Кленовые листья и забытые мелодии.

— Гань Юй! С очередной выпущенной стрелой кровь брызнула на землю. Её руки уже не выдерживали, и не помогала даже ее ледяная магия для остановки кровотечения. Но мощность ее атака не уменьшалась. Проклятые визжали каждый раз от боли. Янь Фэй первая заметила состояние подруги, но Чун Юнь опередил ее в словах. — Гань Юй, прекратите! — закричал он, резко останавливаясь перед ней. — Я выиграю Вам время. — Не будь идиотом! Ты выглядишь не лучше, знаешь ли! — выругалась уже Янь Фэй, выпустив заряд пиро, заставляя проклятых завизжать в агонии и превратиться в пепел. — Вам обоим нужно перевести дух! Чун Юнь, стиснув зубы, едва сдержал вздох разочарования. Волосы уже давно прилипли к лицу от пота, грудная клетка молила о минуте отдыха. Он был уверен, что его тело действует само по себе, чтобы просто не свалиться от усталости. Его энергия ян почти иссякла, но он продолжал сражаться. — Я дал обещание, и я его сдержу, — выпалил Чун Юнь, взмахнув мечом и воткнув его в землю. Его символ экзорцизма отражался на земле, покрытой инеем. Холод отпугивал проклятых. — Просто дайте мне ещё немного времени, мисс Янь Фэй! — Ты с ума сошёл! Он кинул меч в нескольких монстров, а затем электро атаки Кэ Цин запустили мощную реакцию, убивая ближайших врагов. Девушка повернулась к нему, такая же уставшая, но все ещё собранная. — Мы отступаем, — приказала Кэ Цин и, заметив негодование Чун Юня, помотала головой. — Мы были в проигрышном положении с тех пор, как адепт Сяо ушёл. Мы выиграли ему достаточно времени. Я отведу их к Якше, так как во мне все ещё есть силы. Всем остальным нужно укрыться. Они неохотно согласились. Чун Юнь крепче стиснул зубы, и тогда Гань Юй положила руку ему на плечо. — Ты молодец, экзорцист. Благодаря твоим талантам мы продержались так долго. Он слабо улыбнулся ей. — Спасибо, мисс Гань Юй. Тогда нам пора идти. У меня еще осталось немного энергии ян. — Отлично. Большинство из них поспешили в город. Уже за воротами Кэ Цин тихо вздохнула и посмотрела на орду монстров. Она развернуласьна каблуках и тоже побежала в город. Монстры радостно завизжали и бросились за ней. — Я надеюсь, Вы готовы, адепт Сяо. Мы сделали все, что могли.

***

— Я УБЬЮ ВАС ДВОИХ, КЛЯНУСЬ! — Сяо, наверное, ты за последние две тысячи лет встречал нескольких уроженцев Натлана? — Кадзуха улыбнулся ему. — Они… Довольно вспыльчивые люди. В их сторону полетели огромные огненные шары, и они оба выругались. Кадзуха взмахнул рукой, и перед ними с мгновенной скоростью возникла огромная стена ветра, что развеяла огонь. Сяо встал перед Кадзухой, защищая от горячего воздуха. Однако фатуец порвался через преграду и запустил ещё один шар, уже прямо в Сяо. — Ся-!.. Сяо прикрылся рукой, но именно этого и добивался враг, ударяя Якшу кулаком по челюсти. Он приглушенно застонал от боли и почувствовал жжение в области руки, куда пришёлся удар от огненного шара. — Я не проиграю снова! Враг призвал свой катализатор. Страницы его оружия ярко загорелись, и Сяо смотрел на это с шоком. Языки пламени взметнулись в воздух и устремились к ним двоим, однако Кадзуха развеял их с помощью ветра снова. Сяо зарычал и схватил фатуйца за шею, а затем быстро телепортировал их двоих высоко в воздух, оставив шлейф дыма и пепла. Оказавшись вверху, адепт со всей мощи бросил врага вниз, где стоял Кадзуха с клинком и ветром. Он саркастично усмехнулся и запустил в Сяо быстрые атаки, все ещё падая. Кадзуха отвлекся на безопасность своего адепта и пропустил возможность нанести удар врагу. Сяо вновь прикрылся рукой. Неприятный дым заполнил его легкие. Он телепортировался вниз и сразу присел на колено, потому что глаза слезились, а руки нещадно болели. Когда ощущения поутихли, Сяо поднялся и заметил, как ловко Кадзуха отбивается от атак. Им нужно срочно что-нибудь придумать, прежде чем этот безумец доберётся до- — Попался! — воскликнул фатуец и схватил Кадзуху за левую руку, оставляя ожог. В тот момент, когда их враг снова хотел применить приём с ударом в челюсть, Сяо бросился вперед, призвав копье. В этот же момент Кадзуха развернул клинок и сделал выпад. Кровь брызнула на распаленную землю. Оба оружия вонзились в тело. — Я н-не могу проиграть, — фатуец закашлялся кровью, потому что его дважды пронзили насквозь. — Но смерть в бою… Сяо выдернул свое копье. Кровь вновь хлынула на землю. Глаза их соперника стали гетерохромными вместо ярко-алых. Кадзуха посмотрел на него с толикой беспокойства. — Спасибо... Он рухнул навзничь, когда и Кадзуха тоже вынул свой меч из тела, что теперь лежало неподвижным. Сяо, в ожогах и ссадинах, улыбнулся своему парню. На одну проблему меньше. Осталось только- До них дошли знакомые крики проклятых. Чжун Ли, Ху Тао и Альбедо подошли к ним, наблюдая за той же картиной: к ним приближались монстры. — Идите внутрь, сейчас же! — приказал остальным Сяо. — Но... — Альбедо попытался возразить, но Моракс положил руку на плечо алхимика. — Это не наша битва. — Не пойду, — твёрдо сказал Кадзуха на слова других. — Кадзуха, — обратился Якша. — Алатус. К ним подбежала Кэ Цин. Она явно израсходовала все свои силы, судя по виду. — Мы сделали все, что могли, адепт Сяо. Полагаюсь на Вас, — с этими словами она исчезла во вспышке электро. Сяо ожидал, что их оборона продлится недолго, но он также надеялся, что Кадзуха уже будет в безопасном месте, ведь- Кадзуха прошел мимо него. Вокруг них поднялся лёгкий, защищающий ветерок. Он начал мягко насвистывать. Эту мелодию подхватил ветер. Сяо не мог поверить свои глазам и ушам. Этого… не может быть… Знакомая мелодия зазвучала эхом, как будто воспроизводилась по памяти. Кадзуха повернулся к нему и мягко улыбнулся. На этот раз они перепишут концовку. — Вместе? — заговорил он, из-за чего мелодия закончилась. Золотые глаза недоверчиво уставились на него. Сяо крепче сжал копье и подошёл к нему. — Да, на этот раз вместе. — Я не уверен, как это делается, поэтому буду действовать как велит сердце. Сяо усмехнулся и кивнул. Проклятый в это время стали сливаться друг с другом и обрели форму огромного четвероногого существа. Кадзуха задержал дыхание и закрыл глаза. Он притянул ветра и направлял их по своему усмотрению. Снова зазвучала его мягкая мелодия. Он молился, чтобы это сработало. Кадзуха открыл уже светлоголубые глаза и сделал знак рукой. Очень похожий как у Чун Юня. В ветрах появились кленовые листья с символами на них, переливаясь разными оттенками красного и оранжевого. Кадзуха ударил ногой по земле, и его заклинание усилилось. — Для новичка это очень даже хорошо, — усмехнулся Сяо, с восхищением наблюдая за кленовыми листьями. — Пора нам переписать эту историю.

***

— Кадзуха раскрыл способности оммёдзи? Чжун Ли понимающе улыбнулся и усмехнулся. Они наблюдали с порога за действиями тех, кто противостоит судьбе. Взгляд цвета кор-ляписа был обращен на мощный, но прекрасный шторм двух ветров, что даже облака задолжали. — Две тысячи лет назад двое смертных юношей встретились на пороге войны архонтов, — трое молодых людей посмотрели на заговорившего Чжун Ли. — Судьба свела этих двоих, сближая все больше. Два взаимодополняющих ветра, что срывали облака с небес и убивали богов... Небо дрогнуло. Облака втянулись в вакуум их шторма и поднялись еще выше, набирая обороты. — Они сделали себе имя. Любой бог, с которым они сталкивались, внушал страх и бросал им вызов. Пока странствующий оммёдзи, скрывающийся под личиной самурая, не погиб, защищая того, кого любил. Четвероногое существо, похожее на огромного волка, завыло на луну, наклонив голову. На его морде появилась широкая ухмылка, а по его шкуре заискрились электрические разряды, и она встала дыбом. Он угрожал убить их обоих. — Он прибыл в Селестию и должен был получить награду, но отверг их дар. Опечаленный горем своего возлюбленного, он вернулся к своей любви. Они наложили на него проклятие, заставляя перерождаться, пока его вторая половинка не умрет. Сяо и Кадзуха отпрыгнули назад, когда огромная лапа метнулась к ним. Когти были в опасной близости, но защитные символы очищения Кадзухи нанесли урон чудовищу. — Однако Селестия не понимала, что их ничто не остановит, — Чжун Ли усмехнулся, и остальные в замешательстве уставились на него. — Возлюбленный оммедзи был спасен гео Архонтом и превращен в бессмертного адепта, продлевая действие проклятия на вечность и разрушая план Селестии заполучить их обоих. Налетевший шторм разогнал последние облака с неба, открыв яркую луну и звезды. — Божества Селестии были глупы, полагая, что простое проклятие разлучит и разрушит их любовь. Двое смертных, срывая небеса своим штормом, так и не умерли... — Алатус! — Сейчас! Все пары глаз наблюдали, как двое парней работали как единый механизм. Их оружие синхронно воткнулось в волка, после чего раздался пронзительный визг. Их ветра безжалостно пронзили его, разрывая на две части. Кленовые листья очищали всю карму. Кадзуха нарисовал новый символ, вспоминая занятия с Чун Юнем, и тогда под ногами чудовища появился огромный талисман, который запечатывал его. — Один из них просто продолжал жить, ожидая, пока другой переродится в точную копию первого и к ним вернутся давно забытые воспоминания. Круг изгнания засветился ярко-зеленым, и каждая частичка пепла превратилась в темное облако, прежде чем его накрыл ураган, убирая последние следы существования проклятых. А затем… Печати лностью исчез. Над городом воцарилась тишина, и из-за горизонта выглянул рассвет. Когда Сяо и Кадзуха посмотрели в ту сторону, на их лицах было облегчение, и их крепкие объятия освещало солнце. — Для этого нужна была одна забытая мелодия и случайная встреча… Сяо искренне улыбнулся своему возлюбленному, который также счастливо посмотрел на своих друзей, и помогал ему удержаться на ногах, потому что такой расход силы требовал многих затрат. Особенно после тяжёлой битвы. Но она того стоила.

***

Он услышал тихие смешки, поэтому Кадзуха раздраженно отмахнул от своих волос чужую руку. — Я, вообще-то, пытался уснуть, — он вздохнул и, перевенувшись на бок, положил голову на грудь лежащего рядом Якши. — Утром? Обычно спят ночью, — Алатус ответил с довольной улыбкой. — Мы запечатали всех проклятых в Ли Юэ, и теперь ты ведешь себя как самый нормальный человек, — напомнил ему Кадзуха, а затем протянул руки и обхватил щеки Якши. — Тебе следовало давным-давно сказать мне, что я оммёдзи, глупый Алатус. Сяо обхватил деревянную ладонь самурая и поцеловал ее тыльную сторону, а затем костяшки пальцев. — Ты бы мне не поверил, а я не так и не осмелился. Но тебе… Ты самый сильный из них всех. Пальцами свободной руки он ущипнул адепта за щеку, и Алатус поморщился. — Это тебе за то, что ты хранишь от меня секреты. Алатус потер щеку, нахмурившись. А затем Кадзуха удобно устроился на бедрах любимого, не забыв наклониться за нежным поцелуем. — И это за что? — томно выдохнул Сяо. — За то, что не отказался от нас... Якша тяжело вздохнул. Сердце неприятно защемило. Кадзуха распознал эти эмоции и сел. — Итак... если проклятых нет, значит, ты безработный, так? — спросил ронин. Алатус мгновенно нахмурился от этого, вызвав тем самым хитрую улыбку у второго. — Проклятые больше не появятся, раз мы их запечатали. — Тогда ты волен делать, что хочешь, верно?~ — Просто скажи, на что ты намекаешь. — Итэр сказал, что в Инадзуме собираются устроить фестиваль по случаю отмены последнего указа сегуна. За мою голову больше нет награды, поэтому мы могли бы… Сяо притянул Кадзуху за воротник к себе и поцеловал. Самурай немедленно ответил, прежде чем они оба отстранились. — Я бы с удовольствием, — тихо ответил Алатус. — Мы можем путешествовать и увидеть весь Тейват вместе… — Все, что ты захочешь... — Тогда… Трахни меня. Алатус уставился на него широко раскрытыми глазами. Кадзуха отвернулся, покраснев. — Прости, это просто- — Это… Это то, чего ты хочешь? Закатно-красные глаза остановились на Якше и его раскрасневшихся щеках. Сяо смотрел в сторону, но кивок Кадзухи он заметил. — Я... хотел этого давным-давно... — И теперь ты говоришь мне... — Ты бросал меня каждый раз, когда мы были достаточно близки, — напомнил ему Кадзуха, и лицо Алатуса покраснело еще больше. — За нами охотились все боги, демоны и сама Селестия. — А теперь мы свободны, — Кадзуха положил руку на сердце адепта. — Алатус... займись со мной сексом. Сяо вновь притянул своего парня для поцелуя. — Разврати меня... — умолял ронин шепотом. — Я хочу быть твоим, Алатус. Алатус также тихо выругался и снова поцеловал его, но более страстно. Не отталкиваясь, он перевернул Кадзуху и прижал к матрасу. После пылкого танца языков, Сяо отстранился и посмотрел темными от желания глазами на своего партнёра. — Если ты действительно этого хочешь, Кадзуха, — покрытые шрамами пальцы потянулись к поясу на талии самурая. — Но тебе кое-что придется мне рассказать. Раз уж ты видел мои воспоминания, какие из них были твоими любимыми? Из головы вылетели абсолютно все мысли. Он покрылся ярким румянцем, пока Сяо медленно стянул с него нижнюю одежду, но ни разу не дотронулся до кожи. — В к-каком плане?.. Алатус усмехнулся и, наклонившись, положил руки по обе стороны от головы ронина. Его сухие губы коснулись чужого уха, заставив его вздрогнуть. — В какой позе, Кадзуха? О, Архонты… — Я... Ээ… — Сяо нежно прикусил его мочку уха, что горела как и лицо. Он что, серьезно должен был сказать ему это вслух?! — Когда он согнул меня пополам? — спросил Алатус, дотягиваясь рукой до тумбочки и доставая что-то. — Или когда я скакал на нем верхом? Или, может, когда я стоял на четвереньках? Он серьезно собирался назвать каждое воспоминание?! — Или когда мы делали это в одежде? Ещё был момент, когда он выгнулся в спине и- По телу Кадзухи побежали мурашки. Алатус даже не договорил, но все почувствовал. Он тихо усмехнулся и заглянул в закатные глаза. — Так вот оно что... — Я… Это… Я… Сильные руки внезапно обхватили его бедра и развернули к себе. Ладонью он помог Кадзухе лечь так, чтобы его задница была задрана кверху. Он покраснел ещё сильнее, что даже шея покрылась румянцем. — Я угадал? Зарывшись лицом в ткань, он дрожал всем телом одновременно от возбуждения и смущения, в то время как шершавые пальцы ласкали его бедра и дразнили ткань, все еще прикрывавшую его самое интересное. — Ну что, Кадзуха? — спросил Алатус. — Если это не так, мне стоит повторить все? — Д-да… — хрипло выдавил он из себя. — Э-эта... Сяо скользнул соблазнительно руками по бедрам выше. Кадзуха прикусил губу, его тело задрожало в предвкушении. Они серьезно собирались… И тогда он резко дёрнул вниз нижнее белье с тела Кадзухи. Когда покрытые шрамами пальцы коснулись его обнаженной кожи, он вздрогнул,а сердце бешено заколотилось в груди. — Я остановлюсь, когда ты захочешь, — мягко сказал Алатус, другой рукой открывая смазку. — Хотя вряд ли ты этого захочешь… Сяо схватил его за одну ягодицу, а после пальцами раздвинул их, обнажая дырочку. Кадзуха сдержал стон. Его охватило смущение. Но когда влажный палец коснулся его входа, он не сдержался и вцепился руками в ткань подушки. — Ах! Он скользким и влажным пальцем проник внутрь, покрывая стенки и заставляя его всего дрожать. Другой ладонью Сяо накрыл руку Кадзухи, призывая посмотреть на него. Самурай немного повернул голову и встретился взглядом с хитрыми золотыми глазами. Сяо поцеловал его ровно в тот момент, когда вставил второй палец. — Мпппфх~! Язык Алатуса проник в его рот, исследуя каждый уголочек. Кадзуха тяжело дышал и дрожал под ним, пока чужие пальцы проникали дальше, издавая хлюпающие звуки. К ним добавился и третий, вызывая у второго приглушенный стон. Изо рта у него потекли слюни, скатываясь по подбородку на подушку. Сяо задел простату и уже сам застонал. Его член дернулся, желая самому почувствовать этот комочек нервов. Поэтому Алатус также резко убрал свои пальцы из чужой дырочки, оставляя ее опустошенной и ожидающей. Когда Кадзуха услышал шершание ткани, ему захотелось обернуться, но Сяо крепко держал его за волосы. — Не подглядывай, — твёрдо заговорил Алатус. Он снова почувствовал руки на своих ягодицах, которых раздвинули в сторону. А потом что-то более толстое коснулось его дырочки. Он сразу понял что это и крепче сжал пальцы на подушке. Сяо укусил его за заднюю часть шеи. — Аааа~ ААААА! В этот же момент Алатус начал толкаться внутрь, растягивая проход дальше. Кадзуха заплакал от лёгкой боли и удовольствия. Поэтому Сяо, не выходя, развернул ронина и усадил к себе на колени. — Держись. Не успел Кадзуха сказать и звука, как Якша медленно выскользнул из него, оставив лишь кончик члена, а затем вошёл обратно практически во всю длину, вызвав у второго громкий стон. — Ты довольно узкий… Алатус повторял эти движения снова и снова, каждый раз проникая все глубже и отводя бедра Кадзухи назад навстречу каждому толчку. Звуки щлепанья о кожу и их тяжёлые стоны наполнили комнату. Наконец, Сяо ударился прямо в простату, и Кадзуха откинул голову назад с визгом. — А-Ала-Ах-Х- Т-Тус-АХ~ Темп ускорился. Кадзуха тяжело дышал и стонал при каждом ударе в нужную точку. Сяо помогал ему насаживаться и оставлял засосы на шее другого. — Мой. Кадзуха финишировал первым с криком наслаждения. Сперма растеклась по матрасу. Алатус все ещё кусал его шею, не выходя из него. А затем сам заполнил своим семя все внутри Кадзухи, который застонал и дернулся от прилива тепла, наполнившего его, и тяжело задышал. Он обмяк в объятиях Якши, трясясь всем телом. Через несколько мгновений Сяо начал лизать оставленные засосы на бледной шее. Весь оргазм начал успокаиваться и на смену ему пришла боль во всем теле. — А-Алатус... Якша медленно выскользнул из него, и сперма потекла по их бедрам. Кадзуха спрятал лицо в ладонях и упал обратно на матрас. Сяо лёг рядом и нежно откинул прядь белых волос назад, заправив за ухо. — Кадзуха. Он слабо промычал, слишком смущенный, чтобы смотреть на своего парня. — Ты в порядке? Я сделал тебе больно? — осторожно спросил Алатус. Этот человек... Нерешительно, он убрал свои руки от лица. Закатно-красные глаза встретились с тревожно-золотыми, и Кадзуха слабо прочистил горло. Он поморщился, почувствовав боль во всем теле. — Я... я в порядке, — тихо произнес он. — Ты... ты оказался не таким, каким я тебя себе представлял. Алатус приподнял бровь. — Другим? — В воспоминаниях ты... — Ты же понимаешь, что у нас с тобой тогда были почти одинаковые предпочтения, верно? Вот как бы я поступил, если бы мы поменялись ролями. Кадзуха уставился на него, широко раскрыв глаза. Алатус прочистил горло и отвел взгляд. — Кроме того… Я пытался быть мягче, чем хотел. Ты мой, поэтому я действительно хотел... О, Архонты, он выпустил демона… — Но я подумал, что сейчас ты хочешь быть под моим контролем. Кадзуха тихо усмехнулся. Этот милый адепт… Он ласково прижался своими губами к чужим, притянув Сяо ближе к себе. — Такой милый~ Алатус нахмурился, а затем вновь прижал Кадзуху к матрасу, нависая над ним. — Сейчас я тебе покажу “милого”. — П-подожди! Пощади, Ся- ААААА~ Инадзуме придется немного подождать…