Настойка полыни

      На следующий день Джейн со счастливой улыбкой подскочила к Гермионе и Джинни в Большом зале и, сев за стол, начала вдруг усиленно накидывать в тарелку еду. Подруги переглянулись: – Что? – Джейн вскинула брови и с аппетитом укусила бутерброд. – Что-то не так? – Ты ешь, – промолвила Джинни шепотом. – Это удивительно. – Просто ты с апреля превратилась в скелет. А тут вдруг аппетит, – Гермиона одобрительно покачала головой: – это прекрасно, продолжай в том же духе. – Тебе стало лучше? – осторожно поинтересовалась Джинни. – Да мне и не было плохо, – Джейн, больше не в силах держать секрет в себе, наклонилась к подругам ближе и прошептала, – Я вчера смогла обратиться в птицу. – Чего? Ты о чем? – Анимагия. У меня получилось, – Джейн оглянулась, проверяя, что их не слушают, – только никому не говорите, хорошо? – Когда ты успела? – Джинни придвинулась ближе. – Весь май я занималась у МакГонагал. И вчера было первое превращение, – Джейн посмотрела на свои руки. – Я смогла. Это здорово.       Гермиона молчала, но очень медленно и задумчиво ковыряла в своей тарелке. Джинни уже давно вышла из-за стола и отправилась на занятия, когда Грейнджер вдруг спросила: – И ты будешь регистрироваться в Министерстве? – Не сегодня, – Джейн встала и натянула лямку сумки повыше. – Но, наверное, когда-нибудь. – Я так поймала одного незарегистрированного анимага. Это серьезное преступление, – Гермиона присоединилась к ней, и они вдвоем отправились на занятия, – и повод для шантажа. – Кого же? – поинтересовалась Джейн, проигнорировав серьезный тон подруги. – Одну страшно любопытную журналистку, – Гермиона хмыкнула. – Не тяни с этим, – затем более мягко добавила, – Ты умница.       Джейн продолжала улыбаться. Они шли по коридору, встретив на своем пути слизеринцев: Малфой шел в окружении одногруппников. Когда подруги прошли мимо, в спину им ударил взрыв хохота. Девушки не оглянулись, но Джейн поджала губы. Гермиона вдруг спросила: – Ты все еще общаешься с Малфоем? – Иногда, – уклончиво ответила Джейн. – Так, пересекаемся. – Тебя не смущает эта странная дружба? – резким тоном уточнила Гермиона, – он же сын Пожирателя смерти. – Нет, – Джейн остановилась. – Не говорю с ним про Гарри, Сама-Знаешь-Кого, идеологию, не выдала ему Отряд Дамблдора в этом году, от меня он не сможет ничего узнать. Я очень осторожна в словах. Может, наша дружба сделает его чуточку лучше, терпимее? Когда придет время, тогда и приму решение. Хорошо?       Гермиона не ответила, и весь остаток пути в класс они молчали. Больше этот разговор не поднимался, да и времени на праздные разговоры оставалось все меньше: приближались экзамены. Уроки становились сложнее, а студенты – нервнее. Нередко в гостиной Гриффиндора можно было услышать всхлипывания и причитания, что столько информации запомнить невозможно. В библиотеке, как заметила Джейн, стало больше людей – спины старшекурсников все чаще склонялись над старыми фолиантами до позднего вечера.       Драко и Джейн лишились своего укромного уголка среди книг – тут и там сновали студенты, поэтому встречи были редкими и короткими. Но Драко смог передать ей записку, куда ей следует прийти в воскресенье.       Джейн спустилась в подземелье – сердце сжималось от неприятных воспоминаний прошлого года, но в этот раз она уже не была беспомощной: в руке у нее лежала волшебная палочка, а в голове крутились защитные заклинания. Но путь по сырым темным коридорам был спокоен – до самой двери старого класса девушка не встретила ни одной живой души.       Из комнаты лился свет, и Джейн вошла. Это было крохотное помещение, почти кладовка – широкий стол, пустые шкафы с паутиной. На столе уже стоял котел и ингредиенты для Животворящего эликсира. Драко видно не было. Джейн подошла к столу и достала из кармана рецепт зелья, слегка улучшенный ею.       Она перебрала в руках листья алихоции и перечной мяты, сжала в руках хрустящие листья сушеной веретеницы, осмотрела на свет единственной в комнате лампы пузырек с настойкой полыни. И после зажгла огонь под котлом. – Агуаменти, – прошептала девушка, наполнив его водой. – Уже начала?       Джейн обернулась, улыбнувшись Драко. Он плотно закрыл за собой дверь и подошел ближе. Покрутил в руках листок с рецептом. – Я сама справлюсь, – Джейн забрала листок и положила его перед собой. – Мне не сложно.       Драко кивнул и сел в угол на единственный в комнате стул. Он открыто наблюдал за девушкой: в полумраке комнаты ее кожа словно светилась изнутри, а блики огня придавали взгляду демоническое сияние. Джейн жмурилась, когда вдыхала аромат мяты, строго поджимала губы, отмеряя нужное количество листьев алихоции. Движения были четкими, она шепотом считала количество помешиваний. – Тут так жарко, – Джейн стянула с себя мантию и кинула на край стола: на лбу выступила испарина. Закатив рукава рубашки, она принялась измельчать алихоцию в порошок.       Драко сглотнул. Джейн посмотрела на него, у парня был чуть диковатый вид: зрачки его расширились и почернели, щеки покраснели, а руки тряслись – он крепко сжимал их, чтобы скрыть это, но девушка все же спросила: – Тебе нехорошо? – она снова переключилась на зелье. – Сейчас закончим, осталось только добавить последний ингредиент.       Когда она откупорила крышку пузырька с настойкой, по комнате разлился резкий запах полыни. Когда она отмерила несколько капель и добавила их в котел, Драко встал и заглянул – зелье приобрело мутно-зеленый цвет. – Одну минуту, – Джейн взмахом палочки усилила огонь и после трех помешиваний по часовой стрелке прошептала, – готово.       На их глазах зелье приобрело благородный изумрудный цвет. Девушка смахнула огонь и с удовлетворением глядела на свою работу. Драко сделал еще один шаг. – Отлично, – его голос прозвучал над ухом, от чего она обернулась. Их лица были близко. – Джейн, – парень повернул ее к себе, и девушка оказалась прижата к краю стола, – спасибо.       Сперва она хотела вырваться из плена, но что-то внутри удержало ее: и когда он наклонился к ее губам, Джейн просто закрыла глаза. Когда они оторвались друг от друга, Драко прижал девушку к себе, и она обняла его в ответ, чувствуя, как сильно колотится его сердце. – Я так долго мечтал о тебе, – прошептал он ей в волосы.       И когда Джейн посмотрела в его всегда холодные глаза – они светились счастьем. Она осторожно погладила его по щеке.       «Будь что будет».

***

      Теперь в сердце Джейн хранился еще один секрет. Днем она была хорошей студенткой, подругой Поттера, Грейнджер и Уизли, хранителем тайны Ордена Феникса, а вечерами и ночами – бегала с Малфоем в заброшенные классы, чтобы лишний раз провести время вдвоем. С ним было легко покидать гостиную и бродить по замку – он как староста мог провести ее куда угодно и привести обратно без последствий. Они пользовались тайными проходами, о которых Джейн даже не знала – поэтому с большим удовольствием изучала замок вместе с Драко.       «Раньше сама мысль казалась невозможной. Целоваться с Драко? Невозможно», – думала девушка, смотря в спину Малфоя в школьном коридоре. Делали вид, что они незнакомцы. И толпа вокруг не должна была даже догадываться, что они вместе. – Гермиона, ты что? Влюбилась в Рона? – Джинни прыгнула на кровать к Джейн и легла рядом с ней на живот. Вдвоем они смотрели на краснеющую напротив Гермиону. Это был поздний вечер, когда Джейн уже планировала пойти на встречу и тщательно расчесывалась. – И с чего ты взяла? – уточнила Джейн. – Видела их вдвоем в гостиной вчера вечером. Рон обнимал ее за плечи, а она даже бровью не повела, – Джинни хитро улыбнулась. – Неужели экзамены так сближают? – Это совсем не так! – Гермиона не смотрела в их сторону, с особым тщанием взбивая себе подушку. – Просто объясняла ему принципы Трансфигурации. – В темной гостиной, вдвоем, в обнимку. Романтично вы время проводите, – Джинни, как чертенок, напала на подругу своими подозрениями. Джейн решила вмешаться: – Прекрати, Джинни. Кому какое дело? Может Рон совсем не в ее вкусе. – Это почему же? – Гермиона спросила это быстро и возмущенно, затем хлопнула себя по губам. Ее щеки покраснели.       Джинни захохотала. Джейн тоже улыбалась, понимая, что подруга раскрыла свою тайну. Но когда она отвернулась, чтобы накинуть мантию, в спину ей прилетел вопрос: – А ты куда идешь? К Малфою? – голос Гермионы дрожал. – Что?! – Джинни подскочила с места. – О чем это ты? – Она ходит куда-то каждый день. Каждый вечер. И всегда во время обхода старост. Джейн поправила волосы. Оценив себя в отражении зеркала, она поправила торчащие волосинки на идеально уложенных волосах и отправилась к двери. Джинни испепеляла ее взглядом. – А кто тебе мешает встречаться с Роном? Или ему это не интересно? – вдруг спросила Джейн. – А куда я хожу по вечерам – только мое дело.       И хлопнула дверью.

***

      До экзаменов оставались считанные дни. Джейн перечитывала учебники до умопомрачения. В один из особенно тяжелых дней ей пришла записка от Драко: он предлагал встретиться сразу после ужина на седьмом этаже замка. Встретил ее в коридоре, жестом приглашая в одну из открытых дверей. Он был оживлен, движения энергичны, такого воодушевления у него девушка никогда прежде не видела. – Я приготовил для тебя сюрприз.       Джейн не стала отказываться, успокаивая себя тем, что от одного вечера без горы учебников ничего не изменится. В абсолютно пустой комнате было чисто: лампы ярко горели, освещая пустое пространство, а на подоконнике тихонько играло волшебное радио – ярко-красный прибор привлекал к себе все внимание. – Сейчас, остался один момент, – Драко закрыл дверь и наложил на дверь заклинание. – Теперь отлично.       Девушка растерянно огляделась, не зная, чего ожидать. Парень подошел к радио и начал крутить ручки радиоприемника: – Сегодня будет хорошая музыка, – Драко нашел нужную частоту и выкрутил громкость, протягивая ей ладонь. – Вашу руку, мисс?       Джейн приняла предложение с восторгом. Они кружились по комнате под нежные мелодии магического эфира, обнимались, прерывались на поцелуи. Девушка раскраснелась, постоянно улыбалась, самозабвенно танцуя. В этом маленьком мире не существовало ничего, кроме музыки, тепла рук и нежности, которой Драко окружал Джейн: его спокойное внимание к ней, к ее желаниям – ни о чем другом она даже не могла мечтать.       Когда они окончательно устали, то сели на пол, и девушка с благодарностью крепко обняла его и поцеловала в щеку. – Спасибо.       Джейн не узнавала Драко: с ней он был так добр, что трудно было поверить, что этот же человек мог оскорбить память трагически погибшей матери Гарри Поттера или подстроить какую-нибудь гадость гриффиндорцам. А девушке давно хотелось, чтобы Драко покинул хотя бы Инспекционную дружину Амбридж. – Не могу, отец и слышать об этом не хочет. Репутация. Но тебя я не трону, обещаю, – Драко посмотрел Джейн в глаза, – просто не иди наперекор директору, разве это так сложно?       Девушка провела по шрамам на левой руке – она их не свела, хотя мадам Помфри могла помочь ей в любой момент. Драко сжал челюсть. – Ты обещала их свести, – он оскалился. – Мне правда жаль, но я не могу ничего сделать. Отец меня убьет.       Джейн опустила взгляд и положила голову ему на плечо. Они сидели в тишине, так как радио вдруг перестало работать, умолкнув от помех. Девушка видела, что парень по-настоящему боится, но в его страхе смешалась преданность семье. Она хотела спросить об этом, но он вдруг заговорил сам: – Я уже много лет ищу его уважения, – Драко смотрел в потолок, – но я всегда недостаточно хорош: не такой умный, не такой популярный. Я провалил задачу подружиться с Поттером еще в самый первый год. А знаешь сколько раз я выслушивал за то, что не могу отобрать у этого недоумка снитч?       Джейн едва дышала. – Сотни раз. Бесконечные сравнения. Мне было бы плевать на Поттера, если бы не это. Каждый год. – Поэтому ты его ненавидишь? – сипло уточнила Джейн: в горле пересохло. – Я никого не ненавижу, мне плевать. Но есть вещи, которые меня страшно раздражают. И абсолютно все делают это каждую секунду. Все, но не ты. Потому что ты ничего и никогда не знала обо мне до нашего знакомства. – И что это за вещи? – Они видят наследника дома Малфоев, сына бывшего Пожирателя смерти, богатенького избалованного мальчишку. Каждый, кто знает меня – уверен в этом. Моя репутация построена исключительно на деньгах семьи и ее темном прошлом.       Джейн украдкой наблюдала, как парень устало запрокинул голову и закрыл глаза. Она взяла его ладонь в свою. – Может, еще есть шанс все поменять? – она постаралась придать голосу позитива. – Не могу, – Драко резко открыл глаза и лицо его приобрело восковое выражение равнодушия. – Уже слишком поздно что-либо менять, понимаешь?

***

      Наступили экзамены. Джейн только накануне первого поняла, как сильно она волнуется. Каждый раз, стоя перед закрытой дверью в Большой зал, она была уверена, что ничего не знает – легкая дрожь по телу, тяжелый вздох, когда нужно садиться на свое место, и паника при виде листа с вопросами. Несколько первых минут строчки плыли перед глазами, а потом наступала ясность. Все вопросы были знакомы, по каждому ей было, что сказать.       По вечерам, накануне каждого испытания, чтобы немного успокоиться, пятикурсники садились в круг и старались придумать сложные вопросы по предмету. Джейн отвечала легко и уверенно только на два: Трансфигурацию и Зельеварение. Она могла рассказать наизусть, со всеми нюансами, рецепты зелий, которые изучались в течение пяти лет – и все это под восхищенные взгляды однокурсников. Во время экзамена по Трансфигурации Джейн смотрела на задачки по превращению совы в часы, как на детскую шалость – все трансформации у нее получились безупречно. Профессор МакГонагал едва заметно улыбнулась ей, когда она уходила с экзамена одной из самых первых.       И вот на последнем экзамене по Истории магии Джейн увидела, как Гарри падает в обморок. Его вытащили из зала, но девушка уже не могла сосредоточиться на работе: от напряжения она сломала перо, а вопросы казались такими далекими, что потеряли всякий смысл. С кем в этот раз случилась беда?