Настойка полыни

– Джейн, погуляем сегодня в Хогсмиде? – Симус подловил девушку одну, когда она спускалась на завтрак в Большой зал. Парень почесывал шею и переступал с ноги на ногу под взглядом изумленной девушки. – Так что? – Хорошо, давай, – без энтузиазма, но вежливо согласилась она.       Симус, весьма довольный ее ответом, поспешил за своим другом Дином. За столом Джейн раздумывала над внезапным приглашением: в этом году Джордж даже не заикался об общих прогулках в Хогсмиде, поэтому девушка не собиралась туда ходить без особой надобности. Но именно сегодня должно было пройти собрание будущего тайного кружка по ЗоТИ, а Симус был не лучшим кандидатом для приглашения туда. Джинни ее отвлекла: – Джейн, что случилось? – Да так, – сперва отмахнулась Джейн, но потом передумала: – Меня Симус пригласил с ним в Хогсмиде погулять. – И что? Это неплохо, – Джинни спокойно намазывала себе тост маслом. – Это же не свидание, да? – нервно уточнила Джейн, не зная, что думать. – Если вы пойдете одни, то формально все может быть, – буднично заметила Джинни, которая регулярно получала подобные предложения. – Но чего ты так переживаешь? Он идиот, но это не так уж страшно, главное, что симпатичный. – Сегодня же собрание. – Ну, скажешь, что у тебя срочные дела и уйдешь. Вот проблема-то! А лучше, убеди его не думать о Гарри всякую чушь.       Джейн не была уверена, что сможет это сделать, когда стояла с Симусом в очереди в Хогсмид. Большую часть времени, проведенного в толпе, они молчали и переглядывались. Дин Томас не с ними, а значит это было что-то вроде свидания. Джейн поежилась, закутавшись по уши в теплый шарф, который хоть немного спасал от холодного октябрьского ветра. В кармане она нащупала пачку сигарет, которую стащила у Сириуса, и это прикосновение напомнило ей о доме Блэков и ее новом друга. Она думала о том, как поживает Клювокрыл и как дела у членов Ордена Феникса, ведь Молли Уизли уехала с площади Гриммо, и некому было помогать тем, кто оставался ночевать в Лондоне.       Ее мысли прервались, когда они с Симусом вышли на дорогу, ведущую в деревню. По сторонам проглядывался насквозь голый осенний лес. Земля была устлана золотом и багрянцем увядающих листьев, которые распространяли сладкий аромат прелости и грибов. Они росли под каждым деревом, их большие мясистые шляпки торчали буквально всюду, так что Джейн устала искать их взглядом, удивляясь тому, что никто из местных жителей не пытался собрать столь богатый урожай.       Все же Симус смог втянуть ее в непринужденную, даже приятную беседу: они обсудили предстоящие экзамены и учебу, а также забавную особенность Финнигана – тягу к огню и взрывам. Джейн остановилась на этой теме, пытаясь через наводящие вопросы установить, откуда же пошла такая интересная и опасная магическая черта. Как позже девушка поняла, что все дело было во вспыльчивом характере.       Они остановились погреться в пабе «Три метлы». Мадам Розмерта, крепкая женщина с неугасающей улыбкой, налила им сливочного пива, пенка которого опасно покачивалась, пока они несли свои кружки к одному из столиков. После первого же глотка Симус стал более раскрепощенным, он вдруг подсел к Джейн так близко, что она едва не слетела со своего места, пытаясь создать между ними дистанцию. Стало душно, неловко.       В то же время в зал ввалилась шумная компания: это были близнецы Уизли, Ли Джордан, Анджелина и Алисия. Последняя, заметив Барлоу с парнем, ткнула одного из близнецов в бок и мотнула головой с хитрой улыбкой: Джейн была уверена, что она сказала что-то вроде: «Кажется, у Барлоу свидание!». Алисия с самого первого дня в школе светилась счастьем, потому что никто больше не стоял между ней и Джорджем.       Но Джордж увидел не счастливую парочку, а скованную Джейн и нагловатого Симуса, который совсем не обращал внимание на смущение девушки. Уизли вдруг подошел к ним: – Привет, как дела? – Джордж положил руку на плечо Симуса. – Было отлично, пока ты не привязался, – огрызнулся он, моментально взрываясь. Джейн замерла, вопросительно поглядывая то на одного, то на другого парня. – Как грубо, – Джордж наклонился к нему: – Ты отсядь от девушки, а то ей дышать уже нечем.       Джейн и правда балансировала на краешке стула, делая большое усилие, чтобы не упасть. Симус отодвинулся, но девушке уже не хотелось с ним гулять. Джордж подмигнул Джейн, и ушел в глубину зала: она была готова пойти за ним, но пощадила чувства Симуса.       В пабе было все также шумно, пахло карамелью и сливками, тут и там раздавался искренний хохот: люди отдыхали после трудовой недели. Джейн сообщила, что ей нужно вскоре уйти. – Куда? – На одну важную встречу с друзьями. – А мне с тобой можно? – Там будет Гарри, а ты с ним не ладишь. – А, ты ведь дружишь с этим психом! Он же реально всюду лезет со своими бреднями про Сама-Знаешь-Кого. Ты серьезно ему веришь? В газетах не стали бы писать о нем, будь его слова правдой, а рассказывали бы про тех же Пожирателей.       Джейн ответила не сразу, внимательно оглядев парня: в чем-то его слова напомнили ей Драко, который никак не мог принять того факта, что мир не крутится вокруг его мнения о конкретном человеке. Но в чем-то Симус был наивен и прав одновременно, ведь причина такого молчания в газетах действительно была. – А тебе не кажется, что в газетах могут врать? – А зачем? Какой в этом смысл? – Симус искренне не понимал. – Возможно, оклеветать человека, когда он говорит правду. – А ты ему веришь? – подозрительно спросил Симус. – Да, верю. – Ты видимо такая же, как и он, – последние слова у Симуса вырвались слишком быстро, чтобы он успел их обдумать. Он промычал какие-то извинения, но Джейн в этом не нуждалась. Она встала из-за стола, накинув на плечи пальто. – Ты хороший парень, но такой вспыльчивый, – сказала она, натягивая шапку. – Спасибо за прогулку, было весело.       На выходе из паба девушка посмотрела в зеркало, висящее у выхода, делая вид, что хочет поправить прическу. Но на самом деле она смотрела на столик посреди зала, где блистала компания близнецов: Джордж сидел рядом с братом и что-то увлеченно рассказывал девочкам, которые хохотали над каждым его словом. Было в этом что-то неприятное, и Джейн поспешила на улицу.       Холод снаружи быстро привел ее в чувство. В висках пульсировало, а глаза пощипывало от резких порывов ветра, пока она пробиралась через деревню к окраине. У холма, откуда открывался красивый вид на тихо крутящуюся водяную мельницу, присела на большой камень и достала сигарету.       Она курила в тишине, нарушаемой только скрипом старого, уже полого деревца над головой. Вдруг с ветки вспорхнула птица, плавно покачиваясь в полете. Очень хотелось бы стать такой птицей сейчас и лететь на край долины, в неведомые доселе земли, где сохранились руины давно покинутых магических деревушек. Такие руины можно было увидеть вдоль берегов Черного озера, как напоминание, что долина Хогвартса сотню лет назад не была так пустынна, как сейчас.       Докурив, она притоптала окурок в мерзлой земле, не ощущая никакой ясности в голове. С пригорка ей было ближе всего к бару «Кабанья голова», который расположился в захолустном уголке деревни. Здесь не было брусчатки, только грязь, лужи и вонь, источник которой было сложно определить. Джейн остановилась перед небольшим двухэтажным зданием из почерневшего дерева, с мутными серыми оконцами и скрипучим порожком.       Внутри было несколько грязных столиков, занятых личностями, предпочитающими прятать свои лица. Оплеванный земляной пол. Горячо натопленный камин, что было бы здорово, если бы не тот факт, что в теплом воздухе козлиная вонь ощущалась сильнее. Джейн обратила внимание на хозяина паба – высокого и худощавого старика с ярко-голубыми глазами, которые сверкали на его сероватом лице. А над его головой висел портрет нежной девочки в белом платье. Картина привлекала к себе много внимания в таком жутком и грязном месте.       Гермиона нервничала, потирая вспотевшие ладони, Гарри отрешенно смотрел себе под ноги, а Рон притоптывал ногой. Джейн села поближе к подруге, чтобы ее поддержать. Ожидалось, что это будет всего несколько человек, но к ним пришла целая толпа: помимо Уизли, Ли Джордана, Алисии и Анджелины, к ним присоединились Чжоу Чанг с подружкой Мариэттой, Невилл, Луна Лавгуд, несколько младшекурсников и множество других ребят, имен которых Джейн и не знала. Хозяин бара подозрительно оглядывал детей: столько несовершеннолетних посетителей у него еще никогда не было. Близнецы купили у него пыльные бутылки сливочного пива, по количеству желающих. И, когда все угомонились, они уставились на изумленного Гарри Поттера.       Гермиона взяла первое слово: им необходимо учиться защитной магии не только для того, чтобы сдать экзамены, но и быть готовыми к реальным опасностям, которые ждут их за пределами школы. Захария Смит – студент Пуффендуя, – поставил под сомнение мысль, что Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вернулся. Конечно же, Гарри вспылил: все они пришли не для того, чтобы учиться, а чтобы узнать подробности его самого большого кошмара.       Но именно эти чувства и помогли ему найти нужные слова для того, чтобы вся эта толпа детей тут же записалась в их новоиспеченный кружок. Они назвали себя «Отряд Дамблдора», раз Министерство больше всего боится именно этого человека. После собрания Джейн больше нечего было делать в деревне, она отправилась в замок. По пути ее нагнала Джинни со своей подругой Луной. – Как твое свидание? – Никак, ничего интересного.       На ужине Джейн почти не притрагивалась к еде. Вместо этого она понуро смотрела в пустую тарелку и медленно пила чай с молоком. Мысли крутились вокруг Джорджа: она скучала по тому времени, когда все было просто, он хотел проводить с ней свободное время, нуждался в ней. Но сейчас было понятно, что это совсем не так. Больше никаких романтичных прогулок по Хогсмиду, никакого времени наедине – только беспросветная скука.       Джейн дернули за рукав: это оказалась девочка-первокурсница с Когтеврана. Она без лишних слов протянула Джейн плотный вытянутый сверток в упаковочной бумаге, перевязанный бечевкой, и убежала. Джейн не успела даже спросить, что это и от кого. Гермиона с сомнением уставилась на посылку: – Ты уверена, что это не опасно? – Нет, – честно ответила Джейн, крутя эту штуку в руках. – Но очень интересно. В конце концов, тут куча преподавателей, спасут в любом случае.       Гермиона с сомнением поджала губы. Джейн потянула за веревку, развязывая узел, как вдруг перед их глазами развернулся маленький букет из луговых трав и цветов: чертополох, примула, осока, лаванда, ромашка и полынь. От изумления Джейн не знала, что сказать, с восторгом рассматривая такой нежный подарок, от него ярко пахло сладким и терпким разнотравьем в жаркий летний день. Гермиона спросила, от кого он, но к букету не приложили даже записки.       Джейн встретилась взглядом с Джорджем, который, судя по его застывшему лицу, подарок не принадлежал. А значит, в этом мире существовал всего один человек, который точно знал, как сильно она любит полевые цветы.

***

      Долорес Амбридж стала генеральным инспектором Хогвартса, и первым делом объявила о своем личном утверждении составов всех спортивных команд и кружков по интересам. Гермиона была уверена, что она каким-то образом узнала, что студенты собирались создать кружок по Защите от Темных искусств.       Джейн чувствовала, что за этими глупостями на самом деле скрывалось нечто большее – настоящий страх упустить контроль над школой. Даже Драко, обычно избегавший в общении с Джейн острых тем, вдруг начал расспрашивать ее о том, знает ли она хоть что-то о тайном обществе студентов. За любую информацию о нарушителях режима профессор обещала дополнительный баллы. Джейн, разумеется, ничего не знала. Ложь стояла у нее поперек горла, но она сохраняла спокойствие, предпочитая отдавать свое время домашним заданиям, а не пустым разговорам. – Надеюсь, ты не станешь участвовать в этой глупой затее? – вдруг спросил он, когда в очередной раз его допрос не увенчался успехом. Джейн лишь пожала плечами и продолжила читать учебник. – Я серьезно, не рискуй. – Какое тебе дело? Если честно, практики нам действительно не хватает, – ровным тоном пробурчала она, не поднимая взгляда от книги. – Не хочу, чтобы тебя выгнали из школы. – Правда? – Джейн посмотрела на него, поражаясь его непостоянству: будь на ее месте любая другая маглорожденная, то она бы оскверняла этот мир истинных волшебников одним своим присутствием. Но Драко если и видел какие-то противоречия, то предпочитал их не озвучивать.       Они продолжали бы молчать об этом, если бы не одно обстоятельство, которое напрочь перечеркнуло подобие дружбы между ними.       В один из поздних вечеров, когда в библиотеке уже почти никого не было, Джейн могла свободно гулять с Драко между стеллажами. Они раскладывали книги на свои места, тихо разговаривая. Мадам Пинс снова им напомнила, что библиотека вот-вот закроется.       В одной из секций, где лампы уже были погашены, они остановились, чтобы разложить книги по травологии. Поставив последнюю книгу на место, Драко навис над девушкой. Она посмотрела на него снизу вверх: холодные черты, бледность и лихорадочный блеск в глазах. Такая близость вызывала смущение, и девушка опустила взгляд на его ключицы, поджав губы. Внезапная тишина между ними прерывалась тяжелым дыханием, а полумрак скрывал их настоящие мысли. Малфой наклонился к застывшей Джейн, обхватив ее плечи руками, и оставил легкий поцелуй в уголке губ.       Джейн сделала шаг назад, ударившись затылком о книжную полку. Драко выглядел не менее удивленным, словно и сам не понимал, что сейчас произошло. – Прости, – он пошел к выходу, не глядя на Джейн. – Увидимся завтра?       Она не ответила. Драко оставил девушку в смятении: его семья никогда не примет ее, об их дружбе наверняка знает всего несколько человек, пока остальные только гадают и распускают сплетни. Сама их встреча больше злая шутка судьбы, чем счастливая случайность. И они оба это прекрасно понимали.       Они не встретились ни завтра, ни послезавтра. Джейн избегала его до самого ноября, так как в ее расписании появился еще один важный пункт – тайные собрания по защите от Темных искусств. Гарри нашел прекрасное место – загадочную, но очень полезную Выручай-комнату. Она была оборудована под занятия любой магией: в ней были и чучела, и подушки, и зеркала. Других таких мест в школе просто не существовало, так как инспектор раскинула целую сеть своих шпионов по всему замку. С большим трудом им удалось собрать всех ребят из списка, чтобы начать свое первое занятие.       Так Джейн стала свидетелем десятка разных характеров, которые так или иначе отражались в особенностях их магии. Даже на таком простом заклинании, как Экспеллиармус, многие застопорились первое время из-за неуверенности в себе, страхе причинить кому-либо физическую боль или даже полностью блокировали свои способности из-за убеждения в своей несостоятельности. Последним недугом болел Невилл, отрабатывающий эти чары в поте лица, но часто не могущий вызвать даже малейшую искорку.       Слова Сириуса о том, что «без сильной воли волшебником не стать» подсветились для Джейн с новой стороны. Даже Джинни, на первый взгляд слабее своих старших товарищей, смогла превратить в пыль тренировочный манекен с помощью заклинания Редукто. Когда он со вспышкой рассыпался в прах и исчез под ногами, близнецы Уизли публично поклялись никогда не обижать свою младшую сестренку. Как потом припоминала Джейн, в тот вечер Гарри как-то особенно нежно обращался с милой ему Чжоу Чанг.       Гермиона настолько устала передавать всю информацию о занятиях лично, что применила смекалку и создала фальшивые галеоны, на которые наложила Протеевы чары. Шепчущиеся между собой студенты могли вызывать подозрения, а на ребре такого галеона цифры означали дату и время, а само золото нагревалось, чтобы привлечь внимание.       Все восхищались умницей Грейнджер, сумевшей освоить магию такого высокого уровня за столь короткое время. Гермиона сделала вид, что ей это ничего не стоит, но только Джейн была свидетелем того, как она билась над загадкой этих чар несколько дней, доводя себя до бессильной истерики. К счастью, на помощь пришел профессор Флитвик, дав несколько бесценных советов своей ученице и не задав ни одного вопроса о том, зачем им понадобились подобные знания.       Эти собрания стали глотком свежего воздуха, который постоянно перекрывали за пределами Выручай-комнаты. Инспектор Амбридж придумала десятки тошнотворных правил поведения за рекордно короткие сроки, украсив своими Декретами об образовании целую стену у Большого зала.       В библиотеке Джейн случайно встретилась с Драко после напряженного «чаепития» в кабинете Амбридж: женщина старательно пыталась выудить из девушки всю возможную информацию про тайный кружок. Но безуспешно. После ее жалобы, Драко лишь сказал: – А как ты еще поймешь, где спряталась крыса? И это был не допрос, который пока еще запрещен, а всего лишь небольшая беседа. Ты думаешь, что в стакан тебе подлили Сыворотку правды? – Да, именно это я и думаю, – строго отрезала Джейн. – Не могу поверить, что ты серьезно. А что ты тогда скажешь об этих жутких наказаниях, где студенты пишут собственной кровью дурацкие строчки! – ей не хватало воздуха от возмущения, потому что хотелось кричать, что в стенах библиотеки было категорически запрещено. – Ты так возмущаешься, будто тебе есть что скрывать. Это методы Министерства, и, как считает мой отец, весьма эффективные. Долорес должна сделать эту идиотскую школу лучше, и ей нужно помогать. – То есть вмешиваться в дела Хогвартса, устанавливая сотню глупейших правил – это благо для школы? Да здесь скоро нельзя будет дышать! Она еще объявила о наборе в Инспекторскую дружину. Это же чушь. – Я уже в ней состою, – Драко указал на еще один значок на мантии. Он сиял также ярко, как и значок старосты. – Ты серьезно? – Джейн посмотрела на него с сочувствием, которое можно испытывать лишь к душевнобольному. – И что ты сделаешь? Наябедничаешь на мои слова? – Нет, на тебя не донесу, но постарайся не возмущаться слишком громко. У стен есть уши, знаешь ли, – Драко оглядел застывшую Джейн, которая смотрела на него с подозрением. – Вы все еще ищете некое тайное общество? – уточнила Джейн. – И как успехи? – Пока не нашли, но они точно где-то засели. – Похоже на паранойю. К тому же у этих ребят есть железный аргумент, чтобы скрываться: Амбридж никогда бы не разрешила им существовать. – Мне все равно, если это подполье Поттера, то для меня двойное удовольствие их поймать, – Драко осекся, понимая, что зашел на территорию запретных тем. – Давай сосредоточимся на зельях, хорошо?       Джейн кивнула и отвернулась к своему черновику эссе: она долго не могла сфокусироваться на теме. Ей все не верилось, что детская обида на отвергнутую дружбу вдруг могла перерасти в настоящую жажду мести.       Но вот, первая глава годового проекта была закончена. Джейн потерла уставшие глаза, размышляя над тем, что с Драко больше не стоит обсуждать новый режим в школе. Зато своим друзьям в тот же вечер она рассказала все, что узнала от Малфоя. Им всем нужно быть осторожными.

***

      С ноября же начались соревнования по квиддичу. Первым в этом сезоне шло состязание Гриффиндора против Слизерина. По этой причине последние подстраивали немало пакостей, чтобы вывести соперников из строя. Для капитана Слизерина, Грэхема Монтегю, присутствие Джейн рядом с гриффиндорской командой было чудовищным препятствием к любым нападениям: он уже не помнил, почему, но страшно боялся эту девчонку.       Как позже узнала Джейн, Малфой коряво и весьма неумело изменил ему память, так что для Монтегю эта процедура прошла очень и очень болезненно. Но вся остальная его команда делала попытки покалечить и Анджелину, и Гарри, давить на Рона через травлю и грубые песенки. А вот одна единственная стычка с близнецами Уизли стоила им дорого – недоброжелатели очень быстро загремели в Больничное крыло с болящими гнойными волдырями по всему телу.       В утро перед игрой Гермиона очень долго и настойчиво уговаривала Рона съесть хоть один кусочек. Он же сидел зеленый от волнения перед пустой тарелкой и молчал. Джейн наблюдала за ними, с сочувствием оглядывая друга: в конце концов, он действительно страдал от патологической неуверенности в себе, при том, что был хорошим игроком, пока его никто не видит. Ему желали удачи, его всячески поддерживали сокурсники, но он слышал только своих соперников, плюющихся неприятными прозвищами.       Джордж подсел к Джейн, пожелав ей доброго утра. Она украдкой оглядела его. Они не сидели вместе целую вечность, но Джейн чувствовала себя так непринужденно и свободно, наивно полагая, что так будет и впредь. – Что-то Рон совсем раскис, – вдруг сказал Джордж, вырвав Джейн из размышлений. – Сегодня нам будет помогать квашня вместо вратаря. – Он просто переживает, а на поле обязательно постарается. Пожелаем ему удачи. – А мне? – парень посмотрел на девушку со своей «фирменной» ухмылкой, в которой было все: от уверенности в своем очаровании до откровенного флирта. Джейн захлопала глазами, пытаясь избавиться от наваждения. – И тебе. Будь осторожен. – Спасибо, милашка, – бросил Джордж, быстро запивая свои слова тыквенным соком и вскакивая со скамьи.       Джейн возмущенно воскликнула ему в спину. – Прекрати называть меня так! – Не могу, – Джордж обернулся, натягивая на плечи мантию. – Это ведь ты желаешь мне удачи.       Студенты очень быстро заполнили стадион: все соскучились по квиддичу – яркому и полному эмоций зрелищу, где было интересно с первой до последней минуты матча. Это было особенно заметно после Турнира Трех, где большая часть соревнования скрыта от глаз болельщиков. День стоял пасмурный, небо тяжело нависло над головой. Свинцовые облака летели мимо с огромной скоростью, отправляя на землю редкие капли дождя.       Джейн с большим интересом наблюдала за игрой, грустно вздыхая всякий раз, когда Рон глупо пропускал мяч, когда Алисию попытались сбросить с метлы, а Гарри расшибить голову бладжером. Ли Джордан, сидя на комментаторских трибунах, совсем не скрывал своей предвзятости всякий раз, когда гриффиндорцы забивали мяч. Снитч прилетел на поле довольно быстро, и Гарри вырвал победу прямо под носом у своего соперника. Даже издалека можно было заметить, как Малфой побагровел от гнева.       Игроки спустились на землю, и буквально через минуту Джордж и Гарри принялись избивать Драко. Повалив на землю, они били его кулаками в лицо, пока Фреда удерживали Анджелина и Алисия. Их с большим трудом растащили. Едва мадам Трюк набрала в грудь побольше воздуха, чтобы разразиться тирадой за неспортивное поведение, как профессор Амбридж отправила зачинщиков драки в свой кабинет.       Джейн бродила по гостиной и бесконечно дергала рукава кофты. Причиной конфликта, судя по рассказу Анджелины Джонсон, стало оскорбительное высказывание Малфоя по поводу матери Гарри, а затем и миссис Уизли. Джинни фыркнула, пробормотав под нос очень изобретательное ругательство в адрес Драко. Джейн старалась не смотреть в глаза подругам, так как понимала, что для них это лишь очередное доказательство, что Малфой – отвратительный человек, и как бы ей не хотелось думать иначе, это была чистая правда.       Когда парни вернулись, они устало сели на диван в гостиной, где их окружили друзья, ожидая объяснений. Но они молчали. – Что она вам сказала? – не выдержала Джейн. – Нас выгнали из команды, – близнецы сказали это одновременно, а Гарри лишь утвердительно закивал. – Что? Всех? И Фреда тоже? – воскликнула Анджелина, опустившись на пол. Она удрученно повесила голову. – Она сказала, что если бы меня не удержали, то я тоже сорвался на магловский мордобой, – процедил Фред, с сочувствием глядя на их капитана. Теперь уже бывшего. – И как нам играть? – прошептала Алисия в недоумении. – Гарри ловец, как мы без ловца?       По гостиной ползла гнетущая атмосфера бессилия и злости: Амбридж не брала во внимание тот факт, что гриффиндорцев жестоко спровоцировали. Джейн тихо подсела к Джорджу и пожала его холодную руку: костяшки были в темных пятнах от ударов, а в трещинках кожи застыла запекшаяся кровь. Судя по его спокойному взгляду, он ни о чем не жалел. Но квиддич все же был тем единственным, что еще удерживало его в этой школе.