Ханука и Ревекка Шварц

На днях в школе, где училась Ханука, прошла олимпиада по истории. Девочка долго готовилась к ней, ни дня не пропуская. Отец даже не донимал ее половым сношением с собой, обещая ей его в том случае, если та получит высокие результаты. Вот и настал день, когда должны были сообщить итоги. Из их класса участие принимало трое из двадцати восьми и двое заняли высокие места. — Итак, — начала классная руководительница, надев очки и взяв листок со списком победителей, — результаты весьма хорошие. Двое из вас не только набрали достаточное количество баллов для перехода на следующий уровень, но и вошли в тройку лучших! Она отошла от письменного стола и подошла к доске, решительно произнеся имена. — Марк набрал девяносто три балла из ста и занял третье место, а Ханука набрала девяносто семь и заняла второе, поздравляем! Весь класс зааплодировал. Ханука широко улыбнулась и вышла к доске, за ней, чуть не плача от радости, последовал Марк. Им вручили сертификаты и сообщили дату предстоящего второго этапа, который должен был проводиться в университете. — Вы огромные молодцы! — воскликнула классная руководительница и сказала им вернуться на свое место. Ида обняла Хануку и сказала, что не сомневалась в ней.

***

— Боже… я этого правда не ожидал, — повторил на эмоциях Марк уже какой раз. — Это было вполне ожидаемо, если ты хорошо готовился! — Мне стыдно это признавать, но я почти не подготавливался. У меня были другие дела помимо этого и здесь, в большинстве своем, сработал метод тыка наугад. Марк и Ханука, не торопясь, шли по длинному коридору. Все их мысли были, скорее, о безграничной радости от таких высоких результатов. Но часто Марк особо не вслушивался в слова соседки по парте. Он был сосредоточен лишь на ее жестикуляции и телодвижениях. На практически безымоциональном лице, серых глазах, крупном носе и тонких губах идеальной формы. Периодически взгляд предательски опускался на короткую юбочку, едва прикрывавшую ее ягодицы, но он лишь старался прогнать из головы ненужные мысли. — А почему ты вдруг замолчал? Эй! — уставилась на него Ханука. На ее каменном лице внезапно появилась эмоция удивления. — Извини, задумался об олимпиаде. Слишком много мыслей лезет мне в голову по этому поводу последнее время. — Я понимаю, ведь второй этап уже завтра… слышал об этом? — Завтра?! Марк понял, что либо он такой невезучий, либо люди свыше совсем оборзели. С учетом того, что у него также были дополнительные занятия по математике, он просто физически не мог подготовиться за оставшееся время ко второму этапу. — Слушай, Ханука… — М-м? — Ты не хотела бы прийти ко мне в гости? Может… тогда мы бы вместе быстрее подготовились? — с небольшим чувством стыда, появившимся внутри, спросил Марк. — Я не знаю, так-то я не особо против, но мне нужно спросить у отца. Марк немного развеселел. Ведь тогда он сможет не только утереть всем нос, получив минимум девяносто баллов и во второй раз, но и вдоволь насмотреться на свой объект обожания. Единственное, что все еще мучало его и разъедало изнутри, так это игнор. Полнейший игнор со стороны Хануки. — В таком случае отлично! Когда выйдем со школы, обязательно позвони своему папе.

***

А вот и конец уроков. Друзья вышли из школы, Ханука отошла чуть в сторону, дабы сообщить отцу о том, что она собралась в гости. — Привет, папочка! — Привет, солнце. Я купил тебе новое бельишко и чулочки. Не хочешь примерить? — похотливо спросил Исаак. — Обязательно примерю!.. — немного неловко ответила Ханука, быстро проверив, не включена ли громкая связь. — Тут просто такое дело. Мой одноклассник пригласил меня в гости, готовиться к олимпиаде. Могу я к нему пойти? Я постараюсь вернуться пораньше. Исаак нахмурился. Он уже был сильно возбужден, из-за чего ждать долго ему жуть как не хотелось. Оставался еще вариант усмирить себя с помощью мастурбации, или, на крайняк, спустить в Ревекку, но та должна была вернуться только через два часа. — Этого одноклассника, случаем, не Марк зовут? — Да, это он, но не надо злиться. Он сказал, что приготовил решебники и мы будем заниматься только уроками. Звонок завершился. Решив, что ответ «да», Ханука сообщила об этом Марку и они вместе пошли к нему домой. Дорога не заняла много времени. Он жил к школе еще ближе, чем Ханука, хотя их дома были далековато друг от друга. Они зашли в квартиру к Марку. Она была довольно маленькой, но сейчас это не имело никакого значения. Путь лежал в его комнату. Ханука и Марк сели за стол и Марк принялся рыскать по ящикам в поиске хоть какого-то намека на решебники. — Вот черт! Тут ничего… — А ты их точно покупал? — Клянусь! Марк встал со стула и начал открывать и закрывать другие ящики. Ханука заглянула под стол и увидела один решебник, судя по всему упавший туда. — Марк, вот один из решебников! Тот мгновенно приободрился и поднял толстую книжку с пола. Решебник есть, можно начинать подготовку. Открыв его на вступлении, Марк уже понял, что он не сможет ни нескольких абзацев выучить за оставшееся время. — Ладно, с чего начнем? — спросила Ханука, уже настроившаяся на подготовку. — Я не знаю… здесь столько всего! — Ну, что нам нужно для завтрашней олимпиады? Казалось, никто не был в курсе. О том, для того ли это класса решебник, тоже было неясно. Цифра на обложке, конечно, была та, но вот информация и некоторые формулировки загоняли в ступор. Ханука уже даже начала жалеть о том, что не пошла сразу домой, так как пока что это была лишь бездумная трата времени на попытку понять хоть что-нибудь.

***

— …и тогда все и произошло. Понятно? — Не очень, можешь повторить еще раз? — Я читала этот чертов текст уже два раза полностью! Ты хоть что-то запомнил? Прости, если немного резко, просто, по-моему, ты только и делаешь, что летаешь в облаках, без обид. И ведь она была права. Марк, на секунду отключив мозг, наблюдал лишь за перемещению пальца подруги по странице и ее черными реденькими ресницами. Для него такая заинтересованность была вполне нормальным явлением, ведь в организме вовсю бушевали гормоны. Но некоторые мысли взаправду его пугали. Если бы не его кроткость и стеснительность, он, ничего не стесняясь, мог бы попросту запустить руку под ее юбку, как, впрочем, не испытывая никакого угрызения совести, делал ее отец. Только об испорченной психике и странных инцестных наклонностях Хануки Марк не знал, так же, как и о возможных последствиях своей влюбленности. Он просто любовался одноклассницей, которая, закинув ногу на ногу, повторяла уже третий раз материал первой страницы. — А, я поняла! Ты, наверное, плохо воспринимаешь информацию на слух? Можешь тогда дать мне какой-нибудь листочек, я напишу тебе краткое содержание. — Они в нижнем ящике, — улыбнувшись, сказал мальчик. Та, не обронив ни слова больше, полезла в этот самый нижний ящик, зарываясь под кучу папок и прочей не нужной сейчас дребедени. План Марка состоял в том, чтобы тот смог посмотреть на трусики подруги, пока та шарится во всяком хламе. И план удался, правда, совсем ненадолго. Он быстро словил на себе взгляд обомлевшей Хануки, вскочившей на ноги. — Ты куда смотришь? Здесь нет никакой бумаги. — Тогда можешь… — Мы вообще ничего не сделали за этот вечер! У тебя скоро репетитор, я правильно поняла? — Да, но… — В таком случае, я не собираюсь задерживаться. Даже я уже все запомнила. Желаю удачи на завтрашнем туре. Марк уже думал остановить ее, но от Хануки уже и след простыл. Пожаловавшись на жизнь самому себе, он, с горем пополам, принял тот факт, что просто не может нормально общаться с девушками.

***

Вернулась Ханука раньше, чем планировала. Даже Ревекка еще не успела вернуться домой. Решив, что будет лучшим решением появиться неожиданно, она заранее надела белье, лежавшее на ее кровати. Облачившись в новое белье и натянув тонкие чулочки на гладкие ножки, она вошла в комнату к отцу, который, несмотря на напряжение в паховой области, все это время ждал ее. — Я вернулась, папочка! — произнесла она, отворив дверь и зайдя за порог в обновках. — Ты очаровательна, моя девочка. Ты уже? — Как видишь. Ханука запрыгнула на своего отца, чмокая его в губы и обнимая за плечи. Он погладил ее по спине и по душистым волнистым волосам. Девочка, тихо простонав, сжимая губы, одной рукой попыталась расстегнуть пуговицу на брюках отца, дабы побыстрее освободить горячую плоть. — Как прошла ваша подготовка к олимпиаде? — немного строго спросил Исаак, заглядывая в полузакрытые от возбуждения глаза дочери. — Никак, он даже не слушал меня! Зарылся в свои мысли и блаженно глядел куда-то не то в стену, не то на мой рот. — Ясно. Рука Хануки вновь потянулась к молнии. Достав жилистый орган из тесной ткани, она, отодвинув трусики и немного смочив слюной и без того намокшую дырочку, стала насаживаться на него. С громким стоном, который она долго сдерживала, она вновь обхватила плечи отца и впилась в его губы. Орган полностью вошел в нее. Девочка принялась двигаться на нем, принося неистовое удовольствие Исааку, до этого час ждавшего ее. Тот сам не смог сдержать стон. Темп участился. Ханука сжала губами плечо отца, чтобы сдержать громкие стоны. Оба одновременно кончили. Исаак вновь излился внутрь дочери, не особо волнуясь о том, что она, в принципе, уже вполне способна забеременеть. — Не ходи к своему Марку больше. Либо предупреди, что если такое повторится еще раз, то кое-кто сильно пострадает. И это точно не ты. — Хорошо, папуля. Девочка отправилась в свою комнату, чтобы уже там нормально подготовиться. Завтра предстоял важный день.

***

— Эх, очень надеюсь, что в этом этапе я выиграю тоже..! — вслух говорил Марк. — Если ты хоть чуть-чуть готовился, то выиграешь. Марку было немного стыдно за то, что он так опозорился перед Ханукой вчера, показав свою истинную натуру, но чувство некого удовлетворения у него тоже присутствовало. Университет был уже близко, и чем ближе они подходили нему, тем больше они испытывали тревожность. Предъявив все документы и сказав, что они пришли, так как получили высокий балл за пройденную одимпиаду, ребята прошли внутрь и начали искать кабинет. Марк решил, что будет отличным решением проявить капельку смелости и дотронуться до руки подруги. Хануку в тот момент это вообще не волновало. Ей казалось, что они идут не в ту сторону, так как поблизости не было ни одного человека. Переборов страх, мальчик коснулся кончиками пальцев кисти Хануки. Та вздрогнула и покосилась на него безумными глазами, будто он не сделал одно касание, а ущипнул ее за ягодицу. Светло-серыми глазами она уставилась на него, после чего испуганно произнесла: — Какого хрена?! Марк, естественно, ничего не понял. Что он сделал только что противозаконного, может, коснулся раны, или отвлек ее от каких-то страшных мыслей… да нет, вроде. — А что я сделал? — Сам знаешь. Зачем трогать мою руку? — спросила она. Ее сильно это беспокоило. — Да я… захотелось просто. — Не стоит, мы еще недостаточно хорошо знакомы, чтобы прикасаться друг к другу. Опа на! Марк чуть не грохнулся на пол. С каких это пор простое прикосновение к руке – это что-то интимное? — Ладно… извини тогда. Мальчик отошел в сторону, в очередной раз краснея и еще больше разочаровываясь в самом себе. Настроение окончательно пропало. Бесследно расстворилось в пустоте вместе с надеждой на счастливое будущее. «Вот я дурачье! Она, наверное, стесняется сильно меня, в отношения никогда не вступала, как и я, в принципе… надо было разрешение спрашивать, а я как тупой дегенерат сразу к руке потянулся, напугал ее небось…» — проговорил он мысленно, снимая очки и вытирая слезы.

***

Олимпиада прошла в полной тишине. Не только потому что такие правила. Ханука сильно разозлилась на Марка за то, что он пытается претендовать на нее, а тот безуспешно просил у нее прощение, что в конечном итоге ему надоело. Возвращались домой они тоже в кромешной тишине.