Настойка полыни

      На следующий день Джейн рассказала про знакомство с Анджеем Гермионе. В это утро они смеялись чаще обычного и тщательно прихорашивались. Грейнджер даже попросила подругу сделать ей прическу. Искусство Джейн было так известно, что она нередко подрабатывала таким образом, помогая девочкам с ее факультета собираться на свидания. Она быстро орудовала расческой и волшебной палочкой, превратив копну кудрей в аккуратные локоны. Закончив работу, девушка посмотрела на довольную Гермиону через зеркало: – Ты очаровательна.       Весь этот день студенты провели в напряженном ожидании, отчего уроки шли наперекосяк. Учителя старались вернуть дисциплину и внимание студентов, но ветер в их головах дул в другую сторону – именно в этот день должны были объявить участников Турнира.       В восемь часов вечера начиналась церемония отбора Чемпионов, поэтому студенты не разбредались далеко от Большого зала, чтобы занять самые лучшие места. В этой толпе к Джейн подошел Джордж. – Выйдем? – Зачем? – она все еще злилась на него за вчерашнюю выходку. – Поговорим нормально, – и без лишних объяснений он взял ее за руку и повел в сторону выхода. Джейн с любопытством последовала за ним.       Они вышли во внутренний двор. Ноябрьский ветер обжег лицо таким холодом, что перехватило дыхание. Джордж повел девушку под арочный свод, к одной из лавочек. Джейн замерзла, ее трясло, она потирала ладони и плечи, подпрыгивая на месте. – Других вариантов не было? Может лучше вернемся в замок? – спросила она, пытаясь подавить стук зубов. – Нас могут увидеть. Ты хочешь стать жертвой дурацких слухов?       Джейн покачала головой. Джордж стянул с себя мантию и накинул на плечи девушки – ей вдруг стало тепло: на одежде было наложено согревающее заклинание. Они сели на одну из лавочек. – Что происходит? – Джейн удалось разомкнуть посиневшие губы. – Давай не будем затягивать. – Хотел попросить прощения за вчерашнее, – Джордж был очень серьёзен. – Я не должен был так поступать.       Джейн готова была простить ему что угодно, лишь бы вернуться в тепло. Она вымученно улыбнулась. – Забыли. Все хорошо. – Мне жаль, что тебе пришлось стыдиться меня, – Джейн не верила своим ушам. Джордж нервно перебирал волосы на затылке и смотрел в пол: — Ты замечательная… друг, за которого я вдруг начал переживать. Не хотелось, чтобы тебе разбивали сердце.       Джейн понимала, что его уносит куда-то далеко, что вот-вот он скажет то, о чем они оба могут пожалеть. Она накрыла его руку своей и сжала, что заставило его умолкнуть и посмотреть на нее. – Ты слишком строг к себе.       Но Джордж все же сказал то, от чего они надолго замолчали и смотрели в разные стороны. – Просто я понимаю, о чем говорю. Какие могут быть мысли у парней в этом возрасте.       Джейн шумно вздохнула, потирая висок, в котором вдруг запульсировала боль. Она даже не думала, что Джордж вдруг захочет стать ей едва ли не старшим братом и спешить защищать от всех вокруг. От неловкости, они не знали, что делать. Джейн мудро рассудила, что нужно все перевести в шутку и сделать вид, что этого разговора никогда не было. – Брось, это всего лишь мой новый знакомый. Просто поболтали о пустяках. Ты зря переживаешь. – Возможно. – Спасибо, за заботу. Но пойдем лучше в замок, так ты заболеешь. – Это тоже забота? – улыбнулся Джордж. – Ну, точно не способ тебя покалечить, – Джейн поднялась, сняв его мантию. – Мы пропустим все самое интересное.       Когда они пошли обратно, Джордж снова взял Джейн за руку. Она не ответила на этот жест, но и не отказалась пройтись с ним так до самого холла. В Большом зале уже не было свободных мест, и им пришлось сесть с самого краю, прижимаясь друг к другу, чтобы не слететь с подмостков – помещение превратили в что-то вроде амфитеатра, где по центру стоял Кубок, а полукругом вдоль стен расположились скамьи в несколько уровней.       Джордж дышал прямо над ее ухом, и Джейн не знала, куда деваться. Было так тесно, что ей приходилось буквально опираться спиной на него. От одежды она уловила запах пороха и древесины, и тело его было горячим, оно согревало сквозь несколько слоев одежды. Девушка не смела лишний раз пошевелиться и всю церемонию смотрела в сторону Кубка, боясь поднять на парня взгляд.       Сама церемония выбора Чемпионов началась очень красиво. Кубок вспыхивал алым пламенем едва ли не до потолка, из него вылетали листы с именами участников: от Дурмстранга – Виктор Крам, от Шармбатона – Флёр Делакур, от Хогвартса – Седрик Диггори. Студенты взорвались аплодисментами. Но тут внезапно Кубок разгорелся еще сильнее, ещё ярче и опаснее, и вылетела четвертая бумажка. – Гарри Поттер! – выкрикнул профессор Дамблдор, не веря своим глазам.       В зале возникла гнетущая тишина. Все с недоумением оглядывали друг друга. Когда Гарри на негнущихся ногах побрел к директору, по залу пошли шипение и ропот. Джейн с ужасом осознавала, что ее друг попал в серьезные неприятности: ему всего четырнадцать лет, состязаться в таком возрасте с толпой совершеннолетних волшебников равносильно самоубийству. Или убийству: печальная статистика приключений, в которые он попадал каждый раз, лишь подтверждала это. Джордж был шокирован, он с удивлением спросил у Джейн, как это Гарри смог кинуть имя в Кубок? Девушка искренне возмутилась: – Разве не понятно, что его подставили? Шанс, что именно его имя выпадет из Кубка, был один на миллион! И тем страшнее, что три чемпиона уже были выбраны.       То, что Гарри подставили, кажется, понимали только Джейн и Гермиона. Весь факультет сразу же ополчился против него, называя мошенником. Даже самый близкий из друзей Рон Уизли.       После такой шокирующей ситуации, друзья возвращались в башню молча. Перед тем как отправиться в спальни, Джордж вдруг отвел Джейн в сторону: – Давай сходим в Хогсмид вместе? Я буду ждать тебя у парадных дверей, когда нас снова туда отправят, хорошо?       У него был заговорщический вид, словно его предложение было невероятной авантюрой. Джейн подумала сначала отказаться, но кивнула. Они пожелали друг другу доброй ночи и разошлись.       Не в силах заснуть, Джейн на негнущихся ногах поплелась к любимому дивану у камина и рухнула на него. Этот день удивлял ее все больше и больше. Она увидела, как Гарри убежал в спальни мальчиков, а Рон следовал за ним мрачнее тучи. Гермиона села рядом с Джейн и нервно перебирала в пальцах рукав своей мантии. Они молчали, но слова здесь были излишни – обе прекрасно осознавали свое бессилие что-либо изменить.       Все последующие дни в Хогвартсе все только и делали, что возмущались “выскочкой” Поттером. Слухи – чем дальше, тем более красочными – расползались по замку со скоростью лесного пожара. И пусть вся школа была свидетелем одной и той же картины, как Гарри был неподдельно испуган своим участием, это не помешало сплетникам строить теории заговора о том, как именно он обманул Кубок. Джейн не верила, что можно быть такими глупцами.       Драко Малфой был первым, кто сделал травлю организованной – всем желающим выдавались значки с оскорблениями для «лишнего» чемпиона, в то время как Седрик превозносился. Когда перед занятиями по зельям он вдруг начал издеваться над Гарри, Джейн совсем разозлилась: она все думала и думала, как можно было бы его остановить, а потому ее зелье на этом уроке было далеко от оценки “превосходно”. Лишь когда Джейн смерила его презрительным взглядом, полным отвращения к тому, что он делает, он немного поумерил свой пыл.

***

      Перед походом в Хогсмид Джейн сидела над горой домашних заданий. Она помогала Гарри с картами по прорицаниям, самым бесполезным предметом в школе. Поттера избегали, как чумного, поэтому там, где они сидели, было очень спокойно. Вскоре Гарри смог отправиться спать, а Джейн осталась в опустевшей гостиной – время перевалило за десять вечера. Староста напомнил ей, что уже отбой, но она не сдвинулась с места.       Сон к ней не шел. Она думала о завтрашнем дне и свидании с Джорджем. Ведь он не упоминал, что с ними пойдет еще кто-то, а для дружеской встречи они наговорили и наделали уже слишком много глупостей. Все в его поведении говорило о том, что он хочет как-то ее застолбить и оградить от общения с другими парнями. Но она могла ошибаться.       Джейн запрокинула голову на диван и прикрыла глаза. Вдруг к ней подсел один из близнецов. Фред. Она могла сразу понять, кто перед ней: по мельчайшим ужимкам, по тому, как именно он на нее смотрит. У Джорджа всегда в глазах было загадочное выражение – никогда не поймешь, что он думает или чувствует. С Фредом все было намного проще. Уизли улыбнулся: – Чего не спишь? – Думаю. – Соболезную. Это не лечится.       Джейн усмехнулась, ее плечи расслабленно опустились. – Я заметил, что вы с Джорджем хорошо общаетесь. Мне кажется, вы неплохо смотритесь вместе, – когда Фред произнес это, девушка опустила взгляд: – но я хотел бы попросить тебя сильно не увлекаться. – В каком смысле? – она одарила собеседника вежливой улыбкой и холодным взглядом: ей хотелось защищаться. – Не, не подумай о нем ничего плохого, – Фред примирительно поднял руки. – Я давно не видел его таким, – Джейн вопросительно приподняла брови, – ну, таким влюбленным, вот. Но я хотел сказать тебе, что у нас есть определенные планы на ближайшие пару лет, от которых никто не станет отказываться. Я имею ввиду наш проект.       Джейн задумчиво посмотрела словно сквозь друга, в стену, где красовалась картина с игроком в квиддич: персонаж ее мирно посапывал, но девушка была уверена, что он сейчас все прекрасно слышит. Возможно, такие разговоры звучали на этом месте уже миллионы миллионов раз. – В общем, я хотел сказать вот что, – парень дотронулся до ее плеча, Джейн вздрогнула: – если ты готова жить здесь и сейчас, без больших надежд, то ни в чем себе не отказывай. Но если нет, то лучше остановись. – Зачем тогда начинать? – пальцы похолодели, она попыталась их согреть в рукавах своей кофты. – А зачем тогда жить? – в тон ей спросил парень. – Если все сложится хорошо, то мы сможем работать втроем над будущим магазином, – Фред дружески похлопал ее по плечу и встал. – Доброй ночи.       Джейн призадумалась. Ее жизнь не зависит от одного единственного выбора, выборов перед ней много, как и путей, по которым ей предстоит пройти. Но стоит ли сейчас прыгать в омут с головой, не лучше ли посидеть на берегу?       Девушка почувствовала сильнейшую усталость и отправилась к себе. В спальне, уже готовая ко сну, сидела Гермиона. – Вы с Джорджем встречаетесь? – Нет, – машинально ответила Джейн, распуская волосы. Потом вдруг замерла: – Стоп, что? С чего ты взяла? – Вы держались за ручку на глазах у всей школы, что я могла подумать? Джинни замучила Фреда вопросами, но тот ничего толком не сказал. – Глупости, это была случайность – ответила Джейн, почувствовав, что их соседки по комнате уже греют уши. Она подсела к Гермионе и шепотом рассказала ей все, включая разговор с Фредом этим вечером. Девушка была растеряна и правда не знала, что ей делать: стоит ли начинать общаться с Джорджем так близко или же не стоит начинать? – Если ты готова рискнуть, то Фред прав: наслаждайся моментом. Разве у тебя есть перед кем-то обязательства? Мы подростки, нам можно творить любую глупость. Молодость многое прощает, – Гермиона наклонилась к подруге ближе и шепотом сообщила, что встречается с Виктором Крамом, у них завтра свидание. На этих словах Джейн прыснула от смеха. – Только не говори ничего Гарри и тем более Рону, они меня засмеют. – Я за тебя очень рада, – Джейн жестом “зашила” свои губы: – как могила, – затем девушка спрыгнула с кровати Гермионы: – Тогда пожелаем друг другу удачи завтра.

***

      Утром в Большом зале Джейн изо всех сил делала вид, что все в порядке. Она намеренно небрежно собиралась на завтрак, чтобы не показывать, даже самой себе, что ждала этого дня. Все предупреждения и «красные флаги» были благополучно проигнорированы: в глазах горел зеленый свет и желание наслаждаться жизнью. Она последовала чужому совету – возможно, самой вредной и разрушительной вещи в жизни.       За столом Фред, как бы иллюстрируя свои вчерашние слова, громко пригласил Анджелину погулять с ним, на что та с радостью согласилась, без малейших раздумий. Джордж же словно ничего не заметил, но с заботой налил Джейн горячий чай. Они сидели рядом, но едва ли обменялись и парой слов.       Зато на улице они сразу же разговорились. Морозный воздух обжигал руки, Джейн забыла перчатки, а потому как можно глубже старалась засунуть руки в пальто. Горлышко свитера покалывало шею, она обмоталась шарфом по самые глаза, чтобы промозглый ноябрьский ветер не свистел в лицо. Джордж протянул Джейн свои варежки, чтобы ей было теплее. Они прошли проверку мистера Филча, который с таким раздражением оглядел парочку, будто с удовольствием запер бы их в замке до скончания века.       Путь до Хогсмида не был сложным: мощеная булыжником дорога шла вниз по склону, сквозь небольшой участок леса, за которым начиналась деревня; с двух сторон путников защищали невысокие каменные парапеты, которые отполировали время, дождь и горный ветер.       Всю дорогу Джордж рассказывал смешные истории про свои стычки с Филчем. Затем они зашли в бар «Три метлы» и заказали себе сливочного пива. Они некоторое время неловко молчали, Джейн нервно постукивала по холодному стакану. – Вы уже думали, как назовете его? – спросила она просто так, чтобы скрасить молчание. – Рад, что ты спросила, – оживился парень. – Мы назовем магазин «Всевозможные волшебные вредилки», потому что у нас нет ничего из арсенала «безопасного» юмора, – он отпил немного пива, а потом порылся в кармане и протянул ей листок, на котором была нарисована – очень схематично – волшебная палочка и какие-то заметки едва читаемым почерком. – Кстати, оцени, я придумал «палочки-надувалочки», – Джейн подняла на него недоумевающий взгляд и улыбнулась. – Нет, я серьезно, вот смотри: внешне это будет штука, похожая на волшебную палочку, но как только из нее захотят колдовать – бац! – в руке остается только какая-то безделушка. Я еще не придумал, что туда засунуть. – То есть, ты изобрел чертика из табакерки на свой лад? – Все новое – это хорошо забытое старое, – подмигнул Джордж, ничуть не смутившись. Его глаза горели дьявольским воодушевлением. – Тогда положи внутрь пищащую курицу – у маглов есть такие смешные игрушки, раздражают ужасно. – Отлично, пришлешь парочку экземпляров летом?       Джейн кивнула. И так слово за слово разговор плавно перетекал от изобретений к детским мечтам, и далее, к планам на ближайшее будущее. Казалось, они могли говорить обо всем на свете: у Джорджа под любую тему находилась удачная шутка или анекдот. Он высоко оценил увлечение Джейн танцами. Она призналась, что поддерживала этот навык всеми силами на случай, если придется покинуть волшебный мир и жить с маглами. Парень не считал, что ей когда-нибудь выпадет такая необходимость, но с уважением отнесся к ее переживаниям. – Приедешь к нам еще раз летом? Я буду очень рад.       Джейн отметила это «я», которое не так часто проскакивало за весь вечер. Обычно он говорил «мы», имея ввиду себя и своего брата-близнеца, с которым они почти не расставались. Чтобы скрыть неуверенность во взгляде, она поскребла пальцем деревянную столешницу. – Вашей маме не будет трудно? Гермиона и так гостит у вас месяцами, куда там мне поместиться? – Джинни как-нибудь подвинется, – хмыкнул Джордж, допивая второй стакан сливочного пива: Джейн же не выпила и первую кружку. – Моей маме все равно: нас и так семеро, одним больше, одним меньше. – Я подумаю, – девушка не могла сдержать улыбки, разглядывая его слегка покрасневшее лицо: то ли алкоголь, то ли смущение.       Он предложил пройтись до «Сладкого королевства» и по пути зайти в «Зонко». Они протиснулись сквозь оживленный бар, где студенты старших курсов отмечали свои успехи и оплакивали неудачи, и вышли на улицу. Вместо дождя вдруг пошел первый снег, который сразу же таял под ногами. Дорога стала скользкой.       Джордж постоянно брал ее за руку: то, чтобы перевести по мокрым мосткам, то, чтобы помочь перепрыгнуть глубокую лужу или обойти грязь. Милая, ненавязчивая забота. По пути они встретились с Фредом, Анджелиной и Ли Джорданом. Джейн была не против к ним присоединиться, такой большой и веселой компанией они побрели дальше.       Гриффиндорцы вернулись в замок к самому ужину. Джейн светилась от удовольствия: ее щеки порозовели от мороза и смеха. Когда они все поднимались в башню, Джордж вдруг пригласил Джейн пройтись с ним по замку. Они прошли в коридор на четвертом этаже и сели на один из низких широких подоконников у витражного стекла. – Как тебе сегодняшний день? – он смотрел на нее в упор, так что девушка смущённо отвернулась. – Чудесно. Я давно так не отдыхала. – Тогда осмелюсь пригласить тебя на все выходные до конца учебного года, – Джейн подумала сперва, что он шутит. – Я серьёзно. И не принимаю отказ.       Он наклонился ближе, и в ее душе словно засветился маленький огонек, приятно согревая изнутри. Джейн взглянула на него и бегло, почти невесомо поцеловала в щеку. Джордж улыбнулся, и девушка засмотрелась на милую ямочку на его щеке. – Спасибо.       Они никогда больше не вспоминали вслух об этом поцелуе, как бы много он для них не значил.

***

      Первое состязание в Турнире неумолимо приближалось. Гарри и без того был нервным, но после очень долгого предупреждения Рона о том, что там будут драконы, стал совсем взвинченным. Он понятия не имел, что ему делать, какие заклинания знать и как справиться в борьбе с кровожадным магическим существом. Гермиона решила взять дело подготовки в свои руки, позвав на помощь и Джейн. Втроем они засели в библиотеке, листая книги заклинаний. – Так что ты умеешь лучше всего? – спросила Джейн, после безуспешного опроса по всем магическим дисциплинам: Гарри учился, мягко говоря, средне. – Видимо только летать на метле, – парень вцепился в свои волосы, уткнувшись лбом в стол. Джейн и Гермиона сочувственно переглянулись. – Но как можно метлой победить дракона? – Ну, она явно не должна стать зубочисткой, когда дракон тебя слопает. – Джейн, – Гермиона укоризненно посмотрела на подругу, – сейчас не время для шуток. – Метла, конечно, может пригодиться. Хотя суть задачи от нас ускользает. Но неплохо, для начала, знать Щитовые чары, Манящие, атакующие. Просто на всякий случай. – Гермиона, я и так говорил это слишком часто, – Гарри поднял глаза, полные щенячьей надежды: – Но научи меня. Пожалуйста.       С этого дня подруги начали интенсивную подготовку Гарри Поттера. Ежедневно, по нескольку часов в день они изучали и отрабатывали заклинания в одном из старых классов, доступ к которому им выдала профессор МакГонагал.       Это были самые тяжелые несколько недель за последние годы: Джейн буквально засыпала на ходу, потому что тренировки им нередко приходилось проводить после отбоя, так как их учебную нагрузку никто не отменял. Джордж регулярно делал попытки пообщаться с Джейн в гостиной, но после нескольких фраз она просто засыпала на его плече.       Но в назначенный день Гарри был во всеоружии: он очень старался и идеально выучил все заклинания. Стадион, который построили на вершине горного хребта, подальше от самого замка. Путь туда был довольно тяжелым: вверх, по тропе, которая местами сменялась каменистыми лестницами на особенно крутых участках. Джейн запыхалась.       Фред и Джордж ушли далеко вперед, чтобы собрать ставки: эта идея пришла им в голову почти сразу после объявления Турнира.       Битвы с драконами – это невероятно опасное и серьезное испытание. Эти огромные ящерицы вызывали неподдельное восхищение издалека, но стоило им взглянуть своими дикими глазами на студентов, как тут же накатывал ужас.       Задача перед Чемпионами стояла простая: забрать золотое яйцо из гнезда дракона. Седрик, Флёр и Виктор справились с этим согласно своему характеру: Седрик применил смекалку и отвлекающим маневром успел выхватить яйцо; Флёр использовала дезиллюминационные и ослепляющие чары, а Виктор – грубую силу и упорство, буквально оглушив дракона потоком сильнейших атакующих заклинаний.       Когда на арену вышел Гарри, он казался маленькой испуганной мошкой у клыкастой пасти венгерской хвостороги. Название говорило само за себя, этот дракон атаковал не только огнем, но и огромной шипастой шишкой у основания хвоста. Однако размер Гарри был его преимуществом: он успел спрятаться за камнями и призвать метлу. А дальше опытному и талантливому ловцу ничего не стоило схватить гигантское яйцо в самый последний момент.       Гриффиндорцы закатили шумную вечеринку в честь успеха Гарри Поттера. Все сразу же забыли о том, как его презирали еще несколько дней назад. Рон наконец помирился с лучшим другом, и казалось бы, что могло пойти не так? Но загадка золотого яйца, которое орало на всю гостиную мерзким скрежетом и воем, была будто бы сложнее для понимания. – Это напомнило мне вой призрака банши, – испуганно прошептал Симус Финниган, когда Гарри задумчиво смотрел на ключ ко второму испытанию. – Надеюсь, вам не придется с нею сражаться?       Все притихли. Первое испытание было трудным, и Гарри невероятно повезло, что Рон узнал от своего брата подробности заранее. Но второе казалось неразрешимым. Одно радовало, до него оставалось еще целых три месяца.       А за две недели до Рождественских каникул профессор МакГонагал собрала весь факультет Гриффиндора в просторном классе: девочек и мальчиков посадили друг напротив друга вдоль стен. Мистер Филч настраивал огромный патефон. Профессор с драматичной паузой оглядела ребят и сообщила прекрасную новость, что в ночь перед Рождеством по традиции в замке пройдет Святочный бал, на который приглашены все студенты от третьего курса. – Но главное, что будет на этом балу – танцы! – сказала МакГонагал под дружный вздох девочек. Мальчики же тихо сидели у стенки, боясь шевельнуться.       Но профессор заставила всех разбиться на пары и учиться танцевать вальс. Джордж так и не потанцевал с Джейн, потому что профессор ее постоянно ставила с самыми неумелыми мальчишками, чтобы те хоть немного сообразили, что нужно делать. Но ведь всегда был шанс потанцевать на балу?       Девочки ходили мимо парней стайками, постоянно хихикали и заглядывались на каждого проходящего мимо в ожидании, что их пригласят. Без пары прийти было бы можно, но точно не к началу церемонии. Самые бойкие девчонки сами находили себе партнеров, особенно среди иностранных гостей. Казалось, что всех студентов из Дурмстранга застолбили еще в начале декабря.       Джейн очень ждала приглашения от Джорджа. Но вот день, второй, третий. Они почти и не виделись, словно он избегал ее. Или никогда не оставались одни, чтобы поговорить. Надежда девушки угасала с каждым днем, пока не истлела окончательно. Алисия Спиннет громко рассказывала своим подругам, что ее на танцы пригласил Джордж. К несчастью, Джейн услышала это лично. Теперь все сходилось: он просто пригласил другую – постарше, поинтереснее.       Девушка не стала ничего говорить ни Гермионе, ни Джинни. Но те узнали все сами. Джинни рвала и метала, не понимая, зачем он так поступил. И этого никто не понимал. – Не переживай, Джейн. Уж ты точно пойдешь с каким-нибудь красавчиком, вот увидишь, – пророчески заявила младшая Уизли.       И правда, на следующий день, после занятия по Трансфигурации, к ней подошел Анджей. Его друзья за спиной выкрикивали какие-то подбадривающие речи на славянском языке, Джейн было даже смешно от такой группы поддержки. Она видела парня редко, но всегда это были теплые дружеские встречи, на которых она узнавала много нового про его родину, школу, иные магические традиции. И про его игру в квиддич, разумеется. – Привет, ты что-то хотел? – Джейн догадывалась, что ему нужно. Парень ослепительно улыбнулся. – Милая Джейн, не согласишься ли ты пойти на бал со мной? – Так официально, я польщена, – Джейн сделала книксен, чтобы разрядить обстановку. Анджей был приятный молодой человек, отказывать ему она не собиралась. – Так что же? – с надеждой переспросил он. – Да, я пойду с тобой на бал.