он выводит парнишу на стоянку, а там сажает его в свою машину и они едут домой к Узую.       Все, у Зеницу уже сносит крышу. От одного лишь представления, что скоро будет, в голове путаются мысли, в животе тянется узел, а ноги дрожат и пытаются скрыть возбуждение. Он хочет этого, безумно хочет.       Пол часа и они подъезжают к дому Узуя. Агацума идет за старшим, а тот заводит его в дом и сам снимает обувь юноши, заботливо погладив красивые стопы мальчишки — Тебе нужно сходить в душ, милый. — Мужчина трется носом о чужое ушко, а Агацума сглатывает ком и кивает.       После того, как старший дал ему одежду, он уходит в душ и купается очень быстро, за десять минут он полностью был готов и чист, как новое стеклышко. Он слишком спешил, да, но что поделать, если желание берет вверх? — Тенген-сама?       Агацума выходит из ванны, прикрывая руками свои бедра. Наверное это странно звучит, что ему стыдно, ведь было у них это и не раз, но каждый раз как в первый. Агацума стесняется и нервно прикусывает губу. — Я в спальне. — Только Узуй коротко отвечает и блондин уже бежит по изученному дому в спальню, тихо заходя и видя Узуя, что держал в руках какую то ленту. — Тенген? — Вновь подаёт тихий голосок парень, входя в комнату. — Зеницу, ты такой молодец, нужно тебя как следует наградить. — Пепельноволосый с загадачной улыбкой подходит к юноше и берет его за руку, ведя к кровати. — Помнишь же, в постели обращаться как ко мне надо? — Голос Узуя вмиг меняется на более грубый, и рука перебирается на волосы и слегка сжимает. — Да… — Тихо шепчет парень и сглатывает нервный ком в горле.       Миг, и на глаза мужчина кладёт атласную ленту, а далее и вовсе завязывает, не сильно туго, но держаться будет. Зеницу напуган. Зачем это нужно? Такого у них никогда не было. — Тенген-сама, зачем это? — Но только успевает он это сказать, как Узуй вмиг снимает рубашку с ещё влажного от воды тела Агацумы. Он вздрогнул. — Ты же любишь мои награды? Любишь. На этот раз ты постарался ещё лучше, чем когда либо, и хочу наградить тебя ещё лучше, чем когда либо. — Томным голосом шепчет старший возле чужого ушка и Агацума даже не успевает вздохнуть, как руки заводят назад и связывают такой же лентой. Он в плену… — Тенген-сама… Не надо назад руки, я… Хочу обнимать вас и трогать. — Тихий и слегка дрожащий голос Зеницу заставляет Тенгена закусить губу. — Как скажешь, ты ведь сегодня победитель. — Мужчина развязывает руки, но связывает их обратно уже впереди, после чего чмокает сжатые кулачки младшего.       Боже. Этот мальчишка сводит его с ума. Блондин, с связанными руками и глазами, не знает как скрыть свое возбуждение и трется ногу о ногу, ждёт и желает… Узую буквально сносит крышу. Он ни с кем не испытывал такого чувства, как с этим парнем. Незабываемые эмоции. — Так странно… — Блондин заикается и нервно дышит. Такая обстановка его напрягала, тем более со связанными глазами все, что сейчас ощущалось более ярко, ведь он видел что делает Тенген и что собирается.       Тенген только усмехается и надавливает на оголенные плечи своими ладонями, от такого давления Агацума падает на кровать, забираясь на нее с ногами и двигаясь от края. Теперь эта картина выглядела еще лучше. Голый связанный парень сидел в середине большой кровати Узуя, это раскаляло обстановку.       Пепельноволосый присаживается возле него и утягивает юношу в мокрый и глубокий поцелуй, на который Агацума поспешил ответить, но длилось это не долго. Мужчина спускается губами к бледной шее блондина, оставляя там следы, а потом еще и к ключице. Прелюдии добавляли перчинку в накаляющую страсть этой комнату, от того что Зеницу ничего не видит, но чувствует, по его телу проходило волна табуна мурашек, пока с его закусанных губ Тенгеном, вылетали тихие стоны и вздохи.       Но вдруг Узуй неожиданно встает и что-то достает из тумбы. От этого Зеницу еще сильнее распереживался, но решает просто лечь и поджать к себе колени, закусывая губы. — Тенген, что ты там делаешь? — Все же решает подать тихий и охрипший голосок мальчишка. — То, что тебе понравится. Расслабься, милый. — Пепельноволосый вновь возвращается к маленькому и проходится губами по нежной коленке юноши, а руками открывает баночку смазки с прекрасным банановым запахом. Агацума сразу же узнает по запаху что это и буквально через пару секунд он чувствует это в своем самом слабом для него месте. — Холодная. — Выдыхает парень и вновь сводит ноги вместе, ежившись от неприятного холода, но проходит это уже через секунд.       Только Тенген не дает ему расслабиться, он выливает немного банановой жидкости на интересную вещь, которую он давно хочет познакомить с Агацумой. Точнее, вибратор на небольшой веревочке, что соединяется с таким же маленьком пульте управления. Не теряя ни секунды, он тут же вводит маленькую игрушку в юношу, а ноги его раздвигает.       Агацума мычит и слегка прогибается в спине. Из-за связанных глаз он не видит, что только что сделал Узуй и чувства от этого накаляются. Внизу живота узел завязывается еще туже, так приятно тянет и хочется большего. — Мхх… Тенген, что это? Это не пальцы… — Шепчет юноша, а Узуй довольно улыбается и проводит пальцами по стоявшему органу юноши. — Ух ты, с закрытыми глазами понял, что это не пальцы? Как же ты догадался? — С некой усмешкой спрашивает мужчина и целует прекрасную бледную ножку Агацумы. — Эта штука маленькая… Пальцы больше… — Ты отличаешь размер моих пальцев от игрушки? Ух ты, милый мой, я тебя блестяще хвалю. — Но на этом мужчина не останавливается и слегка тянет игрушку назад, после отпуская. А через еще пару махинаций, он нажимает на кнопочку макси и игрушка начинает вибрировать внутри блондина.       Зеницу громко стонет и ерзает по кровати, будто пытаясь убежать от этих странных, но таких сука приятных ощущений. Он же впервые ощущает такое, но хочется еще большего, намного большего. — Зеницу, тебе так идет эта штучка, будто у тебя есть хвостик. Хочешь, в следующий раз я куплю пробку с хвостиком? Какую ты хочешь? Хвостик лиса или зайчика? М? — Томным голос шепчет мужчина прямо на ухо и облизывает его, а у Агацумы сносит крышу от удовольствия, смешанным с желанием, он начинает плакать, а повязка на глаза начинает намокать. Куда деть свои связанные руки он тоже не знал, поэтому вцепился ими в простынь, немного повернувшись на левый бок. — Ну как, звездочка, нравится? — Старший спускается губами к низу животика парня и целует его, потихоньку спускаясь ниже. — Очень, очень нравится! Но я хочу большего, пожа… Ах! Стой, Тенген, не надо там! — Агацума не успевает договорить, как Узуй уже взял в рот стоячий орган младшего, беря практически до конца. — Прошу, не надо там… Это ведь я должен делать, мхх… Не честно, что хорошо только мне… — С очень красными щеками от стыда он это произносит. Агацума не контролирует себя во время секса, он дает волю эмоциям и говорит то, что думает, а на утро он краснеет от стыда, вспоминая все, что говорил ночью. — Ну, раз ты так хочешь. — Мужчина отстраняется от своего дела и облизывает губы, на лице все еще играла довольная улыбка. — Я… Нет, я передумал, Тенг… — Но Зеницу не успевает договорить, как пепельноволосый тянет мальчишку на себя и сажает его в позу лягушки перед собой.       Зеницу тут же начинает щупать своего Тенгена, хватая за брюки, но и этих брюк вскоре не стало, как и нижнего белья. — Я ник… Никогда этого не делал… — Агацума заикается и сглатывает нервный ком в горле, пока заботливая рука Узуя гладит мальчишку по щеке. — Самое время начать учиться, но не забывай что в тебе игрушка, если ты хоть миллиметром заденешь член зубами, то задница твоя будет гореть потом долгое время, понял меня? — Узуй говорит это усмешливым, но одновременно и грубым голосом, показывая свою доминантность над Зеницу, а он не против и подчиняется. — Ну же, милый, открывай ротик.       Зеницу сглатывает ком и открывает рот, сразу же чувствуя возле своих губ половой орган. Он начинает медленно, сначала просто лижет, а после потихоньку берет в рот, стараясь не дергаться от движений снизу. На самом деле это было приятно, будто его имели с обоих сторон. Но он берет все глубже, от чего на глазах вновь наворачиваются слезы, а дышать нечем. — Дыши носом, кроха. — Проговаривает пепельноволосый, а когда видит, что тот его послушал, то улыбается. — Молодец, кроха. Продолжай в том же духе. — С вздохом, кое-как проговаривает Узуй и откидывает голову назад. От удовольствия ему буквально сносило крышу, во рту юноши было так узко и горячо, но Агацума разыгрался и взял еше глубже, практически до основания, он делал своему Тенгену приятно. Но еще чуть-чуть, и он бы кончил, прямо в рот этого мальца. Он зуб дает, что Зеницу бы тогда испугался и поэтому он хватает младшего за волосы, оттягивая назад и освобождая бедный ротик Зеницу. — Тебе не понравилось? — Агацума еле как дышит, а ноги все еще ерзаются по помятой простыни. — Все было прекрасно. — Мужчина опускается к его губам и затягивает поцелуй, от чего Агацума немного съежился. Ему не противно? — Я заметил, что ты перестал обращаться ко мне на вы, разве ты забыл, как надо говорить в постели? — Он отстраняется от опухших губ парня и улыбается. — Простите… — Все с той же отдышкой отвечает Агацума и виновато опускает голову. — Ладно, ты прекрасно поработал ртом, на этот раз я прощаю. — Шепотом на ушко произносит мужчина и кидает юношу на кровать. Теперь пора заканчивать детские игры, и перейти к взрослым. Эта игрушка хорошо сделал свою работу, но у Тенгена на зад блондина совершенно другие планы.       Он наконец-то вынимает игрушку и слышит облегченный выдох Агацумы, как то вмиг расслабился. Зеницу же и правда выдохнул с облегчением, ведь держаться было трудно, но теперь он чувствует пустоту, которую нужно заполнить. — Как думаешь, надо ли тебя растянуть? — Уж что-что, а Тенгену важно не навредить мальчишке, он хочет лишь доставить удовольствия. — Не нужно, Тенген, прошу, не надо растягивать… Я выдержу, честно… Не мучай же меня. — И вновь он как будто начинает плакать, прося все больше и больше, а связанными руками он тянулся к Узуя, которого все еще не видел, но очень хотел обнять.       Мужчина решает не мучать своего Зеницу и нагинается к нему, тут же вцепляясь в чужие губы и начинает нещадно сминать их. Агацума же обнял Тенгена руками, окольцовывая его шею и с большим желанием отвечает на этот поцелуй. — Мне неудобно, раздвинь ножки по шире, кроха. — Отрываясь от губ, он шепчет это и вновь примыкает к ним, а Зеницу слушается и раскидывает ноги шире в разные стороны. — Умница.       Мужчина улыбается и начинает входить, медленно. Хоть они занимались этим и не раз, но каждый раз как в первый и если спешить, можно навредить этим Зеницу и сделать больно, этого он не хочет. — Тенген, пожалуйста, не тяни. Мне не будет больно, обещаю… — Практически уже молит парень и выгибается в спине, специально сам насаживаясь на член, но Узуй этого не позволяет. — Я понимаю твое желание, но порвать я тебя не хочу, так что придется потерпеть. — Ты не порвешь… Прошу. — Уже почти хнычет парень и утыкается лицом в чуже плечо, зубами слегка оттягивает его кожу. — Сука! — Но Тенген все же не выдерживает и срывается, тут же входя на всю длину резким толчком, и сразу же он уперся в простату.       Зеницу замер, а его колени задрожали. Резкая боль смешивается с наслаждением и удовольствием, он сразу же изливается и пачкает себя с Тенгеном. Он не понимает, больно ему или хорошо, но ему определенно нравится. — Пожалуйста, сними с глаз… — Просит парень и треся носиком о его грудь, подлизывается.       Но а Тенген просто не может теперь сдерживаться. Агацума до безумия узкий, это доставляет такой кайф. Но больше всего ему нравится, что Зеницу кончил только от того, что в него вошли.       Узуй все же снимает повязку с его глаз и видит мокрые от слез глаза, но не от боли. В его глазах прекрасно отражалось желание и страсть, он был до того затуманенный от наслаждения, что Тенген практически уже сходил с ума.       Все же дав парню привыкнуть, он начинает медленно двигаться. Со временем он нарастил темп, пока Агацума громко стонал под ним и чуть ли не задыхался от слез удовольствия. Младший прижимался к нему все ближе и ближе, ищя капельку заботы в Узуе, что сейчас обнимает его.       Но Тенген решает наказать мальчишку и вовсе отстраняется от него, переворачивая его на живот. Мужчина берет его за шею и давит на лопатки, чтобы только зад был к верху. — Развяжи мне руки. — Между стонами просит младший, но получает по заднице. Громкий шлепок разносится по комнате и Зеницу вскрикивает, так больно он его еще не шлепал. — Мх… Почему? — Заикаясь спрашивает блондин и хочет повернуть голову, но он тут же был развернут обратно. Теперь Зеницу смотрел в изголовье дорогой кровати, или утыкался лицом в простынь, пока его зад нещадно имели. — Ты как-то слишком уж раскомандовался. — Рычит мужчина и ускоряет свой темп, а после вновь разносится громкий шлепок. Теперь на заду парня два красных отпечатка руки Узуя.       Темп все накаляется, комната наполнена страстью и громкими шлепками тел. Тенген целует спину своего Зеницу и иногда покусывает, а Агацума под ним плавится и все время так и хочет отпустить таз на кровать, но Тенген не позволял. — Знаешь, как нибудь я поставлю сюда зеркало и буду иметь тебя напротив него, чтоб ты смотрел только туда и видел, как идеально ты смотришься на мне.       От таких красных речей Зеницу прячет свою голову в постынь. Горло уже охрипло, сил не было, стоны стали хриплыми, в глазах звездочки. — Тенген… Пожалуйста, потрогай там… — Кое как выдает Агацума, а на лице Тенгена вновь довольная ухмылка. Этот парень такой чувствительный и милый, что сил уже просто нет.       Узуй, как и просит Зеницу, обхватывает ладонью возбужденный член Агацумы и начинает водить по нему такт своим толчкам. Много времени не нужно и буквально через минуту Зеницу вновь кончает, а в глазах летают искры. Ноги дрожат и так и хотят опуститься, пока оргазм накрывает его. Но Тенген еще не закончил. Через пару толчков он чувствует, что тоже сейчас кончит и выходит из Агацумы, кончая на спинку мальчишки.       Слышится бешеное дыхание двух парней и такое же сердцебиение. Зеницу обессиленно падает на кровать всем телом, а следом за ним и Тенген. Мужчина развязывает руки блондина и тот их разминает. — Они затекли… — Шепчет парень и переворачивается на спину, двигается по ближе к Узую, и кладет свою голову ему на плечо, выдыхая.       Узуй же слегка улыбается и накрывает их одеялом. Беря маленькие ручки юноши в свои, он целует запястья и разминает их, а Агацума довольно улыбается и двигается к нему еще ближе.       Такие моменты после секса они любят оба. В комнате тихо, они получили свое и теперь вместе отдыхают в объятиях друг с другом, это правда очень приятно. Только вот у каждого в голове возникают одни и те же мысли. Кто они друг другу, что спят вместе в обнимку после этого? Они же не встречаются, и разве это правильно? Просто оба они глупы и думают, что для каждого это лишь секс для удовлетворения своих потребностей.       Они лежат так около пяти минут и Зеницу засыпает. Он как обычно после такого сильно устает и быстро засыпает, а все заботы оставляет на Узуя. Мужчина переносит парня в пуфик рядом и меняет постельное белье, далее он вытирает все последствия этой ночи, хотя ночью назвать это нельзя, ведь было всего восемь вечера, но их это не волнует и они все равно проспят до самого утра.       Мужчина одевает его в свою рубашку и относит обратно на кровать, после ложится сам и обнимая парня, засыпает.

***

Утро.

      Узуй встает как обычно первым и первым делом смотрит время и понимает, что опоздал, ведь в кафе ему нужно было зайти к девяти, а сейчас было уже 11. Ну, ничего страшного, его заместитель, Ренгоку, там сам разберется, хоть и будет потом ругаться на него.       Поворачиваясь к блондину, он довольно улыбается и тянет парня к себе, крепко стиснув в свои объятия. Агацума всегда долго спит, иногда он мог проспать весь день, и разбудить его сложно. Сначала Узуй пытался, но после неудачных попыток он понял, что Зеницу крайне трудно разбудить. Поэтому мужчина начинает лазить в телефоне, проверяя сообщения и отвечая кому надо. Ближе к 12 он понимает, что пора бы и завтрак заказать. Поэтому, заходя на сайт доставки он заказывает сок, два салата цезаря и роллы. — Все еще спит… — Бубнит мужчина и убирает телефон в сторону, начиная поглаживать юношу по голове. Как только этот парень встает на учебу рано утром.       Все же через пол часа блондин наконец то открывает свои медовые глазки и первое что он видит — это грудь Тенгена, что одновременно гладил парня по волосам и что то смотрел в телефоне. — Доброе утро… — Охрипшим голосом говорит юноша и зевая, садится в кровать. Горло после вчерашнего болело и першило. — Доброе, сладкий. — Он улыбается и встает с кровати, уходит на кухню и приносит ему стакан холодной воды, которую Агацума принимает и выпивает. — Ничего не болит? — С довольной ухмылкой спрашивает Тенген и присаживается возле юноши. — Поясница болит. — Бурчит тот и отдает ему стакан. Утро после секса он не любит, так как ему приходится уезжать, а он любит и хочет проводить с ним время. Блондину нравится его внимание, нравится забота Узуя и как же жалко, что он не может позволить себе проводить с ним время, просто потому что он считает это не правильным.       Его чувства к Узую совершенно не дружеские, и из-за того что он проводит с ним все больше времени, он это понимает и чувства растут, но он не хочет жить с безответной любовью. Такой вот Зеницу глупый. — Я могу дать тебе таблетку, может пройдет. — Не нужно, мне бы уже домой ехать, подготовить вещи и документы, после завтра же ехать в столицу на соревнования. — Как бы сильно он не хотел уезжать, но надо. Его совесть не позволяет ему остаться здесь. — Уже? Ладно, не буду тебя удерживать, но может хотя бы позавтракаешь? Я ведь заказал еду, твои любимые роллы приедут. — Пепельноволосый улыбается и обнимает парня, втягивая запах его волос.       Спрашивается, зачем они мучаются от своих чувств, но никто никогда не признается? Они оба блестяще тупы, даже Узуй. Зеницу думает, что Тенгену просто нравится с ним спать и ему все равно на него, а Тенген думает что это Зеницу нравится с ним спать, мол секс по дружбе. — Мне… Правда домой нужно, ты закажешь мне такси? — Зеницу, не надо бегать от меня после секса каждое утро, я же тебя не выгоняю. — Тенген, не нужно строить из себя правильного, секс это одно, а нежности после него совсем другое, так только влюбленные делают. Мне от этого не по себе. Не нужно строить из себя хорошего. — Зеницу, ты что совсем тупой? Тебе после секса голову отшибло? Как ты можешь такое говорить? — Узуй, хватит, лучше закажи мне такси.       Узуй все же заказал ему такси и через пол часа Зеницу уезжает, а Тенген остается один дома с плохим настроением, еще и дождь пошел. Через еще пол часа ему привозят заказ и он в плохом и злом настроении просто швырнул деньги в доставщика, а еду позже и вовсе разбросал по полу. — Сколько можно держать меня за дурака, я не понимаю! Этот малец совсем обнаглел! Ну, чертовка желтоволосая, я тебе устрою!

***

      Агацума уехал домой тоже с плохим настроением. И зачем он это сказал? В его словах же совсем не было смысла, он вообще на языке марсианов, нежели чем на языке фактов, и чего он хотел этим добиться? Какой же он дурак, Узуй наверное после этого и говорить с ним не захочет.

Спустя два дня. Соревнования в столице.

      Тенген и Зеницу эти два дня даже сообщением не обменялись. Зеницу не писал потому что ему было стыдно, а Тенген не писал, потому что был зол на Агацуму, его слова были очень обидные, из его уст это прозвучало очень болезненно. Если по его словам судить, то Зеницу думает, что Тенгену нужен только секс и что казаться таким хорошим перед ним не надо.       Решимость Зеницу была уже на дне. Тенген его не поддерживал, от этого его уверенности как будто и не было. А что если он даже не придет? Если Агацума не увидит его на трибунах, то тогда места среди лучшей тройки ему не видать… А даже если он и выиграет, то смысл? Ведь этого не увидит Тенген. — Участники, приготовьтесь и займите свои места. Через десять минут каждый участник начнет показывать свои программы. — В громко-говоритель произносит ведущий и все встают на свои места с своими лошадьми. То насколько Агацума нервничал — даже не передать словами.       Участников было мало, всего 12 и Агацумы был последним, но все так быстро показывали свои программы, что очередь дошла до Агацумы слишком быстро. Тенгена все также не было… Значит это конец? На этом у них все кончится? И неужели это все из-за того, что младший наговорил ему всякой глупости?       Парень выводит Фериду и уже оседлав ее, он решил выкинуть Узуя из головы и показать программу. Как только судья махнул рукой, мол можно начинать, лошадь двинулась не быстрым бегам к припятствиям и ловко их обходила, точно также как Агацума, что управлял ею. Но все же он не выдержал и повернул голову на трибуны, высматривая Узуя. Его нет… Но было поздно уже думать об этом. — Я сам в этом виноват… — Шепчет парень сам себе и забывает про управление лошадью и держать ее укрепления, только он ослабил хватку, как Ферида вдруг взбунтовалась и быстром шагом побежала по ограждениям трибунов, будто пытаясь сбить своего хозяина с себя, но пока что вместо этого Зеницу ранил ногу, так как лошадь сильно его толкала о ограждения. — Ферида! Прекрати! Стой же! — Но та совсем его не слушала. Агацума стал сильно паниковать и это увидели охранники, что как раз и стоят за трибунами и готовы в действиях, если случится такая ситуация и это действительно случилось.       Двое мужчин выходят и держат в руках поводки, чтоб накинуть на лошадь и остановить. Но та не собирается останавливаться, было видно что она боится. — Пожалуйста, не пугайте ее! — Кричит блондин и сам пытается ее остановить. В голове путаются мысли, почему его любимица так себя ведет, ведь такого никогда не было и тут он не замечает шрамы на загривке лошади, а у его Фериды было аж четыре шрама, что прикрывала грива. — Это не моя лошадь… — Шепчет блондин сам себе и вдруг животное еще больше взбунтовалась.       Животное побежало прям по препятствиям и оградам, Агацума скатился с седла и держался за ее шею, как та завертелась и скинула все-таки незнакомого человека, а после на него упала одна из оград для лошади. Деревянная ограда для прыжков лошадей упала прям на него и сильно придавила. Соревнования сразу же остановили и увезли мальчишку в больницу, а лошадь увели.       Как оказалось его подвел берейтор, он показал другую лошадь, просто очень похожую на Фериду и ее повезли на соревнования. Даже Агацума сначала разницы не заметил, а в итоге все вышло так. В больнице его осмотрели и у него была повреждена рука и нога. Рука еще ладно, обычный вывих, а вот нога, как раз которой он ударялся о ограждение, была сильно повреждена и не только кость, но и связки мышц.

***

      Узуй ехал на эти соревнования, но его то остановили полицейские, потом пробки и он прибыл уже тогда, когда побитого блондина выносили на носилках из стадиона. Тенген не понимал что случилось, но зато то он понимал то, что с Зеницу случилось что-то ужасное. Он винил себя в том, что не приехал на соревнования и не поддержал парня, он винил себя в том, что он ни разу не написал и дул губы на этого глупого ребенка, хотя сам он оказался не хуже.       Приехав в больницу, куда увезли блондина, он узнал его палату и пошел к нему. Тихо постучавшись, он заглядывает в палату и видит Агацуму, что сидел в кровати и пялился убитым взглядом в стену. На нем были пластыри и повязки на царапинах. — Зеницу… — Тихо шепчет мужчина и заходит в палату, но юноша никак не реагирует и продолжает пялиться в стену, даже не моргая.       Тогда пепельноволосый присаживается возле него и кладет свою руку на его, и только тогда он наконец отрывает свой взгляд от стены. Младший дергаются и смотрит на Тенгена, а на его глазах наворачиваются слезы. — Нога… — Он убирает одеяло с правой ноги и Узуй видит перебинтованную ногу. — Перелом? — Спрашивает Тенген и аккуратно поглаживает его стопу. — Нет… Разрыв мышц… Сказали… Сказали… — Агацума все больше и больше начинает плакать, а мужчина ничего не понимает. — Ну тише, Зеницу, успокойся. Скажи мне, что такое? Что с твоей ножкой? Скажи мне. — Мужчина аккуратно кладет ладонь на щечку Агацумы и поглаживают, пока на его руку стекают чужие теплые слезы. — Сказали… Что мышца порвалась, нужно долгое восстановление для того, чтоб я смог нормально ходить, как раньше… — Это же хорошо, ты расстроился из-за того, что придется долго лечится? — Нет… Мне… Сказали, что я не смогу больше заниматься конным спортом… Сказали, что мне нужно бросить это дело, потому что с моей травмой это больше… Больше невозможно… Даже когда я выздоровлю… Мне будет больно делать такие резкие движения и в конце концов ноги я могу лишиться… Я могу лишиться ноги…       Тенген был в шоке. Это действительно очень ужасная новость… Для любого спортсмена, что любит свое дело — это настоящий ад. Зеницу очень тяжело от этого, он так любит конный спорт и свою лошадь, ему будет очень трудно с этим смирится. — Тенген, почему ты не пришел? Я так ждал тебя, я тебя очень сильно ждал… Ты не писал мне, ты правда так сильно обиделся на те слова, что я тебе сказал? — Агацума начинает плакать еще сильнее, его глаза в прямом смысле уже мутнели от соленых слез. — Тенген, прости меня, я просто очень глупый, я не думал что говорю… Я просто вдруг начал злится, пожалуйста не держи на меня зла, я вовсе о тебе так не думаю, правда… — Блондин двигается к мужчине ближе и обнимает, крепко обнимает и плачет в его грудь, а его рубашка намокает. — Нет же, это совсем не так, я опоздал на соревнования из-за пробок… Зеницу, прости меня что не поддержал и не писал, повел себя как глупый ребенок, а должен был поступить как настоящий мужчина. Я не держу на тебя зла. — Узуй обнимает юношу в ответ и утыкается носом в его волосы, втягивая запах лавандового шампуня. — Просто… Все что между нами… Меня это волнует. Мы спим, хотя дружим, это похоже на секс по дружбе… Я так не хочу, мне от этого не по себе… — Тихо шепчет парень и продолжает громко плакать, а Узуй успокаивающе гладит его по волосам. — А как ты хочешь? — Старший слегка улыбнулся. — Я… Хочу как пара… Чтоб мы спали вместе, кушали вместе, гуляли и целовались, как пара… В одном доме жить хочу, как пара… — Агацуме было вовсе не стыдно за эти слова. Он слишком долго держал все в себе, прикрывая все глупым соперничеством. — Ты намекаешь мне на предложить тебе встречаться? Ну даже не знаю. — Мужчина слегка усмехается, а Зеницу легонько ударил его в плечо. — Ну хватит уже прикалываться… — С обидой отвечает парень и отстраняется от его, но Тенген же наоборот.       Мужчина кладет обе руки на теплые щеки младшего и поглаживает, а Зеницу в блаженстве прикрывает глазки и трется о его большие ладони. Но Узуй на этом не останавливается и прикасается своими губами к чужим губкам, на которых была царапина и он старался ее не задевать. Тенген утягивает младшего в нежный поцелуй, почти сразу углубляя его. — Так ты предложишь мне или нет… — С надутыми щеками и губами отстраняется парень и вытирает слезы. — Зеницу, будешь со мн… — Но Тенген не успевает договорить, как Агацума его перебивает. — Я согласен. — С довольной улыбкой говорит Агацума и сам целует уже своего самого настоящего парня в губы, а тот сразу же отвечает. — Не грусти из-за ноги, мы найдем тебе новое увлечение, я тебе помогу и не оставлю тебя. — С довольной улыбкой шепчет Узуй в губы младшего и чмокает напоследок. — Хорошо, тогда я тебе доверюсь. — Мое блестящее золото.

Спустя месяц. Зеницу выписали из больницы.

      Месяц проходил тяжело. Каждый день одно и тоже, и Тенген тоже хорош. Пообещал ему не оставлять и уехал. Да, он понимает что живет он под столицей как и сам Агацума, и что у него работа, но без него было тяжело. Он приходил два раза в неделю, в среду и воскресенье и с утра до вечера сидел с ним, они смотрели сериалы и кушали. Тенген то принесет цветы, то еду, или еще что то. Но когда Тенген уходил, блондину было потом очень грустно и одиноко. В общем месяц шел долго и длительно.       Но через месяц его выписали и прописали лекарства, некоторые физические нагрузки. Из больницы Тенген вынес Зеницу на руках, не смотря на то, что врач разрешила ходить. Но стоило увидеть Тенгену, как Агацума плачет от боли, то не выдержал.       Но какого было удивление Зеницу, когда Тенген привез его к себе. Как оказалось, весь этот месяц он перевозил все вещи Агацумы в свой дом, хозяйке квартиры что снимал Зеницу он отдал деньги за то, что контракт пришлось разорвать.       Все вещи Зеницу были сложены в шкаф Тенгена и блондин был на седьмом небе от счастья. В тот вечер выписки они заказали покушать и хорошо провели время, Зеницу еще никогда себя так хорошо не чувствовал.       На следующий день Тенген ушел на работу, а Зеницу приказал лежать в кровати и выходить только в туалет, а еду и воду он поставил на тумбу у кровати. Агацуме это конечно не нравилось и он весь день пытался ходить, не смотря на то, что ему было больно, он старался и мало по малу у него получалось.       Ближе к семи вечера приходит домой Тенген и приносит вкусности для Зеницу. У Агацумы сразу же поднялось настроение. — Как ты себя чувствуешь, солнышко? — С милой улыбкой он присаживается возле Зеницу и ставит картонный пакет рядом, а ручки младшего берет в свои ладони. — Все прекрасно, я так рад что ты пришел. — Агацумы кладет руку мужчина на свою щеку и трется, улыбаясь довольной улыбкой. — Пахнет твоим шампунем, и волосы у тебя влажные. Ты купался? Зачем? Мог подождать меня и я бы тебе помог. Если бинты с твоей ноги сняли, это не значит, что можно так рисковать. — Голос Тенгена сменился на более грубый. И правильно, он ведь сам сказал не вставать с кровати и не рисковать, так почему тот не послушался его. — Тенген, не злись на меня. Я же не могу вечно лежать, не ругай меня. Врач сама сказала, что мне нужно ходить, иначе нога тогда будет всегда болеть, и если не ходить, то на швах могут образоваться спайки. — Теперь уже Агацума кладет свою ладошку на щеку Узуя и поглаживает.       Черт, сколько раз Тенген уже поддавался чарам этого парня. Каждый раз, когда он хочет его поругать, то тот делает такие глазки и невинный голосок, что Узуй просто не может ругать его. — Ладно, я не буду ругаться, но меру ты должен знать, ты можешь ходить, но принимать душ для тебя еще опасно. А что если бы ты упал и сломал себе что-нибудь? Или еще хуже, разбил себе голову? — Тенген, я был очень аккуратен и со мной все хорошо, видишь? Я целый и невредимый. — Младший подвигается к Тенгену ближе и прикасается своими губами к его, затягивая в поцелуй.       Тенген просто не может не плыть перед этим парнем, поэтому сразу же отвечает на поцелуй и обнимая его за талию, подвигает к себе. Но Зеницу этого недостаточно, руками он спускается к воротнику рубашки пепельноволосого и начинает расстегивать. Узуй отреагировал на это и сразу же оторвался от чужих губ. — Зеницу, еще нельзя. Ты не полностью поправился, не стоит. — Ну Тенген… Так времени много прошло, я соскучился… Мне больно не будет, я же здоровый. — Младший опять дует губки и тянет к мужчине голову, но тот отворачивается, чтобы не видеть эти невинные глазки, перед которыми он не может устоять. — Милый, ты не можешь игнорировать меня вечно… — А Зеницу не отступает. Ох уж эта чертовка…       Узуй сглатывает ком в горле и старается не обращать на младшего внимания. Но Агацуме все равно, он умеет добиваться своего. Руками он оглаживает чужую грудь, а сам тихо поскуливает, как щенок. Тенгену сложно держаться и поворачивает голову на младшего. Эти невинные глаза и надутые губы… Блондин вновь тянется за поцелуем и пепельноволосый отвечает. — Раз ты так хочешь… — Шепчет старший в губы этой чертовки. — Очень хочу. — С довольной улыбкой отвечает юноша.       Узуй впивается в чужие губы и поваливает его на кровать, нависая над ним и поставив обе руки с разных сторон от головы младшего. Губами он припадает к бледной коже и проходится горячим языком, засасывает его кожу и идет ниже. Через минуту он уже снимает с младшего ночную рубашку, а следом на пол летят такие же штаны.       Агацумы уже был разгорячен, но он еще не знал, что приятно он собирается делать по минимуму, а вот тот уже тяжело дышал и покорно ждал. — Ты такой красивый. — Шепчет мужчина и улыбается, стягивая и трусы с Агацумы. Теперь он был полностью обнажен.       Тенген достает смазку из тумбы и выливает себе на пальцы, а после и на дырочку младшего, от чего тот ежится и тихо стонет. Узуй улыбается и нагинается к лицу младшего, утягивая его в поцелуй и тем временем вводит один палец. Зеницу недовольно стонет в поцелуй, а руками обнимает мужчину.       Недолго и Узуй отстраняется от парня, присаживаясь и наслаждаясь прекрасной картиной. Милый юноша лежит перед ним и стонет, извиваясь на кровати как кошка, а своими когтями он хватается за простынь.       Он дает младшему немного привыкнуть и вводит второй палец, начиная ими двигать и искать простату. По реакции Агацумы он понял, что нашел комок нервов и начал толкать пальцы туда, пока тот не знал куда себя деть и метался по кровати туда сюда, выстанывая чужое имя. — Нравится? — С ухмылкой спрашивает мужчина. — Очень…       Пепельноволосый начинает двигать пальцами еще быстрее и быстрее, а Агацума буквально плавился от ощущений, его ноги дрожали в конвульсиях. — Подожди, Тенген… Я же сейчас… Не надо! — Но как бы Агацума не сдерживался, он все же изливается. В глазах были искорки, а ноги бились в конвульсиях. — Зачем ты… Я же. — С нервной отдышкой пытается говорить младший, но Узуй только ухмыляется и целует его в лоб. — Я же говорил, что нельзя тебе еще.       Агацума приподнимается на локтях и смотрит на мужчину, медленно опуская взгляд на стояк мужчины. — Но у тебя же… — Зеницу не успевает договорить, как старший вновь чмокает его к лобик. — Я с этим сам справлюсь, тебе об этом думать не нужно. Тебе и так опасны такие нагрузки, так что отдыхай. — Но это не честно! — Зеницу вновь дует губки и обиженно отворачивается.       Узуй же смеется и надавливает на его грудь рукой, заставляя лечь. Беря с тумбы влажные салфетки он вытирает руку и ложится рядом с младшим, обвивая его талию руками. — Не обижайся на меня, я слишком тебя люблю и не готов рисковать, пойми это. Я волнуюсь. И ты не волнуйся, как только полностью поправишься, то мы нагоним все пропущенные ночи за это время.       Хоть Зеницу и был надутым, но ему было очень приятно, что Тенген игнорирует свои желания ради того, чтоб с ним ничего не случилось. Он чувствовал себя таким защищенным, нужным и важным и для кого-то. — Я тебя тоже люблю. — С легкой улыбкой отвечает Агацума и поворачивается к мужчине, подвигаясь к нему ближе и утыкаясь в его грудь. — Мой милый. — Тенген улыбается и чмокает парня в макушку, а тот прикрывает глаза и зевает. Узуй не может даже встать с кровати и переодеться, так как не хотел убирать руку, на которой Агацума так мило спит.       Они оба очень любят друг друга и у них все еще впереди. Все пропущенное веселье, что они упустили, они обязательно нагонят. Но пока им достаточно того, что они вместе, кроме друг друга у них больше никого нет, им в принципе и не нужен больше никто.

Конец.

Примечания:
Отношение автора к критике
Не приветствую критику, не стоит писать о недостатках моей работы.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.